Станция мёртвых сердец

Три дня прошли как в тумане. Ретт не мог ни спать, ни есть. Он проверил расписание Артура и обнаружил, что у того тоже назначено две встречи с Гарднером. Почему-то Артур ни разу не говорил ему об этом, и в первые минуты Ретт разозлился, решив, что за этим что-то стоит, но потом заставил себя успокоиться. Он всё-таки проверил мобильный Артура и в самом деле не нашёл там никаких сообщений, кроме своих собственных. С Гарднером и другими партнёрами Артур созванивался исключительно через секретаря, а тот вряд ли мог вести двойную игру. Зато несчастное приложение, за которое он уже дважды за сутки наорал на Танаку, использовалось явно чаще других. Откладывая телефон, Ретт тяжело вздохнул. Приходилось признать, что вся вина за случившееся лежит только на нём. Вечером он снова обшарил все места, где они с Артуром бывали вдвоём, а не обнаружив юношу там, принялся кругами прочёсывать окрестности дома. Умом он понимал всю бессмысленность этого занятия, но поделать ничего не мог — находиться в квартире в одиночестве было невыносимо. Он пробродил всю ночь, а на утро, второпях приняв душ и побрившись, отправился на встречу с Гарднером вместо Артура. Секретарь был удивлён, когда Дуглас потребовал у него бумаги по сделке, но отказать не осмелился. Просмотрев всё несколько раз, Ретт нахмурился. Объект для приложения злости был налицо. Гарднер тоже был удивлён, но виду не подал. Впрочем, шок явно сказался на его уверенности в себе, и в течении двух часов контракт был подписан на условиях «Дуглас корп». Вечером Ретт снова отправился на поиски — и снова безуспешно. От Танаки тоже новостей не было. Ретт наорал на него ещё дважды, но Танака лишь молча выслушал всё от начала до конца и в который раз повторил, что работа идёт. Ретт почти не отрывался от мобильного, надеясь поймать момент, когда Артур появится на экране, но так и не смог. Только в конце третьего дня раздался звонок от Танаки. Тот без предисловий назвал координаты и спросил: — Мы едем или ты сам? — Аэромобиль туда, но к нему не подходить. На глаза не попадаться. — Понял. Танака дал отбой, а Ретт, бросив документы, рванул к машине. *** Маленький скрючившийся силуэт казался особенно хрупким на фоне заходящего солнца, до середины утонувшего в реке. Ретт вышел из аэромобиля и замер, не сразу решившись подойти. Артур не двигался. Издалека Ретт не мог разглядеть ни лица, ни фигуры, но всё же был абсолютно уверен, что это именно он. Только спустя полминуты он медленно двинулся к нему. — Привет, — Ретт опустился на корточки напротив него. Артур скользнул по нему равнодушным взглядом и отвернулся. Щёки юноши запали, под глазами залегли тени, а вместо запаха корицы от одежды шла невероятная смесь тошнотворных запахов. — Артур, прости. Артур молча смотрел мимо него. Ретт поймал его руки и приложил пальцы к губам. — Я больше не трону тебя, Арти, клянусь. За эти три дня я чуть с ума не сошёл. — Ты врёшь, — сказал Артур равнодушно. Ретт долго молчал. — Да, я вру, — сказал он наконец и приложил перепачканные руки Артура к закрытым глазам. — Я не могу. Я боюсь, что тебя не будет со мной, и это сводит меня с ума. Я не могу тебя потерять. Артур наконец посмотрел на него. — Но я хотел… — сказал он. — Хотел быть с тобой, Ретт. Это всё, чего я хотел. — Прости, — Ретт почувствовал, что больше ничего сказать не может, потому что горло сдавило будто удавкой. Артур скрючился ещё сильнее, пытаясь спрятать лицо, а когда Ретт поймал его в ладони и осторожно приподнял, на щеках блестели дорожки слёз. Артур попытался отвернуться, но Ретт не позволил, прижал его к себе и осторожно погладил по волосам. — Пойдём домой, малыш. Артур ответил не сразу. — Я всё сделаю для тебя, Арти. Только дай мне шанс. — Я не могу, — сказал Артур негромко. — Прости. Артур повернулся к нему и вздохнул. — Я подвернул ногу, Ретт. Иначе я бы не вышел сюда. Ретт не стал дожидаться продолжения истории. Просто подхватил его на руки и понёс в машину. Артур не сопротивлялся, но и не льнул к нему, как это было обычно. Ретт усадил его на белое сиденье и осторожно пристегнул. — Я тебе весь салон испачкаю, — пробормотал он, когда Ретт уже садился за руль. Ретт ничего не ответил, только притянул его к себе и, обнимая одной рукой, тронул аэромобиль с места. Дорога заняла минут пятнадцать. Артур продолжать смотреть куда-то за окно, но отстраниться не пытался. Около дома Ретт точно так же вынул его из машины и на руках поднял в квартиру. — Подожди секунду, — он опустил Артура на пол, но только плотнее прижал к себе, а сам принялся искать ключ. Артур молча протянул руку и приложил металлическую пластинку к замку. Ретт снова попытался взять его на руки, но Артур оттолкнул его ладонь. — Не надо… пару метров я пройду. Ретт не обратил на возражения никакого внимания, поднял его и занёс внутрь. Пинком ноги закрыв входную дверь, он сразу же свернул в ванную и только потом ненадолго отпустил Артура, чтобы включить воду и помочь ему раздеться. Артур по прежнему оставался безучастным к происходящему, и это равнодушное отсутствие было невыносимо. Ретт, опустившийся на корточки, чтобы стянуть с него джинсы, не выдержал и прильнул щекой к обнажённому торсу. — Артур… — выдохнул он. Артур секунду стоял безучастно, а потом всё-таки протянул руки и опустил их на затылок Ретту, вплетая пальцы в короткий ёжик волос. Окрыленный этим ответным движением, Ретт поцеловал его у самого соска и поднял глаза. — Если бы с тобой что-нибудь случилось, я бы умер. Артур не ответил. Только чуть отвернулся в сторону. — Я просто хотел быть чуточку ближе к тебе… — повторил он тихо. — Что я сделал, Ретт?.. Ретт плотнее вжался в его грудь. — Ничего, — прошептал он. — Ничего, Артур. — Ты же следишь за мной. Ретт вздрогнул и поднял на него глаза, неуверенный в том, что всё слышит верно. — Я знаю про камеры и про дневник. Ретт попытался вглядеться в его глаза, но не смог поймать убегающий взгляд. — Я просто… Просто тоже хотел… Кусочек тебя… — Артур! — не выдержав, Ретт вскочил на ноги и прижал Артура к себе, практически лишая возможности дышать. — Я не шпионил… Я не… — Артур, замолчи. Ретт прижал бы его ещё сильнее, если бы мог. — Прости меня. Я не знал. Я идиот. Если бы ты сказал, что хочешь… — он покачал головой и уткнулся носом в волосы Артура. Сейчас они пахли чем угодно, только не его любимыми сладостями, но ему было уже всё равно, лишь бы только чувствовать тело Артура рядом с собой. — Я идиот, — повторил он. — Я думал, ты с кем-то общаешься. Ты так улыбался глядя… глядя на… — … на тебя, — тихо закончил Артур за него и попытался вырваться, но не смог. — На тебя… — повторил он уже самому себе и на какое-то время замолчал. — Это так… так странно, понимать, что я могу видеть тебя всегда. Что нету этих встреч, переговоров, конкурентов и партнёров, что я могу почти что прикоснуться к тебе в любой момент. Узнать, что ты делаешь, чем дышишь… — Я знаю, — прошептал Ретт, — знаю… Артур всё-таки поднял взгляд. — Неужели это так плохо? Ретт только устало покачал головой. — Артур… я думал, что ты общаешься с кем-то. С кем-то другим. Ты никогда не улыбался мне вот так, свободно. — Но я улыбался тебе! — Прости. Он замолчал, не зная как ещё объяснить то, что произошло, и, лишь подливая масла в огонь, Артур покачал головой и сказал: — Я не понимаю, что я сделал. — Ничего. Ретт снова замолк. — Артур, залезай в душ, — попросил он, стараясь взять ситуацию под контроль. Артур оглянулся и неловко переступил по кафелю, приближаясь к бортику. Ретт подсадил его, помогая перебраться внутрь без помощи правой ноги и, улучив момент, поймал опухшую лодыжку. Он осторожно провёл ладонью по её изгибу, внимательно отслеживая реакцию Артура. — Можно? — спросил он. Артур равнодушно пожал плечами, ещё не понимая, что он имеет ввиду. — Держись за что-нибудь. Артур нащупал позади выступающую плитку, и Ретт, продолжая удерживать голень, дёрнул ступню Артура на себя. Юноша взвыл и зло посмотрел на Дугласа. Ретт улыбнулся, к своему удивлению обнаружив, что боль возвращает во взгляд Артура жизнь. — Тебе всё мало, да? — спросил он со злостью. — Мало, что ты насилуешь меня, избиваешь, унижаешь… Ты хочешь. Ретт не слушал этот бессмысленный поток слов. Торопливо скинув на пол одежду, он забрался к Артуру и попытался прижать его к стене. Артур не дался. Он сильно, как ему показалось, ударил Ретту кулаком в живот, но тот лишь усмехнулся, перехватил его руку и завёл за голову. Артур попытался ударить ещё раз, уже другой рукой, она тут же оказалась так же прижата к кафелю. — Ненавижу, — выдохнул он, но договорить не успел, потому что Ретт закрыл ему рот поцелуем. Артур колебался секунду, а потом с охотой ответил, надеясь всё же, что Ретт отвлечётся от его рук, но тот продолжал крепко сжимать тонкие запястья юноши. — Ненавижу, — выдохнул он снова, когда Ретт чуть отстранился, чтобы заглянуть ему в глаза, и тот опять запечатал ему рот. Струйки тёплой воды щекотали Артуру шею, намокшие волосы липли ко лбу, а там, где вода уже сбежала по телу, кожи неприятно касался холодный воздух. Артур выгнулся, стараясь сбежать от сквозняка и прижимаясь к Ретту всем телом. Ретт ещё раз отпустил его губы. — Сволочь! — выдохнул Артур, но в глазах его уже не было злости. Поразмыслив, Ретт решил закрепить результат и поцеловал его в третий раз. Артур почти повис на нём, уже не пытаясь держаться на ногах. Ретт не заметил, в какой момент твёрдый член юноши начал тереться о его бедро. — Уже? — выдохнул он, чуть отстраняясь. — Уйди, я грязный. — Я заметил, что тебя это волнует, — перехватив руки Артура одной рукой, Ретт другой поймал его член, крепко сжал ствол и провёл большим пальцем по головке. Артур издал тихое «ох» и прогнулся дугой, подаваясь навстречу. Ретт сделал ещё несколько движений, а потом наклонился и, чуть оттолкнув лбом его голову, оттянул зубами тонкую кожицу на шее. Он отчётливо ощущал, как бьётся пульс совсем рядом, как он ускоряет свой бег, когда Ретт особенно сильно покусывает нежную шею, и как трепещет, почти рвётся из рук тело Артура. — Пусти… — выдохнул юноша, но Ретт не обратил на это никакого внимания. Убрав руку с его члена, он скользнул пальцами по его бедру и сжал ягодицу — медленно, но со вкусом. — Можно? — спросил он, отстраняясь и ненароком пробираясь пальцами ближе к анусу. Артур нервно кивнул. Ретт ещё раз поцеловал его чуть выше ключицы и, резко перевернув, шлёпнул по заднице. Артур снова ахнул и прогнул спину, выставляясь навстречу. Ретт ещё разок сжал белоснежную мягкую плоть. Нехотя отпустив руки Артура, он присел на корточки и уткнулся носом в сжатую дырочку. Осторожно лизнул, и тело любовника тут же сильнее подалось ему навстречу. Ретт подсунул руку Артуру под живот, придерживая, а сам проник языком чуть глубже. Артур попытался изогнуться, насаживаясь на его язык, но только ткнулся кончиком члена в жёсткие пальцы. Ретт поддался соблазну и, поймав его член рукой, принялся двигать вдоль него ладонью, всё так же исследуя легко поддающийся ласкам вход. — Ретт… — выдохнул Артур. Он опустил руки на ягодицы и чуть развёл, пытаясь подставиться ещё сильнее. Ретт лишь усмехнулся и, отстранившись, легко пощекотал его. Встал, и поймав обе руки Артура, заставил опереться ими о стену. Свои ладони он положил сверху, припечатывая их. Грудь его плотно приникла к спине Артура. — Люблю тебя, — прошептал он и, качнув бёдрами, плавно и глубоко вошёл в тело любовника. Артур ахнул, прогибаясь и откидывая голову ему на плечо. Ретт тут же поймал его губы и принялся нетерпеливо целовать. При этом он плавно покачивал бёдрами, заставляя тело Артура содрогаться при каждом толчке. Чуть отстранившись, он заглянул в лицо любимому. Ресницы Артура были опущены, но под ними едва заметно сверкали зрачки. — Ты простил меня? — спросил Ретт. Артур промычал в ответ что-то невнятное. — Артур, ты меня простил? — он толкнулся особенно сильно. — Потом… — выдохнул Артур и закусил губу, — Ретт… Ретт поймал его губы и коротко поцеловал. Потом снова отодвинулся, вглядываясь в лицо, и, толкнув одну руку вниз, заставил опустить её на давно уже вымаливающий ласки член юноши. Контролируя каждое его движение своей рукой, Ретт принялся медленно водить по стволу, внимательно глядя в расслабленное лицо. Губы Артура припухли и были чуть приоткрыты, но Ретт выбрал другой путь. Он снова опустил голову и прикусил его шею под самым ухом. Артур протяжно выдохнул, и Ретт ощутил на своих пальцах сперму. Анус, обнимавший его собственный член, стремительно запульсировал, и Ретт выгнулся, входя напоследок до предела. Наслаждение накрыло его на несколько секунд, и Ретт торопливо вернул их с Артуром руки обратно на стену, опасаясь, что они рухнут и расшибут остатки конечностей. — Я уже не могу без тебя, — прошептал он в самую шею Артуру. Артур не ответил, только прислонился лбом к стене. — Ты всегда будешь делать мне больно, — сказал он, когда сердце перестало глухо стучать. — Тебе это нравится, — сказал Ретт, упираясь лбом ему в плечо. — Мне… Не знаю, Ретт. Иногда это слишком. И… — Артур закусил губу, вспомнив причину ссоры. — Я просто… — Тш-ш… Ретт развернул его лицом к себе и прижал к груди. — Я твой, Артур. Делай со мной, что хочешь. Следи, убивай, мучай. Только будь со мной. Артур замер, медленно расслабляясь. — Всё, что ты делаешь со мной? Ретт уткнулся носом ему в макушку и вздохнул. — Всё, что я делал с тобой. Почему-то эта мысль окончательно успокоила Артура, и он прижался к Дугласу уже вполне открыто. — Мы будем принимать душ, или ты притащил меня сюда, чтобы трахнуть? — И то, и другое, — откликнулся Ретт и потянулся за бутылочкой с гелем. Когда они уже выбрались наконец из ванной, Ретт укрыл Артура одеялом и положил мобильный рядом с подушкой. Артур заметно напрягся, будто увидел рядом с собой змею. Ретт провёл кончиками пальцев по его щеке. — Ты будешь за мной следить? — Зачем? — спросил Артур, и голос его прозвенел металлом. Артур осторожно погладил его по волосам. — Мне будет теплее от мысли, что ты смотришь на меня. Артур закрыл глаза и обмяк. Потом поймал его ладонь и крепко сжал. — Да, — сказал он, — да, Ретт.