Каракурский гуль

      Куросаки вместе с парой появившихся в аэропорту следователей неспешно пересекал территорию аэродрома. Выходы из терминалов, самолеты, взлетные полосы, ангары — все это Куросаки видел мельком, когда несся опрометью, чтобы проститься с Тацуки. Возможно, только что пронесшийся над головой «Боинг», был ее рейсом, а потому взгляд сам уцепился за хвост и крылья стальной птицы.       — О-о-о, уже скучаешь по своей подружке? — снисходительно усмехнулся зубоскалистый парень и испытующе посмотрел на старшеклассника.       — Закрой хлебало, Шинджи! — напарница блондина неожиданно врезала ему кулаком промеж глаз и зыркнула на Ичиго угрожающе: — Надеюсь, ты не будешь нюни распускать?       — Чего? Какие это еще нюни?! — огрызнулся парень и моментально вспыхнул: — И вообще это не ваше дело, знаешь ли! Лучше рассказали бы наконец, кто вы такие, и как меня нашли?!       — Смеешься? — хмыкнул Шинджи, поднявшись с земли и потирая проступившую шишку на лбу. — Ориентировками на тебя пестрит весь офис, так что, когда ты полчаса назад прокопытал мимо нашей базы, узнать тебя оказалось по силам даже такой дуре, как Хиёри.       — Ты что себе позволяешь, олух? Я ж тебя… — прорычала утробно девушка, обнажив в хищном оскале свои клычки.       Но ее спутника, похоже, этой угрозой было не запугать — в ответ он просто стал корчить ей рожицы, доводя и без того аж трясущуюся от гнева блондинку до белого каления. Когда ее терпение лопнуло — примерно через несколько секунд — и она стала лупить напарника шлепкой, которую стянула с ноги, Куросаки шумно выдохнул: ну что за идиотов ему вечно посылала судьба в команду?..       — Вашей базы? — вспомнил он последнее из разговора по существу дела. — Вы что, обустроились где-то неподалеку? — спросил он погромче, чтобы перекричать ойки избиваемого.       — Ха-а? — Шинджи и Хиёри обернулись на него и взглянули так, будто вообще забыли о его существовании. — Ах, да… — парень подергался под завалившей его напарницей и вернулся наконец в вертикальное положение. Отряхнувшись от пыли, поправив галстук и пригладив косую челку, он приосанился, вспоминая о своих обязанностях. — А ты не такой глупый, как можешь показаться на первый взгляд, Ичиго.       Шинджи проигнорировал метнувшиеся в его адрес молнии из карих глаз, преспокойно прошествовал мимо заскрипевшего зубами Ичиго к ближайшему из ангаров, судя по виду — заброшенному, и толкнул дверь внутрь.       — Добро пожаловать на базу «Вайзардов», — он пропустил гостя вперед, и тот сразу же встретил за порогом еще шестерых следователей разного пола, возраста и комплекции. — Я Хирако Шинджи, — представился блондин и усмехнулся Ичиго, резко повернувшемуся на звук захлопнувшейся двери. — А это мой отряд, к которому ты должен присоединиться.       Куросаки вздернул тотчас нос кверху и нервно повел подбородком. Приказные нотки в голосе главы данного отряда его не устраивали, как и оставшаяся без внимания часть вопросов.       — Мне как-то по боку на ваше название, — отчеканил он. — Я лишь спрашивал, кто вы такие.       У Шинджи медленно сползла улыбка с лица. За спиной шикнула на такую дерзость Хиёри. Ичиго же лишь равнодушно отвернулся и снова посмотрел на остальных: у большей части следователей загорелись какуганы в глазах, но только по одному на человека.       — Одноглазые. Хм. Вы что, тоже полугули? Или же неудачная шутка доктора Айзена, хех?       — Да я тебе щас… — Хиёри рванула в два счета к одной нагло усмехавшейся роже, но была удержана за шиворот крепкой рукой напарника. — Тц! Шинджи?! Дай мне вломить этому…       Хирако закрыл ей рот ладонью, пытаясь пресечь и брань, и злобу в зародыше. Но ради молчания подчиненной ему пришлось пожертвовать пальцем — клыкастая так и вцепилась в тот.       — Саругаки Хиёри, — пожал плечами командир отряда, как бы извиняясь за ее поведение. — Если будешь поменьше внимания обращать на эту малявку — то сработаться будет легче. Вон там, — кивнул он Ичиго за спину на остальных, — Лиза и Маширо; парней можешь тоже звать запросто Лав, Роуз, Кенсей и Хачи. Мы — семья, Ичиго, семья, которая не понаслышке знакома с вовсе нешуточными экспериментами Айзена Соскэ. Но я не думаю, что настал черед об этом говорить.       — Отчего же? — буркнул тот и сердито скрестил руки на груди. — Если вы хотите иметь со мной хоть какое-то дело, то выкладывайте все сразу, потому как меня уже тошнит от вранья!       — Это мы-то? Мы хотим иметь с тобой какие-то дела? Да это тебя нам навязали! — Не прошло и минуты, как Шинджи отпустил Хиёри, а она вновь кинулась к гостю с кулаками. На сей раз остановил ее кучерявый мужик в черных очках, Лав, налегке отвесивший ей оплеуху.       Куросаки вскинул брови: похоже, в этой компашке вели себя, не стесняясь сил, да и отношения меж членами отряда были фамильярными, вовсе не такими, как в среде «голубей».       — Так кто вы, черт возьми? Гули, работающие на CCG? Что за маразм в Управлении?       Хирако разразился смехом:       — Точно подметил: у этого старпера Ямамото порядком поехала крыша, так что факт нашего номинального подчинения следователям особенно радует. «Вайзарды» не работают на CCG, но мы беремся за дела, на расследование которых у следаков кишка тонка. Собственно, твоя задача будет заключаться в том же.       — Запарил уже говорить так, будто я согласился с вами сотрудничать.       — Вот как? Тогда позволь полюбопытствовать?.. — Хирако смерил насмешливым взглядом ершистого парня. — Какого хрена ты пошел сюда? Могли бы сразу еще в аэропорту попырять друг в друга кагуне и мирно расползтись по домам… Хотя о чем это я? — Хирако картинно изобразил бурную мозговую деятельность, а после в упор посмотрел на Куросаки, в мгновения ока оказавшись перед ним. — У тебя же больше нет дома… — прошелестел он едко.       Полугуль сузил глаза: этот человек слишком много знал о нем, да и непозволительно болтал о самом сокровенном. Да кем он себя возомнил? Да что он вообще ему пытается доказать?       — Послушай, я и сам не пропаду, понял? — оскалился Ичиго. — И долг свой CCG отработаю, но уволь меня, ради бога, от этих бредней о «семье», «дружбе» и «звездном будущем» службы следователем. Я никогда, слышишь, никогда не встану на сторону людей в белых плащах. Я могу вас только использовать в своих собственных целях взамен на то, что будут использовать меня. На этом все. Точка. Командир Хирако!       Последние слова он не процедил, а прокричал, и тут же, воспользовавшись паузой, когда Хирако потеребил ухо, выпустил свой ринкаку. В целях предупреждения. Чтобы к нему не лезли и ни во что не ввязывали против его воли и без согласия. Он этого не позволит.       — Ага! Получай! — Хиёри выскочила меж них, как черт из табакерки, и одним решительным взмахом куинке отрубила добрый кусок черного кагуне. — Хочешь выяснить, кто сильнее? — просверлила она опешившего от неожиданной контратаки. — Так я отвечу! Здесь каждый тебе ответит! Думаешь, раз ты полугуль, то куинксы против тебя не выстоят! Хех! — Хиери шлепнула Ичиго по лицу знакомой шлепкой. Раз, второй, и еще так с десяток для верности, пока его щеки не стали багрового цвета. — О-о-олух… Думаешь, ты к кому попал, а?       — Куинксы?[1] Не гули? — Ичиго бросил вопросительный взгляд на Хирако. — Это еще кто?       — Хммм… — Тот глянул на Хиёри и она вмиг явила Ичиго из спины четверку куцых, недоразвитых крыльев — точно у стрекозы. Девчонка лишь фыркнула на отвисшую челюсть полугуля.       — Кагуне? — изумился тот, хоть на его челе в хмурости отразилось неверие. — Нет, это…       — А тебя не проведешь, — довольно улыбнулся Шинджи. — Ты прав, это не кагуне, а куинке.

***

      Ичиго битый час осматривался по сторонам. В импровизированной гостиной, широченной, с высоким сводом крыши, доставшейся ей от прежнего ангара, здесь могла уместиться половина состава следователей CCG. Однако «Вайзардов» было восемь. Совершенно разные, с разношерстными интересами, они занимались тут всем, чем хотели.       Лав и Лиза читали журналы, Роуз слушал через телефон какую-то музыку, Кенсей качал бицепсы, а Маширо, присевшая ему на уши, явно ему мешала это делать. Здесь же, в расположенном стихийно спортзале, Хиёри занималась на орбитреке и посылала ежесекундные гневные блики в адрес «чужака» средь их слаженной компании.       — Вы подружитесь, — вновь выразил надежду Шинджи, подошедший к Ичиго с кухни, где во всю затеял готовку Хачи, самый безобидный на вид из всей компании куинкс.       — Мне плевать на ее мнение, — как всегда отозвался колкостью Куросаки и с брезгливым видом уставился на тарелку перед собой, которую к нему подпихнул командир отряда.       — Попробуй. Обещаю — не отравишься. — Хирако демонстративно откусил похожую на стейк штуку из своей порции и вроде бы даже с удовольствием проглотил.       — Что это? — поморщился Ичиго, принюхиваясь к еде. Проблем с голодом он никогда не испытывал, скорее наоборот, а уж тем более после сегодняшних гонок по всему городу. Желудок жгло, горло тянуло липкой пленкой, язык неприятно чесался и не мог избавиться от привкуса цинка на корне. Ему нужно было свежее мясо, а не это… — Пфуу, — отпрянул от куска какого-то дерьма, не иначе.       — Все настолько плохо? — хихикнул Хирако. — Ладно, попробуй хотя бы, а то у Хиёри явно такой видок щас, будто она этот бифштекс запихнет тебе в самую… глотку, во! Жуй, давай! Это по рецепту Урахары сделано. Спецом для тебя, кстати. Ну, а я уже так — примазался.       Ичиго не особо стращала клыкастая заноза, а вот творение шляпника — вполне.       — Лучше бы промолчал — по поводу Урахары. Мне все его эксперименты боком вылазят.       — А-а-а, слыхал-слыхал. — Шинджи, натрескавшись, довольно откинулся на спинку дивана, на котором он сидел с Ичиго подальше от остальных. — Дело с «Белым», если не ошибаюсь, нэ?       — Скорее, эксперимент, — поерничал Куросаки и наконец-то откусил красно-бурое нечто. Запнулся, что не ускользнуло от Хирако, следившего за ним одним глазом, тщетно делая вид, что собрался вздремнуть. Полугуль сглотнул, подавив в себе рвотные позывы, но посидев еще с пару секунд с какой-то хренью во рту, будто привыкнув к ней, решительно зажевал, а после и вовсе заставил себя проглотить. — Фе, что это?! — вопреки приклеенной к нему навечно недовольной мине, Ичиго задал вопрос с неподдельным интересом. «Неведомая хрень» и впрямь оказалась съедобной.       — Тебе лучше не знать, — отмахнулся Шинджи, — но считай, что кусок такой дряни заменяет жизнь одного человека. — Однако заурчавший недовольством желудок «пожирателя», похоже, не рад был такой замене. — Мда-а. Только это не твой случай, видимо. Ну, ничего, — командир «Вайзардов» ободряюще похлопал своего нового подчиненного по плечу, — полагаю, Киске и с этим справится. Он у нас вообще на оригинальные выдумки мастак…       — Давно знаешь его? — покосился на куинкса Куросаки.       — С момента своего второго рождения, — витиевато ответил Хирако. — По сути, мы — тоже результат эксперимента Урахары. Вот только в отличие от Айзена, его опыты сохранили нам хоть какое-то подобие жизни. Тот же мудила Соскэ явно хотел нас угробить.       Ичиго враз переменился в лице. В случившейся задумчивости, вновь до боли свел брови и стал машинально разминать кулаки. Судьба вновь и вновь сталкивала его с Айзеном Соскэ. Он не понимал почему испытывал к тому такую острую неприязнь, ведь лично ему и его семье этот следователь-предатель ничего дурного не сделал. Однако что-то в душе подсказывало ему, вернее кто-то, что история с «Белым» каким-то образом также была связана с этим человеком.       Доверять своей интуиции и анализировать неприятеля Ичиго умел достаточно хорошо, однако все это были пока лишь догадки, тогда как CCG и куинксы — вот где, прямо перед ним…       — Я и вам нужен, чтобы свести счеты с Айзеном? — полоснул воздух желчный вопрос.       «Вайзарды» все, как один, замолчали и отвлеклись от своих дел. Хирако тоже отлип от дивана и недоуменно посмотрел на парня, вновь зажегшегося подозрительностью и злобой. Это начинало явно подраздражать взвешенного и внешне дружелюбного командира. Куросаки отчетливо слышал, как у того скрипнули зубы, а желваки заметно перекатились.       — А ты, Ичиго? — сузил он глаза. — Зачем сдались мы тебе? Ты так и не озвучил, почему весь такой осторожный и недоверчивый, согласился добровольно пойти за нами?       Полугуль оскалился ехидно:       — Может просто хотел посмотреть на тех, кто сумел приструнить свою гулью половину, но…       — …но, как ты уже понял, — закончил за него Хирако, — мы не гули. Так что, увы, твоя хитрость накрылась медным тазом.       — Да неужели? — На губах у Куросаки вдруг разлилась широкая и самодовольная ухмылка, явно сулившая одни только проблемы.       Интуиция и наблюдательность. Предчувствие и анализ. Он не зря им доверял столько времени, ведь всегда существовавший в его душе «Белый» отличался поистине звериным чутьем, а еще опытом — тем, чем Куросаки, в силу своего возраста, обладать не мог.       Что-то было не так в этих двоих. В Шинджи и Хиёри. Это было заметно еще в аэропорту, и недаром ведь насторожилась и Тацуки с их появлением. Ее также сложно было провести, «Волчицу», повидавшую достаточное количество упырей, различавшую сотни тысяч самых разных запахов, чувствовавшую кожей опасность наперед, умевшую читать по глазам многое, что другие не видели, не замечали, даже не помышляли.       У Ичиго дрогнули крылья носа. Пускай он не отличал гулей от людей, но особый запах — солоноватый, тягучий, вожделенный — он мог учуять на огромном расстоянии и через долгое время спустя. Он живо забегал глазами по насторожившимся куинксам. «Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет…» — Шестеро из них были совершенно стерильны касательно аромата крови, но вот двое остальных… Ичиго, не долго думая, взял да и оторвал от своего плеча кусок мяса.       — Ага!!! — Парень перемахнул в два счета через спинку дивана и молнией метнулся к Хиёри, от которой не просто разило духом съеденной плоти, но которая аж сглотнула сейчас.       Полугуль попридержал кагуне, а девчонка, напротив, деланно изобразив испуг, тут же взмахнула знакомыми крыльями — вот только те увеличились теперь ровно вполовину. Ичиго и Хиёри, тем не менее, схлестнулись пока лишь в рукопашную. Блондинка лупила его безжалостно и теснила с чудовищной силой. Сражаться обоим укаку было бы не с руки, но когда она выхватила из брошенного рядом с тренажером кейса свой куинке-дубинку, парень с чистой совестью ответил ей хлесткими ударами ринкаку.       — Хиёри! Ичиго! Прекратите немедленно! — попытался образумить обоих задир Шинджи.       Однако уже через какие-то считанные секунды ситуация усугубилась в разы. Хиёри, будто с цепи сорвавшись, налетела на полугуля и утроила скорость и мощь ударов. Ее какуган едва не лопался от ярости, сигналя о выпущенной наружу личине кровожадного монстра, однако она стойко давала ему отпор разумом, не переставая тараторить вслух все, что накипело за день:       — Хотел, чтобы мы показали, как приструнять в себе гуля?! Потому и приперся?! Завязать с тобой дела? Нам?! Да я лучше голову тебе на хрен оторву, чем позволю гулю качать тут права! Да я рубила вас без счета, пока этот ублюдок Айзен не сделал из меня черти-что!!!       Хиёри врезала Ичиго под дых и тот кубарем пролетел через весь ангар. Но въедливая девица от него не отстала; она выросла пред ним и сплюнула словами:       — Приручить гуля внутри? Научись сначала управлять им! А после — прими его наконец и перестань отделять от себя эту сволочь! Жить с ним и подохнуть — такой же твой удел, что и мой, и Шинджи, и всех «Вайзардов»! А не сможешь так, то на кой нам сдался такой слабак?!       Саругаки замахнулась ногой и хотела было зарядить пятой в нос испытуемого, как тот мгновенно остановил ее, ухватив цепкими пальцами за лодыжку. Куросаки поднял голову на смелую дуру и неистово прорычал зверем, а после металлическим смехом обдал эхом ангар.       — Слабак? Ха-ха! Слаба-а-а-ак!!! У-ху-ху-ху!!! Насмешила!!! — «Другой» Куросаки, подлетев на ноги, мертвой хваткой сжал хрупкую блондинку за горло. Оно захрипело. В шее хрустнули позвонки. — Что ты несешь, идиотка? — холодным, вызывающим мурашки, тоном огорошили ее. — Не смей недооценивать меня!!! — Вырвавшийся на волю «Белый» вмял тут же девчонку в бетонный пол и рванул к ее лицу. — Понравилось жрать мясо, а? Хотела тоже стать сильнее?..       — А если и так? — оглушили полугуля сверху: и встречным вопросом, и крепким ударом по затылку. Куросаки, перехватив контроль у «Белого» резво обернулся назад: над ним, распластавшимся, возвышались все «Вайзарды», вооружившись куинке, а их командир — собственным кагуне. Это была, несомненно, завершенная форма коукаку в самой ходовой из своих форм — в форме меча. — Ну что, Ичиго, — хмыкнул Шинджи, — победил гуля в себе? В одиночку сделать это непросто, но мы увидели, что твое желание заслуживает нашего внимания…