Всё время на свете

      Макс уснула, как только прилегла на кровать, даже не потрудившись снять покрывало. Хлоя, только что вышедшая из душа, покачала головой. Колфилд засыпала постоянно и везде, казалось, что она большую часть жизни проводит в анабиозе и только изредка выныривает, чтобы укорить Хлою в постоянных попытках стрельнуть у кого-нибудь сигарету. Такое состояние подруги не могло не тревожить.       Хлоя чувствовала себя виноватой во всем этом и во многом другом. Она вообще, казалось, срослась с виной намертво, просыпалась с ней, ложилась с ней спать, делила с ней скудный обед, бывший единственным приемом пищи, который девушки могли себе позволить. Это утомляло и злило, но до тех пор, пока она осознавала, что из-за нее разразился ураган, разрушивший Аркадию и убивший Джойс и Дэвида, она не могла избавиться от унизительного и снедающего ее ощущения. И хотя она была бесконечно благодарна Макс, сохранившей ей жизнь, несмотря на все дерьмо, которая она успела вытворить за девятнадцать лет своего гребаного бессмысленного существования, но порой ей прямо-таки хотелось заорать: «Макс, какого хуя ты наделала? Ты должна была позволить мудаку Прескотту застрелить меня!»       Макс дышала неровно, иногда издавала едва слышные стоны, от которых у Хлои холодело сердце. Спала девушка, словно котенок, свернувшись в клубок. Время от времени она вяло шевелила пальцами и сжимала кулаки, а потом выбрасывала вперед правую руку. Хлоя опустилась на колени рядом с кроватью и поправила Макс волосы, упавшие на лицо. Подруга смешно зашевелила губами, а потом довольно четко произнесла; — Останься. Хлоя испуганно отдернула руку. — Хлоя, не уходи, пожалуйста, стой! — Макс перешла на крик, и Хлое пришлось долго гладить ее по голове, чтобы успокоить. Она шептала какую-то сопливую ерунду метавшейся в очередном кошмаре подруге, а на глаза вновь наворачивались слезы. — Мисс Филдкон, — в дверь настойчиво постучались, отчего Хлоя вздрогнула. Громкие звуки, особенно раздающиеся резко, — Мисс Филдкон, вам тут письмо оставили, просили передать срочно.       Хлоя в большом недоумении подошла к двери. Никому не была известна фамилия, под которой девушки остановились в «Красном вигваме», так что это больше походило на ловушку. Быть может преследователи сменили тактику и решили действовать более хитро? Хотя до сего момента Хлое казалось, что их хотят загнать, как лошадей, и затем пристрелить. Из какой-нибудь дохуя огромной суперхронопушки. — Открой, — вдруг прошептала полусонная Макс. — Там должно быть что-то важное. — Да, мэм, — Хлоя вытянулась по швам. — Я, конечно, понимаю, что твои силы растут, но ты уверена, что предчувствия тебя не обманывают? Вдруг там за стеной стоит кто-нибудь из блядской парочки невидимок-путешественников во времени? — Я с ресепшена, — раздался сердитый голос из-за двери. — У меня там очередь выстроится, пока я стою здесь и делаю то, за что мне вообще-то не платят.       Макс медленно поднялась с кровати и, потирая виски, подошла к двери. Девушке пришлось приложить немало усилий, чтобы распахнуть ее, и дело было даже не в том, что дверь разбухла от постоянных дождей и открывалась с трудом.       На улице, сжимая небольшой плоский конверт, действительно стояла служащая мотеля. Она с неодобрением заглянула в комнату и почти что презрительно посмотрела на Хлою, которая не понравилась ей еще с самого начала. — Понятия не имею, что у вас тут происходит, — сказала она злобно, —, но я посоветовала бы вам съехать как можно раньше. Если завтра утром я обнаружу вас в номере, я сообщу в полицию. Хлоя уже было открыла рот, чтобы обрушить на женщину лавину отборной брани, однако Макс не дала ей шанса. Почти что молниеносно она выхватила у женщины конверт, мило ей улыбнулась и захлопнула дверь. — Вау, Колфилд, — только и смогла восхищенно произнести Хлоя. — Ты такая грубая. — У меня самый лучший на свете учитель, — ответила Макс, даже не посмотрев в ее сторону. Хлою это почему-то задело, но она поспешила отогнать от себя нежелательные мысли. — Здесь фотография! — Макс была так удивлена, словно никогда в жизни не видела фотоснимков. — Полароидный, черт возьми, снимок! — Не удивлюсь, если его сделали на твой старый фотоаппарат, — хмыкнула Хлоя, не разделяя такого восторга по поводу куска бумаги с непонятным значением. Один такой у них уже был, так что появление второго могло вызвать у нее только раздражение. — Я не знаю, на что его сняли, но знаю, когда, — едва слышно сказала Макс. — Ни за что не угадаешь. — Точно не 12 марта 1962 года, потому что такая херня напугает меня до усрачки, — заявила Хлоя. Макс молча повернула фотографию, так чтобы подруга могла увидеть полустертую надпись, сделанную карандашом. — Да чтоб меня, — произнесла Хлоя и истерически хихикнула. — Все это напоминает мне ловушку, выдуманную дебилом. — Тебя послушать, так все сделано дебилами и для того, чтобы нас поймать, — Макс вымученно улыбнулась. Хлоя нервно дернула плечами. Не доверяла она всякого рода таинственным подсказкам и могущественным покровителям, предпочитающим оставаться в тени.       Макс доверяла, поскольку у нее не было выбора. За месяцы активного использования способностей она приучилась всецело на них полагаться, и сейчас у нее появилось стойкое предчувствие, что она наконец приблизилась к разгадке, к пониманию того, каким образом можно избежать парочки из хронополиции или откуда там еще. — Пару часов назад ты пыталась доказать мне, что не можешь прыгать сразу на пятьдесят лет, — сказала, нахмурившись, Хлоя и сложила руки на груди. — А теперь готова нестись туда, сломя голову. Колфилд, ты пиздец какая странная. — За это ты меня и любишь, — парировала Макс. — Я сомневалась, потому что прыгать надо было просто так, безо всякой подстраховки и неизвестно куда. Теперь у нас есть конкретное место. — В котором нас ждет банда вооруженных до зубов злобных путешественников во времени, — Хлоя прищурила глаза и изобразила пистолет. — Пиф-паф! — Перестань немедленно, — Макс в одно мгновение оказалась рядом и легонько ударила ее по рукам. — Не делай так при мне, никогда больше. — Намек понят. Эй, не сердись, Супер Макс, — Хлоя задержала уже собравшуюся отойти от нее подругу и притянула к себе. Макс судорожно вздохнула, что не укрылось от внимания Хлои. — Устала от меня? — спросила девушка, обдавая лицо Макс горячим дыханием, отчего та забавно жмурилась. — Я невыносимый кусок дерьма, знаю. И я бы ушла в закат, чтобы больше тебя не мучить, но уже пообещала тебе оставаться рядом всегда. — Я не хочу, чтобы ты уходила, Хлоя. И никогда не хотела. Я ведь люблю тебя, — Макс спрятала лицо за ладонями. — И я тебя люблю, — Хлоя выглядела, как сытая довольная кошка. Она сжала Макс в объятиях еще сильнее и подула ей на шею, прекрасно зная, как подруга сейчас запищит и заизвивается. Однако Макс только грустно посмотрела на нее и повторила: — Я люблю тебя. Пойми уже наконец, что ты для меня не просто лучшая подруга.       Хлоя молчала, не зная, как отреагировать. Тогда Макс фыркнула и вернулась на кровать, где спрятала голову под подушку. Спустя пару мгновений девушка заговорила, причем Хлое показалось, что в ее голосе слышны слезы. — Чувствую себя Уорреном, — сообщила Макс глухо и почти не слышно. — И еще миллионом других людей, застрявших во френдзоне. — Макс, — протянула Хлоя. — Ты замечательная, и я, конечно, тебя люблю.. — Но как подругу, бла-бла, — Макс вытащила голову из-под подушки. На глазах девушки в самом деле блестели слезы. — Прости, Хлоя, я больше не буду об этом говорить. Это так унизительно, что давай попытаемся забыть. Как будто я молчала все это время, хорошо? — Подожди, — перебила ее Хлоя. — В этом нет ничего унизительного, я просто..       В дверь постучались. Макс подскочила и взяла их с Хлоей рюкзаки. — Кто там? — спросила Хлоя, стараясь, чтобы ее голос не дрожал. — Мисс Филдкон? Это снова я. Пришла извиниться, я вела себя не слишком корректно.. — Ага и принесла яблочный пирог, — прошептала Хлоя, пятясь назад. Макс тем временем пыталась сфокусироваться на фотографии, чему мешали слезы. — Макс, поторопись, умоляю тебя!       За дверью затихли, а в следующее мгновение она слетела с петель. Возможно, с огромным облегчением, потому что ей порядком надоело каждый раз втискиваться в проём.       Хлоя не успела понять, что произошло, как Макс вдруг выскочила перед ней и, крикнув «Держись!», выставила вперед руку. Сделала она это не для того, чтобы перемотать время и выиграть пару секунд, а для того, чтобы загородиться от нацеленного теперь на нее вместо Хлои пистолета.       Женщина с невыразительным лицом нажала на курок, и в тот же момент обе девушки почувствовали, как их тянет куда-то вниз. Время и пространство смешались в одну плотную массу, которая обволакивала их и тащила в 1962 год.       Когда девушки вылетели на асфальт пятидесятилетней давности, стошнило их обеих. Хлоя обернулась, чтобы спросить, в порядке ли Макс. Макс выглядела вполне нормально, если не учитывать смертельной бледности и пустого места там, где раньше была кисть правой руки.