Часть 4
10 марта 2016 г., 17:06
POV Джонхён
— Привет, — после пары гудков мне, наконец, ответили. Голос от волнения охрип, и я тяжело сглотнул. — Хён? Добрый вечер, я ждал твоего звонка, — мягкий и нежный голос заставил меня улыбнуться. Я нервно ходил по комнате, ища то, за что мог бы ухватиться или сосредоточить внимание. Нужно было успокоиться… — Правда? Извини, я подумал, что у тебя могут быть дела и не решался беспокоить, — дверь в комнату скрипнула, и я сразу же понял, что это Содам, которая бессовестно подслушивает. Кинув подушку в её сторону, я раздражённо поджал губы… — Всё хорошо, хён. Я уже освободился, может, встретимся? Эфир только через несколько часов, думаю, ты успеешь, — посмотрев на стрелки часов, которые весь день медленно ползли и мучили меня, я подавил самодовольную улыбку. Тэмин такой стеснительный и одновременно решительный. Эта его сторона заставляет меня чувствовать волнение… — Хорошо, куда пойдём? — Не знаю, но разве сегодня не слишком жарко? Тебе, наверное, не хочется выходить из комнаты, — тихий смех. — Можем прогуляться по берегу реки. Ты не против? — Нет, конечно, думаю, это хорошая идея. — Тогда там и встретимся, через час, я тебе позвоню, — выжатый, как лимон, я упал на постель, наконец, свободно выдохнув. Наше первое свидание… Неужели мы встречаемся? Да, ведь он сам предложил. Ночью я, на удивление, неплохо спал, а утром не мог поверить, что это происходит в действительности. Но контакт Тэмина был вбит в телефон, а тепло его пальцев я чувствовал на коже до сих пор. Утро, точнее полдень, как ни странно, начинался с улыбки… Мама, к счастью, меня не дёргала, Содам занималась в своей комнате. Вчера я просто сказал им о том, что проводил Тэмина домой. Мама, чувствуя неловкость, отправила меня отдохнуть, усмирив любопытство сестры. Наверное, по моему виду было видно, как мне необходимо остаться одному… Простояв минут 10 перед холодным кондиционером, я решил принять душ и переодеться. Если я скажу сестре, что иду на свидание, то будет слишком много шума, придётся объясняться. Решив сохранить этот мучительный для меня разговор на другое время, я направился в душ… — Прости, что пришлось вытаскивать тебя из дому в такую жару, — он смущённо улыбнулся, выглядел довольным, и при этом таким красивым… — Мне только в радость. Спасибо, что выделил время для меня. Мама говорила, ты преподаёшь танцы в начальной школе. Наверное, устал после работы… — Нет, для меня танцы — смысл жизни, да и видеть улыбку на лицах детей — настоящее счастье. Именно это заставляет меня каждый день вставать рано утром, — он смотрел на реку, стоя у ограды, улыбался и почему-то всё ещё не решался смотреть мне в лицо. Я его смущаю? — Наверное, это весело: танцы, дети… — он рассмеялся, прикрыв улыбку ладошкой. Этот его жест становится таким привычным… — Ну, они постоянно жалуются: «Оппа, у меня не получается», «Оппа, я больше не хочу практиковаться, я безнадёжен». Но когда у них, наконец, выходит — радуемся всей группой. Просто нужно усерднее учиться и не сдаваться… Если хочешь, то я приглашаю тебя на занятия, думаю, дети будут рады гостю, они любят хвастаться своими умениями и соревноваться между собой. Милые дети, — я засмеялся, представив себе это зрелище: как маленький омежка жалуется Тэмину, как он с улыбкой на лице объясняет ему движения, показывает. И постепенно у него всё получается… — Я обязательно приду, я очень хочу увидеть, как ты танцуешь, — Тэмин смутился, его тонкая кожа на щеках покрылась очаровательным румянцем, и он давил улыбку, всё время отворачиваясь. — Скажи, тебе неловко со мной? — Нет, нет, хён. Просто я так долго мечтал встретить тебя, а сейчас, когда я слышу твой голос рядом, то не могу до конца в это поверить. Прости, я такие глупости говорю, — он остановился, отвернувшись в сторону реки, и приблизился к металлической ограде. Я встал рядом, не отводя взгляда от него… — Это не глупости, мне нравится, что ты со мной откровенен. Тэминни, ты удивительный… — Хён, не говори такие смущающие вещи, я же от стыда умру, — он спрятал своё лицо в ладонях, а я смеялся, получая от этого удовольствие. Когда мне было в последний раз так хорошо, просто находясь рядом с другим человеком? — Ну раз ты откровенен, то и мне стоит быть таким, разве нет? Я хочу побольше узнать о тебе, Тэмин-а, потому что ты так хорошо знаешь меня. Мне становится не по себе от этого… — Я не такой интересный и глубоко мыслящий человек, как ты. Обычный омега, закончил университет искусств. Всю жизнь стремился к танцам и музыке. Но мои вкусы и взгляды на мир во многом поменялись после того, как я начал слушать твои эфиры. Например, мне не нравился джаз и классическая музыка. А сейчас я даже балет практикую. Не знаю, это ты так на меня влияешь, или я становлюсь зрелым… — он замолчал, кусая пухлые губы и не поднимая голову; алый цвет щёк немного порозовел, и его кожа на шее вспотела от жары. Я видел, как часто вздымается его грудь, как он глубоко дышит. Это было так гипнотизирующе, что я не мог отвести от него взгляда… — Я слушал рок, R&B и практиковал, в основном, поппинг. Но сейчас возможности расширились. Я на многие вещи смотрю по-другому. И всё благодаря тебе, хён, — он на секунду посмотрел мне в лицо, наверное, надеясь, что я отвернусь или спрячу взгляд. Но я не дал ему этой возможности. Он вновь смутился, вызывая во мне бурю эмоций. Да что со мной творится?.. — Это странно: знать, что ты так повлиял на жизнь человека, даже не будучи с ним знакомым. Мне ведь и рассказывать нечего, я постоянно делюсь своими проблемами со слушателями. Значит, ты всё обо мне знаешь, — хотелось протянуть руку к его влажной коже на шее. Провести по ней пальцами и смотреть, как он перестаёт дышать. Интересно, как он пахнет? Это так глупо, ведь я этого никогда не почувствую. Никогда не почувствую естественный запах его омежьего тела… — Я бы хотел присутствовать в студии, когда ты транслируешь «Blue Night». Вряд ли ты мне это позволишь, но просто увидеть тебя там, когда ты ведёшь эфир… Я бы был очень счастлив, — его глаза засияли, припухшая нижняя губа вновь была укушена, и мне хотелось провести по ней пальцем. Поцелуй… Я не осмелюсь мечтать о таком прекрасном… — Эфир ровно в полночь. Позднее время для тебя. Хоть ты и будешь рядом со мной, разве твои родители не будут против? — Нет, если я скажу, что я с тобой, то они не будут против. Хён, это ведь означает, что ты не против, да? — ну как я мог отказать такому чуду? Его миндалевидные глаза блестели надеждой и таким обожанием. Я готов был расплавиться, как мороженое, чувствуя, как сердце пропускает по несколько ударов в минуту… Если он попросит меня с таким выражением лица прыгнуть сейчас в реку — я спрыгну, не колеблясь… — Как я могу отказать своему преданному фанату, — я сам смутился от своих слов. Ну надо же, он действительно так желает увидеть меня с этой стороны? Тэмин не перестаёт удивлять… Вечер медленно протекал, и время казалось, как никогда, волшебным. Потому что оно было переполненным эмоциями и впечатлениями из-за одного человека. Но одновременно мне с ним было спокойно… Тэмин был необычайно смышлёным и открыто мыслящим омегой, я совершенно не ощущал возрастную разницу. Его было интересно слушать, а ещё он отличался тем, что умел поддерживать любой разговор. Я никогда ни с кем не чувствовал себя так комфортно, как будто ты открыл свой личный, живой дневник, и можешь смело изливать в него душу, не боясь, что тебя оттолкнут или неправильно поймут… Тэмин был именно тем человеком, о котором я мечтал, как о друге… Но было одно «но»: другом я ему не мог стать. Мы оба это знали, я ему нравился, а он сводил меня с ума одним лишь взглядом. Я терял контроль над своей сдержанностью и неприлично пялился на него. Пальцы дрожали и хотелось чувствовать его кожу, подойти и уткнуться в его шею… Что за напасть… Маленькая, уютная кафешка, в которой мы решили перекусить, встретила нас тихой музыкой и своеобразной атмосферой. Здесь работал кондиционер, и я жадно вдыхал прохладный воздух, расслабляясь. Тэмин улыбался, видя блаженство на моём лице… — Значит, те смотрины были только с бетами? Я так и думал. Ты слишком бурно среагировал, когда узнал, что я омега, — отпивая холодный лимонад, Тэмин украдкой скользил по мне взглядом, пока я делал вид, что сосредоточен на еде и не смотрю на него… — Не думай, я не имею что-то против нетрадиционных пар. Просто это не всегда заканчивается хорошо. Природа не просто так выбирает для каждой омеги альфу и наоборот. Все драмы и трагедии в истории, все романы, где присутствует любовный треугольник, посвящены этой теме. В отношениях присутствует бета, который, в итоге, оказывается лишним. И начинают страдать все… — Я понимаю, что это не самая приятная тема для тебя. Я постараюсь её больше не открывать. Просто знай, что главное — чувства. И перед нашей сущностью стоит наша человечность. Я такой же человек, как ты, хён, разве я не могу влюбиться? Что, если моё сердце выбрало тебя, разве природа может этому помешать? — я поперхнулся едой, еле глотая воздух. Вот же маленький негодник: то смущается и краснеет от обычных слов, а когда дело доходит до серьёзных разговоров — о чувствах говорит, как опытный альфа. Боже, я свихнусь с этой омегой… — Всё хорошо? Вот, выпей лимонаду, — обеспокоенно и заботливо протянув мне стакан, предложил Тэмин… — Спасибо, и перестань так открыто говорить о своих чувствах. Это смущает, — он досадливо нахмурил брови и начал жевать нижнюю губу… — Прости, мне кажется, ты не воспринимаешь меня всерьёз… — Давай просто сменим тему, — глубоко вздохнув, я, наконец, вернулся к еде, пытаясь не думать о том, что он сказал. — Хорошо, хён, — немного грустно протянул омега, я даже пожалел, что так грубо ему ответил, как он вновь заговорил. — Хён, а почему ты не выпускаешь собственный студийный альбом? У тебя столько песен, и голос такой красивый. Ты бы стал очень знаменитым… — Мне больше нравится быть композитором, чем певцом. Да и излишнее внимание к моей персоне — не лучшая перспектива. Я люблю свою тихую, мирную жизнь, — «которую ты перевернул вверх дном». Я точно уверен, что больше ни о чём не смогу думать, кроме тебя, Ли Тэмин… — Наверное, ты прав, у тебя и так куча фанатов-слушателей. Я тебя всегда ревновал к ним. А если ты станешь знаменитым певцом… Уууу, я этого точно не выдержу, — я рассмеялся, увидев его надутые губы. Боже, как он мил… — Тэмин-а… — Что? — Ты невероятный…***
И почему я не подумал о том, что в здании NBS встреча с любопытным Минхо неизбежна? Не успели мы войти в студию, как он просто возник из неоткуда. Это застало меня врасплох, я и не думал, как объяснить ситуацию с Тэмином. Минхо сначала удивился, потом начал задавать вопросы, скользя откровенно оценивающим взглядом по Тэмину. Я видел, как раздувались его ноздри, как он тяжело дышал. Мерзко, я чувствовал себя тошнотворно-мерзко. Желание как-то скрыть от него Тэмина затопило меня, и я невольно подался вперёд, как бы закрывая его собой. — Хён? Ты сегодня рано, а кто твой очаровательный спутник? — его улыбка вышла слишком плотоядной, а глаза маслянисто блестели и были мутными. — Да, решил прийти пораньше. Это Тэмин, он очень хотел увидеть радиоэфир в живую. Надеюсь, нет никаких проблем по этому поводу, — я так был поглощён реакцией Минхо, что даже не смотрел в сторону Тэмина, не представив ему своего коллегу. Но он улыбался и вежливо поклонился в знак приветствия, я был благодарен ему за молчание. Хотелось быстро улизнуть из этой неловкой ситуации. Я никогда не замечал такого поведения Минхо, у нас тут работают омеги, и в гостях бывают знаменитости. Может, всё из-за запаха?.. — Рад знакомству. Вы друзья? Хён у нас такой скромный. Где ты прятал всё время своего очаровательного друга? — я поперхнулся воздухом, кашляя. На этот раз улыбка Тэмина получилась более натянутой, и я поспешил в сторону своей студии, не намереваясь продолжать разговор… — Я как-нибудь потом объясню тебе всё, Минхо. А сейчас, нам бы очень хотелось выпить чего-нибудь холодного. Закажи нам что-то, — зайдя в помещение, я закрыл наполовину прозрачную стеклянную дверь. Кондиционер работал на всю мощность, из окон было видно ночное небо и верхушки высоток… Тэмин стоял около микрофона и касался кончиками пальцев бумаг на моём столе. Он так осторожно и зачарованно это делал, что я не смел разрушать тишину и продолжал стоять на месте… Он улыбался, иногда кусал губы, хмурил брови. Разные эмоции на его лице менялись друг за другом, пока он изучал помещение, в конце остановившись на часах на стене, которые показывали 23:30… — Это всё здесь, — я непонимающе застыл, услышав тихий голос. — Всё происходит именно здесь, — мне казалось, что он еле сдерживает слёзы. Тэмин скользнул ладонью по моему креслу, на котором я катался по всей студии за бумагами и наушниками… — Происходит что? — Волшебство, — он сказал это так, что даже я поверил, с таким выражением лица, как у 10-летнего ребёнка, встретившего Санту… — О чём ты говоришь? Это всего лишь место работы… — Разве ты не понимаешь? Это не просто студия с тех пор, как я слушаю твои эфиры и даже раньше. Скольким людям ты давал дельные советы? Скольких людей поддерживал в трудные моменты, поздравлял, желал удачи перед экзаменами. Скольких подбадривал, когда им это было нужно больше всего? Успокаивал тихим голосом в тревожные ночи, дарил тепло и чувство, что они не одиноки… Хён… — я смотрел, как слезинка покатилась по его щеке, и был растроган. Я понимал его слова, и одновременно негодовал, почему он такой. Тэмин вселял мысли и ощущения о том, что он это лишь отрывок из прекрасного сна, который я упорно хочу приклеить в свою одинокую жизнь… — Тэмин, — и что мне ответить? Ноги вросли в пол. Он быстро стёр слезинку, пытаясь, как ни в чём не бывало, улыбнуться. Казалось, что за минуту он вывернул мне душу, а теперь пытается вести себя, как будто ничего не произошло… — Извини, я ведь говорил, что веду себя глупо, да? Просто забудь… Минхо принёс нам напитки, долго крутился вокруг Тэмина, пытаясь расспросить его о чём-то. Я молчал, скрывая раздражение. По сути, я не имею права вмешиваться, Тэмин — свободный омега, а Минхо — альфа. Было интересно со стороны наблюдать за попытками коллеги. Тэмин, казалось, совершенно не обращал внимания на подкаты Минхо, шурша бумагами и интересуясь у меня сегодняшней темой эфира. Его глаза горели энтузиазмом каждый раз, когда он смотрел на часы, в ожидании начала эфира… — Ты знаменитость? Не пойми неправильно, но, кажется, я тебя уже где-то видел, — Минхо, наклонившись к стулу, стоял рядом с сидящим Тэмином, пытаясь перехватить его внимание… — Нет, — коротко и сухо ответил омега. Я подавил усмешку… — Не может быть, ты такой красивый, из тебя получился бы всемирно известный идол! — Минхо наклонился ещё ближе, чуть ли не касаясь носом макушки Тэмина, моё терпение было на исходе… — Минхо, разве у тебя нет других дел? Почему ты торчишь у меня вместо того, чтобы заниматься ими? — он поднял голову, смотря с непонимающим выражением лица… — Хён, можно тебя на минутку? — я закатил глаза, но всё же вышел с ним из студии, оставив Тэмина… — Кто он? У него есть пара? Хотя нет, запах чист, как первый снег в декабре. Хён, умоляю, помоги мне с ним, кажется, я влюбился с первого взгляда, — я вздрогнул, сжав пальцы в кулак… — Хочешь сказать… Что он твой истинный? — не может быть, это уже не похоже на мой прекрасный сон. Это, скорее, кошмар наяву… — Нет, но… Он слишком хорош, чтобы отказываться хотя бы попробовать. Можешь дать его номер? — я ухмыльнулся, какое облегчение. Не истинный. Я, конечно, знаю Тэмина совсем ничего, но Минхо прав. Он слишком хорош, даже для него… — Я спрошу у Тэмина, если он не против, то помогу. А теперь извини, мне пора готовиться к эфиру, — еле подавив раздражимость, я толкнул дверь, войдя обратно в помещение… Тэмин фоткал моё рабочее место на телефон, улыбка сама появилась на лице, и я подошёл к своему месту, в желании, наконец, поговорить с ним наедине… — Ты же не против, если я тебя сфотографирую? Обещаю никому не показывать, — наигранно нахмурив брови, я сделал вид, что собираюсь отказать. — Пожалуйста, хён, — это стоило того: он сделал милое лицо, выпрашивая желаемое. Не удержавшись, я коснулся кончиком пальца его щеки, где образовалась очаровательная ямочка от его улыбки. — Не против, — я занял своё место, смотря, как лучезарно и счастливо улыбается Тэмин. Его щёки сразу же порозовели от такого незначительного контакта, а пальцы, держащие смартфон, слегка дрожали. Я даже забыл о том, о чём просил меня Минхо, тоже улыбаясь… — Хён, сделай эгьё? — зачем? Потому что мне хотелось оставить для него воспоминание о себе? Чтобы он улыбался? Я хочу, чтобы он улыбался всегда…Lee Hi — Breathe
Наверное, этот эфир Blue Night я не забуду никогда: когда глаза бегают по тексту и сообщениям, но мысли совсем о другом, когда постоянно улыбаешься и хочется поделиться со слушателями лишь положительными эмоциями… Сегодня я не ныл про одиночество, не жаловался на лето, даже не выбрал какую-то конкретную тему. Мне просто присылали сообщения, и мы с Тэмином читали их, обсуждая во время музыкальных перерывов… Он снимал меня на видео, а я пытался скрыть, что волнуюсь. Он будет смотреть это дома? Почему у него так счастливо горят глаза, неужели причина только в том, что он здесь и рядом со мной?.. — Не молчи, — выбравшись из прохладного здания NBS, мы сразу же уехали на такси. Я смотрел на улицу сквозь стекло, когда услышал его голос рядом… — Давай погуляем? — мы остановили такси на половине пути, несмотря на позднее время. Мысли о том, что день закончился и нам нужно расстаться, расстраивали… — Всё хорошо? Ты задумчивый, — я улыбнулся и поднял взгляд, посмотрев на него. Тэмин по привычке отвернулся. Улицы были такими пустынными, и я чувствовал странное умиротворение, просто проходя мимо домов медленными шагами… — Тэмин, скажи мне: что ты сделаешь, если вдруг встретишь своего истинного? — мне кажется, этот вопрос совсем его не удивил. Он лишь слегка улыбнулся, почему-то кивнув… — Ты завёл этот разговор из-за Минхо? — Что? Нет, причём тут он? — Думаешь, я настолько наивен, что не замечал его попытки ухаживания? Он не мой истинный, но даже, если бы и был, это ничего не изменило бы. Извини, что тебе пришлось увидеть это, мне, правда, неловко из-за его поведения… — Это я должен просить прощения. Он мой коллега и не должен был так себя вести, — я тяжело вздохнул, чувствуя какое-то непонятное напряжение. — Ты очень понравился Минхо, он попросил меня познакомить вас и помочь ему с тобой. — Хён… Я… — Это нормально, ты свободный и красивый омега. Внимание окружающих неудивительно… — Хён, мне 23, за эти годы у меня было много ухажёров, были и особенно серьёзно настроенные. Но я отказывался даже от простых попыток для отношений. Мне никогда никто не нравился. Не думай, что у меня мания величия или слишком высокие стандарты. Просто всё так получилось. Я просто жил, продолжая любить танцы, отдавая всего себя этому, пока однажды, поздно ночью, ехав домой на машине, я не включил радио, услышав твой голос… — Тэмин…. — Нет, дай договорить. Я понимаю твоё недоверие, для тебя мы знакомы всего ничего. Но я знаю тебя и знаю себя. Должно пройти время, чтобы ты перестал сомневаться. Ты думаешь, что это просто симпатия или временные чувства, совсем не понимая, что у меня творится в душе, — мы остановились около дерева перед каким-то домом. Я невольно коснулся коры, проводя пальцами по жёсткой поверхности дерева, скрывая эмоции, при этом чувствуя на себе его взгляд. — Хён… Ты совсем мне не веришь, да? Скажи… Что мне делать? — он попытался засмеяться, но голос дрогнул, я уловил тот момент, когда он укусил дрожащие губы. Несколько секунд молчания… Касаясь спиной дерева, я думал о том, что было бы неплохо, если бы сейчас пошёл дождь… — Любить меня? — Что? — Любить, я хочу, чтобы ты любил меня, Тэмин… — Я… Я не понимаю, хён… — Потому что я не собираюсь тебя с кем-то делить. Потому что я не отступлю, даже, если ты встретишь своего истинного… В следующую минуту меня вжали в дерево, заключив в объятия. Я слушал, как он плачет, тихо всхлипывая, и почему-то улыбался. Я чувствовал, как сильно бьётся его сердце, как он силой вцепился пальцами в мою рубашку. Закрыв глаза, я скрестил руки у него за спиной, прижимая Тэмина к себе… Сегодня на небе было много звёзд. Я смотрел на них и думал о том, что жизнь слишком коротка, чтобы лишать себя таких мгновений. Да, иногда нам может не везти, иногда может выпасть шанс найти то, что мы так давно искали… Мы можем чувствовать, что наши поступки неправильны, но всё равно будем продолжать, потому что на тот момент это именно то, чего мы хотим. И сейчас я не хочу отпускать его, хоть он и является чужим счастьем, так неожиданно ворвавшимся в мою жизнь. Хоть я и не имею права делать то, что делаю сейчас. Ким Джонхён — одинокий композитор, чья душа бездомно мечется, ища успокоение… Неужели ты, наконец, нашёл свой дом?
