Скоростная любовь. Speed

Мужчина! Мечта многих женщин. Казалось, что он излучает некую невидимую мужскую силу. Именно о таких говорят: «Как за каменной стеной». Мятежный был достаточно высокого роста, с темными волосами, по которым уже кое-где пробежала седина. У него были резкие, ярко-выраженные черты лица, а само оно уже оказалось подвержено возрастным морщинам. Они лишь придавали ему мужественность и показывали, насколько опытен этот мужчина. Поджатые от легкого пренебрежения губы, выразительные глаза, ищущие во всем какой-то подвох. По нему было видно, что даже на такой простой вопрос: «Какая погода?» − этот человек потребует точного, подробного ответа. Спорить с ним, я была уверена, мало у кого возникало желание. − Здравствуйте-здравствуйте! − поздоровался с нами консервный король. − Берг. Кирилл, Полина. Указав рукой на кожаный диван, который расположился напротив его письменного стола, занимающего одну десятую огромного кабинета, он сел в свое личное кресло. Мы с братом присели. Конечно, я была сильно напряжена и растеряна, потому что не ожидала, что человек, имеющий в руках такую сильную власть, окажется еще таким… красивым. Кир казался в сто раз взволнованней меня. − Берг, Берг, Берг, − между делом бормотал Мятежный. Он взял со стола какую-то папку и, ненадолго задержав на ней свой взгляд, вновь обратился к нам. − Что же мне с вами делать, а? − он прикоснулся к своему волевому подбородку. − Судя по вашей биографии, у вас ноль практики, я прав? Кирилл Берг. − Ну… − Также отсутствуют и теоретические знания, а, следовательно, вы совершенно не понимаете, что происходит более чем в половине процессов, − прервав Кира, продолжил шеф. − Ну… − Ну? Что же вы молчите? Я не понимаю вашего невнятного бормотания, − сказал Мятежный. − Нет, я просто… − Просто? Хм, − начальник сложил перед собой руки и неудовлетворенно посмотрел на брата. − Что просто? Вы собираетесь общаться? − Да! Я просто растерялся, − наконец-таки выдавил из себя брат. − Непозволительно! − Мятежный с грохотом опустил кулак на поверхность стола. − Непозволительно теряться перед руководством, запомните это, Кирилл. Всегда! Даже когда вам кажется, что вы сейчас произнесете какую-то чушь, должны четко и понятно излагаться. Это хоть как-то прикроет вас. − Пф, − не удержалась я. − Полина Берг. Я прав? − тотчас перевел он на меня свой взгляд. − Да. − Приехали помогать своему брату? Поддерживаете его? − Да. − Отлично. Ну, и как же вам его трудовые подвиги? − Мятежный откинулся на спинку кресла и с интересом стал ожидать моего ответа. Блин, что же он хотел услышать от меня? Немного поколебавшись, я рискнула и выпалила: − По моему мнению, у него неплохие успехи, ведь в отличие от половины набранных претендентов у брата присутствуют мозги. Кир издал какой-то непонятно-печальный стон. − Интересно! − шеф подался вперед и принялся настукивать пальцами по столу. − С чего вы пришли к такому выводу, дорогая? Черт! Он словно магнит заставлял меня говорить именно то, что я бы не хотела произносить вслух. − Я? Ну... − Да. Скажите мне правду, прошу вас, Полина. − Я пришла к такому выводу исходя из того, что многие люди попали в эту программу по блату. Брат с силой врезал своей ногой по моей. − По блату? − Да! Вы это прекрасно знаете. Вам выгодней взять на работу знакомых. − Хм… − На самом деле. Я не понимаю вашей логики. По мне, так подобные люди с успехом могут сосать у вас ваши денежки за вашими глазами, поскольку вы расслабленно следите за ними. А в итоге, я удивлена, что вы до сих пор не банкрот. Зачем я все это ему наговорила? С ужасом подумала я про себя, но было уже поздно. Кир смотрел на меня как на ужасное чудовище, и, поняв, что кажется, своими выводами я убила всю его карьеру, попыталась спасти положение: − Но это лишь мои выводы. Я ошибаюсь! Наверняка! Чушь! − махнула я рукой. − Не ожидал, что вы настолько глупая девушка, − проговорил Мятежный, презрительно сощурившись. − Что?! − возмутилась я. − Вы сами попросили правду. Я вам ее сказала. − Вам никогда не оказаться в бизнесе. − Я туда и не стремлюсь, − фыркнула я. − Да уж, но все равно вам придется в свое время научиться выражаться слегка по-другому. − То есть врать? − поинтересовалась я. − Нет. Но все-таки, порой не все, что приходит к вам в голову должно быть известно окружающим людям. Это ужасно глупо. Люди могут с легкостью воспользоваться этим минусом, поверьте, если вы не избавитесь от этой вредной привычки, у вас могут возникнуть проблемы в будущем. Мне нечего было ему ответить. Мне было обидно, что я своей несдержанностью испортила собеседованию брату. − Итого. Кирилл Берг, несмотря на вашу сестру, на то, что вы не обладаете должными навыками, я, понаблюдав за вами, оказался более-менее доволен результатами и предоставлю вам возможность трудиться дальше, до конца форума, − изрек он. Кажется, у нас с Киром нижние челюсти отпали в один и тот же момент. − С-спасибо, − протянул брат. − Из-за нулевой практики я и не ожидал больших успехов от вас, но вы, несомненно, имеете что-то в голове, соглашусь с вашей сестрой. На этом нашу встречу можно считать законченной, господа! Поднявшись с кресла, он вышел, чтоб проводить нас до двери. − Берг, − произнес Мятежный, когда мы с братом почти дошли до двери. − Да, Александр Алексеевич? − Я не вам, я вашей сестре. Мне пришлось обернуться. − Кто из участников находится тут по блату, так это в первую очередь вы, − не отрывая взгляда, произнес он, − вы обошли тысячи людей, которые стремились попасть сюда и которые, в отличие от вас, имеют уже за своими плечами не одно высшее образование. Вы попали сюда по чистой случайности, вас рекомендовали, чуть ли не в самый последний момент. Лично мне все равно, хоть весь ваш род вымрет. Я заинтересован лишь в качестве работы, которую необходимо выполнять на моих заводах. Тут никто не будет с вами плакать о потере родных и уступать свое рабочее место. Его речь была жесткой, но сразу же чувствовалось, что он говорит именно так, как считает. − Да. Понятно, − произнесла я. − Я посоветовал бы вам побольше молчать. − Хорошо. − И, Кирилл, собеседование прошло не слишком удачно, пускай это не дает тебе спать по ночам. Ты, наверняка, уже пообещал себе, что будешь трудиться в пять раз активней, чтоб поправить свое положение. Правильно. Поверь, это лучше, чем быть непонятно с чего уверенным в своей незаменимости и уходить, думая, что все замечательно. − Спасибо, Александр Алексеевич, − произнес брат. Я же совершенно неожиданно для себя поняла, насколько внимательно стала прислушиваться к словам Мятежного. Он вопреки всему заставлял слушать себя. Причем в итоге, ты слышал все, что пытался донести до тебя этот мужчина. − Полина, я бы посоветовал тебе уделить внимание своей внешности. Женщина должна выглядеть достойной места, куда соизволила явиться. Ты же оделась, как будто собралась на рынок, − усмехнулся Мятежный. Что? Первый раз в жизни мужчина откровенно, глядя в глаза, сказал, что недоволен моей внешностью. Причем какой мужчина! Слышать именно от него такие слова было в сто раз хуже. Моментально покрывшись красными пятнами, я, что-то растерянно промямлив и подумав, что убью брата, как только покину кабинет, дернула на себя дверь. − Ой! − что-то твердое ударило меня прямо в лоб. По ту сторону двери замер человек, который, скорее всего, собирался постучать в дверь, перед тем как войти. Именно на его кулак я и налетела. − Ну как так можно! − схватившись за лоб, вскрикнула я. − Надо быть внимательней и осторожней, − ответил человек. Я рассержено посмотрела на обидчика. Вновь эти завораживающие глаза. В них можно купаться вечность. Стоп! Откуда он тут? На моем лице отразилась крайняя степень удивления. Павел, тоже слегка смущенный и явно не обрадованный встречей со мной, протиснулся мимо, подозрительно посмотрев на Кира. − Приехал? − между тем произнес начальник. − Да. − Ну, как дела? Как машина? − Отлично! С ней все в порядке, − Павел, ничуть не смущаясь, растянулся на диване, который буквально минут пять тому назад занимали мы с братом. Меня захватила волна недовольства и возмущения! Как он смел так нахально и своевольно вести себя в кабинете такого заслуженного человека! И это он, человек, который упрекнул меня в моем неправильном отношении к людям? Сам Мятежный, кажется, не заметив вызывающего поведения Павла, обратился к нам: − Представляете? Этот охламон вчера чуть не сбил человека! − Ого… − протянул Кир. − Я надеюсь, претензий с пострадавшей стороны не имеется? Ведь если посреди конференции на тебя подадут в суд… − Девушка не имеет ко мне никаких претензий, − Паша оборвал Мятежного на полуслове, − да к тому же она сама была виновата. Я и подумать не мог, что в Москве есть подобные тупицы, которые переходят проспекты на желтый цвет, при этом смотря в книгу, − едко улыбнувшись, он в упор посмотрел на меня. Это было ужасно. − Паша! − не дал высказаться мне начальник. − Когда же ты избавишься от этих женских локонов? − А что? − парень поднялся с дивана и замер посередине кабинета, сложив руки на груди, как до этого делал сам Мятежный. − Они тебе не идут. Совершенно. − Наверное, они тебя бесят, − предположил тот. − Ты прав, это нисколько тебя не красит. − Тогда это меня безмерно радует! − подвел итог Паша. − Я буду растить их, пока ты не выделишь деньги на Астраханский цех. − Опять за свое? Что за глупости? Ты сам себя послушай! − Я тебя предупреждал! Между ними начинался нешуточный спор, и мы с братом не знали, как незаметно покинуть кабинет. − Только ты мог предположить, что подобные выкрутасы смогут помочь тебе добиться цели. − Пускай! Это лишь начало! − скривился Паша. − Дурной ты! Ведешь себя как ребенок. − Нет! Это ты просто алчный и корыстный! − Павел неожиданно для всех взмахнул руками. − Ты сам назначил меня начальником этого подразделения, ты дал мне власть! Это мои люди! Я требую лишь уважения к ним. Ты можешь позволить себе их спокойствие и возврат денежного долга. Но нет, тебе нет дела до моей просьбы! Парень, развернувшись, направился к выходу. − Стой! − эта фраза заставила его остановиться около меня. − Ты, безусловно, имеешь железный, сильный характер. Я горжусь тобой! Но ты еще молод, энергичен, пройдет время, ты поймешь, что я прав! Ты поймешь, что такие мелкие проблемы, такие как эта − жизнь какой-то сотни людей, не должна влиять на наш бизнес. Сын, к тебе просто не пришло понимание того, что тебя ждет впереди. Сын? Сын?! Он его сын?! Я была шокирована. Весь это разговор меня постепенно убивал, но осознание того, кем являлся Паша, меня задело еще сильней. Затопив меня своим грустным, печальным взглядом, он, в свою очередь, потянулся к двери и произнес на прощание: − Я никогда в жизни не пожелаю себе хоть на каплю оказаться похожим на тебя, отец. Хлопнув дверью, он, явно как можно быстрее, удалялся от кабинета. Мятежный-старший растерянно присел на стол и смотрел в сторону. Нам с братом ничего не оставалось, как покинуть кабинет, пока начальник не опомнился, что весь сыр-бор происходил на глазах у посторонних.