A kiss and I will surrender

Hold me and do not ever let. ROV Frank Нет, не хочу я с ним серьезно разговаривать. Можно куда-нибудь убежать или спрятаться? Мне нужно хорошенько подумать. Да господи, чего тут думать? Мне просто страшно. Я боюсь всех этих серьезных разговоров. Я никогда такого не делал, поэтому мне страшно. Что мне делать? А-а-а, помогите. Я почти на все 100% состою из сарказма, разве во мне может быть серьезность? А ведь Джи хочет от меня четких и адекватных объяснений. А могу ли я их ему дать? Я всегда жил в каком-то своем несерьезном мире до этого момента. Появился Джи и… бац! Я, пожалуй, только с мамой серьезно и разговаривал, но ведь это не то. Мама меня ругала, а я извинялся и обещал, что постараюсь так больше не делать — всё. Но Джерарду нужно большое объяснение, наверно, с альбомный лист. А если попробовать игнор? Буду его игнорировать и он от меня отстанет. Но, черт, я не могу так с ним поступить, он ведь стал мне так дорог. Что я за тряпка такая, что не могу признаться в своих чувствах?! Но я сам еще не знаю, что конкретно чувствую. Почему всё так сложно?! Ну вот, 7 утра. Нужно поднимать задницу и собираться в колледж. Джерард так и не написал, доехал ли он. Я, конечно, волнуюсь, но думаю, всё хорошо. А еще я не выспался, да какой там, вообще почти не спал. Мне плохо, хочу сдохнуть, а еще ведь только начало недели. Боже, я ведь даже не придумал, что скажу Джи и как буду с ним себя вести. У меня недосып и я могу сорваться, но, надеюсь, кофе поможет и все будет нормально. На завтрак оказались снова блины, меня от них уже тошнит. Я просто выпил кофе, надеясь, что более-менее проснусь благодаря ему, и пошел на учебу. По дороге в колледж я пытался что-то придумать, но выходило у меня паршиво. Хоть я шел и один, мне было неуютно. Мне казалось, что из-за любого угла выбежит Джи и потребует серьезного разговора. Господи, ну я и параноик. Видать, я так перенервничал, что даже курить не хотелось. Это очень странно, ведь когда волнуешься, хочется курить. Да у меня походу скоро все чувства перемешаются! Я подходил к корпусу и сердце стало биться еще сильнее. Я сделал глубокий вдох, пытаясь выровнять сердцебиение, но это не помогло. Мне хотелось сделаться невидимкой, чтобы парни с третьего курса не заметили меня и не позвали с собой покурить — сейчас мне это не нужно. И мне это удалось, по какой-то счастливой случайности я проскользнул мимо курилки незамеченным и быстренько зашел в здание. Зашел в кабинет и искал Джи глазами, надеясь, что он пришел пораньше. Но этого засранца еще не было, а до начала пары оставалось 10 минут. Я сел на наше место, положил руки на парту и лег на нее. Я сразу же отключился и слышал только тихие разговоры своих одногруппников. Из этого состояния меня вывело легкое поглаживание чьей-то руки по моей спине. Я дернулся, посмотрев на того, кто это сделал. Джи! Ну, конечно, кто же еще. — Доброе утро, Фрэнки. — Да нифига оно не доброе, — буркнул я. — Хм, почему же? Не выспался, что ли? — ох, Джи, снова пытаешься включить свой сарказм? Отлично, тогда я тоже в игре. — Да, ты прав, не выспался. Паршивая ночка выдалась. — Почему же? Хорошо отметил день рождения? — а ты хитрец, Джи. Черт! Мне ведь сейчас предстоит рассказать про поцелуй и все дела. Очень хитрый ход, Джерард. Аллилуйя! Бог есть! Прозвенел звонок, который меня спас, и в кабинет сразу же зашел наш любимый преподаватель по физике. До конца всех пар мы с Джи не разговаривали, но я чувствовал, что мне не избежать разговора, потому что это Джи. После последней пары я спустился вниз и начал переодеваться. Переодевшись, я стал подходить к выходу, но вдруг кто-то схватил меня за руку. И судя по тому, что она была ледяная — это был Джерард. — Э, ты что творишь? — как-то на автомате сказал я, и это прозвучало немного грубо. — Пора бы уже поговорить, — вполне серьезным тоном сказал Джи. Ну вот и всё. Мой судный день настал. Я иду на важный разговор. — Ладно, пошли, где хочешь поговорить? — Пошли в те дворы. — Какие дворы? — Ну, по которым ты меня к себе домой вел. — А почему именно туда? — Там есть детская площадка. — Да? — удивленно спросил я, потому что никакой площадки там не было. — Ты почти полтора года ходишь через эти дворы и ни разу не видел там детскую площадку? — Неа, — да какая нахер площадка? Не было её там. Хотя, если учитывать то, что я постоянно хожу в наушниках и стараюсь не смотреть по сторонам, особенно с утра, то, возможно, я её и не заметил. — Ну ты и дурачок, Фрэнки, — усмехнувшись, сказал он, и повел меня к выходу. — Зачем сразу обзываться? — Ну согласись, Фрэнк, в этой ситуации ты реально дурачок, к тому же еще и слепой, оказывается, — так, мне не нравится его поведение, тон, и как он со мной разговаривает. Возможно, он точно так же волнуется и поэтому пытается таким образом успокоиться. — Ой, ну всё, отстань, — фыркнул я на него, и мы уже к этому времени ушли за пределы колледжа. Дальше мы шли молча. И теперь я окончательно убедился в том, что Джи тоже ужасно волнуется. Он все время теребил шнурок на толстовке и стался не смотреть на меня. К сожалению или к счастью, я тоже старался не смотреть на него. Ох, нам будет нелегко. Джи резко одернул меня, показывая на что-то указательным пальцем. Прищурившись, я разглядел детскую площадку. Матерь Божья, она действительно там есть! Джи не сошел с ума, а я и вправду оказался слепым дурачком. Мы пошли к площадке. Там было пусто, ни единой души. Скорее всего сейчас тихий час и все дети спят, так что нам никто не помешает. Хотя было бы отлично, если бы какой-нибудь охранник вышел и сказал проваливать нам отсюда. Но, кажется, второй раз мне сегодня не повезет, как со звонком. Джи сразу же побежал к качелям, а я сел рядом на скамейку. Он начал вести себя как маленький ребенок, раскачивался на качелях и смеялся, я не выдержал и спросил: — Бля, Джи, тебе пять лет, что ли? — А тебе что, завидно? — Нет, просто ведешь себя как маленький. — Может в душе мне и есть пять лет, я просто этого не показываю, — сквозь смех начал говорить Джи, и я понял, что нужно подождать пока он накачается на качелях, ну или можно убежать. Второй вариант мне был больше по душе. Минут через 5 Джерарду наскучило это занятие и он слез с качелей и сел на скамейку напротив меня. — Итак… — начал он и тут же замолчал. — М-м-м? — я не хотел первый об этом говорить, поэтому тянул как мог. — Фрэнк, мы должны все-таки это обсудить, и я знаю, что тебе это не очень приятно, но потерпи. Ой, какой экстрасенс нашелся, знает он. — Джи, я понимаю. Но я не знаю как начать, все сложно, — хотели серьезно Фрэнка — получайте. — Ничего здесь сложного нет, ты просто боишься. — Может тогда за меня всё скажешь, умник? — я не выдержал и начал уже немного дерзить. — Хорошо, прости. — Джи, я не знаю почему я тебя… — Я тебе нравлюсь? — не дав мне договорить, резко спросил Джи. — Что? Что за вопрос такой? — Обычный вопрос. Ну так что, нравлюсь или нет? — Может сначала наши ориентации обсудим, раз уж ты завел такую тему? — не долго думая, спросил я. — Почему бы и нет. Давай, только ты первый. — Да черт тебя побери, Джерард Уэй, — на этот раз мне не удалось выкрутиться. Кажется, мне придется преодолеть все свои дурацкие страхи и всё ему рассказать. — Давай, слушаю тебя внимательно, — сказал Джи и начал на меня пристально смотреть. POV Gerard Господи, как же я волновался. Смотрю на Фрэнка и понимаю — мне чертовки нравится этот парень. Почему он так боится? Боится сказать, что чувствует. Ведь просто так не целуются, у него явно есть ко мне какие-то чувства. Вот еще и про ориентации он ляпнул, разве так не понятно, что ли? Всё, Фрэнки, теперь твоя очередь говорить, я должен знать, что у тебя творится в голове. — Я не знаю как начать, — резко говорит он мне. Фрэнк, да какого черта? Я начинаю злиться. — А ты еще тот ссыкун, — вырвалось у меня. — Раз такой умный и смелый, то сам и начинай, — да господи, что тут говорить-то. — Фрэнк, не делай из себя еще большего дурачка. Я — гей, разве это не очевидно? И ты мне безумно нравишься, об этом ты тоже догадываешься. Так что я хочу услышать от тебя, что ты ко мне чувствуешь. Давай, Фрэнки, ты не должен бояться. — Ладно, — сказал мне Фрэнк и сделал глубокий вдох. — Джи, ты прав, мне страшно, потому что для меня это впервые — чувствовать нечто подобное. Ты знаешь, что у меня никогда не было серьезных отношений и я не знаю как это. А еще ты тут появился со своей дружбой, объятиями и затем поцелуем… — Эй, это ты меня поцеловал! — не сдержался и выкрикнул я. — Цыц, не перебивай меня. Так вот, я всё еще нахожусь в шоке, ясно? У меня куча сомнений, я не знаю, нравишься ли ты мне, но я безумно рад, что ты находишься рядом со мной. Мда, странная у нас дружба… Но вот в чем я уверен на все сто, так это в том, что мне понравилось тебя целовать. Но сам факт, что я целовался с парнем, пугает меня, но мне понравилось, очень, — сделав глубокий выдох, закончил Фрэнк. Я слушал его внимательно, все так же смотря ему в глаза. Там определенно что-то зарождалось. Я ему нравился, он просто боится себе в этом признаться. Мне стало его жалко. Моему Фрэнку страшно, я должен его успокоить. Но как? Мое тело меня опередило. Не долго думая, я просто взял его руки в свои и потянулся за объятиями. Фрэнк был не против, потому что он обнял меня в ответ. Я поглаживал его по спине, надеясь, что он успокоится. Мне нужно было, чтобы он привел в порядок свои мысли в голове.