Станция мёртвых сердец

      Артур проснулся от монотонного писка около семи утра. Звук уже стихал, и Артур решил, что вставать пока нет смысла — никто его не ждал, кроме синтетического кофе на кухне.       Пришло время решать, как быть дальше, а это он вполне мог начать делать, не поднимаясь с постели.       Апатия владела юношей уже два года. Он не помнил, был ли таким раньше, но после ухода из колледжа и первого инфаркта отца всё стало для него одинаково серым. Артур равнодушно сидел у постели больного, вглядывался в его внезапно постаревшие черты, и пытался понять — чувствует ли он хоть что-то? По всему выходило, что не чувствует ничего.       Просыпаясь утром, Артур мог думать только о том, чтобы этот день закончился поскорее — и в то же время он постоянно боялся наступления вечера, потому что за ночью следовал новый день.       Только Люси каким-то странным образом всегда умела вытащить его из серого марева, в котором Артур существовал день за днём.       Люси была моложе Артура на три года, но так сложилось, что она уже вышла замуж. Брак её никогда не выглядел особенно счастливым, но и она, и её супруг понимали, что нужны друг другу. С некоторых пор выходцы с Земли стали ценить аристократическое происхождение так сильно, что за право называться потомком древнего рода многие могли отдать половину состояния. К числу их относился и муж Люси Эссекс — Дэвид Брэйн. Он давал ей деньги, она ему - толику света своей древней фамилии.       Однако, именно брак Люси нанёс следующий удар по всей семье.       17 апреля 617 года с начала Освоения Дэвид Брэйн был убит в космопорту при спуске с собственной яхты. Неизвестный сделал два выстрела — первая попала Брэйну в сердце, вторая… вторая прошла мимо и вошла в позвоночник его супруги Люсии Эссекс Брэйн. На самом деле эта пуля всё же была первой. Но в тот момент детали не имели для Артура никакого значения. Артур не знал и не хотел знать, что стало причиной покушения. У него и не было времени об этом подумать. Какой-то дурак сообщил о случившемся отцу, и этот удар стал вторым, теперь уже смертельным, для стареющего герцога Лютера Эссекса. А третий принял уже его сын — Люсия почти не могла двигаться. Её лечение требовало денег — и немалых, а денег, как оказалось, у Лютера не было. Артур унаследовал только родовое поместье с коллекцией раритетных картин, которые отец просил ни под каким видом не продавать, и ворох долговых расписок. Само поместье, как оказалось, продать тоже было невозможно — торговля земельными участками на Земле по неведомым Артуру причинам была запрещена.       Артур выслушал завещание молча. Он всё ещё ничего не чувствовал. Только мысли о Люси аукались тупой болью в груди. От них хотелось плакать, но Артур знал, что Эссексам плакать нельзя.       Именно тогда он отправился бродить по Лондону и в маленькой лавке старьёвщика купил свой первый пистолет. Это был револьвер, из которого застрелился Эрнест Хэмингуэй*. Артуру нравилась мысль, что он держит в руках предмет, который оборвал жизнь великого писателя прошлого, и который так же легко мог бы оборвать и его собственную.       Мысли о самоубийстве первое время преследовали его постоянно. Артур не мог представить, как рассчитается с долгами и оплатит лечение сестры. Он не имел ни образования, ни навыков, ни связей. С большинством друзей Артур перестал общаться ещё тогда, когда покинул Кембридж. Навязчивость остальных сошла на нет, как только выяснилось, что у Эссексов нет денег.       В то же время с каждым часом Артур понимал всё отчётливее, что просто так уйти из жизни он не может. У него была Люси, которая определённо не заслужила провести остаток дней в бесплатной клинике для бедных. Деньги её мужа подошли к концу за неполный год болезни — как оказалось, большая их часть была рассеяна по чужим корпорациям, которые с удивительной скоростью банкротились одна за другой.       Работу Артуру не удавалось найти весь этот год. Зато в конце осени поступило сразу два предложения.       Первое исходило от мисс Милфорд. Джулия Милфорд много лет назад работала секретарём у его отца. Затем ей пришлось уйти, — как понял Артур много позже, повздорив с его матерью. Тем не менее, отношения между Джулией Милфорд и Лютером Эссексом всегда оставались дружескими, даже когда она перешла на работу к тому самому Ретту Дугласу.       Именно от неё Артур услышал о Дугласе в первый раз. Потом уже он стал внимательно следить за тем, что происходит в жизни этого во всех отношениях необычного человека.       Ретт Дуглас был бывшим военным. Офицером космофлота в отставке — насколько знал Артур, в отставку он ушёл после смены правительства и заключения мирного договора с Эрханом. Жёлтые газетёнки писали, что Ретт продолжал сотрудничать со спецслужбами, но Артур в этом крайне сомневался. По его представлениям Дуглас был человеком чести. Происхождения, впрочем, Дуглас был далеко не благородного, и когда он после восьми лет борьбы за первенство на судостроительном рынке землян попытался продвинуть свой бизнес дальше, происхождение стало для него камнем преткновения. Эрхан не вёл дел с простолюдинами. Их не интересовали выгоды и прибыль — только то, как далеко простирается твой род. Возможно, именно поэтому в том же году Дуглас женился, надеясь таким образом прикрыться титулом жены, урождённой графини де Мортен. Однако, если верить всё тем же жёлтым газетенкам, отношения между Дугласом и Жозефиной де Мортен складывались не слишком удачно.       Подтвердились сплетни и тем, что предлагала Артуру Джулия Милфорд. По её словам, Дуглас искал себе референта или компаньона, который мог совместно с ним проводить переговоры с Эрханом. Дуглас, таким образом, в глазах чопорных эрханцев выступал бы от лица древнего земного рода, а на то, кто именно принимает решения, эрханцы милостиво закрывали глаза. Практика была в целом не нова — так же, как договорные браки и просто попытки отыскать среди своих далёких предков титулованных особ. Перспектива Артуру казалась более чем удачной. Непыльная и высоко оплачиваемая работа, где его вряд ли заставили бы делать больше, чем он умеет — улыбаться к месту и вежливо пожимать руку. Наверное, стоило с самого начала подумать о том, что работа слишком уж подходит для него. Тогда же мысль была одна — неужели это правда? И насколько велик шанс, что всемогущий Ретт Дуглас возьмёт его в свою компанию?       Джулия признавала, что шанс не слишком велик. Из пятидесяти кандидатов Дуглас уже отсеял сорок, хотя все они имели законченное юридическое образование. В то же время Артур имел серьёзное преимущество — Джулия могла предложить его досье Дугласу, минуя инстанции и проверки.       Артур всё ещё колебался, когда получил новое предложение:       Его бывший сокурсник Эдвард Карлайл предлагал ему… сожительство. Получив письмо от Эдварда, которого Артур, к своему счастью, не видел уже два года, Артур едва не задохнулся от ярости. Эдвард честно признавал, что какой-либо официальный союз с Артуром на сегодняшний день ему невыгоден. Однако он предлагал оценить его благосклонность и согласиться проживать у него на содержании, а взамен обещал помочь с оплатой счетов за клинику.       Ознакомившись с предложением, Артур впал в ступор на долгих несколько секунд, — а затем немедленно набрал номер мисс Милфорд и сказал, что согласен. Оставаться на Земле было невыносимо.       Встречу тем не менее удалось назначить только через неделю, и Дуглас в самом деле не собирался встречаться на Земле. Как понял Артур довольно быстро, это была обычная практика — собеседование Дуглас мог назначить там, где у него выдавались свободные десять минут, и то, каким образом кандидат попадёт на встречу к сроку, его ничуть не интересовало.       Это Артура не удивило. Чего-то подобного он и ожидал от человека, о котором много раз читал. Куда больше его удивило то, о чём пришлось вести речь за столом.       Он купил билет и оказался на месте, как и положено, в половине второго. Вернее — в двадцать восемь минут. Дуглас пришёл ровно в 13.30. Первым, что бросилось в глаза Артуру, стал знаменитый шрам, полученный по разным версиям то ли во время переворота, то ли в одной из последних битв с Эрханом. На фотографиях он выглядел куда меньше и проходил от линии роста волос почти вертикально вниз, но не доходил до линии бровей. В жизни он пересекал бровь и разделял её на две части. Артур с трудом заставил себя не смотреть на это увечье. Как оказалось — успешно, Дуглас так и не заметил его взгляд.       В остальном Дуглас оказался точно таким, каким Артур видел его на фотографиях. Даже бровь поднимал точно так, как на некоторых картинках, и так же едва заметно улыбался, пряча улыбку за сжатой в кулак рукой.       Однако самообладание сохранять удалось недолго.       Артур ожидал, что Дуглас поставит вопрос о его неоконченном образовании — оно откровенно было самым слабым местом в той биографии, которую подготовила мисс Милфорд. Они даже заготовили несколько вариантов ответов, каждый из которых, в зависимости от настроения Дугласа, должен был его удовлетворить. Однако едва ли не первым вопросом стал вопрос о браке. Артур в самом деле не был женат. Почему-то ему и в голову не пришло, что брак мог помочь ему выкарабкаться из нищеты, а даже если бы и пришло, он бы моментально отверг эту идею — Артур не любил безысходности. Представить, что он связывает свою жизнь с кем-то до самой смерти, он никак не мог.       Следующий вопрос выбил его из колеи ещё сильнее. Он выглядел так, будто бы Дуглас пытается выяснить, кого Артур предпочитает видеть в своей постели. Артур предпочитал спать один. Тому имелись достаточные основания, которые, безусловно, не касались едва знакомого человека.       Дальнейший разговор был ещё более абсурден — Дугласа интересовало, нравится ли ему дешевый бразильский кофе, который подавали в кофейне в десятке парсеков от Земли. Артур несколько секунд колебался между вежливостью и честностью, пока не нашёл компромисс. Какое из этих качеств интересовало Дугласа, Артур так и не решил.       Окончательно же он понял, что никого не интересуют его навыки, когда Дуглас вполне конкретно заговорил про постель.       Теперь, лёжа на кровати под тонким синтетическим одеялом, Артур думал о том, как ему реагировать на второе за месяц предложение подобного свойства. Он уже понял, что настоящей профессии у него нет. Должно быть, Дуглас отлично увидел это в досье. По сути, у него были только происхождение и тело. «Не тело, а честь» — поправил он тут же сам себя. Потомок Эссексов не мог позволить себе стать проституткой.       Человека, который мог платить за первое, нужно было всерьёз поискать. Второе он продать не мог. И, тем не менее, Люси оставалась в больнице, а Артур не мог даже позвонить ей, потому что счёт окончательно опустел. За номер было заплачено до обеда, где ночевать потом — Артур не знал.       Юноша встал — как бы ни хотелось ему остаться неподвижным до конца дней, следовало использовать оставшееся время с умом — и двинулся к ноутбуку.       На полпути он остановился. Звонил телефон. На экранчике отпечатался номер клиники.

***

      Сорока пяти минут вполне хватило, чтобы сделать то, что в прошлый раз ассистентам не удалось сделать за три недели — досье Артура Эссекса оказалось проверено и дополнено теми самыми необходимыми Дугласу фактами.       — Почему он ушёл из колледжа не совсем ясно, — докладывал стоящий напротив его стола Сандберг, пока Ретт просматривал материалы для будущей встречи.       — Ушёл или вылетел? — спросил Дуглас, не поднимая глаз от документов.       — Полагаю, всё же ушёл.       — Может такое быть, что ему стало нечем платить?       — Маловероятно. Колледж был оплачен на три года вперёд вплоть до окончания. Он просто подал документы об уходе и всё.       Дуглас нахмурился.       — Так не бывает, Сандберг, и вы это знаете.       — Да, мистер Дуглас.       — Продолжайте.       — Друзей у него не осталось. Он поддерживал контакты лишь с двумя учениками, и те прекратились около года назад. Но у него есть сестра. Она лежит в клинике Метью Астерса. Весьма дорогостоящее…       Дуглас резко поднял глаза от бумаг.       — Я знаю, что такое клиника Метью Астерса. А вот почему я до сих пор ничего не знал о сестре?       Сандберг покосился на дверь, будто подумывал о побеге. Досье Эссекса проходило не через него, и сам он никогда не допустил бы такой ошибки, но сдавать Милфорд не хотелось — прикрой ты и прикроют тебя.       — Простите, сэр, — сказал он спокойно, приготовившись к тому, что начнётся буря, но ничего не произошло. Похоже, Дуглас заинтересовался мальчишкой не на шутку. У Сандберга были большие сомнения относительно того, что недоучка и отпрыск знатных родителей сможет всерьёз выполнять какую-то мало-мальски серьёзную работу, но, похоже, от него требовалось совсем другое.       — Дайте сюда, — отложив в сторону собственные документы, Дуглас протянул руку и отобрал у Сандберга планшет. — Люсия Эссекс Брэйн. Брэйн, я где-то слышал эту фамилию?       — Дэвид Брэйн играл заметную роль на рынке тяжёлых металлов вплоть до прошлого года.       — Неважно, — Дуглас стремительно пролистывал материалы. — Скажите, мистер Сандберг, а её лечение тоже оплачено на три года вперёд?       Сандберг качнул головой.       — Насколько я знаю, так не делается. Скорее всего, деньги поступают ежемесячно.       — Узнайте, — Дуглас протянул ему планшет. — Я более чем уверен, что у мистера Эссекса обнаружатся задолженности, а срок выплаты скоро истечёт.       — Да, мистер Дуглас.       Сандберг и глазом не моргнул. Невысказанное распоряжение было ясно как день.

***

      — Мне нужно время, мисс Алстер, — повторил Артур уже в третий раз и потёр глаза. — Я нашёл работу, и скоро внесу деньги. Просто я не могу сейчас добраться до банка.       — Простите, мистер Эссекс, я не стремлюсь вникать в подробности вашей личной жизни. Вас оповестили о том, что срок выплаты истекает, два месяца назад. Мы шли вам на уступки все эти два месяца. Полагаю, если вы не в состоянии платить, вам лучше поместить миссис Брэйн в другое заведение.       Артур снова потёр глаза. Он хотел было ответить, но ему помешал внезапный стук в дверь. Артур никого не знал. Более того, он никого не знал ни на Луне 3, ни на Андромеде в целом.       — Простите, мисс Алстер, ко мне пришли. Я перезвоню.       Радуясь тому, что может прервать бесперспективный разговор, он сбросил вызов. Убрал мобильный и подошёл к двери.       Осторожно приоткрыл и тут же попытался захлопнуть, но не успел. Лакированный ботинок с острым носком проник в щель и замер, мешая ему закончить.       — Вы ведёте себя невежливо, мистер Эссекс.       Артур вздохнул. Он недовольно оглядел собственную заношенную футболку и домашние брюки — одеться Артур не успел, да и выходить из номера до двенадцати не собирался.       Стук повторился.       Артур вздохнул, пригладил рукой волосы и открыл дверь.       — Простите, мистер Дуглас, я не ожидал вашего прихода, — он ещё раз окинул взглядом собственную одежду, на сей раз демонстративно.       Дуглас стоял в коридоре — шикарный, как африканский лев, и такой же самодовольный. Чёрный костюм-тройка и золотая цепочка, протянувшаяся от нагрудного кармана под полу пиджака, казались до предела неуместными на фоне металлических стен дешевой гостиницы. Ещё более неуместно выглядели двое телохранителей, замерших в двух шагах позади.       — Я понял, можете не извиняться.       Артуру мгновенно стало неуютно под пристальным взглядом дельца, который, похоже, был только рад застать его в подобном виде.       — Вы меня не пригласите?       Артур оглянулся на номер. Он не столько не желал показывать Дугласу свою неубранную комнатушку, сколько не хотел видеть у себя этого опасного человека. В том, что Дуглас опасен, Артур не сомневался — хищный взгляд чёрных глаз был слишком красноречив.       — Простите, мистер Дуглас, нет.       Артур тут же понял, как глупо звучит его отказ — в пустом коридоре Дуглас и двое его амбалов и без того могли сделать с ним всё, что угодно.       — Очень жаль, — Дуглас убрал руки в карманы, — я как раз-таки хотел посмотреть, где вы обитаете.       Артур сглотнул. Он сильно подозревал, что осмотр жилища лично шефом не является частью стандартной проверки при найме в «Douglas Corp.».       — Боюсь, я обитаю здесь не так долго, чтобы вы смогли что-то узнать о моих деловых качествах.       Дуглас хмыкнул, вызвав почти неудержимое желание влепить ему оплеуху.       — Вы хотели узнать ещё что-то? — холодно поинтересовался Артур.       Дуглас пожал плечами.       — В общем, да. Я хотел спросить, не передумали ли вы.       — Вам не стоило тратить время на поездку, вы могли бы узнать мой ответ по телефону.       — И каков же ваш ответ?       — Боюсь, что он тот же. Я буду рад занять ту должность, о которой говорил с вашим секретарём. Я не собираюсь занимать ту, о которой говорили вы.       Дуглас снова хмыкнул.       — Простите… Мистер Дуглас, мне не совсем понятно, откуда такой интерес к моей персоне? Полагаю, вы достаточно занятой человек, чтобы не тратить время на выезды в гости без приглашения.       Улыбка исчезла с лица Дугласа.       — Вы задали интересный вопрос, мистер Эссекс. Очень интересный, — он вынул руку из кармана и протянул Артуру чёрную визитку с белым тиснением, — на случай, если вы всё же передумаете… Я вылетаю сегодня в два из третьего ангара космопорта Луны 3.       Артур взял визитку, повертев её в руках, и пожал плечами.       — Благодарю. Я могу идти?       — Пока да.       Дуглас, не оглядываясь, повернулся и пошёл прочь по коридору. Охранники двинулись следом. А Артур стоял ещё какое-то время и смотрел на визитку. Затем зашёл обратно в номер и бросил её на ближайший стол. Сам он подошёл к окну и, склонившись над подоконником, выглянул наружу. Несколькими этажами ниже шумела автострада. На Луне 3 у неё было всего пять ярусов, хотя Артур слышал, что бывает и больше. На Земле таких анти-экологичных монстров не строили, и в непривычно монотонном движении аэромобилей Артур ощутил что-то гипнотизирующее.       Он подумал о том, как хорошо было бы вырваться вниз и пролететь десяток этажей зная, что впереди не ждёт уже ничего — а затем разбиться и упасть в темноту.       Затем отвернулся и присел на подоконник. Из больницы пока не перезвонили — быть может, нашли себе другую жертву. Он сел за ноутбук, проверил почту. Писем не было. Затем пролистал сайты с объявлениями работодателей и не нашёл там ничего нового для себя. Все подходящие компании уже получили по десятку его резюме, и никто до сих пор не ответил, кроме пары откровенно подставных фирм, желавших взять с него деньги за возможность работать у них. Закончив, Артур закрыл ноутбук и встал.       Прошёл по комнате, на ходу собирая вещи — ничего особенного у него не было, только то, что можно унести на себе. Оделся и стал спускаться в холл. Часы показывали без пятнадцати двенадцать.       Попрощавшись с симпатичной девушкой на ресепшене, он поправил сумку с ноутбуком на плече и вышел за дверь. Небо над Луной 3 было тёмным — спутник как раз пересёк границу ночи. Смотреть здесь было нечего — как, скорее всего, и на самой планете. И всё же Артур побрёл по улице, разглядывая однообразные корпуса из шлифованного металла. Иногда он заглядывал за двери забегаловок и заходил в маленькие магазинчики, чтобы спросить, не требуется ли им сотрудник, который ничего не умеет. Два часа хождения по городу принесли Артуру три предложения поработать посудомойщиком за две сотни кредитов в день и четыре откровенных намёка на проституцию. Долг перед клиникой составлял сто двадцать тысяч кредитов, и в следующем месяце собирался вырасти ещё на шестьдесят.       В одной из лавочек Артур заметил раритетный револьвер всего за десяток кредитов, выскреб из кармана остатки мелочи и отдал продавцу. Теперь у него не было денег даже на то, чтобы улететь на планету.       Он сам не заметил, как ноги вынесли его к зданию космопорта.       Артур вздохнул. Как и во все прошедшие годы, выбора у него, кажется, не было.       Артур зашёл внутрь и спросил, как найти третий ангар.       Двое сотрудников космопорта, попавшихся ему первыми, посмотрели на него как на ненормального. Следующие двое ответили ясней:       — Это ангар личного пользования. Посторонним туда вход запрещён.       Артур не слишком удивился.       — Всё же будьте добры, подскажите мне направление, — ответил он, и ему, наконец, указали куда идти.       Миновав череду лестниц и коридоров, Артур подошёл к раздвижным дверям.       — Прошу прощения, мистер… — тут же перегородила ему дорогу девушка в чёрной форме пассажирского космофлота.       — Мистер Эссекс, — сказал он устало.       Девушка что-то набрала на планшете. Подняла бровь и отошла в сторону. Двери открылись.       Дуглас стоял у самого борта длинной серебристой яхты, похожей одновременно на пикирующего ястреба и на выпрыгнувшую из воды летучую рыбку. Он что-то настойчиво втолковывал одному сотруднику космофлота и двум людям в штатском.       Артур подошёл и вежливо поклонился.       — Договор подписан, мистер Эванс. Все ваши претензии не имеют смысла, простите, вы задерживаете вылет.       Кивком головы он указал Артуру на яхту. На лице Дугласа при этом не промелькнуло ни тени удивления.       — Простите, мне, наверное, нужно оформить документы об отлёте… — произнёс растерянно Артур, который только что собирался объяснить своё появление здесь, но теперь понял, что это бесполезно.       — Документы уже оформлены. Не тратьте моё время, Эссекс. Сандберг ждёт вас на борту со всеми бумагами.