Станция мёртвых сердец

— У тебя есть гантели? Шум в ванной мгновенно стих. Несколько секунд царила тишина, а потом из двери показалась мокрая голова Артура. — Что? — Я спрашиваю, у тебя есть гантели? Голова исчезла. Послышался какой-то грохот, тихая ругань, и Артур появился снова, уже закутанный в белое пушистое полотенце. — Завтракать будешь? — Артур, я задал вопрос. Продолжая делать вид, что ничего не слышит, Артур вышел из комнаты и направился в сторону кухни. — Артур! — Ретт торопливо направил коляску следом, запнулся о порог колёсами и выругался. Артур тут же замер и, почти бегом вернувшись назад, помог ему преодолеть препятствие. — Не заставляй меня повторять три раза. Артур вздохнул и, сев на корточки рядом с ним, опустил подбородок на подлокотник. — Зачем тебе гантели? — Чтобы пришибить тебе голову. Артур, догадайся сам. Артур склонил голову набок, но ничего не сказал. — Я скоро по уши жиром заплыву. Уже самому противно сидеть неподвижно. Артур наклонил голову на другой бок, будто пытался рассмотреть лицо Ретта под разными углами. — У меня есть тренажёрный зал, — сказал он наконец, — но тебя я туда не пущу. — Это ещё почему? — спросил Ретт и мрачно улыбнулся, осенённый внезапной догадкой. — Ты мне мстишь? За то, что я не разрешал тебе… — Не валяй дурака, — Артур фыркнул, поднялся и покатил кресло в сторону кухни. — Я просто боюсь, что ты себе навредишь. — Точно, мстишь! Артур не ответил, и до самой кухни они двигались молча. — Я же не ногами собираюсь гантели тягать, — попробовал Ретт зайти на второй круг. Артур хмыкнул. — Точно. Не ногами. У тебя и болят не ноги, а спина. — У меня давно уже ничего не болит. Артур издал ещё один подозрительный звук. — Поэтому мы так и не наняли тренера. Ретт обиженно засопел. Артур остановил наконец кресло у окна и, снова присев перед ним, опустил локти на подлокотники, а затем поймал ладонями лицо Ретта. — Ретт, я за тебя боюсь. — Я понимаю, но это переходит всякие границы. — Если бы ты вёл себя более разумно, я бы не боялся так сильно. — Ты опять про тренера. Я могу заниматься и сам. Артур поднял бровь и скривил лицо, изображая сомнение. — Может, мы поговорим о том, почему ты не хочешь? Ретт отвернулся. — И ты ведь меня обманул. Ты обещал, что если я признаюсь… — Я не так обещал, — фыркнул Ретт. Артур молча встал, открыл холодильник, достал оттуда яйца и, разбив пару в стоявшую на столе пиалу, принялся взбивать. Ретт вздохнул. — Я не хочу делать это за твои деньги. Артур покосился на него и снова отвернулся. — Я догадываюсь. Он сделал ещё два движения венчиком, а затем, бросив его в пиале, резко развернулся. — А хочешь, я буду каждое утро дарить тебе запонки с бриллиантами? — Нет, ты мне всё-таки мстишь. Артур усмехнулся и опять присел напротив кресла. — Закрыли вопрос денег. Мы четыре года назад договорились, что он между нами не встанет. Есть более серьёзные причины? Ретт отвернулся и побарабанил пальцами по подлокотнику. Долго молчал, а затем произнёс: — У меня такое чувство, что если я начну заниматься с тренером, это будет значить, что я не справился. Артур вздохнул и, поймав его руки, сжал в своих. — Наоборот. Ретт, ты не можешь делать всё сам. — Когда я пытаюсь делать что-то вместе с кем-то — это плохо кончается. — Ну он же не будет набиваться к тебе в друзья. Ретт поднял бровь и криво усмехнулся. — Вот-вот. Ещё одним желающим забраться ко мне в мозги станет больше. — Да брось. Давай так. Пригласим нескольких, и ты выберешь того, кто тебя меньше напрягает. — То есть ты сам понимаешь, что такого, кто меня напрягать не будет, просто не может быть. Артур криво усмехнулся. — Я об этом догадываюсь. Тебя очень трудно не разозлить, Дуглас. Ретт наградил его возмущённым взглядом, и Артур невольно улыбнулся. — Я люблю тебя, Ретт. Секунду он просто смотрел на Дугласа, а потом улыбка сползла с его лица. — Есть ещё кое-что, о чём нам надо поговорить. Ретт кивнул и взгляд его наполнился вниманием. Артур отвернулся. — Ну… В декабре я раньше закончил собирать отчётность. Звонок Мартина застал меня, когда я уже собирался уходить на каникулы. Но праздники закончились и надо возвращаться. — Ты пытаешься сказать, что тебе надо в офис? — Угу. — Что мешает? Артур осторожно посмотрел на него. — Я же не знаю, как ты к этому отнесёшься. Ретт приподнял один уголок губ. — Очень хорошо. Я рад, что ты нашёл то, что тебе интересно. — Ты не будешь уговаривать меня вернуться в «Дуглас корп»? Ретт пожал плечами. — Возвращаться пока некуда. Да и я не помню, чтобы за два года в твоём секторе были какие-то перебои. Если тебе хватает времени и на то, и на другое, как я могу быть против? — Это всё Милфорд… Ретт поднял бровь. — Значит ты ещё и хороший руководитель, раз наладил всё так, что тебе не нужно вмешиваться самому. Артур усмехнулся и чуть отвернулся, но Ретт поймал его лицо ладонью и развернул к себе. — Я рад, что нашёл тебя, — сказал он тихо, и Артур улыбнулся в ответ. — Тогда я съезжу туда сегодня? Надо посмотреть, как идёт переоборудование новых торговых залов. Ретт кивнул. Артур поднялся и снова отвернулся к столу, а спустя пару секунд Ретт спросил: — Это так важно для тебя? Артур бросил на него короткий взгляд через плечо. — Ты же уже спрашивал. — Я… не про это. Тебе правда важно, как я к этому отнесусь? Венчик замер, а затем зазвенел о края пиалы с новой силой. Артур долго молчал. — Знаешь, — сказал он наконец, — я в общем этим переболел. Мне многое уже всё равно. Но с тобой почему-то не так. Я хочу… Чтобы тебе понравилось то, что я делаю, — Артур рвано выдохнул. — Ничего не могу с собой поделать. Венчик снова замер. Ретт подобрался чуть ближе и опутал руками талию Артура. Тот замер немного испуганно. Ретт опустил голову ему на поясницу и поцеловал подвернувшийся позвонок. — Не надо, — мягко попросил Артур, перехватывая его запястья, но лишь крепче прижимая их к себе. — Я хочу посмотреть. Артур повернулся, и в глазах его светилось почти детское счастье. — Ты серьёзно? — Абсолютно. — Ретт… — брошенный в пиалу венчик вывалился на стол, покатился в сторону и свалился на пол, но Артур не обратил на это никакого внимания. Опустившись на подлокотник, он принялся покрывать поцелуями лицо Ретта, то и дело потираясь носом о кончик шрама и с наслаждением вдыхая запах хвои. *** — Вот, — Артур помог Ретту выбраться из машины и вкатил кресло в холл. Ремонт шёл во всю, в воздухе стоял густой запах краски, и представить, что именно здесь будет спустя несколько недель, было трудно. Однако Артур с таким воодушевлением махал в воздухе руками, показывая места для стендов и стоек, что Ретту оставалось только улыбаться и кивать. — Смотри, — он подкатил кресло к столу, заваленному документами, и, перевернув половину из них, извлёк с самого низа рисунки. — Это то, что я хочу сделать. Ретт взял наброски в руки и внимательно пролистал один за другим. — У тебя всегда был хороший вкус. Но ты же понимаешь, что интерьер не главное? Как насчёт рекламы? — Конечно. Тут всё взаимосвязано, — Артур усмехнулся и подмигнул ему, — спорим, ты заметил, что мы выкупили права на издание Times. — Ага… Даже подумал, что ты это специально. Артур фыркнул. — У вас слишком большое самомнение, мистер Дуглас. Times только одна из площадок. Мы сотрудничаем с рядом изданий помельче. Не все есть смысл выкупать целиком, но многие из них публикуются на базе наших издательств. Реклама пойдёт везде практически бесплатно. Но в целом я не хочу делать из этого места McDonalds. Наша клиентура — элита. Книга — это предмет роскоши, так я это вижу. — Интересный слоган, — Ретт повернулся в сторону, куда уходила анфилада комнат. — А там? Другие залы? — Не совсем. Артур взялся за спинку кресла и покатил его туда, куда указывал Дуглас. — Начиная вот с этого зала будет клуб. И это не то, что ты подумал. Настоящий джентльменский клуб в духе Brook’s. Нашей тематикой будут книги, но… — Но дело не в книгах, — продолжил за него Ретт. Он сидел, чуть наклонившись в бок и подставив кулак под подбородок, — Артур, ты знаешь, что ты затеял? Артур резко обернулся и сосредоточенно кивнул. — СМИ, закрытые клубы… — Но не думай, мне не интересна власть. Это скорее… — Артур прищурился, глядя вдаль, — процесс. Да. И атмосфера. Настоящая атмосфера старины. Ретт кивнул. — А ты сможешь это раскрутить? Старинные клубы складывались десятилетиями, а то и веками. Артур кивнул и устроился на подлокотнике. — Я всё продумал. У меня остались старые связи и появились новые. Ставка тут на сарафанное радио. Новый клуб, куда пускают не всех… Но куда каждый захочет проникнуть, чтобы узнать, что происходит внутри. Ретт хмыкнул. — Это называется слухи. Но идея понятна, — Ретт чуть заметно улыбнулся, — надеюсь, мне не придётся ждать двадцать лет, чтобы сюда вступить? Артур криво улыбнулся и, приблизившись к нему, осторожно присел на колени. — Теперь нет, — сказал он и аккуратно поправил галстук Дугласа. Ретт обнял его и потянул на себя, рассчитывая получить поцелуй. — Осторожно, костюм помнёшь… Не обращая внимания на вялые возражения, Ретт захватил его губы своими и, прикусив одну из них, ворвался в образовавшуюся щель. — Я бы его лучше порвал, — пробормотал он, опуская руку ниже на откровенно твердеющую промежность Артура. Артур зажмурился и приник лбом к его виску, отдаваясь на волю ощущений. — Поднимемся в офис? — прошептал он, подаваясь навстречу руке Ретта. — Ну да, ты же хотел что-то там проверить… ***  — Дэвид МакМёрфи, — Ретт внимательно прочитал первую страницу досье и поднял взгляд на сидевшего перед ним молодого мужчину, — двадцать шесть лет, не женат… Почему? — Ретт! — Артур, не выдержав, вскочил со своего места на диване, затем, опомнившись, оглянулся на сидевшего по другую сторону от Ретта обаятельного молодого мужчину с рыжими коротко стриженными волосами. — Не женат, потому что не люблю иметь дела с женщинами, — ответил тот спокойно, — какое отношение это имеет к вашему лечению? — Мистер МакМёрфи, вы нас не оставите? — поинтересовался Артур прежде, чем Ретт успел ответить. Мужчина перевёл взгляд с одного на другого, пожал плечами и встал. — Мне ждать ответа или я могу идти? — спросил он. — Вы свободны, — отрезал Ретт. — Будьте добры, подождите, — ответил Артур одновременно с ним. Они посмотрели друг на друга и замолчали. Ретт злился. Артур видел это невооружённым взглядом. — Подождите, — повторил Артур, — мы оплатим потраченное время. Ретт явно разозлился ещё сильнее, но промолчал. Мужчина вышел, и Дуглас зло крутанул колёса кресла, направляя его к окну. — Это уже десятый. — Мы договаривались, что будет несколько. И какого чёрта… — Потому что ты не прав. Артур подошёл и опустился на корточки перед креслом Дугласа, но тот тут же повернул кресло на сто восемьдесят градусов. Артур встал и, не дожидаясь, пока Ретт переместится ещё куда-то, опустил руки ему на плечи. Нежно провёл вниз по груди и, уткнувшись носом в макушку, коротко поцеловал. — Чем он тебя не устроил? — У него нет опыта в области реабилитации на дому. — У него два десятка удачных реабилитаций. А опыта реабилитаций на дому нет ни у кого, потому что тебе сейчас положено быть в больнице. Ретт шумно втянул воздух. — Хочешь отправить меня туда? — Нет! — Артур крепче прижал Ретта к спинке кресла, а себя к нему. — Я хочу, чтобы ты поправился. Больше ничего. — Я вообще не отказал бы ему, если бы ты не пошатнул мой авторитет. — Врёшь. Ты принимаешь решение ещё до того, как задашь первый вопрос. И я отлично видел, какое решение ты принял сейчас. — Поэтому сделал наоборот! — Чем он тебя не устроил? Ретт ещё раз шумно вздохнул. — Мне не нравится его имя. — Что? — Артур изогнул бровь и перегнулся через плечо Ретта, заглядывая ему в лицо. — Какое? Дэвид или Мак… — Оба. Артур не выдержал и хихикнул, но тут же спрятал усмешку у Дугласа в воротнике. — А чем тебе не понравился Алекс? — Он на тебя смотрел. — Всё. — Что всё? — Ничего. Артур рывком развернул к себе кресло и, всё-таки опустившись на корточки, снова положил руки Дугласу на плечи. — Ретт… ты вообще видел, как он выглядит? — Вполне неплохо. — Давай по пунктам. Ему двадцать шесть. — Дэреку двадцать семь. — Не впутывай Дэрека, мы о нём потом поговорим. Ему двадцать шесть. А мне трудно общаться с ровесниками. Я к этому не привык. С ними не поговоришь ни о книгах, ни о политике. — Я всегда думал, что ты ненавидишь такие темы. — Я открыл книжный магазин и купил права на выпуск Times! Тебе не кажется, что если бы я интересовался клубами и модой, то заключил бы сделку с Cosmo? Ретт промолчал. — Он рыжий, — добавил Артур, — и мне он тоже напоминает МакГрегора. Так что при виде него я скорее вспоминаю столовую в Кембридже, чем думаю о сексе. Дальше… — Артур задумался, — даже не знаю, как тебе описать, Ретт. Просто если бы ты присмотрелся, прислушался к тому, что я говорю, то заметил бы, что мне не нравятся такие как он. — С чего бы мне это заметить? — И верно. Ты же не даёшь мне общаться с кем-то подобным, — Артур вздохнул. — Кто мой любимый актёр? — Не знаю. — Джозеф Мэлоун. — Шутишь? — Ретт скривился. — Что в нём… — и замолк. Потом добавил. — Неправда. Я на него не похож. — Нет, — согласился Артур, — ты лучше. Ну как я могу смотреть на кого-то вроде МакМёрфи, когда рядом ты? Я хочу быть рядом с сильным, зрелым мужчиной, который никогда не сдаётся. С тем, с кем мне не нужно будет отвечать за всё, кто будет давать мне силы и поддерживать. Ретт, давай ты ограничишь круг подозреваемых хотя бы теми, кто отвечает этим требованиям? — А Дэрек? — повторил Ретт после паузы. — С Дэреком я хотел отдохнуть. Я же никогда не жил такой жизнью как он. Я никогда не носил джинсы. Но… Это не моё. Я должен был попробовать… Чтобы понять, чего хочу, — закончил он. — Гарднер, — продолжил Ретт, внимательно глядя на него. — Ничего не было. Клянусь, — торопливо добавил Артур. — Он и не настаивал, хотел завоевать меня постепенно. Только один раз сорвался, но тогда, — Артур покраснел и хмыкнул, — в общем, мы обошлись без прикосновений. — Интересно, как это? Артур улыбнулся. — При случае покажу. — Но я видел вас. Артур помешкал. — Что ты видел? — спросил он. — Тебя. У его ног… Артур, мне противно. Я не хочу об этом говорить. — Прости. Артур поймал его руки и стиснул. — Прости, — повторил он, — если бы я этого не сделал, он бы всё-таки взял меня силой. Лучше было так. Я просто не мог позволить ему прикоснуться ко мне. Я знаю, он подходит под мой список… Но это ничего не изменило. Я просто не мог его касаться. Всё время думал о тебе. Ретт закрыл глаза и резко выдохнул. — Я тебе готов всё рассказать день за днём, если это поможет. Я никогда не хотел быть с ним. — Не надо, — Ретт открыл глаза и вздохнул. — Было ведь ещё кое-что. И это я видел абсолютно чётко. Артур кивнул. — Это было, — он опустил глаза. — Мне было больно. Гарднер так хорошо объяснил мне, что я ничего не значу для тебя… Что для таких, как вы, я могу быть просто игрушкой. Я сам ненавидел себя и хотел доказать… не знаю что. Просто хотел, чтобы ты увидел это. Ретт покачал головой. — Из-за Гарднера… Из-за того, что кто-то сказал тебе, что я не люблю тебя… Артур, почему ты поверил ему, а не мне? Ты хоть понимаешь, как это… — Глупо, — закончил Артур за него. — Чего после этого стоят все твои слова о доверии? — Прости, — Артур опустил голову ещё ниже, долго молчал, а потом резко поднял глаза. — Я боялся тебя потерять, Ретт. Я боялся, что всё это ложь. Я… Ретт закрыл глаза и притянул его к себе. Артур тут же обхватил его руками за шею, заставляя наклониться и прислоняясь лбом к его лбу. — Я больше никогда так не сделаю. Ты можешь мне поверить? — Я верил, — Ретт криво улыбнулся, но не попытался отодвинуться, — я тогда почти перестал сомневаться. — Я помню, — Артур ответил такой же улыбкой, — та весна была как в сказке. Наверное, именно поэтому… я стал искать трещины на мраморе, — он прерывисто выдохнул, — но туда вернуться нельзя. Ретт покачал головой. — Нельзя. Ретт замолчал, и Артур тоже больше не пытался говорить. За окном медленно падал снег, заметая дорожки и лишённые листьев остовы деревьев. Заметая землю, которую так долго размывала осень дождём, и даже море, почти переставшее биться о берег. — Я хочу попробовать сначала, — сказал Артур. — Попробовать по-другому. Я знаю, что ты устал. Я тоже. Но мы должны это сделать. — Если у тебя ничего не осталось, это повод начать всё сначала… — сказал Ретт задумчиво. Артур кивнул и заглянул ему в глаза. — Слишком много надо начинать. По крайней мере мне. Артур чуть отстранился. — Я хочу быть с тобой, когда ты будешь начинать. Ретт притянул его обратно к себе. — Я тоже хочу. Чтобы ты был со мной.