По следам знаменитости

«Бежать быстро и прятаться как можно дальше» - командует мозг, но внутреннее нутро хочет заглянуть в глаза этого человека, хочет спросить «Почему?». Зачем он делает это? - Зачем? - я останавливаюсь в проходе, не делая ни шага. Глупость, вновь совершенная мной, но я привыкла. Я всегда была такой и каждый раз платила за это. - Почему ты это делаешь? Я доверяла тебе! - слёзы градом посыпались с подбородка на ламинат. Я смотрю в эти карие, такие родные, но совсем незнакомые глаза. Он зол, обижен на весь мир и почему - то сейчас мне безумно его жаль. Я виню себя, я что - то упустила в развитии его жизни, не досмотрела, не подсказала, не направила на истинный путь, допустила ошибку. - Зачем? - я упала на пол, разодрав кожу на коленях в кровь, но та физическая боль была несравнима с душевной, что съедала меня изнутри. Чувство, будто по венам течёт не кровь, а обжигающий металл сковывает все функциональные органы тела, заставляет их прогибаться, доставляя чудовищные болезненные ощущения. Я закрыла ладонями глаза, не хотела, чтобы он видел мои слёзы...или нет...может, я просто отказывалась верить, что сейчас передо мной стоит именно мой лучший друг, собирающийся погубить меня. Но в этом нет необходимости. Я уже погибла благодаря ему. Я больше не хочу жить, я устала вечно бороться со всем, противостоять всему миру, что настроен против меня. Я жила и радовалась всем мгновениям жизни благодаря самому близкому человеку, который во всем поддерживал меня, успокаивал и был готов порвать глотку любому за сохранность моего здоровья, морального равновесия. Но для чего? Чтобы самому потом разрушить меня? Высосать последние соки, жестоко предав? Знаете, самое страшное не то, что близкий человек совершил непростительный поступок, самое страшное то, что в его глазах не видно даже капли человеческого сожаления и раскаяния. Он лишь глядит на тебя, периодически моргая, а затем нагло улыбается. - Ты заслужила это, - выговаривает после долгого молчания он и присаживается на корточки. - Ты жалкое существо, - удар в живот, разливающийся огненной волной и вызывающий кровяной сгусток крови изо рта. - Ты не имеешь даже малейшего права на жизнь, - снова удар. И снова расходящаяся с невероятной скоростью агония. Я бессильна, ничего не могу сделать. Это наказание - наказание за мою глупость. - Ударь ещё раз, - сквозь боль произношу я, плача от осознания действительности. - С удовольствием, - безумный взгляд хладнокровного и безразличного человека быстро оценивает меня и кулак вновь сокрушается в сильном ударе под диафрагму. Привкус железа на языке, снова алая жидкость порывом удаляется из недр пищевода. Я такая жалкая. - Давай ещё, - хочу скорее покончить с этим и перехожу на крик. Его это бесит. Он зол. - Твоя мамочка тоже так говорила, - злобно засмеялся Джо. - Ублюдок, - я не выдерживаю и, собрав все свои силы в этот последний перед смертью удар, я с хрустом бью куда - то в лицо. Слышится крик и нецензурная лексика, адресованная мне, но я без зрения совести рвусь туда, куда глядят глаза. Я забежала в кухню, на удивление, она была чистой, ухоженной и весьма уютной. Над тумбой рядом с плитой на магните висели ножи, и я, подбежав, схватила самый большой. Желудок неприятно крутило, горло саднило, дышать было крайне тяжело, а руки двигались в непроизвольных движениях из стороны в сторону, верх, вниз. Самочувствие было отвратительным, но я не хотела умирать так, не хотела сдаваться этому подонку особенно после слов о моей матери. Теперь я знала, что авария не была случайной, я обещала себе докопаться до истины и наказать причастных людей к смерти родителей. Стоило мне развернуться, как в проходе уже поджидал Джо, на лице которого всем своим видом был проявлен азарт, хищный, дикий, внушающий ужас. Я крепче прижала нож, сосредоточившись на точности движений и полном покое. Без жалкой тряски, без слез. - За что? Просто ответь! - я соблюдала спокойствие, глубоко вдыхая кислород. - Вся твоя семья виновна в смерти моей матери, а мой отец, знаешь ли, не оставит в покое тех, кто причинил ему или его близким боль. За все нужно платить, Миллер, - вытерев кровь с губы, вальяжно прошагал он ко мне навстречу, остановившись в пяти метрах от меня. - Ты псих, Стивенсон, как и твой отец. Ты просто сошёл с ума! - Неет, - его голова отрицательно замахала из стороны в сторону. Он был похож на человека, больного маниакальным психозом. - Именно Кара и Фил выпустили недостоверную статью о моём отце, из - за неё разгоревавшаяся мама покончила с собой, и только вы виноваты в этом! - его шаги стали увереннее, а мои с каждым разом отдаляли меня от сумасшедшего предателя. - Мои родители не виноваты в том, что твоя мать была склонна к суициду и, получив столь вескую причину, как некая статья, она покончила с собой, очнись, Джо, - но он переставал шагать. Наступление было предопределено моим поражением, ведь больше пространства, куда я могла ступать, не было. Я лишь сжала нож, готовясь вонзить его. Только вот кому? Говорят, что бОльшая в мире слабость - самоубийство, неспособность справиться с жизненными трудностями, но так ли легко на самом деле нанести сокрушительный удар, лишающий тебя самого драгоценного. Легко ли одержать верх над собой и воткнуть лезвие глубоко в органы? Неужели, это слабость - с лёгкостью загубить собственной рукой своё будущее, лишить себя возможного счастья? Нет. Я не считаю так. Я поняла, что боюсь боли и никогда не доставлю её собственноручно ради дальнейшего освобождения, лёгкости и парения над миром всем. Я слаба, ведь даже этого не могу сделать. Я обрету покой другим способом, я буду бороться. Против всего мира. Теперь уж точно против всего, без «друзей», без надежды и веры в лучшее. И я не считаю это своей сильной стороной, ведь в самом конце я всегда проигрываю, платя за это слишком большую цену. - Отпусти её, - спасительный голос, на который я так тайно надеялась. Возможно, правду говорят, что Создатель на стороне выдержавшего испытание, и самоубийство действительно является слабостью и грехом? - А то что, крыса? - повернулся к стоящему в проходе спасителю. - Не нарывайся, Джо, - строго выговорил он. - Лиззи, иди ко мне, - поманил незнакомец меня рукой, показав как с осторожностью обойти слетевшего с катушек Стивенсона. - Ты знаешь, кто мой отец и догадываешься, что он уже обо всем знает, так почему же ты продолжаешь это делать? Все равно она умрёт, только теперь вместе с тобой, - липкий язык скользнул по губам и собрал выступившую от моего неслабого удара кровь. - Ты бессилен против меня и моего отца, так что в сторону... - Лиззи, иди ко мне, хорошо? - Лиззи, он не спасёт тебя или ты думаешь, что он сможет одержать победу? - заливистый смех раздался эхом по комнате. - Я осуществлю справедливость в этом мире и накажу виновника в смерти матери, и знаешь жалкий нигер не помешает моим планам. - Лиззи я твой друг, тебе не стоит бояться, - продолжал темнокожий, но я не знала. Я смотрела то на одного, то на второго. Коленки в страхе поджимались, подкашивались. Я почувствовала сильное недомогание и слабость, которые не позволяли сделать даже шага. Мгновенно я вспомнила о своей голове и, нащупав место удара, обнаружила, что в лобном отделе была небольшая дырка, а оттуда все это время сочилась кровь. Из - за этого состояние внезапно ухудшилось. Слишком большая потеря крови. - Бежим, Лиззи, - скомандовал спаситель и я попыталась. Сделала рывок, но, кажется, слишком поздно. Голову вскружило, ноги, словно ватные, отказывались куда - либо нести меня и я с грохотом пала, в который раз проиграв.

***

- Гарри, Элизабет сейчас в большой опасности, я не буду долго разъяснять, просто все, что ты должен знать - она у плохих людей, она ранена и ей нужна срочная помощь. - Кто они? - прорычал он в трубку. - Неважно, но они очень опасные. Поэтому ты сейчас должен поехать за документами по адресу, который я скину тебе СМСкой, а я поеду за ней, слышишь? - Я тоже за ней поеду, Пейн, - грозно выговорил Стайлс, кипя от злости на тех уродов. Он обещал себе, что те пожалеют. - Стайлс, твою ж мать, я сказал, что поеду сам, на тебе документы, - повысил голос Ли, чего никогда прежде не делал, и отключился, через пару минут кинув адрес сообщением. - Пейн, ты сам напросился, - в пустоту крикнул Гарри, уже отслеживая маячок, заложенный в его телефоне. Он был вне себя от захватившей ярости, он готов был разбить челюсть любого, кто хоть пальцем докоснулся до его...любимой?

***

Я открывала глаза, кое - как придя в себя. И снова оказывалась в этом подвале, только на этот раз не одна. Рядом привязанный на стуле располагался человек, пытавшийся мне помочь. Его лицо было до неузнаваемости рассечено и испачкано кровью. Под его левым глазом образовался отек, прикрывающий путь к зрительному контакту с внешним миром. Белая футболка была запачкана грязью, смешанной справа с изобилием темно - красной жидкости. Незнакомец тяжело дышал, кряхтел, но не кричал от, вероятно, невыносимой боли. Он был ранен ножом в бок. - Очнулась? - наигранно улыбнулся он, пытаясь показать мне, что не все так плохо, как кажется. - Я Крис, а ты Лиззи, верно? - Ага, - прохрипела я, в то время как слёзы ручьями стекали с моего лица. Мне было безумно страшно, больно, жаль этого парня, что ценой своей жизни пытался спасти. Теперь мы с ним оба в этом подвале, обречённые на скорую погибель, так близко друг другу и без единого шанса на спасение. - Сейчас приедет Эрнесто, - вдруг выговорил он, мучительно кряхтя. - А за ним и Лиам. - Что? - я не поверила своим ушам, неужели и Лиам замешан в этом всем? Неужели после всего того, что я рассказала, он посмел сотворить со мной все события прошлых лет? - Нет - нет, - попытался успокоить меня Крис, увидев в моих глазах панику, - он должен приехать, чтобы спасти тебя и увезти подальше. Мы, видишь ли, с ним друзья и по несчастливой случайности я только сегодня узнал, что жертва, которую я должен убить, оказалась его возлюбленной. Иронично, не считаешь? - он выдавил из себя нечто похожее на улыбку, но скрючился от боли. После его слов, конечно же, то взволнованное чувство внутри меня подавилось, однако легче не стало. - Кто такой этот Эрнесто? - Босс, это он нанял меня, чтобы убить тебя. - И почему ты рвался спасти меня? - Плачу долг своему другу. - Мы все равно умрем, да? - как будто мимо ушей пропустила я и решила задать вопрос, ответ на которой был очевиден. Он задумался, а затем грустно вздохнул. - Если Эрнесто приедет первым, то да, а если... - Если приедет Лиам, он умрёт вместе с нами, - продолжила за него я. - Что он может сделать? Он всего лишь певец, никаких навыков боевого искусства, никакого авторитета, никакого оружия - ничего, что могло бы нам помочь. - Ты его плохо знаешь, как я понял, да? - В смысле? - Аа, ну тогда ясно, - он рассмеялся, хоть и далось ему это с большим трудом. - Тебе ведь ничего не известно о его прошлом? - Не известно, да и не хочу я знать о его прошлом. Почему ты не вызвал полицию? - Ты думаешь, что она здесь имеет хоть какую - то силу? Эрнесто смогли усадить за решетку только твои родители, за что после поплатились жизнями. Я заплакала от безысходности. Мои руки были привязаны позади стула, они затекли и онемели, я чувствовала головную резь. - Да ладно, красотка, не плачь. Мы попытаемся выйти отсюда живыми до приезда Эрнесто, так что давай, помоги мне, - приободряюще заявил он. - И что же мы сделаем? - Осторожно придвигайся ко мне, руками шевелить можешь? Я попробовала выполнить какие - нибудь движения и получилось. У меня получилось. - Значит так, в моём кармане лежит зажигалка, этот тупоголовый даже не обыскал меня на предмет того, чем можно освободить руки от ленты. Для начала твоя задача достать её, так что осторожно, слышишь? Осторожность сейчас превыше всего, ибо если ты упадешь у нас не будет шансов на спасение. Поняла? Я положительно кивнула головой и напрягла мышцы, чуть приподнявшись. - Так, отлично. Давай ещё! - командовал Крис, и я повторила действие, оказавшись ещё на пару сантиметров ближе к чернокожему парню. Когда я оказалась возле него, он восхваляюще похвалил меня за половину проделанной работы. - Теперь самое сложное - ты должна развернуться, чтобы твои руки смогли отыскать зажигалку в левом кармане, давай в три рывка? Итак, готова? - Да. - Первый! - я сделала один осторожный оборот, повернувший меня на шестьдесят градусов. - Второй, - радостно воскликнула я. У меня получалось. - Третий, - с уверенностью произнёс Крис, когда последний рывок был выполнен и я оказалась повернутой спиной к своему товарищу. - Так, теперь пододвинься чуть ближе ко мне и слушай меня. Я выполнила все, как он и сказал. - Левее, а теперь ниже, - продолжал давать мне указания Крис, а я успешно их исполняла. - Готово, - визгнула я, когда предмет оказался у меня в руках. - Не спеши, будет немного больно, но придётся потерпеть, - предупредил меня он. Я уверенно нажала на кнопку подачи газа и вдавила сильнее, чтобы возникла искра. Огонь был в боевом готове, и я медленно прислонила зажигалку к рукам. Пламя обжигало не только материал, который связывал и ограничивал наши движения, но и палило кожу. До конца не освободившись, я отодвинула предмет, который доставлял мне жгучую боль. - Лиззи, сейчас выбирать тебе, - грозно произнёс парень, - либо небольшой ожог, который поболит первое время, либо смерть, но это уже навсегда. Ну так что? - Хорошо - хорошо, - я вновь принялась за старое. От боли я громко вскрикнула, однако пережитое стоило того. Я освободилась и расцепила руки, разминая их уже на положенном уровне, а не за спиной. Отмотав ноги, я встала и помчалась к Крису, разрывая липкую ленту. - А как же замок? - Я сломал его, когда освобождал тебя, хотел инсценировать твой побег. - Ты можешь идти? - Вполне, красотка. Со мной и не такое бывало, - он схватил меня под руку. - А как же Джо? - Я с ним справлюсь, а ты бери ключи от машины на тумбе возле входа и уезжай, гони так быстро, как только можешь, поняла? - Но... - я замялась. - Что? Только не говори, что не умеешь водить машину! Я замолчала, ведь я действительно не владела навыками вождения автомобиля. - Твою мать, - рыкнул он. - Хорошо, тогда меняем план, прыгай в тачку и жди меня, я быстро разделаюсь с Джо и прибегу, ясно? - Угу. - Тогда погнали, красотка, - он подмигнул и хромающе зашагал вперёд. Коридор был чист. Ни Джо, ни кого - либо другого. Возможно, нам повезет уйти по - тихому? Но стоило лишь мне об этом подумать, как вдруг входная дверь открывается и в дом входит тот самый элегантный мужчина, что когда - то напугал меня на улице. - Ну здравствуй, малышка, - обнажил ехидную улыбку он и прошагал навстречу. Из - за угла послышались шаги Джо, который надвигался на нас с кухонным ножом. - По - моему, я уже преподал тебе урок, крыса, - зловеще заговорил он, встав в стойку, предполагающую скорейшее нападение. - Так преподай ещё раз, - не растерялся и ухмыльнулся Крис, поманив его напасть. Джо сделал это, замахнувшись лезвием, но ловкий афроангличанин увернулся и перехватил ведущую руку Стивенсона, заведя за спину и выхватив острый предмет. Сейчас он владел ситуацией и, воспользовавшись возможностью, он завёл руки противника за спину и приставил нож к горлу. - А теперь, Эрнесто, дай нам с Лиззи спокойно уйти или твой сын пострадает, - выдвинул свои правила Крис, но злобный смех разрушил ту победную идиллию. - Убей его, чего же ты ждешь? - Что? - растерялся уже Джо. - Папа, что ты несешь? Папа? Теперь в моей голове все отчётливо сложилось в одну картинку. Ну почти. - Ты никогда не был моим сыном, - рассмеялся тот. - Лишь пешка, которой с лёгкостью можно управлять. Ты слабак, Джо! Я запуталась. Окончательно. Что несёт этот Эрнесто? - Что стоишь, Крис? Убей его, - повысил тот голос. - Перережь ему горло, - крикнул он. Я перевела неуверенный взгляд на стоящих парней, явно опешивших от его слов. - И ради этого, Стивенсон, ты предал нашу дружбу? - я нервно засмеялась. Нет, я сошла с ума, обезумела. Жизнь настолько непредсказуема, что мы никогда не поспеем за сменой её намерений. Сначала она губит тебя, превознося над тобой кого - то, а потом одним ударом срезает те самые дарованные крылья и с лёгкостью роняет ещё ниже его - того, кто недавно возвышался, доминировал, властвовал твоей жизнью и был полностью уверен в завтрашнем дне. Жизнь настолько ярко расставляет приоритеты. Одни зависимы от одних, а эти зависимы от других, тех, кто находится выше на лестнице их доверия, авторитета, но а они, казалось, независимые, никому неподвластные, оказываются преданы тем, от кого ожидать совсем не стоило. Жизнь безжалостно играет нашими судьбами, нам кажется, что хуже уже не может, что все безвыходно плохо, но тут вдруг ты смотришь на другого и понимаешь, что ты ещё неплохо отделался. Каково это быть преданным родным отцом? Благо, что мне не довелось знать этого. Да, я познала боль предательства, но в сравнении с этой, думаю, она ничтожно мала. Жизнь все расставляет по своим местам, специально выделенным полочкам. Она часто играет с нами в такую игру, как бумеранг. Ведь все знают, что это такое? Наверно, каждому в детстве дарили это метательное орудие в виде изогнутой палки, возвращающееся при искусном броске обратно к бросившему? И каждый пытался достичь успешного результата? Не знаю, как у вас, но у меня однажды получилось. Я сумела кинуть так, чтобы он потом ко мне вернулся, однако в момент, когда я поймала этот предмет, меня легонько порезало. Когда я бросала его, не думала о возможных последствиях, я делала это с лёгкостью, с рвением победить, но, поймав, я заплатила цену, пусть небольшую, однако. Жизнь - бумеранг и, когда мы совершаем что - то, мы не задумываемся о последствиях, не волнуемся об окружающих и, возможно, ломаем их судьбы, мы радуемся тому, что у нас есть до тех пор пока это метательное орудие в полёте, и пока оно в воздухе мы тоже прибываем на высоте, но стоит ему вернуться к нам, быть может, через большое количество времени, когда мы совсем его не ждём, оно переворачивает все с ног на голову вместе со своим прибытием в руки. Чем дольше бумеранг зависает в воздухе, тем сильнее будет горе, тем большую силу он обрушит на нас, и только тогда, когда он падет нам в руки, мы поймем, что совершили, но будет совсем поздно. Та физическая рана, нанесённая материальным объектом, зажила быстро, оставшись в виде небольшого шрама, а вот душевная боль сможет пройти с такой легкостью и не оставить незаполнимой пустоты в сердце? - Каково ты себя чувствуешь, когда родной отец предал тебя? А? - я подливала масла в огонь, он заслуживал этого. Заслуживал в самой жёсткой мере. - Заткнись, Миллер, - грозно рыкнул он, дернувшись так, что лезвие слегка задело его и поранило. - Что ты такое говоришь, папа? - Я говорю, что мне противно оттого, что ты мой сын, понял? Ты выродок той безумной женщины, что опозорила моё имя, слышишь? Ты так же как она слаба, вечно соглашаешься с мнением других, не имея своего, с лёгкостью подчиняешься моим приказам, ты слабак! А мой сын не должен быть таким. Так что же ты стоишь, Крис? Убей его! Знаете, что самое главное? Жизнь полна переломных моментов. И вот наступил самый главный. Кульминация, которой сейчас никто не ожидал. Я лишь на мгновение повернула голову на устрашающий голос Эрнесто, как странный звук, похожий на еле слышный хруст и последовательные медленно капающие капли, заставил меня застыть на месте, заглючить на лице безжалостного человека, где с полным безразличием мгновенно вспыхивает торжествующая улыбка. Я боюсь обернуться, ведь в голове уже представила возможный сценарий происходящего. Я просто кричу, затыкая уши, дабы не слышать стекающие капли. Холодные слёзы градом снизошли на пол. Я возненавидела стоящего передо мной человека. Он виноват в смерти трёх моих любимых людей. Именно трёх. Я поняла это только сейчас, когда опять же уже слишком поздно. Джо был хорошим человеком, я видела в его глазах доброту, я видела эту дружелюбную улыбку, слышала искренний смех, я верю, что всё это было настоящим. Верю до последнего вздоха. Просто он запутался. По - крупному. Он не мог этим поделиться, ведь считал это самым большим предательством в своей жизни. Он думал, что предаст отца и умершую мать - всю свою семью, всех, кто у него есть. Но он забыл, упустил из виду одну вещь: у него была я, его лучшая подруга, которая ни за что в жизни бы не отказалась от него. - А теперь, когда он мёртв, я могу заняться тобой, - его брови изогнулись в недобром взгляде и из - за спины он достал пистолет, направив его на меня. Я вижу тёмное дуло, из которого вот - вот вылетит пуля, и прикрываю глаза. Я не пытаюсь убежать, спрятаться, скрыться от скорой погибели. Бесполезно. Я вспоминаю всё хорошее и плохое. Я вспоминаю множество фрагментов своей жизни, которые мелькают в беспорядочном хаосе моих воспоминаний. Внезапно в одном не самом далёком я замечаю большие изумрудные глаза, которые пленяют своей красотой, заставляют забыться. Гарри Эдвард Стайлс. Только сейчас я понимаю, что проиграла. Проиграла тот спор, но к сожалению, я так и не узнаю, что он написал на той бумажке, быстро накаляканной на обочине . Я больше не услышу его хриплый голос, не дотронусь до его мягких кудряшек и никогда не прикоснусь к тёплым, таким сладким губам. Я больше никогда не проснусь рядом с ним в одной кровати, не приготовлю ему вкусный завтрак и не узнаю, какой он настоящий, в горе и в радости, в счастье и в печали. Я никогда ему не скажу утешительных слов и не признаюсь в своих чувствах. Я умру, так и не дописав его историю, я не узнаю, что же случится с миссис Клоуф, сможет ли она одержать победу над губительной болезнью, я так и не увижу слез счастья его родной матери, которая, наконец, примирится и соединится с потерянной частицей себя. Я ничего не успею сделать из этого. Ничего. Потому что это жизнь. А порой она бывает совсем несправедлива. Я чувствую, как с подбородка капает последняя слеза в моей недолгой жизни, я улыбаюсь, вспоминая, как все начиналось. Полное расслабление приходит быстро, но и столь мгновенно отпускает. Почему он до сих пор не выстрелил? Неужели, он наслаждается моментом, глядя на проявленную мною слабость? Опрянув от своих мыслей, я открываю глаза и слышу посторонние звуки. Все кричат. Кто все, спросите вы? Крис, Эрнесто, Лиам и Гарри. Как они все здесь оказались, спросите вы? Я и сама не знаю. Я зажмуриваю глаза, пытаясь доказать себе, что все это является правдой. Открываю. Я слышу как меня зовут, призывают спрятаться, но... Я вздрагиваю от резкого, оглушающего звука. Это выстрел. Самый настоящий. Дуло пистолета слегка дымится. Я закрываю глаза. Произошёл выстрел, но почему я не чувствую боли? Снова звук стреляющего пистолета заставляет меня оправиться от шокового состояния. Разум будто бы вновь возвращается, осознание резко врывается в голову... Нет... Этого не могло произойти... Только не по моей вине...