What Are Friends For?

Со встречи в квартире Никхуна прошла неделя, и всё вернулось в норму. Если не брать во внимание все эти вампирско-человеческие узы, конечно. Марк заметил не так много симптомов, но был уверен, что скоро появятся остальные. Неделя, в основном, прошла в каждодневных тренировках, небольших фан-сайнах и участия в музыкальном шоу; Марку и Джексону везло, они пока не разлучались, и всё было в порядке. Хотя, был один случай. Тогда Марк впервые ощутил резкий приступ ревности и собственничества, как результат их связи. До этого всё было сказочно, можно сказать, мило; лишь пара моментов, разбавляющих их ежедневную рутину. Марк заимел привычку ночевать в одной кровати с Джексоном; не в сексуальном смысле, просто они решили, что вместе им будет спаться спокойнее. Это расслабляло их, а также успокаивало и радовало узы. Однажды, они лежали в кровати и пытались заснуть, когда Джексон завёл об этом разговор. — Марк, ты чувствовал их, ну, знаешь- узы? — прошептал он. Марк молчал некоторое время, а потом перевернулся, чтобы быть лицом к Джексону; они лежали и не отводили глаз друг от друга. Марк кивнул. — Как ты понял, что это они? — задал ещё один вопрос Джексон. Марк поколебался, прежде чем ответить. — Просто… — он не мог подобрать правильные слова. Джексон вздохнул. — Я понимаю тебя, — произнёс он, перекатываясь на спину и упираясь взглядом в потолок, Это не то, что можно описать словами, правда же? Марк не ответил; он придвинулся настолько, чтобы прижаться вплотную к Джексону, и положил свою руку ему на живот, утыкаясь носом в шею. Джексон прильнул к нему в ответ и переплёл их ноги. Таковы были узы; они успокаивали и дарили чувство близости. Чувство пустоты и неполноценности, если один далеко от другого. Марк не мог выразить в словах, поэтому показывал действиями. Той ночью они спали, переплетя руки и ноги, и делали так впредь каждую ночь. Марк спрял своё лицо в шее Джексона; выдыхая и вдыхая его запах. И опять- опять Марк не смог найти слов, это просто был Джексон. Марк провёл губами по коже на шее Джексона; его вкус, опять- это был Джексон. Всё, чего хотел Марк. Он не знал, было ли всё дело в связи, но внезапно не смог представить, что было бы, будь это кто-то другой. Это просто должен быть Джексон. Марк выдохнул и почувствовал, как Джексон слабо задрожал в его руках. Он притянул его к себе и провалился в сон с мыслью, что так и должно быть. Марк также заметил, что обзавёлся привычкой наблюдать за Джексоном. Он понял это, когда они отдыхали в гостиной их общежития. Джуниор и Бэмбэм готовили поздний ночной перекус, а Джексон и Джейби напряжённо играли в настольную игру Go Fish. — Хён! Так не честно, как ты смог забрать мою королеву? — Не моя вина, что ты не можешь держать карты при себе, — засмеялся Джейби. — Марк! — сидящий за столом и до сих пор просто наблюдающий Марк вздрогнул и поднял на друга почему-то расфокусированный взгляд, — Джейби-хён меня обижает! Марк моргнул и улыбнулся. — Может, тебе следует научиться не размахивать руками, когда играешь в карты? Джексон округлил глаза и надулся, Марк заколебался на момент, но потом улыбнулся. — Не думал, что ты вообще слушаешь, — пошутил Джейби, — Ты выглядел, как будто был в собственном мире. Марк едва заметно кивнул и попытался вспомнить, что делал до этого. Странно, но он не помнил ничего, кроме Джексона. Пока его не втянули в разговор, он наблюдал за игрой Джейби и Джексона, он наблюдал за неподражаемой реакцией и глупыми действиями Джексона, он наблюдал, как Джексон улыбался и смеялся. Он услышал, как Джексон опять засмеялся, и перевёл на него взгляд. Тот в итоге насчитал у себя восемнадцать собранных пар, в то время как Джейби всего девять. Джексон, Джексон, Джексон. Всё, что он видит и слышит. Он действительно обращает внимание только на Джексона? Позднее, когда он лежал в кровати, уютно пристроившись рядом с Джексоном, он не мог не признать: было не так уж плохо думать только о Джексоне. Вообще-то, ему даже нравится. Это были приятные последствия уз; потом пришла ревность. Заявила о себе один раз, но этого хватило; суть была ясна. Они были в общежитии, все вместе, сидели в гостиной и наслаждались свободным вечером. Пересматривали старый выпуск Weekly Idol, где гостями были они сами, смеялись над собой и просто болтали. Марк сидел на диване рядом с Джейби, следя глазами за Джексоном и Бэмбэмом, которые, устроившись на полу, дрались за подушку. Джексон защекотал Бэмбэма и попытался вытащить подушку из-под него, но таец защищал её словно ценой своей жизни. В глазах Марка это сошло бы за обычное поведение Бэма и Джексона, но так было до уз и клеймения. Сейчас всё, что замечал Марк, это то, как руки Джексона касались кожи на талии Бэмбэма, и как сильно бёдра младшего прижимались к бёдрам Джексона, когда они дурачились. Медленно, но верно Марк чувствовал, что теряет контроль; ладони сжались в кулаки, а верхняя губа приподнялась, обнажая клыки. Он чувствовал, что может взорваться. И взорвался. — ХВАТИТ! — закричал он. Всё остановилось. Рациональная и логически соображающая часть мозга Марка заметила, что остальные ребята замерли, открыв рты в шоке, а Джексон и Бэмбэм застыли в той позе, в которой их застал неожиданный крик Марка, прямо посередине шутливой драки. Другая, бо́льшая, часть его мозга, сумасшедше-ревнующая и собственнически-вампирская, она видел только Джексона и Бэмбэма, которые представляли собой клубок рук и ног. Она видела Джексон, лежащего на другом парне, и рада не была. Никто не успел моргнуть, как Марк поднялся на ноги и появился рядом с ними. Он резко дёрнул Джексона за руку, поднимая и прижимая его в своей груди. Полностью игнорируя теперь окончательно шокированные взгляды остальных ребят, Марк потащил Джексона в их комнату и толкнул его на кровать — Ч-что ты делаешь? — возмутился Джексон. Марк не ответил; вместо этого он подошёл к кровати и, словно в порно, медленно подполз к Джексону, а потом забрался на него, тяжело дыша. — Ч-что ты творишь? — повторил Джексон. Теперь он начал чувствовал приближающую панику. Марк, наверное, тоже бы начал, если бы у него осталась хоть капля самоконтроля. Однако перед глазами у него стояли Бэмбэм и Джексон. Он мог чувствовать запах Бэмбэма на Джексоне. И от этого запаха надо избавиться. Джексон принадлежал ему. Не обращая внимания на суетливое и лихорадочное сопротивление Джексона, Марк лег всем своим телом на Джексона. Бёдра прижались к бёдрам, грудь — к груди, ноги переплетены. А потом Марк задвигался. Он начал тереться о Джексона, толкаясь вперёд и назад, стирая запах Бэмбэма и заменяя его собственным. Джексон прикусил тыльную сторону руки, заглушая зарождающиеся стоны. Движения Марка стали более рваными и резкими. Он словно имитировал толчки во время секса; их возбуждения тёрлись друг об друга при каждом движении, и это доводило их почти до края. Марк испытал дикое желание притронуться к шее Джексона. Двигаясь своим телом против Джексона, он медленно нашёл рот Джексона своими губами и провёл ими до шеи. Он чувственно водил губами по его коже, вызывая у парня под ним потрясающие стоны. Небольшое давление губ перешло во влажный поцелуй, а потом в засос. Марк был словно в тумане, засасывая в рот нежную кожу Джексона, которого от такого сотрясала дрожь. Не в силах контролировать себя, Марк раскрыл рот шире и укусил. Перед глазами всё заволокло пеленой, и он увидел звёзды. Марк издал прерывающийся стон; он ощущал вкус крови Джексона на губах, он чувствовал, как Джексон двигается под ним, он представлял, какого быть в нём. И перешёл черту. С чередой рычащих стонов и двумя сильными толчками, Марк, а вскоре и Джексон, кончил, тяжело дыша. Оба были неспособны произнести и слова. Это было- … Марк с трудом приподнялся на руках и скатился с Джексона, опрокидываясь на спину. — Хён…? — пытаясь восстановить дыхание, выдавил из себя Джексон, спустя несколько минут молчания, — З-зачем? Марк глубоко вдохнул, пытаясь выровнять дыхание. — Т-ты… Пах Бэмбэмом. Джексон молчал некоторое время, и между ними повисла очередная оглушающая тишина. Марк начал паниковать; было… напряжённо. Он ещё никогда не испытывал настолько ярких эмоций; он даже не знал, что вообще может такое испытывать. Он начал волноваться. Отношения с Джексоном запутывались всё больше; Джексон же не собирается- как может- — Так… Джексон, наконец, заговорил. -… Я всё ещё пахну им? … Вот так вот.