What Are Friends For?

Как он собирается выдержать сегодняшнюю ночь? Джексон сильнее сжал руки у Марка на талии и засмеялся. — Не голоден ли ты, а? — пошутил он. Марк окаменел и сбросил с себя руки Джексона; тот даже не представлял, настолько сейчас был прав. Джексон смеялся, пока не заметил напряжённый вид Марка. -Стоп… Серьёзно? Марк повёл плечами и опустил взгляд на свою обувь; его смутило, что Джексон угадал. Он не хотел, что бы его друг знал, что он, Марк покраснел, проголодался. Джексон оглянулся по сторонам, а потом схватил Марка за руку и повёл в их комнату. Усадил его на кровать и прямо посмотрел на него. — Думаешь, потерпишь до субботы? Марк покраснел; он не мог поверить, что на полном серьёзе разговаривает с лучшим другом об этом. — Д-да, я думаю, э-это пока не настолько плохо… — Марк поднял глаза на Джексона, — Должно быть в порядке… Джексон уставился на него, обдумывая его слова: кивнул сам себе и погладил Марка по плечу. — Хорошо. ________________________________________ Это было день назад, а Марк уже пожалел о том, что сказал. Марк честно не представлял, что бы сделал Джексон, скажи он, что не сможет продержаться до субботы, потому что, говоря начистоту, был низкий процент того, что всё же сможет. Видимо, вчера он не хотел признавать очевидного, потому что, проснувшись этим утром, он подумал, что накануне его, должно быть, переехал каток. Горло болело, глаза щипало, и, хуже всего, Джексон пах вкусно. Было время обеда, а Марк уже был готов отключиться от усталости и зашкаливающих ощущений. Но ужасало то, что Марк знал — Джексон понимает, что что-то не так. И вечером после обеда Джексон, в конце концов, не выдержал. Как в прошлый раз, он взял Марка за руку и потащил в их спальню. — Марк, действительно настолько плохо? Прямо очень, очень плохо? Марк думал соврать, но это не решило бы проблемы; он неохотно кивнул. Джексон вздохнул и успокаивающе погладил друга по плечу; он сам не знал, какого это, но, судя по ужасному состоянию Марка, мог сделать вывод, что не очень приятно. — Не планировал я этого, но серьёзно не вижу другого выхода, — сказал Джексон, прежде чем присел на кровать рядом с другом Марк с удивлением посмотрел на него. И не понял, пока Джексон не начал расстёгивать рубашку. — Чч-что ты делаешь? — он практически пискнул и отскочил от лучшего друга. Джексон уставился на Марка. — А ты как думаешь? Кормлю тебя. Марк подумал, что глаза вот-вот выпадут из орбит, когда его друг расстегнул ещё несколько пуговиц и стянул ткань, оголяя плечо и шею. — Но я не д-думаю — — Эй, — Джексон протянул руки и крепко сжал ладонь Марка, — Не волнуйся. Я думал об этом, и, если честно, это лучшее решение. — Как это может быть лучшим решением? — Марк, подумай, мы певцы и не можем достать кровь, не привлекая внимания. Разве не легче всего просто взять немного моей? В смысле, у меня её много; не так трудно поделиться каплей с другом, если ему это необходимо, — с улыбкой ответил Джексон. — Но… Он улыбнулся и обнял Марка одной рукой. — Я честно не возражаю, давай; для чего ещё нужны друзья? Марк отстранился и опустил нерешительный взгляд на свои руки. — Не думай слишком много, — сказал Джексон, переключаясь на английский, — Это сработает. Марк сделал глубокий вдох, и его прошиб опьяняющий запах сидящего рядом друга. Джексон заметил, как он напрягся, и понимающе посмотрел на него. — Марк, позволь мне помочь. Джексон взял инициативу в свои руки и медленно положил ладонь на заднюю часть шеи Марка. Он так же медленно притянул друга ближе к своей открытой шее. Уровень адреналина в крови Марка поднялся, когда он приблизился к источнику запаха. И его губы прикоснулись к пульсирующим венам на шее. Марк заколебался и почувствовал, что рука Джексона сильнее сжала его шею, когда губы коснулись кожи. Марк на мгновение замер. — Т-ты уверен, что я должен укусить твою шею? В смысле, может лучше руку или- или- Джексон тихо засмеялся и пальцем начал выводить круги на коже Марка. Его голос доносился эхом до ушей Марка. — Мы же не хотим, что бы кто-то увидел, так что будет лучше, если ты укусишь за основание шеи. Она у меня массивная как у черепахи, а ещё есть такая вещь как шарф! Если спросят, могу сказать, что одеваюсь по погоде. Джексон притянул к себе Марка, пока его губы не коснулись голой шеи; в этот раз Джексон не вздрогнул. Марк сделал очередной вдох и опять же, был сбит с ног тем, насколько приятный запах доминировал над его рецепторами. В дёснах покалывало, и он чувствовал, как гипнотизирует его оголённый участок шеи друга. Медленно провёл губами по коже, он ощутил то, как ускорился пульс Джексона, когда он слегка втянул в рот кожу, и как прилила к этому месту кровь. В этот момент он почти не контролировал свои действия, им управлял голый инстинкт. Марк хотел бы надеяться, что, скажи Джексон ему остановиться, он бы остановился, но он честно не знал, возможно ли такое сейчас. К счастью, Джексон не просил прекратить, и Марк укусил, даже не осознав. Джексон дёрнулся, Марк автоматически притянул его ближе к себе. Как и раньше Марк обнаружил свои клыки глубоко вонзёнными в шею своего лучшего друга, и будь он проклят, если это не лучшее, что он когда-либо пробовал. Глупый Джексон; почему его вкус так хорош? ________________________________________ Теоретически, это был лучший выход; или Джексон так думал. В прошлый раз, когда Марк его укусил, всё произошло так быстро, что Джексон не запомнил сам укус, а потом это словно получить засос. Засос от кого-то с острыми зубами. Он не был таким уж болезненным и быстро исчез, так что сейчас Джексон не видел ничего плохого в том, что бы позволить Марку укусить ещё раз. Но он не готовил себя к такому. Было иначе, потому что на этот раз он знал. Он осознанно ожидал того, что произойдёт. Что его лучший друг практически займётся "сексом" с его шеей, лишь рук вокруг своей талии он не ожидал, но не обратил особого внимания. Сам укус был как укус комара; сначала резкая боль, а потом она быстро ушла. Но Джексон не был готов к тому, что было дальше. Когда Марк начал сосать. Джексон не был готов чувствовать, как кровь утекает из него словно песок в песочных часах. Она не шла как из пореза от бумаги; её высасывали. Её высасывали глотками из двух крошечных точек на его шее. И Джексон не был готов. Совсем не готов. К тому, как чертовски приятно это будет.