Станция мёртвых сердец

Бёлер вышел на связь к середине октября. Вернее — приехал без предупреждения и направился прямиком к Ретту. Преодолев сопротивление секретарей, штурмом взял приёмную и ввалился в кабинет, когда Дуглас был уверен, что рабочий день уже подходит к концу. — Тебя трудно застать, — сообщил он, падая на диван. Не обращая на гостя внимания, Ретт просмотрел последние три документа и на двух из них поставил свои подписи. — Не очень, — сообщил он. — С Эрханом ничего нового, а на внутренних направлениях всё пока стабильно. — Да, — Бёлер с наслаждением кивнул, — Эрхан… слушай, Ретт, почему мы, два боевых офицера, должны плясать под дудку этих зеленокожих? Ретт поднял глаза от документов и прищурился. — Второй раз я на это не куплюсь, Клаус. — Нет, правда, разве тебе не обидно? Столько сил положить, чтобы отстоять свою независимость — и в итоге что? Ты же их и просишь подписать с тобой контракт. Ретт аккуратно сложил документы в папку, встал и прошёл в другую часть кабинета. Убрал руки в карманы и опустился на краешек стола. — Клаус, ты ведь не за этим приехал? Бёлер тоже встал, подошёл к книжному шкафу, где, как он знал, всегда стояла бутылка бренди и, наполнив два стакана, поставил один на кофейный столик. Свой он поднёс к губам и слегка принюхался. Ретт своего стакана не коснулся, продолжая наблюдать за Клаусом сверху вниз. — Есть одно дело, — сказал Бёлер, пригубив напиток и едва заметно поморщившись. — Говори, — Дуглас продолжал стоять неподвижно. Бёлер медлил. Это раздражало, потому что вёл он себя неприятно и абсолютно никакой симпатии сейчас не вызывал. Может, дело было в том, что он явился не вовремя — оставалось десять минут до встречи с Артуром. В кои-то веки у них было достаточно времени, чтобы не просто потрахаться, но ещё и пройтись, а может, и слетать куда-то. И вот чёртов старый друг, который вполне мог бы явиться со своими реваншистскими идеями днём раньше или днём позже, сидел между Реттом и существом, к которому он тянулся сейчас всеми фибрами души. — Есть заказ от Эрхана, — сообщил Клаус. Дуглас поднял брови. — Сам заказ может тебе не понравиться, но если согласишься — партнёры обеспечат тебе стабильные контракты на десять лет вперёд. Дуглас поудобнее устроился на краешке стола. — И что же может мне не понравиться? Бёлер сделал глоток и покатал бренди на языке. — Это «Красный архонт». Он видел, как прищурились глаза Дугласа и крепко сжались зубы. — Опять. Бёлер не ответил. Лишь пожал плечами. Дуглас отвернулся к окну. — Это опять политическая интрига, да, Клаус… И вряд ли правительство её одобряет. Он не оглянулся, но шеей чувствовал, как ещё раз пожимает плечами Бёлер. — И что они хотят? — спросил Дуглас спустя полминуты. — Бомбардировщики класса М-7. Дуглас присвистнул. Достал из кармана пачку сигарет — он курил очень редко и носил их с собой скорее по привычке. Заложил одну в рот. Покопался в карманах в поисках зажигалки и снова спрятал руки, а сигарету лишь легко прикусил, выдавливая горький табачный сок. — Клаус, ты понимаешь, о чём говоришь? — спросил он оборачиваясь. Клаус медленно кивнул. — И ты ещё заявляешься ко мне с разговорами о старых добрых временах. — Послушай… знаю, как это звучит, — Бёлер наклонился и поставил стакан на стол. — но всё не так плохо. Им не нужны технологии. То есть нужны, конечно, но они понимают, что это отдельные деньги. На моторном отсеке ты можешь установить печать, при активации которой произойдёт самоуничтожение. Мы так уже… — … вы так уже делали… — Дуглас снова в упор посмотрел на Бёлера. — Это не предательство, — добавил Бёлер. Слова звучали не слишком убедительно, но куда лучше убеждал тот факт, что поставщика эрханцы найдут и без него. Кроме того, технология в самом деле была отработана. Тогда, пятнадцать лет назад, они сами точно так же покупали оружие у Эрхана. — Мне надо подумать, — сказал Ретт резко и бросил быстрый взгляд на часы. — Как скажешь, — Бёлер тут же встал и собрался было уходить, но развернулся на полпути. — Слушай Ретт… Ведь наш разговор не… Дуглас покачал головой. — Я тебе позвоню. Бёлер удовлетворённо кивнул и скрылся в дверях. Дуглас потёр лоб. Предложение было слишком вкусным, чтобы от него отказаться. Оно решило бы наконец ту проблему, которая определяла ритм его жизни все последние годы. Но он весьма слабо представлял, чем занимается «Красный архонт», и не был уверен, что удастся докопаться до истины через открытые источники. — Сандберг, — Дуглас надавил на клавишу вызова и, услышав голос секретаря, продолжил, — найди мне хорошего специалиста по информации. Нужно кое-что узнать. Сбросив вызов, он помотал головой и пошёл к выходу. Артур всё ещё сидел на своём рабочем месте. По молчаливому обоюдному соглашению в офисе они не называли друг друга по имени и не афишировали отношений, хотя Дуглас и понимал прекрасно, что каждая собака знает, кто такой мистер Эссекс. Он и сам не раз ловил обрывки завистливых сплетен на тему о том, как оплачивается ночное посещение пентхауса. После того, как двое таких любопытных вылетели с работы без объяснений, разговоры вроде бы прекратились — или по крайней мере стали осторожней. Когда Дуглас приблизился к столу Артура тот, тем не менее, поднял взгляд. Дуглас кивнул в сторону лифта, давая понять, что с работой пора заканчивать и, снова отвернувшись, прошёл мимо. *** Артур стиснул зубы. Ретт отчётливо давал понять, что он должен прибегать по каждому его свистку. С учётом того, что охрана после несчастного случая на вокзале растеряла любое подобие такта, всё это выглядело как тотальный контроль. Даже в особняке отца, где жизнь всегда была размеренной и двигалась чётко по расписанию, он не ощущал себя настолько связанным по рукам и ногам. Временами Артуру казалось, что даже телефонные звонки его прослушиваются — впрочем, он тут же спешил осадить свою паранойю. Он каждый раз хотел высказать Дугласу всё, что думает об этом — и каждый раз, оставшись с ним наедине, вешался Ретту на шею как полный дурак. Всё остальное становилось неважным, и Артуру до безумия не хотелось портить те недолгие кусочки счастья, которые у них были. Спустившись вниз, Артур подошёл к лимузину Дугласа — шофёр тут же открыл перед ним дверь — и зашёл внутрь. Ретт сидел на своём привычном месте и смотрел в окно. На появление Артура он никак не отреагировал, и тот собрался уже было сесть напротив, как делал это всегда, когда Дуглас потянул его за руку. — Иди ко мне, — сказал он тихо, оборачиваясь к Эссексу. — Я очень опоздал? Артур бросил короткий взгляд на часы. Времени было двадцать минут седьмого, но они никогда и не договаривались о времени. По крайней мере, сам он об этом не знал. — Всё в порядке, — сказал он осторожно и послушно уселся рядом. — Не так, — Ретт покачал головой и опять потянул его к себе. Только теперь Артур понял, что должен уместиться ему на колени, чуть покраснел и покосился в сторону шофёра. Дуглас тут же взял пульт и опустил перегородку. Артур вздохнул с облегчением и сделал так, как хотел Ретт. Дуглас отщёлкнул застёжки его пальто, а затем и пиджака, и прошёлся руками по бокам и остановил их на спине. Артур ждал, что руки двинутся дальше. Он почти хотел этого, несмотря на то, что по представлениям молодого аристократа трах на заднем сидении аэромобиля был чем-то неимоверно пошлым и дешевым. Именно сейчас ему было всё равно. Промежность уже наливалась огнём, который медленно расползался и по животу, и по груди, но руки Дугласа замерли, и голова опустилась Артуру на грудь. Артур, собиравшийся было потереться о него бёдрами, остановил движение, ощутив внезапно его полную неуместность. — Ретт?.. — он осторожно зарылся пальцами в волосы Дугласа. Сначала одной рукой, потом второй. Чуть помассировал затылок, а потом уткнулся в него носом. Волосы Дугласа пахли хвоей и миндалём и были мягкими на ощупь — этого тоже не было на фотографиях. Артур потёрся о него щекой и чуть отодвинулся. — Прости… — Дуглас поднял голову и улыбнулся абсолютно фальшиво. Артур некоторое время просто смотрел на него, размышляя, имеет ли право задавать такой вопрос, а потом всё-таки спросил: — Всё хорошо? Ретт кивнул. — Вполне, — он улыбнулся чуть живее. — У меня не было времени придумать, куда поехать. Так что решай ты. Артур улыбнулся одним краешком губ. Ретт не слишком часто давал ему выбор. Обычно его вопросы ограничивались профессиональными либо касающимися самочувствия и прошлого Артура, но никак не того, чего Артур хотел в данный момент. — Не знаю, — он усмехнулся, — кто платит, тот и заказывает музыку, разве не так? Руки Дугласа внезапно с силой сжали его бока, а взгляд полыхнул огнём. — Не смей так говорить, — процедил он. Артур ощутил болезненный укол и хотел огрызнуться, но вместо этого умолк и обмяк. — Мне всё равно, Ретт, — сказал он, устало закрывая глаза, — мне правда абсолютно всё равно. — Тебе всё равно быть со мной или нет? — Идиот! — Артур резко открыл глаза и попытался встать, и только затем осознал, что именно только что ляпнул. Такого он не позволял себе ни разу. Ретт мог орать на него, но не наоборот. — Прости… те… — добавил он кое-как куда тише. — Прости или прости-те? — Дуглас снова смотрел на него со злостью. Артур попытался прикрыть глаза, но пальцы Дугласа встряхнули его. — Смотри на меня, Эссекс! Артур заставил себя встретить полный ярости взгляд. В нём самом уже начинала закипать злость. — А как ты хочешь, а, Ретт? Ты сам сказал, что «купил» меня. Так что же тебе нужно теперь? Чтобы я принадлежал тебе, или чтобы я хотел быть с тобой? — Всё, — выдохнул Ретт, сжимая его ещё сильней и пытаясь поймать такие далёкие сейчас губы. Артур не сопротивлялся. Он не мог противиться этой сладостной муке, когда Дуглас будто бы пожирал его, впитывая всего в себя. Этого всё равно было мало. Они соприкасались лишь двумя сантиметрами тела, и холод вокруг становился ещё сильнее от ощущения горячего рта, терзающего его язык. Но это всё равно было намного больше, чем в темноте осенних ночей, когда Ретта не было рядом, и Артур отчётливо ощущал каждой клеточкой тела приближение зимы. — Артур… — горячее дыхание Дугласа вошло внутрь него, и Артур выдохнул навстречу Дугласу ответную струйку воздуха. От этого чувства, что даже лёгкие их наполнены одним газом, внутри зарождалось что-то новое, будто расцветал, выбравшись из озёрных глубин, волшебный цветок. — У тебя и есть… всё…. Артур обмяк, уткнувшись носом ему в шею. Он только теперь понял, что всё время их поцелуя судорожно сжимал плечи Дугласа. — Как много ты мог бы мне простить? Артур вскинулся, пытаясь поймать взгляд Дугласа и не понимая суть вопроса. — Скажи, как много ты смог бы мне простить, Артур? «Не знаю» — хотел он сказать, но губы произнесли за него: — Всё… Это было безумием. Они так и кружили по городу остаток ночи. Несколько раз останавливались, и Дуглас показывал Артуру места, где любил бывать. И именно в эту ночь Ретт с небывалой ясностью понял — ему мало. Мало лимузина, редких прогулок и полуофициальных встреч в пентхаусе, где сам он ночевал, чтобы не ехать домой, а Артур оставался по его просьбе. У него не было дома, и он давно уже не был ему нужен. Создавать его с Жози оказалось трудным и неблагодарным занятием, и Ретт не стремился пытаться по новой, а держать квартиру в городе только для себя не имело смысла. Теперь же он абсолютно точно знал, что хочет иметь дом. Хочет приходить туда, где его ждут, и хочет, чтобы его ждал Артур. И это не может быть ни съемная квартира, ни гостиница, ни пентхаус, ставший второй частью его рабочего кабинета. — Где ты хотел бы жить? — спросил Дуглас, в очередной раз отрываясь от губ Артура. Тот пожал плечами. Это был уже второй странный вопрос за вечер, но его всё же можно было списать на обычные попытки Дугласа просто узнать его получше. Дуглас ждал, и отмолчаться не получалось. — Я всегда хотел жить у реки, — сказал Артур наконец. — У одного моего друга была квартира на берегу Темзы. По утрам он смотрел, как проплывают под окнами маленькие рыбацкие кораблики, уходящие за город. Дуглас усмехнулся. — Не уверен, что здесь есть маленькие рыбацкие кораблики. Но от реки до офиса не так уж далеко. Артур непонимающе посмотрел на него. — Меня устраивает квартира, которую подобрал мне Сандберг. Я сам не смог бы даже оплачивать её. Артур закусил губу, чувствуя, что снова выходит на скользкую тему оплаты труда. Дуглас платил несоразмерно много, причём в первую же их встречу он сказал, что другие секретари получают меньше. И всё равно почти все деньги уходили в клинику к сестре, так что если бы не субсидии в виде тех самых расходов на производственные нужды и оплаты жилья, Артур вряд ли смог бы поддерживать хоть сколько-то соответствующий уровень жизни. Один только обед в ресторане напротив офиса «Дуглас корп» стоил трети остававшейся у него от зарплаты суммы. Были ещё какие-то столовые для сотрудников, но появляться там Артур не мог — все взгляды тут же обращались на него — и неудивительно, людей с бриллиантовыми запонками там видели не часто. Дуглас каким-то образом узнал о проблеме уже на третий день его мытарств, когда Артур попытался протащить в офис бутерброды, и наутро так же молча, как и всегда, опустил ему на стол полугодовую гостевую карту в десять не самых элитных, но весьма респектабельных ресторанов Астории. — Зачем этот разговор? — спросил Артур, у которого мысли о деньгах отбили изрядную долю романтического настроя. Дуглас тоже немного нахмурился, заметив, как начинает леденеть тело Артура в его руках. Однако отступать и откладывать он не собирался. — Подбери себе квартиру у реки. Только не очень далеко. И если можно — с отдельным кабинетом. — Фирма оплатит ещё и расходы на твою интрижку? — Артур! — Ретт не выдержал и занёс руку для удара, но тут же заставил себя разжать кулак. Артур, кажется, движения не заметил и смотрел так же зло. — Подбери квартиру, — повторил он насколько мог спокойно, но всё же немного грубее, чем хотел. — Если не сделаешь этого сам — Сандбергу придётся сделать это за тебя. А ты вряд ли захочешь, чтобы он совал нос в нашу интрижку.