Станция мёртвых сердец

Человек, которого рекомендовал Сандберг, начал работать во вторник, но пока никакой полезной информации не откопал. «Красный Архонт», судя по его данным, был общественной организацией, составлявшей оппозицию действующему правительству Эрхана. С одной стороны, это объясняло симпатию Бёлера. С другой, самого Дугласа мало волновали внутренние интриги чужого государства, тем более, что ему самому правительство Эрхана ничего хорошего не сделало. Информации было недостаточно, но нужно было принимать решение, и к концу недели Дуглас перезвонил Бёлеру. — Что именно потребуется от меня? — спросил он. Бёлер отвечать по телефону не захотел, и на следующий день они встретились на нейтральной территории — на борту небольшого плавучего ресторанчика «Амаркорд». — Все контакты буду поддерживать я, — сказал он. — От тебя требуется только готовая продукция. Скажем, месяца хватит, чтобы подготовить первую партию? Дуглас откинулся на спинку кресла и спрятал улыбку в кулаке, делая вид, что его замучил кашель. — Мне так не нравится, — сказал он. Бёлер поднял брови. — Во-первых, — пояснил Дуглас, — мне придётся перепрофилировать какое-то из старых производств и полностью менять персонал. По крайней мере придется быть к этому готовым. Это требует времени и средств. — Резонно. Сколько тебе нужно. — Полгода. Бёлер нахмурился. — Это реальная цифра, Клаус, — сказал Дуглас и потянулся к портфелю, — могу показать… — Нет, нет… — Клаус замахал руками. — Я верю тебе на слово. Просто скажи — время никак нельзя уменьшить? Ретт покачал головой. — Не в моих правилах затягивать. — Хорошо. Это всё? — Нет. Меня не устраивает, что контакты с Эрханом полностью будут на твоей стороне. Я хочу получить собственные выходы на них, иначе зачем мне вся эта афёра? Бёлер дёрнул губами и побарабанил по столу костяшками пальцем. — Они не будут слушать тебя, Ретт, — сказал он почти мягко. — И тем не менее. Прости, Клаус, но я не согласен оставлять все козыри тебе. — Ну хорошо. Я не выведу тебя на саму… организацию. Но как только пойдут дополнительные контракты, о которых мы говорили, я готов сразу переадресовать их тебе. Только учти, я тебя предупредил. Ретт кивнул. — Поверь, я отлично знаю, как эрханцы реагируют на меня. — Тебе всё равно понадобится посредник. — Я имею это в виду, — Ретт провёл картой над считывающим устройством в центре стола и встал. — Надеюсь, это всего лишь то, о чём мы говорим, Клаус. — Само собой, приятель. Само собой. Закончив это неприятное, но на редкость прибыльное дельце, Дуглас спустился на берег и остановился ненадолго, опираясь на парапет набережной и глядя на реку. Он достал мобильный и запустил приложение, которое стало его любимым с некоторых пор. На экранчике появилась голова с чуть распушившимися русыми волосами, в которые так и хотелось зарыться носом. Артур спал, хотя времени было уже почти девять. Дуглас поймал себя на том, что улыбается. Камеру предложил установить глава службы безопасности Танака после того, как Артур выкинул эту странную штуку с поездом, а Дуглас уволил двоих проколовшихся охранников и устроил разнос всем, до кого добрался. Танака выслушал всё со спокойствием истинного самурая, и Дуглас так и не понял, признаёт ли он свою вину, но на следующий день на мобильном у него оказалось вот это приложение. Ретт никак не мог понять, где установлена камера, и не хотел ломать над этим голову, — его куда больше озаботил вопрос о том, не может ли быть перехвачен сигнал. Танака утверждал, что нет. Теперь всякую свободную минуту Дуглас развлекался тем, что проверял, цело ли его внезапное наваждение. Что оно ест, что пьёт и сколько раз в день принимает душ. Последнее, как ни странно, оказалось не самым интересным — хоть и увлекательным. Куда приятнее было смотреть на то, как Артур просто живёт. Дуглас вздохнул, нажал на сброс и набрал номер. *** Всю неделю, отложив работу, которая в последнее время всё реже имела конечный срок выполнения и, как правило, выглядела скорее как гора материалов, что ему нужно было просмотреть — Артур выполнял неформальное «поручение» Дугласа. Он упорно и мрачно просматривал сайты с объявлениями о сдаче квартиры на берегу Леты. Идея с переездом ему не нравилась. Пока что он ещё мог считать себя одним из сотрудников корпорации, с особыми, правда, обязанностями. Квартира в довольно дорогом районе, которую собирался снимать ему Дуглас, вполне откровенно обозначало, что он вовсе не секретарь. А кто? На этот вопрос Артур ответить не мог. Но все слова, что могли характеризовать юношу, состоящего в интимных отношениях с женатым мужчиной и находящегося у этого мужчины на обеспечении, звучали несколько нелицеприятно. Тем не менее, ближе к концу недели Артур всё же выбрал несколько квартир, но решиться поехать их смотреть в одиночку не мог. Он не знал, будет ли уместно попросить Дугласа съездить вместе — особенно учитывая, что расписание Ретта лежало прямо перед ним, и белых пятен в нём не было. Скорее всего, уместным это всё же не было, и Артур молчал, потому что больше ему обратиться было не к кому. Мисс Милфорд, которая недавно стала ежедневно появляться в офисе, к счастью, похоже ещё не слышала об их отношениях, а Сандберг вёл себя с Артуром слишком высокомерно. В субботу, когда Артур впервые за три недели получил выходной, дело решилось само собой. В половине двенадцатого раздался телефонный звонок с незнакомого номера, и в трубке прозвучал на удивление бархатный голос Ретта. — Доброе утро. Ретт редко звонил Артуру напрямую. Собственно, Артур не мог припомнить ни одного случая. Обычно все их встречи назначались через псевдо-служебную переписку, что делало их отношения ещё менее похожими на отношения. Теперь, когда Дуглас внезапно позвонил, причём, судя по времени, всё же не по офисным делам, — услышать его голос оказалось на удивление приятно, и Артур, всё ещё валявшийся в постели, потянулся как хорошо выспавшийся кот. — Доброе, — мурлыкнул он и внезапно понял, что всё вокруг, абсолютно всё — небо, запахи, голос Дугласа — всё это просто прекрасно. — Как тебе спалось? Улыбка медленно сползла с губ Артура. Спал он не слишком хорошо — как впрочем и всегда. — Нормально, — сказал он, стараясь не выдать себя голосом, — спасибо. Дуглас, видимо, уловил эту перемену в настроении и некоторое время молчал, а потом сказал, внезапно и для Артура, и для самого себя. — Артур, я тебя люблю. Юношу будто ударило током. Он попытался сесть, но смог только распахнуть глаза и упасть обратно на подушки. Почему-то от этих слов стало ещё больней, и Артур догадывался почему. Ему достаточно часто говорили о любви и смазливые девчонки, и… и ещё о любви говорил Карлайл. От этих воспоминаний захотелось плакать. — Артур… — в голосе Дугласа звучали беспокойство и забота, и на миг Артуру показалось, что стоит попросить, стоит сказать, что ничего не хорошо, и он всю ночь не мог уснуть из-за кошмаров, а теперь готов попросту расплакаться сам не зная почему — и Дуглас примчится сюда, обнимет его своими горячими руками, и можно будет утонуть в нём и не думать… Не думать ни о прошлом, ни о будущем, ни о чём. — Всё хорошо, — сказал Артур тихо. Ощущение прошло. Дуглас помолчал пару секунд. — Артур, я стою на берегу Леты. Здесь и правда есть маленькие рыбацкие кораблики. Артур молчал секунду, а потом хихикнул. — Ты встал в такую рань, чтобы это проверить? — Я пока не настолько плох. Просто встреча закончилась раньше времени. И я подумал, что мы как раз могли бы посмотреть квартиру, которую ты выбрал. — Откуда… — Ты же уже выбрал что-то? — Ну… да… Есть три варианта. Ретт… Не стоит этого делать. — Это не обсуждается, — несмотря на то, что тон Дугласа был мягким, Артур сразу понял, что спорить бесполезно. — Ты назначишь им время просмотра, или мне позвонить Сандбергу? — Я сам! — Отлично. Я жду. — Но… постой… Ретт… я же не могу взять служебную машину… — Это твоя машина. — Что? — Это твоя машина. Позвони шофёру и вызови его. Артур, это ты должен решать за меня такие вещи, а не я за тебя. — Да… — выдохнул Артур растерянно, и, вскочив с постели, принялся метаться по комнате, силясь понять, с чего ему начинать. Через полчаса он стоял на берегу в уговоренном месте в одних светлых брюках и белой рубашке, привезённых ещё с Земли, и смотрел на Дугласа, непривычно легко выглядящего в светлом костюме. — Мистер Дуглас… — окликнул Артур издалека, не решившись прилюдно называть его по имени. Дуглас обернулся и нахмурился. Артур решил было, что эта реакция вызвана его обращением — последнее время Дуглас почти что требовал, чтобы он называл его по имени, но на сей раз об этом Ретт ничего не сказал. Вместо этого он подошёл к Артуру вплотную и провёл ладонью сверху вниз, будто бы обводя его силуэт. — Что это? — Что? — Артур опустил глаза и догадался, что речь о его одежде. — Сегодня ведь выходной, мистер Дуглас. Я же не могу покупать за счёт фирмы… Дуглас резко обнял его, прижал к себе и прошептал в самую макушку. — Прекрати. — Прекратить что… — Артур скосил глаза на внимательно наблюдавшую за ними охрану. — Ретт, на нас смотрят… — Все всё знают, — перебил его Дуглас, — хватит играть в эти игры, хватит делать вид, что мы никто друг для друга. Хватит изображать это высокомерное пренебрежение, как будто ты ещё не понял, что мне не жалко для тебя ничего. — Ты покупаешь меня… — Нет, Артур, нет! Я просто пытаюсь дать тебе то, что могу. А ты отказываешься ото всего, будто все мои подарки ничего не значат для тебя. — Ретт… — Артур попытался высвободиться, но безуспешно. — Ретт, послушай… — Ты мне веришь? Артур закрыл глаза. Он не верил. Не верил, когда был один, когда думал о том, кто он и что должен делать, чтобы обеспечить хотя бы сестру, не говоря уже о себе… Когда он видел Ретта — ему становилось всё равно. — Дело не только в этом, — сказал он осторожно. — Тогда забудь хотя бы об этом. Я не знаю, что ещё встанет между нами, но это точно будут не деньги. Пока ты со мной, забудь о них. Я уже говорил тебе — если что-то занимает в моей жизни настолько много места… — … то пусть оно будет сделано хорошо, — Артур выдохнул. — Ты пытаешься сделать меня другим, Ретт. — Разве ты сам не привык к такой жизни? — Я не привык брать чужое. Ретт резко отстранил его и заглянул в глаза. — Хорошо. Артур нахмурился, чувствуя, что победа его слишком зыбка. Он слабо улыбнулся, надеясь, что сможет скрасить напряжённый момент, и Дуглас сделал вид, что его устраивает это шаткое примирение. — Идём? — спросил юноша, и Дуглас кивнул. Они неторопливо двинулись вдоль берега. Идти до первой квартиры оказалось довольно далеко, но оба старались делать вид, что не замечают этого. — Вот, — сказал Артур минут через пятнадцать, указывая на дом в традициях модерна, с множеством башенок и эркеров. Дуглас нахмурился. Он излишеств не любил. — Давай посмотрим. Квартира располагалась на седьмом этаже — на взгляд Дугласа слишком высоко. Всего в ней было три комнаты, которые можно было переделать под спальню, гостиную и кабинет, интерьер был выполнен всё в том же немного архаичном стиле. Он не любил всего этого ещё до того, как женился, а после любая архитектура, кроме стальных конструкций мегаполиса, стойко ассоциировалась у него с Жози. — Мне нравится балкон, — Дуглас увидел, как Артур выходит в стеклянную дверь, и поспешил выйти следом. Вид действительно открывался чудесный — внизу серебрилась река, а горизонт был почти чистым. — Мне здесь не нравится, — сказал Дуглас твёрдо и потянул Артура внутрь. — Но почему? — Артур не мог сказать, что вообще особо сильно хотел переезжать в новую квартиру, но именно эта пришлась ему по сердцу. Все линии здесь были мягкими, а обстановка казалась не такой сухой и формальной, как в его нынешнем жилище. Эта квартира будто бы жила, и он уже представил, как мог бы с удовольствием наполнять её новыми деталями. — Я сказал нет. Идём дальше. Артур поджал губы, посмотрел на владельца и пожал плечами, давая понять, что ничего не может сделать. Тот так же смиренно развёл руками. Вторая квартира стояла чуть поглубже в жилом массиве, и реку оттуда было видно куда хуже, да и сама она располагалась слишком низко. Третья, напротив, занимала девяносто пятый этаж жилого монстра в две сотни этажей, и от мысли о том, что над ним как в муравейнике будет ещё более сотни ячеек жилья, Артуру становилось муторно. — Вот здесь очень ничего, — сообщил Дуглас. — Делай, что хочешь, — сказал Артур равнодушно, полностью смирившись с тем, что собственных решений у него уже не будет. — Сколько она стоит? — спросил Дуглас. — Сорок тысяч в месяц, сэр, — сообщил риэлтор. Дуглас нахмурился. — Я старался не искать больше пятидесяти, — торопливо добавил Артур, — но здесь дорогой район. — Они что, сдаются внаём? Артур непонимающе посмотрел на Дугласа. — Ничего, — он покачал головой, — я понял, что тебе нравится. Пошли. И в третий раз Артур лишь развёл руками, демонстрируя, что решения принимает не он. Уже по дороге к дому они ещё раз обсудили все три варианта. Дуглас продолжал утверждать, что самое стоящее — третья квартира, тем более что она ближе всего к офису. Артур чётко обозначил, что ему нравится первая, но он согласен на всё, потому что деньги не его. Они остановились у дома, в который Дуглас ни разу не входил, и попрощались, в целом не очень дружелюбно. Артура снова угнетала безысходность и отсутствие выбора. Дуглас думал о Жози и их первом совместном доме, который до сих пор пестрил разномастными архитектурными деталями, раздражая в итоге обоих. — Я хотел попробовать тебя в новой должности, — сказал Дуглас, когда Артур уже собирался выходить. Идея крутилась у него в голове всё время, но последнее заявление Артура относительно траты чужих денег окончательно убедило его, что в отношениях начальника и секретаря им не удержаться. Артур вскинул брови. — Я думаю, она больше подходит тебе, — пояснил Дуглас. — Если справишься с первым поручением, то мы переделаем контракт. Артур недоумённо кивнул. — Что мне нужно будет делать? — Милфорд расскажет тебе в понедельник, — Дуглас едва заметно поцеловал Артура в висок, более чувственное прощание на фоне мыслей о Жозефине казалось кощунственным, и добавил, — иди.