Когда настанет день победы

Четыре месяца спустя Мигая бортовыми огнями, три истребителя плавно заходили в док. Потрепанный вид кораблей и слегка обгоревшая хвостовая часть «Ласточки» несомненно указывали на приятно проведенное время. Голос диспетчера в наушниках Мака казался ему неизъяснимо родным и уютным; его губы невольно растягивались в улыбке при мысли о грядущей встрече с друзьями, даже усталость потихоньку отступала. База была его единственным домом, сослуживцы — единственной семьей, а возвращаться домой после долгого отсутствия всегда приятно, особенно когда уже не чаял вернуться. Заняв свое привычное место на посадочной полосе, Мак заглушил двигатели, сбросил шлем и перчатки и высунулся из кабины, вертя головой по сторонам и не обращая внимания на засуетившийся вокруг «Ласточки» обслуживающий персонал дока. Крошечные фигурки встречающих появились у дальнего входа, затем двинулись в его сторону, и, пробормотав «наконец-то», он спрыгнул вниз, проигнорировав услужливо поданный трап. Но по мере их приближения лицо Мака заметно вытягивалось. Он сперва отказывался верить своим глазам, а затем ощутил нешуточную тревогу. Ибо его встречал не кто иной, как Стоддарт, со своим обычным спесивым выражением лица, на коем нынче присутствовал вдобавок некий едва уловимый оттенок торжества, а следом с гордым видом вышагивал неизменный Чейз. Что-то явно случилось. Об этом красноречиво свидетельствовали также полковничьи нашивки на мундире Стоддарта. — С возвращением, капитан! — тон Стоддарта был на диво радушен и мягок, что напугало Мака еще больше. — Как разведка? — Какого… Я хотел бы узнать, что вы здесь делаете, Стоддарт? Впрочем, неважно. О результатах рейда я буду говорить лично с полковником Томпсоном. Улыбка Стоддарта вышла слегка кривой, видно, оттого, что он всеми силами стремился подавить так и сочившееся наружу злорадство. — Вам придется обсуждать их со мной, капитан Макферсон. С этого дня вам всё придется обсуждать со мной. Ибо теперь я командую базой. Мак ощутил, как посадочная полоса уходит у него из-под ног. Он отсутствовал на базе девять стандартных суток. Всего-навсего. И вот… — Извольте… — губы слушались с трудом; весь груз усталости от почти полутора недель, проведенных без сна, казалось, упал ему на плечи в один момент. — Извольте объясниться! — Охотно. Почти сразу после вашего отлета Томпсона, Холмса и Роско вызвали в штаб. — Почему именно их? — Понятия не имею. Томпсон никогда не был склонен делиться со мной информацией, впрочем, как и все вы. Они сели в шаттл, который должен был доставить их на борт патрульного крейсера «Сторож», дрейфовавшего за пределами системы. В тот момент, когда шаттл приближался к крейсеру, тот был атакован кораблем противника. Атаку удалось успешно отразить, но шаттл пропал бесследно. Скорее всего он был взорван настолько молниеносно, что бортовой компьютер крейсера не успел это зафиксировать в общей неразберихе. — Не успел зафиксировать, — произнес Мак напряженно, сжимая кулаки так, что ногти впились в ладони. — Этого не может… Впрочем… — Он запнулся, прикрыл глаза и постоял так секунду, собираясь с силами. — Мне всё ясно, майор… полковник. Благодарю за подробный рассказ. — Соболезную вашей потере, — тон Стоддарта был далек от соболезнующего, но для Мака это не имело никакого значения. Когда он поднял голову и глянул новоиспеченному полковнику прямо в глаза, в его взгляде не было и следа отчаяния или горя, а тон был холоден, как лед. — Приберегите свои соболезнования для кого-нибудь другого. Я не потерял никого из близких мне людей. — Вот как? — Стоддарт озадаченно изогнул бровь, ибо фразу Мака можно было истолковать двояко. — Ну что ж… Надеюсь, вам хватит часа, чтобы привести себя в порядок? — Вполне. — Тогда жду вас через час в моем кабинете, — ударение на слове «моем». Недвусмысленно, отнюдь. Стоя под холодными струями воды, Мак пытался сосредоточиться, чтобы еще раз прокрутить в памяти всё то, что он будет говорить Стоддарту о результатах разведки, но мысли упорно ускользали к событиям, произошедшим в его отсутствие. Вот если бы удалось раздобыть запись нападения на крейсер… При наличии большого желания нет ничего невозможного, так говорил Томпсон. Мак поймал себя на мысли, что он не смог бы сейчас так спокойно вспоминать слова полковника, если бы поверил в его гибель. Если бы он поверил в гибель всех троих. Они живы, он был в этом уверен. Они живы… Эта мысль пульсировала внутри в такт биению сердца, распирала грудную клетку, отдавалась в кончиках пальцев ощутимым покалыванием. Ослепительная улыбка Эрика, прыгающие чертики в глубине его зрачков; хитроватый прищур Грега, его чуть растрепанная пшеничная шевелюра и ямочка на левой щеке; исходящее от массивной фигуры Дона ощущение непоколебимой уверенности и надежности, его руки… Отчего-то вспомнились моменты, как Роско прикасался к нему — так бережно, словно Мак был чем-то исключительно важным и трепетно-хрупким. Господи… Всхлипнув, Мак присел на корточки, почти не ощущая, как тугие струи воды колотят по спине и затылку. Он слишком устал… Он слишком устал, поэтому расклеился. Это было внезапно, очень внезапно и страшно, так страшно… Они живы, безусловно. Но если он будет сидеть сложа руки, всё может измениться. Кто бы не захватил их — инопланетники или спецслужбы Федерации, — он вытащит их. Где бы они ни были — он вытащит их. Мак повторял это про себя, снова и снова, будто заклинание, стремясь подавить ползущую изнутри слепую панику, и параллельно прокручивал в голове «официальную» версию разведданных, прикидывая, каковы шансы, что реальные данные просочатся наружу и попадут в руки Стоддарта. На Али и Брайана можно положиться как на каменную стену — эти двое будут молчать даже под угрозой расстрела. Бортовые компьютеры истребителей тщательно подчищены — Брайан настоящий дока в таких вещах, вряд ли бывший хакер даст шанс умникам из спецотдела, если уж до этого дойдет. Значит, шансы, что их разоблачат, практически равны нулю. Чудно. Одевшись и проглотив таблетку стимулятора, он с озабоченным видом повертел в руках крошечный информационный чип, потом сунул его в нагрудный карман мундира. Пока он не найдет этому малышу надежного хранителя, лучше носить его с собой.

***

— …название их планеты невозможно воспроизвести вслух, поскольку их речевые функции для нас настоящая загадка. Данные о том, что она находится где-то в созвездии Южная Гидра, на расстоянии свыше 120 световых лет от Земли, подтверждаются. Точные координаты по-прежнему неизвестны. Кстати, наши противники знают точные координаты как Земли, так и всех наших самых крупных колоний, — при этих словах Стоддарт поморщился и раздраженным тоном посоветовал Маку не сообщать информацию, которая давно стала общим местом, а придерживаться сути. Тот невозмутимо пожал плечами и продолжил: — Мне удалось установить местонахождение четырех их основных баз. — Выражение лица Стоддарта вдруг начало напоминать хищника, учуявшего добычу, когда на голографической звездной карте вспыхнули четыре алые точки. — Три из них имеют важное стратегическое значение — там хранятся запасы оружия, топлива и боеприпасов. Четвертая же почти не представляет интереса — там находятся склады для разного рода расходных материалов и что-то вроде госпиталя. В слегка затуманенном взоре Стоддарта явственно читался список наград, обладателем коих он, вполне вероятно, станет в ближайшее время благодаря полученной информации. — Благодарю вас, капитан, вы отлично поработали. Командование, несомненно, это оценит. У вас всё? Мак сухо кивнул, торжествуя внутри, — в ближайшее время полковник будет так поглощен открывающимися ему перспективами, что не станет задавать лишних вопросов. Испросив разрешение отдохнуть, что было ему милостиво позволено, он покинул до боли знакомый кабинет, где каждая вещь, за исключением пока немногих личных вещей Стоддарта, напоминала про Томпсона, и свернул по коридору в направлении, противоположном собственной каюте.

***

Клуб был пуст. Здесь царило полное уныние и запустение, явно с тех пор, как исчез Холмс. Сидевший за дальним угловым столиком, медленно смакуя коктейль, светловолосый парень в форме офицера службы безопасности помахал Маку рукой и многозначительно мотнул головой в сторону той части клуба, которая предназначалась для свиданий и была оборудована отдельными кабинетами. В иных обстоятельствах Мак улыбнулся бы до ушей, радуясь возможности весело провести время в компании Калеба Кларка, бессменного ди-джея, настоящего массовика-затейника и помощника Холмса в организации разного рода увеселений. Но нынче всем было не до веселья. Взяв из автомата бутылку пива, Мак без слов последовал за ним. Тщательно прикрыв за собой дверь, Калеб обернулся к нему, приложив палец к губам, затем включил крошечный локатор, тщательно обследовал всё помещение на предмет жучков и лишь после этого уселся за столик, приняв относительно расслабленную позу. Мак примостился рядом, легонько звякнув горлышком своей бутылки о бокал Калеба. — С возвращением. — Тот осушил свой бокал залпом, опровергая свое же собственное утверждение, что их с Холмсом фирменный коктейль нужно пить медленно, наслаждаясь каждой каплей. — Всё плохо, да? — Мак вопросительно глянул на собеседника. — Хуже не придумаешь. — Подвижная физиономия Калеба с широким ртом и бледными веснушками на переносице приобрела такое выражение, будто парня вот-вот стошнит. — Чейз зверствует, постепенно выживая из подразделения всех, кто был близок к полковнику, и даже тех, кто просто отказывается лизать ему зад. Я слыхал, так всюду. Разве что команда Роско осталась почти нетронутой, потому как грамотные технари всегда на вес золота. Остальных переводят куда попало, в основном на передовую. И набирают новых. Своих. Знаешь генерала Кроу из штаба? — Слыхал. — Так вот, он брат жены Стоддарта. Мак присвистнул. — Вот оно что! И с помощью генерала этот ублюдок решил устранить Томпсона, а заодно и всех его сторонников! — Точно. Не знаю, зачем их тогда вызывали в штаб, но, судя по торжествующему виду Стоддарта, они не должны были вернуться на базу. Нападение инопланетников пришлось для них как нельзя кстати. Расследование было чисто фиктивным — полковника и ребят быстро признали погибшими и закрыли дело. Мак стиснул зубы, медленно вдохнул, потом выдохнул. «Спокойнее, — уговаривал он самого себя, — спокойнее, ничего принципиально нового ты не услышал, так что не стоит рефлексировать». — Мне нужна твоя помощь. Калеб понимающе кивнул. — Сделаю что смогу, друг. — В ближайшее время мне нужно будет покинуть базу. Под любым предлогом. Официально. Не хочу, чтобы парни из спецотдела считали меня дезертиром и гонялись за мной повсюду с налитыми кровью глазами. Это может помешать моим планам. Еще мне нужна запись нападения на «Сторож». Как можно скорее. Парень глубокомысленно уставился в потолок, шевеля губами и явно прикидывая что-то в уме, потом кивнул. — Сделаю. Придется подключить наших ребят из отдела внешних коммуникаций, но я это сделаю. Запись будет у тебя уже завтра, а чуть позже на тебя придет официальный запрос из штаба. Устроит такой расклад? — Вполне. — Мак сделал большой глоток из бутылки, ощущая, как действие стимулятора рассеивается, голова становится тяжелой и будто набитой ватой, и раздумывая над тем, что ему неплохо было бы пойти выспаться, если он хочет сохранить здравый рассудок.

***

— …капитану Макферсону срочно явиться к командующему! Повторяю… «Твою мать! — думал Мак, мучительно продираясь сквозь стылую дремоту. — Какого черта мне не дают покоя?!» Он с трудом выползал из сна, будто преодолевая сложную полосу препятствий. На короткое время ему показалось, что всё произошедшее было кошмаром, и сейчас диспетчер назовет имена Холмса и Роско, а полковник будет ждать их у себя в кабинете. Как обычно. Да, как обычно. Есть вещи неизменные, подобные смене дня и ночи. Но реальность всегда опрокидывает сны. В первую очередь вспомнилась вчерашняя ночь, которую он провел, десятки раз прогоняя по проектору запись атаки на «Сторож», а потом и всё остальное. И ему стоило бы поблагодарить Калеба Кларка за оперативность, а не сетовать, что не удалось выспаться. Процедура приведения себя в человеческий вид заняла минут десять. В голове у Мака плавал розовый туман, в ушах звучала непонятная музыка, и пришлось вновь глотать стимулятор. С некоторой долей черного юмора он подумал, что беспокоиться о том, что он, в конечном итоге, превратится в наркомана не стоит — он наверняка не проживет достаточно долго, чтобы это случилось. Стоддарт, однако, не попрекнул его за задержку. И в целом вид у нового командующего был довольно озадаченный. — Присаживайтесь, капитан. Перейду сразу к делу. Вы в курсе, что вас вызывают в штаб для какого-то ответственного поручения и через сутки персонально за вами пришлют шаттл, который доставит вас на патрульный крейсер? — Нет, сэр, впервые слышу, — взор Мака был младенчески ясен и чист, а голос звонок и бодр, как и подобает прилежному служаке. — Полчаса назад я получил сообщение напрямую из Департамента безопасности. «Ого! — подумал Мак. — Калеб на самом деле крутой чувак!» — Как вы думаете, что бы это могло быть за поручение? — глаза Стоддарта, казалось, способны были просверлить в подтянутой фигуре Мака два отверстия, а в его тоне звучала явная нервозность. Мак позволил себе издевательскую улыбку. — Не могу знать, сэр! Но если бы знал, неужели вы думаете, что я поделился бы этим с вами? С той же улыбкой он шагал по коридору. Всё получилось как нельзя более удачно — подлинность вызова не оставила сомнений у Стоддарта. Правда, обман мог быть со временем раскрыт, но сейчас у него не было ни сил, ни времени, чтобы об этом думать. И, прежде чем приступить, пожалуй, к самому рискованному и безрассудному предприятию в своей жизни, он должен был наведаться в Игл-Сити.

***

С первых месяцев после основания центральный поселок колонистов на Данаре рос как на дрожжах и в течение всего лишь восьмидесяти шести стандартных лет превратился в громадный город, раскинувшийся на площади свыше двенадцати тысяч гектар. На снимках, сделанных со спутников, он напоминал очертанием расправившую крылья огромную птицу, что как нельзя лучше соответствовало его названию — Игл-сити. На самом верхнем уровне небоскреба, принадлежащего одной из крупнейших корпораций Данары, «Кеннеди Индастриз», было прохладно, просторно и тихо. Здание располагалось в самом центре делового квартала столицы, на небольшой возвышенности, откуда открывался величественный вид на город. У Мака, как всегда, слегка захватило дух, и он на секунду замер, неотрывно глядя сквозь стену, сделанную из сверхпрочного прозрачного пластика, как внизу в пелене дождя дрожат и переливаются бесчисленные разноцветные огни, а размытые силуэты зданий и сооружений будто плывут, медленно исчезая в наползающем с окрестных болот тумане. Как ни странно, он любил этот город. Несмотря ни на что. — Мистер Макферсон? Он обернулся. Лея Куатро, супруга главы корпорации и по совместительству личный помощник, стройная, зеленоглазая, безупречно одетая, с коротко стриженной бронзово-рыжей шевелюрой, улыбалась ему с теплотой, в которой не было и намека на дежурную вежливость. — Привет, Лея, отлично выглядишь. — Я всегда отлично выгляжу. Мисс Кеннеди ждет вас. Тяжелая бронированная дверь бесшумно отъехала в сторону, и, оказавшись в большом овальной форме кабинете, Мак на секунду остановился, будто запнувшись. Хозяйка кабинета уже шла ему навстречу: высокая, темноволосая, обманчиво хрупкая, с чертами лица, как будто тщательно прорисованными остро заточенным карандашом. В своем нарочито простом черном платье по фигуре на фоне жемчужно-серых стен кабинета она была похожа на вырезанный из бумаги и наклеенный на более светлый фон силуэт. Мака словно бы окутал с ног до головы тонкий запах ее духов, когда они обнялись. Отстранившись, она секунду вглядывалась в его лицо, потом заговорила. — Ты в порядке? — Нет. — Ясно. Присев на вращающийся стул, предназначенный для посетителей, и съежив плечи, она закурила длинную коричневую сигару и, оттолкнувшись тонким каблуком от пола, сделала пару вращательных движений. Мак глядел на нее, сбросившую маску неприступности, и видел нескладную, голенастую и тощую девочку-подростка, какой она была двадцать лет назад. Элинор Джиллиан Кеннеди, малышка Эй Джи, которую все звали Мышонком. Она всё время повторяла, что ее далеким предком был президент Америки, а Мак смеялся и говорил, что Америка это континент, так что ее предок не мог быть президентом целого континента. Да уж, амбиций у нее хватало еще тогда. Прекратив вращаться на стуле, Эй Джи подняла голову. — Ты уже видел запись со «Сторожа»? — Разумеется. — Мои айтишники проверяли ее неоднократно. Запись подлинная. — Я знаю. Я прокрутил ее раз двадцать и заметил кое-что. — Вот как. И что же? — Там был момент, когда инопланетный корабль закрыл собою шаттл. Буквально на долю секунду шаттл исчез из поля зрения. Затем изображение сместилось чуть в сторону, поскольку «Сторожу» нужно было развернулся для ответной атаки. — Думаешь, тогда их и взорвали? — Нет. В зоне боя работала комиссия, которая, якобы, обнаружила обломки шаттла. На самом деле их там не было, отчет подделан явно по приказу Стоддарта. Я думаю, когда инопланетный корабль загородил собою шаттл, тот был подхвачен силовым лучом и взят на борт. — Неутешительно. — Эй Джи нервным движением затушила окурок в пепельнице. — Они всё равно мертвы, так или иначе. Если бы шаттл был взорван, то их смерть была бы быстрой и легкой, а теперь… — Ты такая оптимистка, Эй Джи. Как всегда. — Я реалистка, Маки. Я всегда реалистка. — А вот я нет. — Скрестив руки на груди, Мак присел на краешек стола. Он был единственным человеком, которому официально разрешалось, по выражению Эй Джи, «полировать задницей стол президента корпорации». — И я уверен, что они живы. А это значит, у меня есть шанс их вытащить, пусть даже ничтожный. Эй Джи порывисто поднялась на ноги, подошла вплотную, провела ладонью по его щеке, обвела большим пальцем контуры лица. — Прошу тебя, — произнесла она очень тихо и очень настойчиво, — останься со мной. Живи. У тебя впереди целая жизнь, Айк. Ты можешь подать в отставку и занять высокую должность в моей компании. Это лучше, чем смерть, верно? Он мягко накрыл ее ладонь своей. — Я ведь не называю тебя «Элинор», или «Линн», не так ли? И ты ведь знаешь, что значит семья, Эй Джи. Ты это знаешь. — Знаю. — Отстранившись, она щелкнула зажигалкой, вновь закуривая. — Я могу что-то сделать для тебя? — Можешь. Оставь у себя вот это, — вынув из нагрудного кармана микрочип, Мак выложил его на стол. — Здесь последние разведданные. Полные, — добавил он в ответ на вопросительный взгляд Эй Джи. — Если через пару месяцев от меня или ребят не поступит никаких вестей, сделай с ними то, что посчитаешь нужным. Возможно, они будут уже не актуальны на тот момент, а может, и нет. Кто знает.