Скоростная любовь. Speed

– Куда ты несешься? Берг, остановись! – вылетев из дверей, я побежала прочь от бизнес-центра. – Полина!!! – орала мне вслед Сашка. Остановившись, я решила отдышаться. – Берг, мать твою! Я что, по-твоему, мастер спорта по легкой атлетике? – Сашка-а-а… Достав из кармана телефон, я набрала Пашин номер. – Алле, – он ответил сразу же, как в трубке начали раздаваться гудки. – Ты ушла? – поинтересовался он первым делом. – Да, я ушла, но, может быть, ты объяснишь мне, в чем дело? Что происходит? – Полина, успокойся, – ответил Паша, заметно расслабившись. – В смысле успокоиться? – завопила я в телефон. – Я приезжаю к тебе в гости, натыкаюсь на твоего отца, узнаю ошеломляющие новости, что, видите ли, ты давно в Питере, а я ни сном, ни духом. В довершении всего на меня выливается гора помоев о тебе, и заканчивается это моим бегством от твоего отца по твоему приказу. Говоришь, мне успокоиться?! Ой, да ладно! Мятежный, что происходит?! Саша заинтересованно прислушалась к моей гневной речи, под конец, вылупив от удивления глаза. – Он в Питере? – обалдевши, прошептала она. – Как он там оказался? – Полина!!! – тем временем орал мне в ответ Паша. – Я не виноват, что ты, не поставив меня в известность, решила сделать глупость! – Ах, глупость? – усмехнулась я. – Теперь это так называется? Ну, понятно! – Берг… – немного сбавив обороты, продолжил Паша. – Я просто… – он немного замялся. – Да… я реально уже несколько дней в Питере, но не говорил тебе об этом… потому, что был обижен и хотел, обождав, сделать тебе сюрприз! – словно видя насквозь, он повторил точь-в-точь то, что в первый момент пришло мне в голову. – Тогда почему твой отец утверждает, что ты постоянно торчишь в Питере? А? Паша, я не понимаю, что творится! Какого хрена происходит? Он громко выдохнул в трубку. – Берг, давай ты успокоишься, и мы нормально поговорим обо всем, ладно? – Я и так спокойна! – Нет, ты не спокойна! Полина, я все объясню тебе, когда мы увидимся. Договорились? – Придумаешь целую повесть, дабы навешать мне лапши на уши? – зло поинтересовалась я. – Полина… перестань! Я тебе никогда не врал! Да! Получилось нехорошо… но… я честно не хотел обидеть тебя и заставить усомниться! Поверь! А про отца… ты и так все знаешь. – Проще простого свалить все на него! – буркнула я. – Берг, возвращайся в Питер, и мы поговорим. – Окей, Пашечка, приеду спустя сутки! Не беспокойся о том, что до этого я сожру себе мозг, придумывая тебе оправдания! – съязвив, я осмотрелась по сторонам. – Полина, прекрати! – взмолился он. – Я уже позаботился обо всем. Заказал тебе и подруге билеты на самолет, он вылетает через два часа, тебе остается лишь добраться до аэропорта, надеюсь, с этим вы справитесь. – Какой ты заботливый, однако! Кто тебе сказал, что я хочу уезжать из Москвы так скоро? А? Может, это ты прилетишь ко мне? Вместе погуляем, как в старые добрые времена, возможно, ты покажешь мне свой дом, я просто мечтаю его увидеть! Может, познакомлюсь поближе с твоей семьей! С твоей мамой! С отцом! Быть может, он не настолько черств, каким кажется. М-м-м? – Эм… нет, – возразил Мятежный. – По-моему, это не очень хорошая идея. – А что так? – Полина, возвращайся в Петербург, пожалуйста. На стойке информации тебе расскажут, как снять бронь билета, платить ничего не надо. – Ну, конечно. Ты обо всем позаботился. Я и забыла. – Бе-е-ерг… – Я не хочу говорить! Не хочу говорить!!! – замотала я головой. – Ты делаешь так, как удобней тебе, не думая о том, как я себя сейчас чувствую. Не понимаю, почему бы тебе не приехать самому, если в Питере тебя ничего не держит, кроме меня. Ау! Почему бы тебе не вернуться? – Потому, что на машине я буду ехать гораздо дольше, нежели ты на самолете, – сухо подметил он. – Пф. Ты мог бы оставить тачку и прилететь! – Полина… – Паш, я все поняла. Пока. Повесив трубку, я расстроено посмотрела на подругу. – Эм… только не говори мне… – начала она, а я закончила: – Мы возвращаемся в Питер. Печально вздохнув, Сашка осмотрелась по сторонам: – Это было самое сногсшибательное путешествие в моей жизни! А главное, я посетила все культурные места этого города! – И не говори, – угрюмо согласилась я с подругой. Мы остановили одно из многочисленных такси, таскающихся туда-сюда по городу, и поехали в сторону аэропорта. – Берг, расскажи мне, что в итоге произошло? Из твоего разговора я поняла, что мы разминулись с Пашей где-то между Питером и Москвой? Отвернувшись к окну и прикусив губу, я рассматривала дома проносящиеся мимо. – Не совсем так. Он уже давно там торчит. – А чего не звонил? – Не знаю… утверждает, что обижался и хотел сделать сюрприз. – Оу… в итоге сюрприз накрылся медным тазом. – Не знаю… не знаю, Сашка, – протянула я. – Что-то мне это все не нравится. Получив билеты и оказавшись в самолете, мы перемалывали с ней сложившуюся ситуацию. – Странно то, что его отец уверенно доказывал мне, что Паша постоянно ездит в Питер. Прикинь? Как такое возможно? Мне он твердит обратное… что работает в Москве. – И что ты думаешь по этому поводу? – поинтересовалась Сашка, рассматривая вид из иллюминатора. – Бля… как же я боюсь лететь! Блин! – Я думаю… что… кто-то из них мне врет. – Его отец? – Ну… – Да брось, Паше-то на фиг тебе привирать? – Ну, это, конечно, да… – неуверенно согласилась я. – Мне кажется, что Паша в глубоких неладах со своим папашей. Он ему специально взрывает мозг тобой, типа… поездками в Питер. А сам тусуется фиг знает где. – Тогда… почему он никогда не упоминал мне об этом? Не говорил, что отец бесит его, что он врет ему… – Ну, может, он посчитал, что тебе это не так уж необходимо знать. Блин, это их личные траблы. Чего ты хочешь? Паша хочет казаться лучше, поэтому молчит о том, что достает своего старика таким детским образом. Вот и все! – пожала плечами подруга. – Думаешь? – я уставилась на нее. – Конечно! Полина, брось. Ну… это, как минимум, глупо – подозревать Пашу в том, что он привирает тебе. По-моему… то, что он… как сказать… любит тебя – это очевидно. Блин, он же реально крут. Да только лишь то, что он обратил на тебя внимание, влюбился и ценит, и холит, и лелеет… это уже… ого-го! – То есть. Ха-ха-ха! По-твоему, я не дотягиваю до его уровня? – засмеялась я. – Ха-ха-ха! Нет. Я не в этом плане, а в таком что… это так… забавно, что ты умудрилась окрутить его. – Вот-вот. Это очень забавно, – в голове возникли многочисленные воспоминания. «И что он нашел в тебе?.. Глупо думать, что подобный парень способен влюбиться в такую, как ты… уедешь в Питер – он тебя забудет… Возможно, ему просто удобно быть с тобой, бесплатный секс… А вдруг ему что-то нужно от тебя?..» Вытряхнув из головы подобные пакости, я удрученно вздохнула. Объявили об окончании посадки. – О, Боже. Я сейчас обосрусь! – прошипела мне в ухо Аверина. – Господи, Сашка!!! Надеюсь, ты памперсы надеть не забыла? – попыталась подколоть ее я. – Берг, ты не отвлечешь меня своими тупыми шуточками! – А жаль… Тебе бы расслабиться, уже позеленела! Тем временем наш самолет начал разгоняться и Аверина стала напоминать мне полудохлого хомяка. – Ха-ха-ха! – я ободряюще сжала ее холодную руку. Когда самолет, взлетев, выровнялся, Сашино лицо приобрело более-менее нормальный оттенок. Большинство пассажиров что-то читали, смотрели фильмы, переговаривались между собой. С Сашей же разговаривать было бесполезно. Она испуганно пялилась в иллюминатор, тихонько молясь про себя. – Аверина, ты меня задолбала уже! Никогда не замечала в тебе набожности! – Берг, ты-ы-ы… моя жизнь сейчас зависит от этой железки. А вдруг она рухнет? Она же тяжелая такая. О-о-о… – в этот момент нас немного качнуло. – Сашка… ты пугаешь меня. Не знала, что в тебе живет такой трусливый заяц. Она посмотрела на меня и состроила ужасающую физиономию. – А ты меня пугаешь тем, что всячески пытаешься очернить Павла, который кажется мне идеалом, а того, кто является полным дебилом и чмошником – это я о Франке, если ты не догадалась – постоянно оправдываешь и даешь многочисленные шансы на выживание! – Никому я ничего не даю! – возмутилась я. – Ну, конечно! Вспомни, что делал Франк! Как он над тобой издевается! Но ты упорно вбиваешь себе в голову, что он какой-то там особенный, а стоило провиниться Паше – ты вгрызлась в него и теперь собираешься раздавить! – Не собираюсь я его давить. – Ага, а то я не знаю, Полина… – Саша нагнулась ко мне и тихо проговорила. – Я тебя прошу… не спускай на него псов, ладно? Дай ему все объяснить! – Да Саша! – попыталась отклониться я от нее. – Знаю я тебя. Начнешь гнать, он опять расстроится! – Ха-ха-ха! Аверина. Боже. Ладно. Только ради тебя. Я обязательно выслушаю! – Ха-ха-ха! И правильно! – ободряюще подняла Саша кверху большой палец. - Я фанат вашей пары. – Ха-ха-ха! Это заметно! За разговорами время пролетело незаметно, и совсем скоро мы начали совершать посадку в аэропорту нашего города. Наслаждаясь мучениями подруги, я немного отвлеклась от терзавших меня мыслей, и на момент выхода из самолета, мое настроение было не столь плохим как при посадке. – Вот и родной Питер! – обрадованная Сашка вылетела на улицу. – А-а-а! Я тебя обожаю! Боже, мой любимый город!!! – Ха-ха-ха! – Берг, ты знала, что мы живем в центре вселенной? – Сашина эйфория задерживалась. – Ну, а как же? Всматриваясь в толпу ожидающих, я повсюду искала Мятежного, обещавшего нас встретить. Оказалось, Паша восседал на одном из многочисленных подоконников, забравшись на него с ногами. Судя по движениям его челюстей, он что-то усиленно пережевывал. Увидев меня, он улыбнулся и, спрыгнув вниз, направился в нашу сторону. – А-а-а… он такой сексуальный, – пропела мне на уши Саша, слишком усиленно начав махать Мятежному руками в знак приветствия. Переведя свой взгляд с подруги на Пашу, я не смогла с ней не согласиться. Мятежный как обычно был облачен в модные брюки и приятного голубого оттенка рубашку, до ужаса подходящую к его глазкам. Накинув сверху нее пиджак, довершающий картину, он не мог не привлекать внимание противоположного пола. – Ну… есть такое, – согласилась я с Сашей, прежде чем это мог услышать Паша. – Ну, привет, мой главный подарочек, – он подошел ко мне поближе и, взяв из моих рук сумку, поцеловал в губы. Это было потрясающе, учитывая, что добрая половина женского состава зала ожидания в этот момент проклинала меня последними словами. – Привет, – не удержавшись, я прижалась к нему, заключив его в объятья. – Ха-ха-ха! Всегда бы так! – Я соскучилась, – проговорила я. – Я тоже! Пойдем, я припарковался недалеко от выхода. Отвезу вас домой. Горе-путешественницы! Обнимая меня за плечи, он указал нам с Сашкой на выход. Втроем мы пересекли помещение и, оказавшись на улице, двинулись вдоль здания. Джип Паши уютно устроился между тесно припаркованных машин. – Блин… – довольная Сашка залезла на заднее сидение машины. – Твоя подруга в пути ничего не принимала? – заинтересованно поинтересовался Паша. – Нет. Просто она грезит тобой, но это по секрету! – ткнула я ему пальцем в грудь. – О-о-о. Хо-хо. Ну ладно. Он открыл мне дверь со стороны пассажира и жестом предложил сесть. Усаживаясь в салон, я невольно встретилась с ним взглядом. Было сложно объяснить, что произошло, но я заметила переживание в глубине его глаз. В следующее мгновение он прервал наш зрительный контакт и оказался за рулем. – Так… ты обещал все объяснить при встрече, – неловко произнесла я, когда мы, выехав со стоянки, направились по шоссе в сторону города. – Да… может быть чуть позже? – Паша перевел взгляд в зеркало заднего вида, в котором виднелась Аверина. – Да-а-а… давайте без меня, я не хочу разрушать мозг вашими глупостями! – кивнула Саша. – Ну, ладно, – оставалось согласиться мне с ними. Тревожное состояние вновь возвращалось. Видимо, чтоб хоть как-то нарушить неловкое молчание, Аверина произнесла: – А вообще, Москва тоже прикольная! Правда, слишком шумная! Бизнес центр твоего отца обалденный! Мятежный, усмехнувшись, ответил: – Есть такое. – Он у тебя крутой! Аверина загрузила Пашу многочисленными расспросами о его делах, о московской жизни и прочей ерунде. Я, не вслушивалась в их треп, смотря в боковое окно, любовалась проезжающими мимо тачками. Паша уверенно вел машину на достаточно большой скорости. Оторвав руку от коробки передач, он сжал мою своей теплой ладонью. Переведя взгляд с окна, я едва улыбнулась, сжав его руку в ответ. Мятежный обогнал мешающую ему машину и, видимо, решив побыстрей избавиться от надоедливой Сашки, втопил педаль газа в пол. Мы летели вперед на скорости сто пятьдесят. Это было восхитительно. В открытый люк к нам в салон залетал приветливый весенний ветерок, путающий мои волосы, заставляющий их лезть в лицо. – А-а-а… классно! – восторженно выкрикнула Сашка, которой от ветра доставалось больше всего. – Шумахер тебе и в подметки не годится!!! – Ха-ха-ха! – оценил ее комплимент Мятежный. – Паша наверняка бы сделал всю ту чокнутую компашку гонщиков из Москвы, что в тайном клубе тусуются, да, Полин? – громко прокричала Аверина. – Юху!!! – Да. Ой, – согласившись с ней, я неожиданно едва не пробила головой переднюю панель. Пашина машина издала неловкий звук от неожиданного резкого торможения. В душе я порадовалась, что позади нас никого не было, иначе заднице Пашиного джипа не поздоровилось бы. – Ты что творишь?! – завопила я. – Ай! – воскликнула Саша, ударившись носом о мое сидение. – Бля!!! Казалось, Паша на несколько миллисекунд потерял управление, но, моментально придя в норму, выровнял машину, правда, порядочно снизив скорость. – Я-я-я… забыл. Тут камеры слежения стоят. А я превышаю скорость больше, чем на шестьдесят – за это права отнимут. – С фига ты!!! Из-за этого стоило так тормозить? – поразилась Саша. – Ты упал? – поинтересовалась я у Паши. – Ты бы еще от ужаса выпрыгнул в открытое окно! Паша! – Ну, простите! – Мятежный виновато пожал плечами. – Пипец! – возмущенно протянула Сашка. Она расстроено дергала себя за нос, боясь, что может пойти кровь. – Кажется, у меня будет синяк! – Глупости! – возразил Паша. – Ты не сильно ударилась! Да я немного притормозил! – Немного?! – одновременно возмутились мы с подругой. – Ха-ха-ха! Хватит! Бывает такое… случается… – Паша потянулся в мою сторону и, открыв бардачок, достал коробку своих любимых витаминов. Достав пару, он удовлетворенно выдохнул, будто бы они успокаивали его. Не предложив их нам с Сашей, он захлопнул бардачок. Через десять минут молчания, когда мы уже въехали в город, он поинтересовался: – А о чем ты говорила? Что там за чуваки? В Москве? – он вновь посмотрел в зеркало заднего вида, обращаясь к Сашке. – Да-а-а, – обиженная подруга не шибко желала говорить с ним. – Так, фигня. – Что-то интересное? – Нет. Просто… слухи, сплетни! – М-м-м… понятно. Видя, что он загрустил и чувствует себя неловко, я продолжила за подругу, дабы не слишком расстраивать Пашу: – Ехали в поезде с каким-то идиотом-полицейским. Рассказывал, что в Москве есть клуб, где собираются ребята и катаются наперегонки, вот и все! – естественно, я умолчала о том, что Юра упоминал не только о Московском отделении, но и о Питерском. – О-о-о… даже так. – Да там какая-то долгая история… что клуб давний, что там какие-то мерзкие делишки происходят. Вот… – протянула я. Паша обернулся, и мы вновь встретились с ним взглядами. – Хм… интересно. Какая-то глупость, мне кажется. – Ну, да… я тоже с этим согласна. Выдумки идиотов! Даже если что-то есть, то наверняка в меньшей степени, чем это превозносят! – решила закончить я эту тему. – Согласен! Не верю я в такие сказки, больше на кино походит! – Вот, вы так думаете, а прикиньте, кто-нибудь из ваших знакомых там гоняется? – протянула с заднего сидения подруга. Мы с Пашей одновременно оглянулись на нее. – Ха… – его смешок открыто показывал отношение к Сашиной фразе. – М-да. Ха-ха-ха! – оставалось согласиться мне с ним. – Вот и приехали! Ну, нифига себе поездка вышла, ребятки! – Саша с радостью выпрыгнула из машины, как только Мятежный припарковался во дворе. – Ну, я пойду… удачи вам. Я надеюсь, вы решите все свои проблемы… Не зря же я… выбираю платье подружки невесты! – не удержавшись, подмигнула она Паше. – Даже несмотря на то, что ты опасно водишь, ты прекрасен. Ха-ха-ха! – Аверина, тебе не кажется, что ты слишком открыто клеишь моего молодого человека? – поразилась я. – Ха-ха-ха! – засмеялся Паша. – Я учту! Ха-ха-ха! Пока! Расцеловав Сашу на прощание, я наблюдала за тем, как она удаляется от нас. – Поговорим, – он подошел ко мне и обнял обеими руками. – Да. Кажется, нам стоит поговорить, – развернувшись, я непроизвольно оттолкнулась от него. Стало неловко. – Понятно… – Паша, что ты делал в Питере эти два дня? – напрямую поинтересовалась я. Вздохнув и засунув руки в карманы брюк, он ответил: – Я-я-я… просто жил в отеле. – И часто ты так делаешь? – Просто… Берг, ты разобралась с теми проблемами, которые у тебя возникли? А? Ты не забыла, как мы расстались в последний раз? Ты откровенно послала меня, а теперь требуешь каких-то объяснений! – Паша, не переводи тему! Да! У меня были дела! Но! Я звонила тебе все это время, я волновалась, я приехала к тебе, а что выяснилось? – Что выяснилось? Что я приехал к тебе раньше и так же, как ты, хотел сделать для тебя сюрприз? – усмехнулся он. – Тебе не кажется, – я сделала паузу, – что мы вдвоем с тобой несем какой-то бред? Хочешь сказать, ты не приезжаешь сюда так часто, как утверждает твой отец? – Ты собралась ему верить, а не мне? Да кто он вообще такой, чтоб ты верила ему? А? Полина… я не понимаю, какого фига ты взъелась на меня? – он начал злиться. – Паша… я просто хочу знать… – отойдя немного подальше, продолжила я. – Ты… когда ты в последний раз приезжал сюда? – Пха… – он рассерженно замотал головой. – Тогда, когда ты выгнала меня из дому! Почему, кстати, до сих пор не объяснив! Видимо, он решил, что будет лучше поговорить на близком расстоянии, но я так не считала. Отойдя от него ровно на столько, насколько он приблизился ко мне, я ответила: – Я имею право на некоторые секреты! Тем более… они не несут за собой ничего важного! – То есть… момент того, что ты выгнала меня, также не важен? – сделал он свой собственный вывод. – Паша. Не говори глупостей! Я не успела отойти, он схватил меня за руку и дернул на себя. – Ай!!! – Полина, чем ты занималась в те дни? Выкладывай! Все равно собиралась рассказывать! Если в моей голове иногда проскальзывала идея довериться ему и рассказать о том, чем занимаюсь, то после услышанного от него в машине, я начисто отказалась от всего подобного. – Для начала расскажи мне… чем ты занимаешься в Питере, когда не со мной?! – преодолев страх, задала я свой вопрос. – Что? – Что слышал! – выкрикнув, я дернула рукой и, высвободившись, продолжила. – Ты думаешь, я идиотка? Думаешь, я поверю тебе! Знаешь… твой отец был убедительней тебя! Он слишком искренне удивился тому, что ты никуда не ездишь! – Бред!!! Это фигня! Я уже говорил тебе! – Паша!!! Он показал мне все фотографии, мало того… на многих из них видно, что ты за рулем и что пересекаешь черту! – выпалила я неожиданно для себя самой. – Почти каждую неделю!!! Ой. Я так сильно испугалась. Я рисковала. Был довольно большой процент вероятности, что Саша могла оказаться права, и что Паша врал отцу, оставаясь в Москве, при этом, не говоря мне ни о чем. Тогда мой упрек мог поменять его мнение обо мне… Я в наглую шантажировала его выдуманными уликами. Вместо ожидаемого возмущения, Мятежный ошарашено замялся. – Ты не… упоминала, что он ПОКАЗЫВАЛ тебе фото… – выделил он. – Я говорила тебе о них! – Но… разве он не просто упоминал… – Паша! – завопила я на всю улицу. – Нет, не просто! – Это… Пф… – он провел рукой по волосам. – Это все сфабриковано! – добавил он, сделав красноречивое лицо. – Я тебе говорил, он мастер подделок! – Да? – я все больше убеждалась в том, что Мятежный-старший был намного откровенней, чем его сын. – Интересно… а у твоего папаши такое развлечение – фотографировать похожие машины и вставлять туда твое лицо фотошопом? М-м-м? Держать их при себе всегда. Надо же любоваться самыми удачными кадрами! Да? Паша замотал головой. – Что? Что ты мотаешь башкой своей! Отвечай правду! Чем ты в Питере еще занимаешься?! – Ничем! – ответил он. – Паша! Ты меня бесишь! Мятежный… Я отвернулась от него, еле сдержав одинокую печальную слезинку. – Ну почему ты мне не доверяешь? А? Почему? Ты понимаешь, что все эти вопросы… я не знаю, что думать! А вдруг… вдруг все то, что говорят… правда? – А что говорят? – заинтересовался он. – Ты не находишь, довольно странным… что ты влюбился в меня. Весь такой идеальный… что ездишь ко мне в Питер… что… вдруг у тебя тут кто-то еще есть? – наконец вырвалось из меня то, что гложило долгое время. Услышав мои опасения, Пашины брови резко подпрыгнули вверх. – Что? Ха-ха-ха! Ты издеваешься? Ха-ха-ха! Нет. Берг. Ха-ха-ха! – Что ты ржешь? – возмутилась я. – Успокойся. У меня никого нет. Ха-ха-ха! Кроме тебя… никого нет, – мне показалось, что в определенный момент все напряжение, застрявшее у него внутри, куда-то исчезло. Попытавшись поймать меня за руки, он потерпел неудачу. – Ну же? Ты чего? – Я не верю тебе. Вот, что! – уперев руки в бока, ответила я. – Не верю и все! – Полина… я устал говорить об этом. – Тогда давай закончим! – предложила я. – Давай! Давай закончим! Забудем! – с радостью согласился он. Посмотрев на него хмурым взглядом, я едко улыбнулась: – Вот и закончили… я больше не желаю тебя видеть! Мы расстались! – с трудом выговорив это, я пошла в сторону дома. – Э-э-э… – не ожидавший подобного поворота событий, Паша остался стоять возле машины. – Полина!!! Мне было больно и неприятно осознавать, что я сказала ему столь неприятные слова, но мой план должен был сработать. Я должна была выведать у него все, для этого нужно было заставить его испугаться. Ну… если его в принципе могло испугать то, что я разорвала наши отношения. Мятежный догнал меня у самых дверей и намертво вцепился в куртку. – Нехорошо. Ты чего творишь? – Я – ничего, я иду к себе домой! – Берг! Хватит капризничать! – Паша… я устала от тебя. – От меня? Это я устал от тебя! – Блин! Тогда отпусти меня и катись подальше! Мы оба пришли к выводу, что надо забыть обо всем. Вот и забыли. – Полина, но я не то имел в виду. Пожалуйста… Я обернулась и, прижавшись, поцеловала его. Он был таким теплым и родным. Растерявшись, Паша сначала не ответил на мой порыв, но потом не желал отпускать. Я смотрела ему в глаза, находясь на расстоянии считанных миллиметров, и дала последний шанс все объяснить: – Паша… – надавив на шею, я заставила его наклониться еще ближе. – Что тебя держит в Петербурге, кроме меня? Теплый оттенок глаз вновь заледенел. – Что у тебя были за проблемы? – Ты меня не слышишь? Чем ты занимаешься в Петербурге, когда находишься не рядом со мной? Спустя мгновение он оторвал от себя мои руки и хотел было ответить, но наш разговор прервал звонок его мобильника. Выругавшись, он поднял трубку. – Что? – Бляха, я тут такое нарыл, ты охуеешь! – выкрикнул из телефона мужской голос. Паша снизил громкость звонка. Теперь даже находясь рядом с ним, я не могла слышать фразы звонившего. – Чего? – поразился Паша. Разговаривая по телефону, он смотрел на меня, периодически улыбаясь. – Отлично! Это… великолепно. Отличная новость, это хорошо, что ты нашел его. Что еще? Лицо Мятежного немного переменилось. Он нахмурил брови. – Да ладно? Гонишь? Это он сегодня заезжал? Чего хотел? Пнув камушек, Паша свернул разговор. – Я приеду тогда к ночи сегодня. Это галиматья мне не нравится. Повесив трубку, он растерянно посмотрел на меня. – Забыл, что сказать хотел? – подстебнула я его. – Нет… то есть… – Мне повторить? – Берг… мне надо… эм… уехать. – Что? – возмутилась я. – Ты обалдел? – У меня дела. – Какие дела у тебя? Опять дела? Ты прифигел? У тебя на работе совещание еще не скоро! До этого у тебя главное дело – меня успокоить! – Полина! – Ты так и не ответил, чем занимаешься, когда не со мной! Паша подошел немного поближе и, приподняв мое лицо за подбородок, спокойно поинтересовался: – Малышка, а чем ты занимаешься, когда меня нет рядом с тобой, м? – Ты о чем? – смутилась я. – О чем? О твоих увлечениях. Ты наверняка, чем-нибудь да занимаешься. У тебя куча свободного времени, однако я что-то не припоминаю твоих многочисленных звонков в свободное от учебы время. – Я вообще-то… учусь! У меня домашние задания! – притупила я взгляд. – И мы не обо мне говорим! – Да ты отличница, наверное, уже. Днями на пролет все учишься и учишься! И никакой свободы! Брат тебя, наверное, загонял! Никакого хобби! – усмехнулся он. – Ни одного развлечения! – Мятежный, я учусь! Я в выпускном классе! Больше я ничем не увлекаюсь, разве что тобой! – наврала я ему в лицо. – А ты… – А у меня дела, Полина, понимаешь? Дела! Я не могу их бросить! Но все мои передряги никаким образом с девушками не связаны, поверь мне! У меня есть проблемы. Да. Их куча. Но… это такие дела… тебе в них делать нечего, понимаешь? Я не хочу ссориться с тобой по этому поводу. Просто… пойми, что я так же, как и ты… имею право на проблемы, которые должен решать самостоятельно. – Но… – А сейчас мне надо уезжать в Москву! – В Москву? Опять? Ты только что говорил, что останешься в Питере! Зачем я тогда прилетела сюда? – поразилась я. – Не было дел… а сейчас образовались! Как видишь, мои проблемы не только с Питером связаны! – ухмыльнулся он. – Ты должен мне рассказать обо всем! Иначе… складывается впечатление, что ты мне не доверяешь! – А ты? Ты мне доверяешь что ли? Мы грызлись как кошка с собакой. Кажется, мы оба скрывали друг от друга что-то важное из своей жизни. Я знала свою тайну. Но не знала его. И это было для меня невыносимо. – Но, Паша… если ты сейчас уедешь… когда мы еще поговорим? Ты опять смываешься тогда, когда мы можем наконец-таки довериться… – Берг… – ему было не до меня. Его мысли уже были далеко. – Мне надо уехать… как можно быстрей. – Но… Паша не давал мне вставить губительную реплику. – Малышка, я разберусь со всем и… все будет хорошо, ладно? Потерпи всего несколько недель ладно? – он взял мое лицо в свои ладони. – Давай так. Ты просто потерпишь. Пару недель, чуть больше… и я обещаю тебе, что все изменится. Изменится настолько… что… я увезу тебя отсюда. Ладно? – Что? Ха-ха-ха! – рассмеялась я. – Паша. Ха-ха-ха! – Полина… я тебя люблю. Это правда. Я сам от себя, если честно, такого не ожидал. Но перед тем, как посвятить тебя себе, мне надо кое с чем разобраться. Подожди немного. Поцеловав меня в губы, он развернулся и направился к машине. – Паша… ты не боишься… что к тому времени, как ты разберешься со всем… будет уже поздно? Мятежный остановился и, развернувшись, ответил: – Нет. Не боюсь. Ты от меня никуда не денешься. Я зло размешивала чай в любимой кружке, пялясь в окно. – Что за ерунда? Прокручивая в голове события сегодняшнего дня, я все больше убеждалась в том, что далеко не все знаю о Пашиной жизни. Меня немного оттолкнуло его поведение. Кир явился домой ближе к вечеру, испытав глубокое удивление при виде меня. – Ой… блин. Берг, ты что тут забыла? – Здрасти-приехали! Я тут живу еще пока! – Я в курсе. Думал, тебя дольше не будет. Пригласил Анжелу, хотел вечер в романтике провести. – Ну… братец, не судьба! – ухмыльнувшись, я направилась к себе в комнату. – А ты чего такая злая? – просунулся Кир ко мне в комнату через некоторое время. – Я нормальная! – огрызнулась я. – Оу… видимо московский товарищ где-то облажался? – Пиздец! – не выдержав, выругалась я. – Прикинь, он все это время в Питере был. Брат застрял с пальцем во рту, которым собирался поковырять зуб. – Да ладно… это его Аудюха все-таки была?! Я же помню его номерища… Интересно, что он делал в наших краях среди ночи. – Какая Ауди? Он на джипике был. – М-м-м… ты путаешь. – Это ты путаешь, – скосилась я на Кира. – Я сегодня на ней каталась! – Странно, а я уж думал, что меня не сглючило вчера. Ну, ладно, – он пожал плечами. – Ты привезла мне сувенир? – Блин! Забыла! – ударила я себя по лбу. – Вот идиотина! – обидевшись, брат пошел встречать свою девушку, в этот момент позвонившую в нашу дверь.