Скелетный цветок

POV Джонхён Это впервые, когда я не рад тишине, стоя и ожидая слова, которые, на самом деле, не хочу услышать. Я смотрел на его блестящие миндальные глаза и видел в них стыд. А не нежность и обожание, как всегда… Мой прекрасный цветок был взволнованным, болезненным. Его кожа, напоминающая шёлк, под которым течёт молоко, сейчас покраснела и была влажной. Искусанные губы с тонкой кожицей, как будто налитые клубничным сиропом ярко покраснели и слегка дрожали... Он опустил глаза и сцепил пальцы перед собой, как провинившийся ребёнок, собирающийся признаться. Я мысленно улыбнулся глупым мыслям, которыми хотел отвлечь себя и попытался выровнять дыхание… - Не хочу больше скрывать от тебя ничего, – я держался, правда пытался стоять и просто слушать, пока внутри всё пылало раскалённой болью. – Мы с Чонином общаемся, знаю, ты запретил, но я поступил по-своему, – общаются… И это всё? Твой виноватый вид и моё внутреннее чутьё говорит об обратном. Боже, почему я не могу чувствовать запахи? Почему я не могу обнюхать тебя с ног до головы, чтобы понять без слов, насколько “близко” вы общаетесь… - Вы гуляли вместе? – короткий кивок, и я замечаю тёмный, невзрачный браслет на его правом запястье. – Он касался тебя? – я не узнавал своего голоса, сверля взглядом эту безделушку, зная, что Тэмин никогда бы не купил такое… - Джонхённи… - он не смел поднять голову, а я злился - на себя, а не на него. Не смог углядеть, вовремя уберечь; я должен был уследить, должен был укрыть ото всех… - Отвечай, – я подался вперёд, встав почти вплотную; моё дыхание касалось его волос на макушке. Тэмин дрожал, и я знал, что он еле сдерживается, чтобы не заплакать… - Да, – боль внутри усилилась в разы, я хотел закричать, но заглушил свой крик, укусив щёку изнутри до крови… - Целовал?... - Тэмин поднял на меня мокрые глаза, полные сожаления и вины; я, честно, пытался разглядеть в них отрицательный ответ. – Зачем ты так со мной поступаешь? – он навалился на меня, скрывая лицо на груди; я слушал его тихий плач и не понимал, как меня держат ноги, как бьётся сердце от этой боли внутри, как я ещё смею дышать. - Нет... нет.. Всё не так, Джонхённи, всё не так, – он плакал; я довёл его до слёз, и теперь пытался утешить, сжимая онемевшими пальцами его со спины. – Мы не целовались… правда, – значит, это он целовал тебя, не в губы, но целовал. Внутри жгло острое чувство ревности, и желание набить морду этому обнаглевшему альфе стало невыносимо сильным. - Хорошо, что его сейчас здесь нет… Меня бы посадили за жестокое убийство, – я хмыкнул своим словам, а Тэмин боязливо замер, отстраняясь… - Не говори так, прошу. Я виноват, знаю, прости меня, – Тэмин вытирал слёзы маленькими пальцами, и нежность внутри топила всё остальное, даже притупляла боль, настолько сильную, что я еле чувствовал своё онемевшее тело… - Ты любишь его? - Я люблю тебя, – улыбка сама лезла к лицу, так хотелось, чтобы это услышал сам Кай, так хотелось, чтобы он сделал свой выбор перед ним, показав, чьим хочет быть на самом деле… - Тогда что за выбор ты сделал, Тэмин? – он запнулся, казалось, покраснел ещё сильнее и прикусил припухшую нижнюю губу… - Мы ходили вместе в больницу, и я… - Знаю… мне Кибом сообщил, – с горечью выплюнул я, видя, как Тэмин вздрогнул, даже чуть пошатываясь… - У меня скоро течка, – этого не может быть, ведь недавно он говорил, что она закончилась. – Врач сказал, что у меня нестабильный гормональный фон, что это из-за близости пары, и что я должен провести эту течку… не один, – Тэмин поднёс ладони к лицу, скрывая заплаканное, смущённое личико, а я даже не моргал, шокировано ожидая, что он скажет потом. – Чонин попросил меня повременить с переездом к тебе, дать ему время… И я… - И ты что? Передумал? – теперь всё более и менее стало понятно, что это за выбор. Нет, меня точно посадят за убийство. Завтра же найду Кибома, а через него этого сопляка. - Я сделал выбор и хочу спросить у тебя… - бубня себе под нос, всё ещё скрывая личико, проговорил Тэмин. – Ты проведёшь её со мной? - Что? - Боже, Джонхённи, это так смущающе, а ты заставляешь меня повторяться, – я не понимал, почему он злится; его щёки ещё больше покраснели, и краснота спустилась даже на шею, которую я замечал при свете фонаря. – У меня скоро течка, ты проведёшь её… со мной? После этого вопроса, я ещё несколько секунд стоял, как истукан, а потом поцеловал Тэмина так сильно и пылко, что кружилась голова. Он был с привкусом наших слёз, смешанным с обжигающим дыханием, и Тэмин отвечал мне, поддавался, касался осторожно, но так желанно. И я забывал эту боль, этот страх внутри, подпитывая себя им. Может и временно, может и не навсегда, как я хочу, но этого хватит на сейчас, чтобы я вновь вернулся к жизни… End POV. *** Тэмин аккуратно погладил последнюю упакованную одежду, и тяжело вздохнул, осматриваясь вокруг. Комната выглядела сейчас такой пустой и необжитой. Мало света, чёрные обои… Тэмин знал, что комната Джонхёна точно такая же, и в ней много ароматизированных свечей с запахом сандалового дерева… - Уже закончил? – Мин зашёл без стука и тихо, смотря на сына с улыбкой… - Да, Джонхён сказал не брать много вещей, так что у меня всего два небольших чемодана. Папа, всё хорошо? – видя, как родитель готов расплакаться, Тэмин подался вперёд, обнимая его… - Тэминни, ты ведь всё хорошо обдумал, да? Тэхён внизу, и он всё ещё дуется на тебя, – младший тяжело вздохнул и с грустью посмотрел на папу. Два дня назад он рассказал всё отцу. Тот сначала, вроде бы, был не против, но потом настаивал на знакомстве с Чонином. - Я знаю, он думает, что я делаю ошибку, что наши отношения с Джонхёном обречены… - Тэминни, вы с Чонином истинные. Посмотри на нас с отцом. Когда мы друг друга нашли, я слушал джаз и ходил в кружок по керамике, а он обожал рок-н-ролл и молоденьких омег. Мы были настолько не похожи, насколько это возможно, но всё так быстро закрутилось, что я даже не понял, как влюбился. Мы оба изменились ради друг друга и стали счастливыми, – Тэмин улыбнулся, хоть и слушал эту историю много раз. Старший нежно погладил его по волосам и посмотрел взглядом, полным любви к своему единственному чаду. – Я просто хочу, чтобы ты был счастлив. А истинный - это и есть счастье. Но ты влюблён в Джонхёна, и пока эта любовь живёт в твоём сердце, ты не найдёшь покоя.. Твоя душа будет метаться между ними двумя, принося много боли. Этого я и боюсь больше всего, – Мин скользнул рукой вниз, положив ладонь на его сердце. - Я не жалею… Может, я и виноват, но я не жалею, – отчаянно произнёс Тэмин… - Самое ужасное в том, что какой бы выбор ты не сделал, кто-то всё равно будет несчастен. И этот кто-то - ты. Я знаю тебя, сыночек, ты не сможешь жить спокойно, зная, что где-то там мучается твой истинный. У меня сердце кровью обливается, Тэхён тоже винит себя за то, что устроил смотрины, не подождав ещё немного. Всё могло бы быть по-другому. - Папа… спасибо за всё и, пожалуйста, обещай, что не будешь вмешиваться в мою жизнь. Я знаю, отец хочет найти Чонина, он думает, что мои чувства ненастоящие, что это всё неправильно. Не позволяй такому случиться, это причинит мне боль, мне и Чонину. Он и так настрадался от жизни, не позволяй отцу вмешивать его, – Мин улыбался и кивал, гладя мягкие волосы и поправляя одежду сыну. - Ты ведь знаешь характер своего отца: если ему что-то сбрело в голову, то его не остановишь. Мой хороший. Ты всегда был слишком добрым по отношению к другим. Попытайся думать хоть чуточку о себе и быть счастливым. Но если тебе нужна будет поддержка или совет - знай, что я всегда готов выслушать тебя. Не замыкайся в себе, тебя ждёт новая жизнь впереди. Будь сильным, – поцеловав сына в лоб, Мин ещё раз обнял его, с грустью смотря на упакованные вещи на кровати… *** Отец прощался сухо и явно не хотел отпускать; Тэмин знал как он зол, но, скорее, на себя, думая, что это его вина. А теперь не в праве остановить, лишь смотря вслед с тяжестью на душе. Джонхён вместе с шофёром ждал его у ворот. Зная, как сейчас тяжело семье Ли принять его вместо истинного, бета не решился просто войти и заявить о себе. Всё случилось внезапно, спонтанно, а усложнив всё, он ничего не добьётся. Ни признания родителей любимого, ни спокойствия в центре бури. Оставалось ждать, может, после течки Тэмина они заявятся к ним в гости, вместе с семьёй мамой и Сoдам. Может, ещё позже, но не сейчас… - Всё хорошо? – он сразу же перехватил вещи, передав их шофёру и с беспокойством посмотрел на Тэмина. Тот выглядел измотанным, всё таким же болезненным и до невозможности хрупким. Тэмин уже собирался ответить, как вновь почувствовал вибрацию телефона в заднем кармане джинсов. За последние пару дней Чонин звонил немного, пытался не докучать сообщениями. Спрашивал как он, всё ли хорошо, и даже не приходил на занятия по балету. Тэмин почему-то знал, что звонит именно он, но вместо того, чтобы ответить, стоял на месте, не сводя взгляда с Джонхёна… - Можно мне поговорить с ним? - С кем? – непонимающе спросил Джонхён, нахмурившись. Тэмин молчал, смотря пристально, даже не моргая, и бета оглянулся вокруг, видя, как шофёр ждёт их, а потом и Чонина, стоящего неподалёку в синем капюшоне. - Что он здесь делает? Это ты сказал ему прийти? – Джонхён сжал кулаки и уже подался вперёд, чтобы пойти и сказать этому альфе всё, что о нём думает… - Нет, Джонхённи, я просто почувствовал его присутствие. Не злись, прошу, можно мне поговорить с ним всего пару минут? Я мигом, обещаю, – Тэмин выглядел таким несчастным, его ясные глаза выражали вселенскую грусть и мольбу. Как бета мог злиться, когда Тэмину настолько плохо, как он мог не разрешить, когда он так просит? - Если он дотронется до тебя хоть пальцем, я, наверное, сяду за руль машины и вдавлю его в асфальт. Две минуты, не больше, – Джонхён даже сам не знал почему соглашается, соблазн присутствовать при разговоре был велик. Ещё и сказать, похвастаться тем, что он - пара Тэмина, он - его выбор, а не истинный, предназначенный природой. Но это причинило бы боль хрупкому сердечку омеги. И Джонхён держался, думая лишь о чувствах любимого… Тэмин благодарно кивнул, направляясь в сторону Чонина. Несколько дней без встреч сделали своё дело. Омега видел, как осунулось лицо альфы, его вид был, мягко говоря, не очень. Наверняка и свои тренировки пропускал… - Привет, – попытался улыбнуться Чонин, но получилось слишком неестественно, и Тэмин дёрнулся от волны боли, исходящей от Чонина. Как будто его собственной боли мало, как будто терпеть это всё было легко… - Привет, Чонин. Всё хорошо? - Да, да, всё хорошо, – врёт, заикается, и голос дрожит. Смотрит через его плечо на машину и знает, что скоро она увезёт его. – Прости, что беспокоил звонками, знал ведь, что нельзя. Но хотелось услышать твой голос, знать, что всё в порядке… - Я сам не отвечал, мне нужно было время, тебе тоже, – Тэмин заметил браслет на левом запястье Чонина, в точности, как у него, только с луной на цепочке, вместо солнца. Чонин проследил за его взглядом и вытянул руку вперёд, показывая браслет… - В древних обычаях, парные браслеты между истинными считались обрядом бракосочетания. Когда омега принимал подарок от альфы, то принимал и его чувства, укрепляя союз. Так что по старым обычаям мы женаты, только жаль, что я не могу тебя завалить на плечо и скрыться в пещере, – Чонин рассмеялся, вызвав улыбку и у Тэмина, единственную за несколько дней. - Дурак, – омега сжал руку, которая хотела потянуться к альфе и стукнуть его за шутку. Они не одни, но желание прикоснуться всё равно было нелегко давить. Сейчас, когда он накануне течки, Чонин пах сильнее, острее, заставляя задыхаться, а внутренности - ныть от потребности прижаться к истинному, раствориться в прикосновениях. – Ты опять оставил Хани одну? - Она на дополнительных занятиях. Говорит, что не хочет весь день ждать меня дома, так что после школы занимается и танцами, и другими предметами, – Тэмин кивнул, ощущая немного облегчения от смены темы разговора. – С тобой ведь всё будет хорошо, да? – с боязнью, спросил Чонин, и сильное чувство чужой боли заставило омегу задыхаться. Сердце альфы было как на ладони, как собственное в груди, из-за чего его присутствие он почувствовал прежде, чем увидел… - Да, Джонхён любит меня, он заботливый и надёжный. Со мной всё будет хорошо, так что и ты. Ты тоже пытайся вернуться к прежней жизни, не пропускай тренировки, приёмы пищи, заботься о себе и о Хани. Обещаешь? – Тэмин уже не обращал внимания на слёзы, которые катились по щекам; он без умолку говорил, не в силах терпеть побитого, как у брошенного щенка, взгляда своего альфы… - Тэмин-а, пожалуйста, не плачь. Я и не надеялся, что ты выберешь меня. Но я рад, что с тобой всё будет хорошо, правда рад. Спасибо, что не бросил меня после первой нашей встречи, спасибо, что был добр ко мне и сестре. Спасибо, что показал солнце и тепло, которых я считал давно утерянными. Я обещаю, что… что я... – Чонин впервые плакал перед ним; он вытирал слёзы рукавом, судорожно глотал, чтобы не заикаться, но ничего не получалось. Он плакал, несмотря на то, что он - сильный альфа, несмотря на то, что пережил многое в свои 18, и был примером сдержанности. Он плакал потому, что во второй раз в жизни теряет своё солнце… Смотря на него, Тэмин сейчас желал взять на себя всю его боль и умереть от неё. Как он мог превратить вечно улыбающегося и сильного Чонина в плачущего ребёнка? Как он мог так поступить с истинным? Воздух застрял где-то в гортани, и омега не спешил его выдыхать, он, наверное, задохнулся бы, если бы ему не помогли. Рука бережно обняла его, прижав спиной к владельцу; этот жест получился настолько неожиданным, что Тэмин наконец выдохнул, оборачиваясь. Джонхён прижимал его к себе, как будто пытаясь скрыть от этой боли, укутав в себя. Тэмин подался назад и положил голову ему на плечо, почувствовав, как темнота накатывает на него... *** Тёплые пальцы нежно перебирали его волосы; Тэмин, даже не открывая глаз, знал, что это Джонхён сидит рядом и обеспокоенно сопит. Он улыбнулся, открывая глаза и увидел незнакомый потолок; бета встрепенулся, осторожно помогая ему сесть, поправляя подушки за спиной. - Ты так напугал меня, врач сказал, что ты потерял сознание из-за скорой течки, ты слишком переволновался. У тебя постельный режим, вставать можно только в туалет и душ. Занятия в школе я уже отменил, – Тэмин прислушался к ощущениям, замечая, как опустошён и расслаблен. - Мне что-то вкололи? - Да, успокоительное и обезболивающее. А что, голова кружится? Хочешь попить? - Нет, всё нормально. Мы у тебя в спальне? – оглядываясь вокруг, Тэмин с интересом обнаружил, что комната именно такая, какой он представлял. Не было окон, неоновое освещение разных тонов, и уютный уголок со свечами и романтическими лепестками роз. Было очень красиво, немного мрачновато, но именно так, как он любил… - Поправка: не у тебя, а у нас в спальне, – Тэмин ущипнул его за руку, смущённо поджимая губы. Телефон лежал на тумбочке и хотелось дотянуться до него, позвонить и сказать, что с ним всё хорошо… - Хочешь позвонить? – заметив его взгляд, спросил Джонхён. – Чонин тоже волновался, но знает, что с тобой всё хорошо, он был здесь, вместе с доктором и ушёл. – Тэмин неверующе посмотрел на любимого. - И ты... Ты не убил его? А впустил в квартиру? - А что мне оставалось делать? Этот ребёнок так плакал, я думал, что он грохнется в обморок вместе с тобой. Тэмин-а... У вас всегда так? Или всё ухудшается только во время приближения течки? – омега протянул свои холодные пальцы и погладил светлые волосы, похлопав рядом, приглашая его сесть ближе… - Я всего лишь перенервничал. В последние дни слишком много всего навалилось, доктор сказал, когда течка? – Джонхён облегчённо выдохнул, устало положив голову на колени Тэмина… - Сказал, что завтра, а что? Волнуешься? – с ехидством спросил Джонхён. - Эй, конечно волнуюсь, – пихнув того кулаком в плечо, обиженно надулся Тэмин и сразу же покраснел. Значит, завтра… - Я не оставлю тебя, вчера я записал аж четыре эфира наперёд и договорился с Минхо, что не приду. Я позабочусь о тебе, Тэмин-а, не стоит бояться или беспокоиться, – омега благодарно улыбнулся и вновь залился краской, понимая, как о нём собираются заботиться… Внутри всё ещё пульсировала глухая боль; так и хотелось потянуться за телефоном, лежащим на тумбочке, чтобы самому удостовериться, что всё хорошо. Он знал, что Чонин сейчас не в порядке, и это ощущалось настолько реально, как будто альфа неподалёку от него. Как будто он за дверью, или же сидит где-то рядом со зданием, ожидая его звонка…