Скоростная любовь. Speed

Многие из великих людей отмечали, что за все, сделанное нами, рано или поздно придется платить. Это уж точно. Причем расплачивалась я очень сурово. − О-о-о… − Ну как? Голова уже меньше болит? − спросил Кир, бережно гладя меня по волосам. − Гораздо лучше. − Угораздило тебя! Я бы убил этого мерзавца, не находись он сам сейчас в почти мертвом состоянии. − Ладно тебе, − я попыталась приподняться с кровати. На календаре было уже второе число. После праздника меня рвало не только всю обратную дорогу домой, не только у подъезда и в самом подъезде. Нет! Меня выворачивало весь следующий день, благо, Кир большую часть времени отсутствовал и не видел всей полноты картины. Стоило мне засунуть что-либо съестное в рот либо же выпить стакан воды, как все внутри сжималось и рвалось это обратно. Такого сильного алкогольного отравления у меня никогда не случалось, поэтому было немного страшно. На удивление я помнила все мельчайшие детали нашего праздника. Вру. В моей памяти осталось все, кроме момента перед тем, как я отключилась на минут пять. Да, я каким-то образом оказалась на улице. От холода быстро вернулась к действительности. Свежий воздух пошел на пользу моему организму. Признаюсь, переживала я не за то, как мое бездыханное тело оказалось внизу, мой мозг был воспален от событий, которые этому предшествовали. Ужасно, но я совершенно не помнила, произошло ли то, подумав о чем, я начинала испытывать головокружение и усиленную рвоту, или нет. Вот в чем заключалась беда: я помнила, как Франк прижал меня к себе, помнила его жаждущий взгляд, его горячее дыхание. Но… все! На этом все! Как будто бы мою память стерли, взяли и вырезали кусок. А ведь в тот момент могло произойти гораздо большее. Этого я и боялась, потому что в том состоянии, в котором тогда была, я не могла ему сопротивляться. Что он мог позволить себе? Посмел ли он переступить черту? Как я ни старалась воспроизвести происходящее, следующее, что возникало среди моих воспоминаний, это момент, когда я уже стою рядом с братом, и Кирилл готов убить Диму за то, что он со мной сотворил. − Ты когда-нибудь ответишь ему? − перебил мои рассуждения Кир. − Что? − Ничего! Твой молодой человек названивает тебе со вчерашнего вечера! Я, конечно, не смог это долго терпеть и сказал ему, что ты отсыпаешься после праздника, но вряд ли он поверит в то, что ты и сегодня дрыхнешь целый день. Я думаю, он не имел в виду подобное, когда советовал тебе оторваться на празднике. − Пошел ты в жопу! − кое-как добравшись до стола, я подняла трубку. Шикнув на Кира, чтоб он ушел, пробормотала: − Привет, Паша! − О-о-о! Ну надо же! Кто-то наконец-таки очнулся! − раздалось на той стороне. Родной голос. Самый близкий, самый желанный. Как же я соскучилась! − Я соскучилась. − Ха-ха-ха! Да? Я заметил по твоей мобильной активности. − Сколько раз ты мне звонил? − Много, и это неважно. Сколько же ты выпила в Новый год? − М-м-м... ну-у-у… − Понятно! Если там так много, можешь не вспоминать. Ха-ха-ха! − Паша, нет! Я просто устала! А пила немного! − состроила я несчастную рожу из-за этой явной лжи. − Ха-ха-ха! Хорошо, сделаем вид, что я тебе поверил. − Давай так и сделаем! − Я соскучился. − А я-то как! Не представляешь, как мне плохо! − пробормотала я. − Пройдет. Не переживай, а больше отдыхай, ладно? − Ага. Паша… − я так много хотела ему сказать. − Как отпраздновали? − Отлично! Весело! В хорошей компании… − Да? Как программа праздничная? Я вспомнила конкурс и его третий этап. − М-м-м… ну не сказать, что плохо… − Ты не помнишь? Ха-ха-ха! Я готова была зарыдать, вырвать все волосы, убить себя, прыгнуть со скалы. Я не хотела врать ему. − Давай не будем об этом. Это неприятно вспоминать. − Ладно. Тогда я тебе расскажу о своем празднике. Паша подробно описал светский прием, который устроили зарубежные знакомые, новогодний бал, праздничный салют с какой-то неизвестной мне крепости, а также про каких-то девушек, пытавшихся скрасить его одиночество. − Вот стервы! − Ха-ха-ха! − Я бы их в ту самую крепость! И сидеть им там до конца жизни. − Берг! − Паша, ты у меня такой хороший. «А я у тебя такое говно», − продолжила про себя. − Ты у меня тоже. − Когда приедешь? − Скоро. Дня через два. − Я тебя так жду. Возникла некая пауза. − Полина. Эм… я хотел... насчет сказанного мной... − Подожди! − крикнула я так громко, что мой мозг едва не скончался. − Паша. Давай поговорим об этом, когда ты приедешь. − А-а-а… Я не хотела ни в коем случае его обидеть, поэтому продолжила. − Просто хотела бы сказать тебе все, что хочу, все, что думаю, лично. Например, держа тебя за руку. − Полина, − Паша вздохнул. − Я поступил нехорошо. Сделал все по-своему. Поставил тебя в неудобное положение. Конечно, давай поговорим, когда я приеду. − Хорошо. − Тогда, чтоб точно вырваться, я пойду поставлю перед фактом свое начальство. − Не хочу тебя отпускать. − Я приеду. Все будет хорошо. − Да. Я жду тебя. − Целую. Пока. − Пока… − произнесла я уже самой себе и вытерла с лица скопившиеся слезы, упала на кровать и заплакала. Я сказала Паше, чтобы мы подождали с разговором о любви не только потому, что мне хотелось произнести это глядя ему в глаза. Нет, конечно, мне этого хотелось, и я могла бы сказать все по телефону. Могла сказать ему об этом давно, ведь чувствовала, что он особенный для меня. Но как я поступила? Поддавшись на уговоры какого-то демона, не смогла устоять перед опасным обществом другого человека, манившего меня своей злостью, своими темными сторонами, своей неприступностью, своей загадочностью… Точно. Тот демон был для меня загадкой, искушением. А теперь стал преступлением, за которое мне придется расплатиться. Хотя, может, ничего не было? Может, я отключилась и просто весело провела время, немного переборщив с телесными контактами в конкурсе и не более? Зная это на сто процентов, я спокойно смогу сказать Паше о своих чувствах, о том, как сильно его люблю и больше всего на свете мечтаю быть рядом с ним. Я не смогу быть с ним нечестной. Это я понимала совершенно ясно. Он попросту этого не заслуживал. Я сама хотела быть с ним откровенной, не хотела мучиться оттого, что не смогла быть с ним искренней и испортила все своим пакостным, несдержанным поведением. Поплакав еще немного, я поняла, что мои слезы ни к чему меня не приведут и, поднявшись с кровати, пошла к брату, может, он смог бы помочь хоть чем-то. Кир что-то увлеченно изучал в компьютере. Еле-еле держась на ногах, я рухнула на его кровать и сказала: − Кир, я хочу кое-что у тебя узнать. − М-м-м, − он оторвался от монитора. − И что же? − О том, что было в Новый год. − А-а-а… рано либо поздно, нам бы пришлось об этом поговорить… − пробормотал брат. − Да? И? Ты... − Я не считаю ее плохой и не думаю, что тебе надо лезть в наши отношения. Я хочу, сестра, чтоб ты дала ей шанс! Ладно? Она хорошая! − Что? Ты о ком? − не дошло до меня. − Не понимаю... − Об Анжеле! О ком еще? И тут я вспомнила! Черт! Из-за отравления, выбившего меня из колеи, я совсем забыла! − Ломоносова! Кир?! Да как ты мог?! Она же! Р-р-р! − Вот ты как реагируешь? Я не буду тогда с тобой об этом говорить! − Именно она! Какой кошмар! − Все, хватит! − Стой! А-а-а… − голова опять затрещала. − Ладно. Будь что будет! С этим мы как-нибудь потом разберемся! − Между прочим, это она тебя мыла, пока ты в полубеспамятстве не хотела залезать в ванную! Кошмар! − Что? Спасибо, если ты думал, что это будет ей в плюс, ты явно ошибался! Да она могла меня утопить! − Берг, пошла за дверь! − Ладно-ладно! Молчу! Но если она тебя обидит, я ее убью! − Сестра! Ты даже не даешь мне рассказать, как мы познакомились! Что она о тебе думает на самом деле! − Кир, прошу, избавь меня от всего этого! − взмолилась я. − Ладно! Дима верно говорил, тебе будет сложно смириться. − О-о-о? Дима! И когда же он такое говорил? − поинтересовалась я. − Мы много раз это обсуждали. − Ладно! А после праздника он что-нибудь говорил, когда… когда-а, − задумалась я, но брат сам помог мне. − Когда почти мертвую вынес тебя из клуба? − Ага, − значит, сам Дима вынес меня наружу. − Он меня вынес? А ты случаем, − подсела я ближе к брату, − не знаешь, он меня вынес после чего? − После того как ты вырубилась, естественно, − брат немного отклонился от меня. − А что? − А что до этого было, он тебе не говорил? − В смысле? − Ну, что было причиной моего… − Э-э-э… ты перебрала и вырубилась − все, что он мне сказал. А есть что-то еще? − поинтересовался он у меня. − Нет! Все отлично! − расстроено хлопнула я руками по кровати. − Я, пожалуй, пойду. Франк ничем не поделился с другом, а то оно было и понятно, я же сестра Кира. Плохо, очень-очень плохо! − Кстати! Берг, твой выигрыш, − брат указал на коробку, стоящую в углу комнаты. − Я ничего не трогал. Как запаковали, так и запаковали, единственное, твою часть алкоголя я перенаправил Диме, уж прости. − Да ничего. Я подошла к коробке. − Слушай, − обернулась я к брату. − А… какая фамилия у Димы? Брат нахмурился: − А что? − Да просто, интересно. Он сказал мне, что все зовут его Франком. Почему? Почему именно так? Это же просто прозвище, верно? − Полина, − Кир перебил меня, − это его личное дело, не лезь с вопросами. И вообще, раз Дима решил представиться тебе Франком, он решил для себя, что ты не такая уж плохая. Меня это радует, − улыбнулся брат. − Я-то при тебе не называл его так, считая, что в этом нет необходимости. − М-м-м, − это было довольно интересно. − Кстати, − заметив мою заинтересованность, решил предупредить меня Кирилл. − Не советую тебе приставать к нему с расспросами по этому поводу. Он только разозлится и пошлет куда подальше. − Пф! − Я серьезно! Не лезь! Он был, есть и останется для всех нас Франком. Остальное никого не интересует. − Для кого это? Для кого всех? − Так! Бери коробку и уматывай! − брату надоело со мной откровенничать. Скривив рожу, я наклонилась к своему подарку. На вес он оказался очень легким. Подхватив коробку двумя руками, я отнесла ее к себе. Вскрыв упаковку, достала из нее большого плюшевого мишку. − Ой! Немного потискав игрушку, достала со дна конверт. Открыв его, я вытащила всю наличность и записку, накарябанную уже знакомым почерком: «Здесь весь выигрыш, он мне не нужен, для меня было главным участие вместе с тобой. Мишка − подарок на прошедший праздник, который, благодаря тебе, стал для меня необыкновенным». − Это кошмар, − не сдержавшись, я опять заплакала. Воспоминания вновь возникли в больной голове. − Что это за фигня? Подержав листочек в руке, я заметила маленькую приписку на обратной стороне: «Этого должно хватить на каникулы. Насчет дальнейшего − думай сама, но я буду рад, если ты решишь больше не надоедать мне на работе. Франк». − Гад! Я не собиралась отступать и позволять ему подвергать Кира опасности. Но в данный момент меня волновало еще кое-что. Я решила встретиться с ним, чтобы разрешить свои сомнения и поставить на долбаном Франке, мешающему мне жить, твердую точку, дабы быть счастливой в Пашиных объятьях. Решив для себя, что обязательно разберусь со всеми проблемами завтра, я легла спать.