По следам знаменитости

- Итак, с чего начнем? - поинтересовался Гарри. - Давай с этой фотографии, - я указала на счастливых, широко улыбающихся миссис Клоуф и позади стоящего кудрявого еще совсем юного мальчика, с теми же яркими большими глазами цвета весенней травы. Его вид стал задумчивый, на глазах выступила боль, смешанная с чем - то необъяснимым: то ли радости, то ли счастья, то ли горя и обиды. - Когда мне было семь, мои родители развелись, отец бросил нас, а мама в то самое время рыдала каждую ночь, копалась в себе, думая, что причины были в ней самой. Некогда счастливая и любящая семья распалась, оставив каждого наедине с собой. Уже с детства я любил пение и стремился творить, создавать синглы и в один день мы с друзьями создали группу. Поначалу, выступали только в классе, затем на общих концертах школы, затем в других школах в разных округах, а после нас пригласили выступить в приюте для детей. Мы, конечно, сомневались, но все же приняли приглашение. И этот долгожданный день наступил, мы приехали в бедный пансионат для детишек нашего возраста и помладше, отыграли пару песен, пообщались с ребятами и, когда уже убирали в чехлы гитары, я услышал детский плач. Стало не по себе, но я все решил найти несчастного. Поблуждав по коридорам, я увидел маленькую девочку - Эмили, - на этом моменте Стайлс заулыбался. - Никогда не догадаешься, кто это был, - резко перевел он тему, а я посмотрела на него крайне неодобрительным взглядом. - Давай дальше. - Нет, сначала угадай, кто это? - Гарри, ты больной? Как я угадаю? Давай дальше. - Ох, ладно, Сильвия - это Эмили, поменявшая свое имя в восемнадцать, - я сразу же перевела взгляд на фотографию с девушкой на стене, где красовалась такая же довольная, только маленькая СиСи. - Так вот, мне она очень понравилась, и я старался успокоить ее. Я даже не помню, почему она плакала, но повод для этого был совсем незначительным, из - за чего я даже посмеялся. Тогда я пообещал ей, что приду в этот приют еще раз. - И ты пришел, - констатировала я факт, - но что тебя связывает с миссис Клоуф? - Она мне как родная мать. Я спешил приходить в приют каждый день после школы, помогал организовывать разные праздники, приносил из дома конфеты, учил некоторых играть на гитаре, петь, часами разговаривал и внушал всем, что все будет хорошо, рассказывал историю своей семьи. Я полюбил всех, кто там был, они стали моей второй семьей, а миссис Клоуф второй мамой, ведь, когда моя биологическая вышла второй раз замуж и у меня появился нелюбимый отчим, я отдалился еще больше и решил убежать. И как ты думаешь, куда я убежал? Конечно же, в приют. Никто ничего не спросил, меня приняли. Мне было семнадцать, и, чтобы мама не заявила о пропаже ребенка в полицию, я врал, что ночую у друзей. Вот, как - то так. - Честно, мне нечего сказать. Ты и сейчас в плохих отношениях со своей мамой? - Я бы так не сказал, мы просто редко видимся и общаемся. История за историю, не забыла? - Не забыла. Что ты именно хочешь узнать? - Из - за чего у тебя случаются панические атаки? Один вопрос, заставивший вновь окунуться в те ужасные воспоминания. Почему все так? Почему он не мог задать другой вопрос? Почему кто - то снова лезет в давно пережитое. - Гарри, я...я еще не готова рассказать, - тихо произнесла я. - Ты недостаточно мне доверяешь? - он с обидою прищурил глаза и подошел чуть ближе. - Дело не в этом, просто... - Просто ты не доверяешь мне. Лиззи, - легкое касание пальца моего подбородка заставило поднять опущенную голову, - мы договорились, история за историю. Я доверился тебе, а ты доверься мне. - Одному я уже доверилась, - хмыкнула я и, не отводя больше взгляда, заглянула в пронзительно сверлящие глаза, наполнившиеся злобой. - Черт возьми, я пытался быть хорошим, - крикнул внезапно, отчего я вздрогнула, - но ты...ты...ааааааа, - он отошел от меня на приличное расстояние и с размаху зарядил кулаком в стену. - Гарри, - страх сковал тело, покрывая кожу мурашками, его слишком странная смена настроения зачастую смешит меня, но сейчас. - Гарри, я не хотела, просто... - Просто все вы вечно сравниваете меня с Лиамом, просто, Лиззи, просто. Я просто, мать его, хотел показать себя настоящего и узнать тебя получше, потому что ты первая, кого я хочу после секса. Ты нахрен первая, кого я хочу видеть рядом с собой каждую ночь, ты первая, чьи губы я хочу целовать и ты первая, кому я позволяю отчаянно противостоять, разбрасываясь различными издевательствами в мою сторону. Ты первая, за кого я действительно испугался в тот вечер, когда случилась твоя атака, ты первая, чей запах мне действительно нравится, ты первая, чей я голос я могу слушать часами и ты, черт возьми, первая, кого я привел сюда, - его голос срывался на крик, - и ты первая, кто мне понравился, как девушка, как человек, как любовница, как друг. «...и ты первая, кто мне понравился, как девушка, как человек, как любовница, как друг» Я не успела опомниться, что - то сказать или сделать, как разъяренный брюнет стремглав покинул комнату, а следом и квартиру. Голову пленила резкая височная боль, для облегчения которой я прикрыла глаза. «...Я пообещал себе превратить этот месяц, проведенный со мной в одном жилище, в сущий ад. Но когда увидел твою победную улыбку в сопротивлении мне, когда ты показала свою непокорность и непримиримость с моими выходками, когда ты вышла в нижнем белье, когда стал свидетелем панической атаки. Я видел, как ты в бессознательном состоянии лежала в моей машине, слезы стекали по твоему мягкому, бледному, такому безжизненному лицу...» Раз за разом в голову ударяли воспоминания прошлого вечера, отчего на мгновении вскружило разум и орган равновесия нарушил координацию. Я аккуратно присела на пол, чтобы не упасть. «Я пытался растормошить тебя, клялся себе, что, если ты сейчас очнешься, я извинюсь и перестану вытворять подобные вещи, я стану тебе другом, но из машины, ехавшей за нами, выбежал перепуганный Лиам и схватил тебя. Ты мигом отреагировала на его прикосновения и сделала долгожданный мной вдох, насыщая и мою грудь кислородом. Я был рад, что ты очнулась, ведь я сильно перепугался за тебя, но предела моей злости в тот момент не было...» Его слова все отчетливее доходили до моего сознания, а чувство вины, охватившее меня, приносило болезненные ощущения в области сердца. Я чувствую себя сейчас такой глупой, такой рассеянной идиоткой. Как я раньше ничего не поняла, не приняла знаки во внимание и не сделала соответствующие выводы? Его слова, произнесенные сейчас, на трезвую голову, усиливали сердечное давление. Я хотела догнать его, извиниться, рассказать, я хочу довериться ему, потому что теперь я верю. Верю ему. Я хочу ему верить.

***

На часах уже третий час ночи, а его все нет. Я волнуюсь, ибо кто знает, что он мог сотворить в таком бешеном состоянии. Ручка двери дрогнула, и я с волнением и радостью в глазах обернулась на шорох, но увиденное заставило поразиться. Светловолосая девушка в обтянутом ее стройную фигуру красном коротком платье, удобно расположилась в объятиях Гарри, от которого разило алкоголем за километр. Он что - то шепнул ей на ушко, отчего она рассмеялась, посмотрев в мою сторону. - Привет, сестренка Гарри, я его девушка - Стелла, - помахала она мне рукой и снова сосредоточила свое внимание на пьяном товарище, что - то нашептывая. Ох, Стайлс. Ты такой подонок! Заставил меня волноваться, винить себя в твоих невзаимных чувствах, беспокоиться за сохранность твоего здоровья, а ты привел какую - то шлюху сюда, в место, где якобы никто не бывал, и сказал ей, что я твоя сестра! Ну уж нетушки, наш договор разорван на тысячи мелких кусочков, а это значит, что я больше не буду сдерживать свой боевой характер. - Ты его девушка на одну ночь, - язвительно заметила я, наигранно дружелюбно улыбнувшись и помахав, и встала с дивана, направившись в крайнюю слева дверь. Мне повезло, ведь там оказалась спальня. Пыхтя от злости так, что, казалось бы, вот - вот дым полезет из ушей, я расправила покрывало и белье и завалилась, думая, как бы ему насолить. Пятнадцать минут я ворочалась, не находя себе место. По необъяснимым причинам я злилась на Стайлса, хотя должна была вздохнуть с облегчением. Хотелось вбежать в ту комнату, схватить эту стерву за волосы и выпроводить домой, но какая - то сила сдерживала меня от данного беспредела и я планировала завтрашнюю месть, но на ум дельного ничего не приходило. - Вон я сказал, - послышался громкий крик Гарри, от неожиданности которого я вздрогнула, и с любопытством на глаза поспешила с уверенностью покинуть кровать и победно взглянуть в глаза «девушки», которая несколько минут назад так эффектно заявила о себе. Но, выйдя я за дверь, увидела только сидящего на диване зеленоглазого, яростно сжимающего волосы на себе. - Что, братишка, пришлась не по нраву? - облокотившись на косяк, улыбнулась я. Его удивленная голова повернулась ко мне, а на лице показалась ехидная усмешка. - Да, но знаю, чье заслуги в постели меня порадуют, - его длинные и быстрые шаги сокращали расстояние между нами. - Ты чего это? - в страхе произнесла, но он был уже слишком близок. - Гарри, эй, ты совсем долбанулся? - он подхватил к себе на плечи сражающуюся за стойкую землю под ногами меня и понес в сторону той самой комнаты, заснуть в которой мне так и не удалось. - Гарри, это статья, - грозила ему я, раздавая удары кулаки по позвоночнику, ягодицам, бокам. - Гарри, отпусти пожалуйста, - уже молила, от сковавшего меня испуга и дрожи глаза застилали слезы. Неужели, я все - таки не ошиблась в этом человеке, когда подумала, что он подонок? Скрипучая дверь с грохотом ударилась об стену и Стайлс затащил меня в комнату. - Успокойся, ненормальная истеричка, - аккуратно уложив на кровать, произнес он. - Не знаю, о чем там подумал твой извращенный мозг, но у тебя только одна заслуга в этой постели - мирное сопение, отвернувшись к стенке, - камень с души упал мертвым грузом и мне стало даже стыдно за то, о чем я подумала. Я рассмеялась, вновь поражаясь своей глупости. - Ты думаешь, что я после всего этого буду спать с тобой в одной кровати? - Поспорим? - нахально произнес он, обнажая свои ямочки.