На все воля Создателя

Когда Рейван вошел в комнату Большого совета, почти все места за большим каменным столом были заняты. Его гладкая мраморная поверхность представляла собой карту Тедаса с границами государств. Так Вольная марка была выложена из яшмовых, изумрудных и базальтовых плит, обозначающих города-государства Вольной Марки. Старкхевен на карте светился белым мрамором рядом с черным гранитом Киркволла и высокий резной стул напротив него был свободен. «Для начала неплохо, если Создателю угодно подать мне благоприятный знак.» — Милорды, надеюсь, мне простят мою бесцеремонную задержку. — Молвил он, присаживаясь к остальным. — Если только Вас задержали стоящие дела. — Мрачно сказал Рэкстон Хариманн. — Более чем. Меня задержал сын лорда Уолша. Он пришел просить каменщиков для своего поместья. Говорит, Бриджгрумы разоряют земли, пока отец воюет, и натравливают убийц. — Проблемы Уолшей меня не волнуют. — Отрезал Хариманн. Рейван Брас молча кивнул. То обстоятельство, что семьсот латников лорда Уолша сейчас стоят на переправе через Серебряный Рог никак не побуждало Рэкстона Хариманна разобраться со своеволием подданных, более выгодных с точки зрения военной силы. — Мы как раз обсуждали, что делать с бунтовщиками, лорд Брас. — Мягко сказал Джой Мор. — Сир Вестфорд внес весьма любопытное предложение. Родрик Вестфорд, восседающий по левую руку от лорда-наместника, был словно высечен из камня. Огромный и обладающий сокрушительной силищей, он даже без доспеха был вдвое крупнее сидящего рядом сира Антуана Бонена; возле громадного сира Вестфорда крепкий гвардеец казался юношей, оруженосцем против истинного рыцаря. Кроме того, Вестфорд только нынешним утром прибыл в Старкхевен и еще не успел сменить кольчугу и вареную кожу на чистую одежду. По сведениям Рейвана он разбил армию лордов Йонсена и Йойоля, ослабив позиции лорда Уолдона Сахса на Пепельных полях перед Серебряным Рогом. По его внешнему виду казалось, что во дворец наместника он зашел сразу с поля боя. Командор дворцовой же гвардии был одет даже нарядно. — В чем же заключается предложение благородного сира Вестфорда? — Полюбопытствовал Рейван. — Навязанный сиром Родриком бой позволил отбросить бунтовщиков от Серебряного Рога за Пепельные Поля, однако, лорд Уолдон Сахс, к сожалению, смял конницу сира Джорджа Вестфорда и сейчас на марше к Зеленым Болотам. В его войске преимущественно копейщики и эльфские лучники, поэтому болота они пройдут быстро и закрепятся в городе Кэттлблэк, за болотами. По гатям они минуют подмерзшее болото довольно быстро, не тратя время на переписку с союзниками. — Я знаю этого Уолдона Сахса. — Хриплый голос Родрика Вестфорда звучал грубо, словно крупнозернистое точило, которым отчаянно скребут клинок. — Несмотря на возраст, он опрометчив и рьян, а в раж входит быстрее, чес бойцовый бык. — Это все знают, — подтвердил лорд-наместник, — все, кто хоть раз встречался с ним на турнирах. Почувствовав победу, он прёт дальше, не глядя под ноги. — Брат передал мне письмо после битвы. — Продолжил сир Родрик. — Сахс движется налегке от города к городу, проходя через каждую деревню, чтобы подкрепиться и обогреть солдат. Он зайдет в первый же крупный город. Зима близко. — Отличная новость. — Улыбнулся Рейван Брас. — Вы обладаете превосходными качествами стратега, сир Вестфорд. Не сомневаюсь, Ваш брат — так же. — Эта битва войдет в легенды, — елейно произнес Джой Мор, — два брата славного дома утопили город в крови изменников. Это варварски и грубо, но если верить слухам о том, как себя ведут солдаты Уолдона Сахса с местными жителями… — Если грамотно организовать засаду, — сказал сир Эдвин Стенли, — можно перебить противника без больших потерь. — Хватит ли людей? — С сомнением произнес Рейван Брас. — Хватит. Сир Роджер Бриджгрум и его сын сир Роберт отправятся со своими людьми вместе с сиром Родриком к Кэттлблэку и будут ждать Уолдона Сахса в городе. — Велел лорд-наместник и Бриджгрумы выразили свою готовность. — Милорд, позвольте мне отправиться навстречу моему отцу. — Попросил Ричард Сарвиниан, заседающий вместо отца в Совете. — Вы нужны здесь. — Ответил Рэкстон. — Милорд, — обратился к нему Родрик Вестфорд, — если ко мне присоединятся солдаты сира Роджера, позвольте тогда моему брату соединиться с силами сира Ричарда. — Зачем? — Лорд Питер Сарвиниан со своим войском сейчас идет со стороны Рассветной долины вместе с армией моего отца и солдатами лорда Бриджгрума. Винтербруки и Вандербильты отстали от разбитых мной Йонсена и Йойоля. Оба лорда пали и теперь их войско должно будет соединиться с оставшимися лордами, чтобы те не перебили их как дезертиров. Я знаю Винтербруков и Вандербильтов, они еще между собой передерутся за пополнение в войсках. Если прижать их к переправе через Серебряный Рог, можно будет разбить их там же, на Пепельных полях еще до того, как Вейлон Метц поспеет на выручку.       Рейван Брас бросил на Вестфорда быстрый взгляд, но ничего не сказал.       Он был в темнице, где сидел Арлингтон и понимал, что Бонен готов сгноить в подземельях весь этот дом и дело не только в родовой неприязни его родственников Арлингтонов-Блантов и Арлингтонов; орлесианская ветвь рода хочет их смерти и земли, лорд-наместник хочет их доходы в виде кузниц, мастерских и плавилен, а мелкий род Боненов жаждет прибрать к рукам виммаркские копи.       Письмо, полученное им на крепостной стене, многое дало и много на что пролило свет. Рейван принял это не без обеспокоенности, но грядущие события одновременно пугали и искушали его.       Рейван остаток совещания просидел как на иголках, что было несвойственно ему, как личности и как мастеру над каменщиками Старкхевена. Рейван мог бы дать фору даже Родрику Вестфорду, если дело заходило о хладнокровии и умении держать себя в руках; сир Родрик слыл одним из самых безжалостных рыцарей при Старкхевенском дворе, настоящей машиной без чувств и эмоций. Многие были свидетелями его холодной жестокости и могли подтвердить хоть перед алтарем Андрасте, что сир Родрик не даже не менялся в лице, когда разрубал мечом человека надвое, когда колесовал, ломая суставы двухпудовым молотом, когда галопировал на своем боевом коне при полном рыцарском обвесе прямо по убегающей пехоте, меся живую плоть и доспехи в одну отвратительную субстанцию. Никакая жестокость не могла его прошибить, казалось, сир Родрик родился лишенным нервов. До сегодняшнего дня Рейван полагал себя равным Родрику, хотя его полем боя были интриги и тайны, шепчущие в стенах замка, в одному ему известных секретных ходах, что было во стократ опаснее прямой сшибки на поле боя.       Но сегодня все изменилось. Сегодня вечером он почувствовал, как волосы на голове шевелятся от неуемной тревоги и чем ближе была полночь, тем чаще Рейван ловил себя на мысли, что ожидания вполне может убить его.       Наконец настало условленное время и в коридоре послышались тихие, мягкие шаги.       Тому, кому суждено было услышать их, понимал, что этой поступью приближается Смерть. Но сегодня она не желал прихватить с собой Рейвана Браса. Он понял это, когда с ним заговорили. — Благодарю, что отозвался на мою просьбу, Рейван. Женщина прошла в комнату, тихо прикрыв за собой дверь. Сбросила с головы глубокий капюшон. Рейван выдохнул. — Рад приветствовать тебя, сестра Соловей.       Лелиана улыбнулась ему короткой, теплой улыбкой и присела на резное карло у огня. Улыбка ее красивых губ располагала, но Рейван умел замечать слишком многое, чтобы эта улыбка могла расслабить его. Глаза Лелианы не улыбались. — Это все из-за Арлингтонов-Блантов? — Спросил Рейван, повинуясь зрительному жесту Лелианы присесть напротив. — Рейван, прошу, не нужно задавать вопросы, которые не требуют ответа и даже не стоят времени, чтобы произносить их вслух. Ты прекрасно знаешь из-за чего все это. Ты читал письмо. Сестра Ласточка всегда пишет вполне однозначно и четко. Только по этой причине именно она составляет инструкции. Рейван кивну. Не сказал ни слова, не сводил взгляда с голубых глаз Лелианы. Она откинулась на спинку и сплела перед собой пальцы рук. — Церковь хочет, чтобы эта идиотская междоусобица как можно быстрее подошла к завершению. Мы с тобой прекрасно понимаем, Рейван, что войны начинаются в один момент, стоит только пожелать. К несчастью, закончить их таким же способом невозможно. Однако, можно максимально ускорить этот процесс и обеспечить нужный Церкви результат. — Я сделаю то, что от меня требуется. — Славные слова. Их приятно слышать, но еще приятнее лицезреть их воплощение на деле. — Но почему Ваэль? Рэкстон может быть настолько лояльным, насколько это нужно. Этот человек, как никто, понимает и уважает язык силы, а с вашими возможностями… — Нам не нужен у руля неуправляемый деспот, за которым нужно постоянно следить, лишь бы ненароком он не почуял слабину. Такие правители — неуправляемые животные, с которыми невозможно договориться на паритетах взаимной выгоды — а именно так строятся союзы. На взаимной выгоде. Не из-под палки, Рейван. Главный каменщик слушал. — Себастьян Ваэль, — продолжала Лелиана, — надежный друг Церкви и Ордена. Если он вернет династическую власть в свои руки, мы получим ценного союзника в Вольной Марке. Старкхевен станет вторым Вал-Руайо. — Я понимаю. — Медленно произнес Рейван. — Нельзя просто взять и усадить его на трон, а потом потребовать в качестве платы выделить в Старкхевене командорию для Ордена и посылать войска в каждый поход, который Церковь решит организовать. Это, что называется, из-под палки. — Ты действительно понимаешь. Ваэль скорее отречется от трона и вернется обратно в свою келью, чем станет марионеточным принцем. Поговори с Вестфордами. Они лояльны той власти, у которой есть шансы. У Рэкстона их уже нет. — Почему бы просто не натравить на него убийц? Уверен, с его смертью знать не будет сопротивляться с таким же рвением. — Кроме Ваэля у него смертельных врагов, которые могли бы это сделать, нет. А нашему принцу и в голову не придет опуститься до того, чтобы платить за кинжал в спину. Пусть даже узурпатору. Он предпочитает лично войти в город и, пожалуй, даже предложить Хариманну почетную капитуляцию. Самые опасные люди, Рейван, это кристально честные люди. — Я найду слова, чтобы убедить Вестфордов. Но что делать с остальными? Сарвинианами? Бриджгрумами? Ойлами?       Лелиана долго молчала, глядя в огонь. Пламя плясало в ее глазах и Рейван был готов поклясться, что видит, как пылают охваченные им замки, как плавятся вместе с доспехами солдаты и превращаются в пепел знамена. — Издержки войны. — Наконец произнесла она своим мелодичным голосом. — Рыцарям Храма понадобятся новые земли. Много земель.