Станция мёртвых сердец

Почти двое суток прошло в полном молчании. Ретт много спал, а в то время, когда бодрствовал, упорно делал вид, что Артура рядом нет. Артура это в принципе устраивало. Ему самому было куда спокойнее от осознания того, что Ретт находится рядом, пусть даже и злой как чёрт. На него накатило какое-то давно забытое чувство собственной уместности, будто он вернулся домой после долгой дороги. Он смутно помнил, что когда-то давно не мог переносить вот такого Ретта, молчаливого и мрачного. Теперь Артуру было всё равно. Того, что Ретт рядом и жив, было более чем достаточно, чтобы чувствовать себя спокойно. Не желая тревожить больного, Артур давал отбой на редкие звонки Танаки, пока тот не перешёл на смски. И всё же к вечеру Ретт не выдержал. — Что там? — спросил он, покосившись на Артура, строчившего очередной ответ. Артур чуть приподнял взгляд и посмотрел на него исподлобья. — Танака спрашивает, как ты. — Врёшь. Артур снова опустил глаза в телефон. Он, в целом, не врал. Танака и правда спрашивал «как Ретт» каждые два часа. Так же часто Артур спрашивал его, есть ли новости, но ни один, ни другой не могли ответить адресату ничего внятного. — Как Бёлер? — спросил Ретт, будто прочитав уже набранные Артуром строки. Артур вздохнул, нажал отправить и повернулся к Ретту. — Он скрылся, но Танака его ищет. Не думай пока о нём, хорошо? Ретт поджал губы и отвернулся. Не думать он не мог. В глубине души он понимал, что Артур прав. Если бы сейчас он оказался один в этой серой камере, именуемой палатой, то, скорее всего, сошёл бы с ума. Сколько бы он ни пытался понять, что произошло два дня назад, это не укладывалось у него в голове. Он точно помнил, что никогда не делал Клаусу зла. Он мог бы ожидать ненависти от кого угодно, только не от него. Сказанные будто в бреду слова про Жози ничего не объясняли. Оба знали, что отношения Ретта и Жозефины умерли давным-давно. Также и то, что Бёлер мог быть причастен к похищению Артура, попросту не укладывалось в голове. Артур… На этом месте мысли теряли конструктивность окончательно, потому что присутствие в палате бывшего любовника, чувства к которому до сих пор не отгорели, давило не хуже серого потолка. — Какого чёрта ты здесь делаешь? — Ретт сам не заметил, как произнёс это вслух. Артур не шевельнулся. Ретт повернул голову и наградил его взглядом, полным ненависти. — Я сказал тебе, что ты здесь не нужен. — Об этом судить мне, а не тебе. Ретт покачал головой не в состоянии подобрать ответ на такую наглость. Он снова отвернулся и уставился в потолок, а Артур опять погрузился куда-то в мобильный телефон. — Адамс тебя не заждался? — спустя несколько минут Ретт пошёл на второй заход, теперь уже вполне сознательно. — Я сказал ему, что занят, — сказал Артур спокойно, не отвлекаясь от мобильного. Ретт скрипнул зубами. — Ты как всегда не видишь ничего плохого в том, чтобы якшаться с двумя сразу. — Прошу прощения, — глаза Эссекса сверкнули. — Я с тобой не якшаюсь. Я просто сижу у тебя в палате и контролирую медицинское обслуживание. Ретт будто обмяк — Артур видел это невооружённым взглядом. Он вздохнул и, пересев на кровать, поймал его руку, но пальцы Ретта тут же выскользнули. — Ретт, не мучай самого себя. Сейчас не лучшее время, чтобы разбираться в том, что мы нагородили между нами. Прими как факт — я не могу уйти, пока ты не поправишься. Ретт сжал кулаки. — Я как-то жил без твоей жалости сорок лет. Артур слабо улыбнулся. — Даже не знаю, как у тебя это вышло. Ретт наградил его яростным взглядом, но, столкнувшись со спокойными усталыми глазами, почему-то расхотел ссориться. — Впрочем, — Артур посмотрел на него испытующе, — я думаю, ты уже можешь переписать доверенность на Джереми. — Отличная мысль. Упоминание Уоткинса разозлило Дугласа по новой, он попытался отвернуться и тут же понял, что тело ниже пояса его не слушается. Ретт попробовал ещё раз с тем же эффектом. Когда он попытался в третий раз, Артур уловил в его глазах страх. — Что со мной? — спросил Ретт резко, снова замирая на спине и глядя на Артура в упор. Артур опустил глаза. — Эссекс! Артур ещё раз попытался поймать его руку, но Ретт вырвал запястье с особой яростью. — Ретт… Я пока не знаю. — Хватит врать! Ретт дёрнулся, пытаясь сесть и встряхнуть его за плечи, но тут же со стоном упал обратно, поражённый резкой болью в спине. — Ретт, тихо! Артур придержал его за плечи, не давая рвануться ещё раз, и только убедившись, что Дуглас успокоился, убрал руки и поправил подушку. — Говори, — потребовал Ретт, снова глядя на него в упор, но больше не пытаясь шевелиться. — Я тебе сказал, я не знаю. Ретт отвернулся и напрягся, вспоминая, что произошло уже после тех слов Бёлера. — Пуля попала в спину, — сказал он тихо и опять посмотрел на Артура, — это конец? От тихого отчаянья, прозвучавшего в его голосе, по спине Артура пробежали мурашки, и он зябко повёл плечами. — Я не знаю, — повторил Артур в третий раз, — хирург должен был вынуть пулю, не потревожив нервы. Что получилось, тебе видней. — Не получилось. Ретт отвернулся. Артур снова поймал его руку, но теперь уже Ретт не попытался её отдёрнуть. Он был молчалив и безучастен, будто в самом деле признал — «это всё». — Ретт… Люси ходит. Ничего необратимого нет. Ретт покосился на него и зло усмехнулся. — Знаешь, сколько это стоило? Артур покачал головой. — Двадцать миллионов. Не считая лекарств и реабилитации. Ретт нервно усмехнулся. — Что там со счетами? — Всё будет хорошо со счетами. Если мы найдём Бёлера и сдадим АНБ. Если даже нет, то деньги я найду. Ретт отвернулся и вырвал руку. — Это не имеет к тебе отношения. — Считай, что я тебе должен. Ретт повернулся и посмотрел на него со злостью. — Пошёл ты, Эссекс. Когда ты уже прекратишь считать? Артур ответил спокойным взглядом. — Это не я считаю. Мне кажется то, что было между нами, давно уже сосчитать нельзя. Ретт отвернулся и снова замолк, а Артур вернулся в своё кресло. Он собирался опять уткнуться в телефон, но вместо этого опёрся рукой о подлокотник и, опустив щёку на ладонь, стал наблюдать за Дугласом. Тот плохо выглядел, и Артуру невыносимо захотелось сказать ему об этом, чтобы хоть как-то разогнать повисшую в воздухе тяжёлую тишину, но он промолчал. Заговорил сам Ретт. — Что здесь вообще делает Джереми? — Ждёт тебя, — Артур не шевельнулся. — Скажи ему, что у меня больше нет денег. — Я говорил. Сразу же. Ретт покосился на него. — Он всё равно тут, — добавил Артур. — Может, хватит думать, что всё крутится вокруг денег, а, Ретт? — Это не я так думаю, — Ретт снова уставился в потолок. Долго молчал, а затем продолжил. — Скажи ему ещё что-нибудь. Артур поднял бровь. — Что? — Не знаю! — Ретт дёрнулся и попытался повернуться к нему, но опять упал на подушки. Артур вскочил было, чтобы уложить его правильно, но тот лишь остановил его, протянув перед собой руку. — Проклятье, Артур, сам подумай. Ты бы хотел, чтобы тебя видели в таком состоянии? Артур вздохнул и снова сел в кресло. — И ты тоже… — добавил Ретт. — Я тебе уже сказал, я не уйду. А с Джереми… поговорю. Хотя подумай сам, ты бы на его месте ушёл? Ретт поджал губы и опять повернул голову к потолку. Какое-то время оба молчали, потом Артур спросил: — Тебе больно? Ретт покосился на него. — А как ты думаешь? — Не знаю. Просто думаю, стоит ли перевозить тебя в «Асторию»? Ретт попытался пошевелиться и тут же поморщился от боли. — А что говорит врач? — Я его не видел. Я же никуда не выхожу. И прекрати уже тревожить рану, а то никогда отсюда не выйдешь. — Я и так никогда отсюда не выйду. — Бедный, бедный Дуглас! — Заткнись, а? — Ок. Ещё полчаса молчания. — Принеси мне ноутбук. — Нет. Ретт повернул голову и посмотрел на Артура в упор. — Как это понимать? — Как заботу о твоём здоровье. У Мартина и Танаки всё под контролем. Иначе мы бы об этом уже знали. — Мы? Артур вскинулся. — Думаешь, я бы тебе не сказал? — Думаю, откуда тут появилось «мы»? Артур уставился в мобильник и промолчал. — А тебе уже лучше, — заметил он спустя какое-то время и легко улыбнувшись, посмотрел на Ретта. — Ты перестал делать вид, что меня нет. Теперь уже не ответил Дуглас. Остаток вечера прошёл в молчании. Только один раз зашла сестра сделать укол успокоительного. Ретт уснул почти сразу, а Артур ещё долго смотрел на него, прежде чем выйти и попытаться поговорить с Уоткинсом. Юноша сидел всё в той же позе, будто не шевелился два дня, только теперь в руках у него был пластиковый стакан с кофе. Глаза Джереми окончательно запали, а на подбородке стала пробиваться редкая прозрачная щетина. Шелман сидел рядом, неподвижно глядя перед собой. Артур поёжился. Ему внезапно показалось, что он попал в прошлое и теперь видит себя самого со стороны. Он подошёл к обоим и хотел было заговорить, но не нашёл слов. — Ричард, можно вас? — Артур кивнул в темноту коридора. Ричард поджал губы и встав, прошёл в указанном направлении. — Ретт просит убрать его отсюда, — сказал Артур, когда они остановились в соседнем холле. Ричард вскинул на него неожиданно злой взгляд. — Ретт или вы? — Ричард, вы в курсе его состояния? Шелман не ответил. — Пока не похоже, что он встанет. Его предал лучший друг, и у него отобрали дело, на которое он потратил всю свою жизнь. Ретт не хочет никого видеть. Он не хочет, чтобы его самого видели таким. Шелман смотрел на него пару секунд. Как всегда неподвижное лицо не выражало ничего. — Как он держится? — спросил он вдруг. — Не знаю… Как Дуглас. Орёт, ругается и прогоняет всех, в том числе меня. Но я чувствую, что ему плохо. Я не уйду. А Джереми незачем тут сидеть, его всё равно не пустят. Пусть отдохнёт. Шелман медленно кивнул. — Спасибо, Ричард. Артур ответил кивком и стал возвращаться в палату. Когда он открыл дверь, Ретт лежал, всё так же глядя в потолок и то и дело сжимая и разжимая кулаки. Артур бесшумно вздохнул и прикрыл за собой дверь. Затем подошёл к постели, опустился рядом с Реттом и, взяв в руки одну из его ладоней, с силой разжал пальцы. — Ты должен спать, — сказал он тихо, не позволяя Ретту вырвать руку. — Я не сплю. Артур вздохнул. — Тогда что ты делаешь? Ретт не ответил. — Поговори со мной. — Уходи. — Это мы уже обсуждали. Сменим тему? Ретт перевёл взгляд с потолка на Артура и долго разглядывал его лицо, знакомое и чужое одновременно. Заговорить с ним было бы легко. С ним почти невозможно было не говорить, и от этого было страшно, потому что Ретт уже не сомневался, что Артур предаст его снова, как предавали другие. — Я не предам, — услышал он тихий голос и ощутил, как пальцы сжимают его ладонь. Ретт так и не понял, произнес он что-то вслух, или Артур просто угадал его мысли. — Ты уже предал. Много раз. Артур закрыл глаза и глубоко вздохнул. — Хочешь поговорить об этом? Хорошо, давай. — Не хочу, — отрезал Ретт и снова отвернулся. Он долго молчал, а затем всё-таки продолжил, — я в таком дерьме, что мне на самом деле не до того, чтобы думать о тебе. — Я понимаю, — Артур сильнее сжал его ладонь, — я здесь не для того, чтобы трепать тебе нервы. Я хочу помочь. «Помочь и уйти», — вертелось в голове, но Ретт промолчал. — Знаешь, — сказал он вместо этого и снова надолго замолк, — я просто устал. Вот и всё. — Это бывает. — Я думаю, это насовсем. Я больше не буду пытаться. В конце концов… Я ведь заслужил тюрьму, верно? Артур долго молчал. — Не знаю, — сказал он, — но мне будет больно, если ты туда попадёшь. И Джереми, и Карлосу, и Танаке. Мы не для того делаем всё возможное, чтобы ты так просто сдался. Ретт пожал плечами. — Я не верю. Не хочу. — Это пройдёт. — Этого я и боюсь. Я не хочу по новой. Не хочу снова сходить с ума. Я же знаю, к чему это приведёт. Все учатся на ошибках, даже я. Артур вздохнул. — Почему ты не можешь… как все? Не сходить с ума. Просто любить. Просто доверять. — Просто не могу. Ретт повернулся к Артуру. — Ты любил бы меня, если бы мог? Артур задумался. — Я любил бы тебя, если бы ты умел доверять по-настоящему. Если бы ты слышал меня и не искал во мне врага. — И мы снова вернулись к тому, с чего начали, — Ретт усмехнулся. — Я просто не знаю, что было у тебя с Жози и Бёлером, а ты не говоришь. — Хорошо. Значит, мы всё-таки будем говорить о нас. Оба замолкли. — Ретт, я спрошу так… когда ты перестал верить мне? — Когда ты переспал с первым встречным, едва выбравшись в тот чёртов клуб, — ответил Ретт уверенно. — Разве? Тогда почему ты накидывался на меня всякий раз, стоило мне хотя бы заговорить с кем-то в офисе? Ретт долго молчал. Артур потянул его руку на себя и принялся разглядывать ладонь, рассеяно поглаживая пересекавшие её линии пальцами. — А если бы… Если бы ты ушёл? — сказал Ретт наконец. — Проклятье, Артур. Разве ты не знаешь сам? Разве не понимаешь? Даже теперь не понимаешь, когда знаешь, на что способен Гарднер, на что способен Бёлер? Я же смотреть не мог на это. Я всё время думал о тебе. И я хотел, чтобы ты также относился ко мне. — Но я так и относился! — Артур резко выдохнул, заставляя себе успокоиться. — Я всё это помню, Ретт. Что ты боялся, будто бы я найду моложе, красивее, богаче. Посмотри, мне никто не нужен и никогда не был нужен. Я не знаю никого красивее тебя. Но ты превратил нашу жизнь в Ад. Ты чуть не уничтожил меня. — Я? — Ретт выдернул руку и, подцепив подбородок Артура, заставил посмотреть себе в глаза. — Я не доверял, Артур? Я уничтожил нас? Артур сглотнул. Он хотел закрыть глаза, но понял, что не может. — Я был идиотом, — сказал он тихо, — маленьким идиотом. Что ты хотел от меня? Ты думаешь, меня когда-то любили, как… любил ты? Как я мог поверить, что нужен тебе? Будто бы вокруг тебя не вьются все эти Джереми и Карлосы. Ты мог попросту пойти и купить себе другого мальчика на базаре. Всегда. — Но я никогда этого не делал! — Ты переспал с Карлосом! Ретт чертыхнулся и отпустил подбородок Артура. — Опять, — сказал он, отворачиваясь к потолку. — Я не хочу ругаться. В этом нет смысла. — Я тоже. — Я вообще не хочу тебя видеть. Тебе больно со мной, ты думаешь, что мне — нет? — Я всё равно не уйду, — сказал Артур упрямо. — Не важно, что было между нами. Я тебе обещал, что если случится подобное, я буду рядом. Ретт резко повернулся и зло посмотрел на него. — Так ты поэтому здесь? — Чёрт бы тебя побрал, Дуглас, уймись! Я просто здесь. Смирись. Ретт хотел было ответить, но телефон Артура пиликнул, и оба посмотрели на него. — Танака? — спросил Ретт. Артур открыл смс, кивнул и посмотрел на Дугласа. — Бёлера нашли.