Angel share. Часть 1. Пробуждение

— Спасибо компании Шин-Ра! — разнеслась хором по залу дежурная фраза. Воспитатель кивнула и дети попадали на скамейки, спеша занять свои места за столами. Тарелка с хлебом моментально опустела. Сефирос успел взять три куска и теперь ловил на себе злые взгляды со всех сторон. «Обломитесь», — подумал он, приступая к еде. Все обедали в тишине — с этим здесь было строго. Совсем не так, как Гаст. Тому обед нередко приносили прямо в кабинет или лабораторию, и тогда профессор рассеянно ел, водя носом по каким-то отчётам и бормоча под нос длинные сложные слова. Иногда он и вовсе забывал про еду. Что-то стукнуло мальчика по щеке и упало в тарелку. «Блин…» Какая-то скомканная бумажка. Обычно в них были ругательства или криво накаляканные карикатуры. Сефирос их давно не разворачивал. Суп был испорчен, он отодвинул его и принялся за кашу. И вновь скомканная записка ударила в висок, отскочив в сторону. Краем глаза он успел заметить движение — Ток, рыжий пацан, старше его на год, теперь делал вид, что целиком поглощён обедом. — Ты почему не ешь суп? — спросила Каррен, остановившись за его спиной. Сефирос выпрямился на скамье. — Кто-то кинул туда бумажку. — Что, опять? — та грозно обвела всех взглядом. — Кто это сделал? Десять детей за столом молчали. Никто не хотел быть стукачом, даже Сефирос, хоть и сдал бы Тока с большим удовольствием. Но тот ещё получит своё… — Вся группа отстраняется от посещения игровой комнаты вечером, — воспитатель сопроводила свои слова строгим взглядом и отвернулась. Наказание было неприятным. Взгляды соседей вновь начали сверлить его, а Сефирос безмятежно приканчивал кашу. «Сами себе дураки». Он всё равно редко ходил в игровую комнату, предпочитая гулять или сидеть в библиотеке. Сегодня вечером как раз хотел отыскать энциклопедию монстров. И посмотреть там кое-что…

***

Библиотека закрылась на переучёт. Сефирос стоял перед запертой дверью, хмуро перечитывая объявление, обещавшее, что в таком состоянии заветное помещение пробудет аж целых три дня. Недовольно подёргав ручку ещё раз, он вздохнул и поправил на плече тяжёлую сумку с учебниками. Придётся идти гулять. Спустившись в холл, мальчик толкнул тяжёлую дверь подъезда — снаружи шёл дождь. Надо бы оставить книги в спальне — если они намокнут, Каррен устроит ему взбучку. Подойдя к дверям спальни, прислушался — было тихо. В комнате никогда не бывало тихо, когда там сидела вся группа. Сняв сумку, он намотал ремень на руку, чуть отошёл и с разбега пнул дверь — та отскочила внутрь. Послышался глухой вскрик. Конечно, его ждали. Стояли прямо за дверью. — Ну? — Сефирос крепче сжал ремень. — Чё встал? — парировал Ток. — Ссышь заходить? — Сам ты ссышь… Пока они пререкались, стоявшие за спиной Тока потихоньку отходили назад. Сефирос знал — они никогда не нападут вместе, слишком трусят. Самый младший — Миккен, четырёхлетка — прячась за рыжим, обиженно выпалил: — Ты заблал мой хлеб! — он ещё не умел выговаривать «р», за что над ним часто подшучивали. — А вчера его Ток забрал. — Ток — сталший! — малолетка надул губу, намереваясь заплакать… Мик перевёлся из ясельных совсем недавно и ещё не привык. Ему многое здесь казалось несправедливым, как и Сефиросу когда-то. — Вытри ему сопли, Точилка, — Сефирос посмотрел на Тока и показал язык. — Король дураков. — Иди отсюда, — рыкнул тот на мелкого. Миккен проглотил слёзы и отошёл подальше за спину Тока. — А ты щас получишь, — тот показал кулак. Сефирос сделал шаг вперёд и, что есть силы рванув ремень, огрел врага сумкой по голове. Драться — так драться…

***

Когда он вышел на двор, дождь уже почти прекратился. Немного саднило разбитый нос, но, к счастью, форма не испачкалась. Конечно, ему потом влетит за драку, но не так сильно, как за испорченную одежду. Двор, окружённый высоким забором, дышал влагой. Игровая площадка стала мокрой и неуютной, турники скользкими… Сефирос оглядел эту унылую картину и пошёл на задний двор. Там был один секрет, который знал пока только он. Здание приюта было новым и всё ещё недостроенным — одна из пристроек, обнесённая плотным забором, зияла пустыми окнами. Воспитатели строго запрещали детям приближаться к зоне строительства, но у него и так было достаточно грехов на сегодня — подумаешь, одним больше. Одна из досок забора, совсем рядом с вагончиком сторожа, висела на двух гвоздях. Вот только второй был фальшивым — стоило вытащить его из гнезда, и доска легко поворачивалась, открывая путь внутрь. Сефирос огляделся — было тихо и пусто. В этот час все, включая воспитателей, смотрели телевизор или играли. А сторож был у себя — окно вагончика мягко светилось. Он подкрался ближе к уязвимому месту забора и остановился, насторожившись. Доска была сдвинута в сторону. «Блин!» Кто бы это не сделал, он был придурком. Дыра зияла, заметная с десятка шагов. Странно, что сторож ещё не увидел и не заколотил её. Подойдя поближе, Сефирос осмотрелся. Фальшивый гвоздь валялся на мокром асфальте. Он нагнулся, чтобы поднять его и водворить на место, но тут заметил ещё кое-что — на перекладине забора осталась какая-то грязь. Странно, на плите почти не было земли. Тогда откуда здесь эта слякоть? Сефирос, заинтригованный, ткнул пальцем в перекладину и с отвращением отдёрнул руку. Земляной след был слизистым, словно сопли. Он брезгливо вытер палец о куртку и заглянул по ту сторону ограды — на стройплощадке было пусто. Блестел мокрым металлом одинокий кран, да лежали поддоны с блоками. А вдруг пришелец, оставивший за собой непорядок, вовсе не из приюта? Тогда надо позвать охрану… но это значило, что путь на стройку будет закрыт навсегда. И, если это всё же кто-то из приютских мальчишек, то надо выяснить, что они тут делают. Убедившись, что вокруг по-прежнему тихо, мальчик осторожно пролез в дыру забора и опустил за собой доску. За год строительства здание отрастило всего четыре этажа, зато подвал здесь был глубоким и тёмным. Сефирос старался держаться подальше от этой чёрной дыры. Обходя площадку, он вглядывался в вечерний сумрак, пытаясь найти следы чужого присутствия, и вскоре удача улыбнулась ему — на ступенях подъезда виднелась та же слякоть, что и на перекладине. Значит, пришелец проник внутрь здания. Будет глупо идти по его следам — лучше начать сверху. Мальчик подпрыгнул и ухватился за перекладину лесов. Так он лазил наверх уже несколько раз. Открытый небу верхний этаж был залит водой. В тёплые дни Сефирос забирался здесь в какую-нибудь груду строительного барахла и находил себе там развлечение. Но сегодня у него была другая миссия, поинтереснее. Он подошёл к внутренней лестнице без перил и заглянул вниз. В пролётах было пусто и на этаже ниже тоже, насколько хватал взгляд. И всё же таинственный незнакомец был где-то в здании. «А вдруг это убийца?» Сефирос похолодел. В кино плохие парни любили прятаться в таких мрачных тёмных местах. Ему следует быть осторожным. Мальчик присел и стянул ботинки. Носки, конечно, испачкаются, зато так его никто не услышит. Каменные плиты пола чуть холодили ноги. Он взял ботинки в руки и на цыпочках двинулся вниз. Он успел осмотреть два этажа, но там не было ничего, кроме мусора. И только на следующем обнаружил подозрительное — запах. Пахло гнилью. «А вдруг он ранен и умер тут?» Сефирос проглотил вставший в горле комок. Может, всё же позвать сторожа? Нет, не стоит — его отругают и всё. Взрослые никогда не верили тому, что говорят дети. Если пришелец и правда умер, то сначала надо найти его труп. При мысли о таком исходе, холодные иглы пробегали по спине к затылку. «Трус!» — прикрикнул он на себя мысленно и медленно двинулся вглубь этажа. Вокруг царил полумрак, а запах становился сильнее с каждым шагом. Мелкие камешки кололи стопы. Внезапно послышался тихий звук. Сефирос замер как изваяние, сердце остановилось. Трупы не могут шуметь, правда же? Значит, кто бы это ни был, он был живой. И опасный. Всё так же медленно Сефирос развернулся и отступил обратно к лестнице. За спиной вновь послышался тихий шелест и какое-то урчание. Волосы зашевелились на голове — это совсем не напоминало звуки, которые мог издавать человек. «Что это?» Внезапно громкий лязг, похожий на удар по металлу, грохнул позади, заставив подпрыгнуть на месте. Сефирос выронил ботинки и устремился вниз по пролётам, не оборачиваясь. Он уже достиг последнего этажа и бросился к освещённому проёму подъезда, как вдруг нога ступила во что-то мягкое — мальчик споткнулся и полетел лицом вниз. Тошнотворное клокотание стремительно поднялось вокруг. Вскочив на корточки, Сефирос развернулся… и заорал во всё горло — на полу лежал труп сторожа, страшно изуродованный, узнаваемый лишь по знакомому комбинезону. Подняв голову от этой кровавой каши, мальчик увидел, как выползает из тьмы под лестницей жирное тело чудовища, судорожно разевая усеянную зубами пасть… Он плохо помнил, что было дальше. Кажется, он что-то нащупал на полу и швырнул, а потом бежал… или полз… Там было много их — уже выбравшись во двор, он увидел штуки три этих тварей, похожих на огромных червей. Бросившись к сторожке, рванул двери, надеясь укрыться там, и тут же острая боль пронзила ногу. Он успел заметить склизкое тело монстра, свернувшегося на полу вагончика. И второго — на разворошенной кровати… Ногу дёрнули. Сефирос упал на пол, пытаясь отпихнуть от себя вонючую пасть. Снаружи раздался выстрел и чей-то крик, но у него уже не было силы кричать в ответ…

***

— Отчёт! — Ходжо влетел в сияющую белизной операционную, натягивая на ходу халат. Хирург от неожиданности впал в лёгкий ступор — профессора не было в Мидгаре уже три дня. Не говоря уж о том, что его появление в госпитале было нонсенсом само по себе. — Чего вы встали, тупица? — рявкнул посетитель, протянув руки. Врач очнулся и дал знак санитару — тот бросился к полке с растворами. Продезинфицировав руки, Ходжо склонился над операционным столом, пока доктор излагал данные о состоянии пациента. — Рентген уже сделан? — уточнил профессор, теребя и разглядывая длинную рваную рану на бедре, заштопанную широкими стежками. — Не успели, надо было нейтрализовать токсин, пока нервная система не пострадала. — Ну, так сделайте, — Ходжо выпрямился. — И надо проклеить шов. — Но рана не сможет затянуться при… — Какие процедуры уже проводились, и какие были запланированы? — До наложения швов мы остановили кровотечение и обезвредили животный токсин. Дали стимуляторы, адреналин. Планировалось перелива… — Что?! — профессор резко повернулся к нему. — Он потерял много крови. Ходжо вдруг быстро, по-птичьи, дёрнул головой и спросил: — Кто надоумил вас делать переливание? — Это общая процедура, сэр. — Иными словами, — очки Ходжо сверкнули, — вы взяли на себя ответственность за данную схему реабилитации? — Глава госпитального блока утвердил… — Ах, глава блока! — профессор язвительно улыбнулся. — Проектные образцы не находятся в ведении вашего блока, вы знали об этом? — Я лишь выполняю свою работу, сэр, — врач оскорбленно вздёрнул подбородок. — Не забудьте упомянуть об этом в своём резюме. Тот замер с открытым ртом, силясь подобрать достойный ответ, но в этот момент дверь операционной вновь распахнулась, пропуская человека с каталкой. — Вот и вы, Килмистер, — Ходжо повернулся к вошедшему. — Лаборатория уже подготовлена? — Да, сэр. — Сопроводите образец на рентгенографию и поднимайте наверх. У вас полчаса. Отдав распоряжения, профессор покинул операционную так же стремительно, как и вошёл в неё. — Ненавижу Научный Департамент, — процедил хирург сквозь зубы. — Но мы — его часть, сэр, — робко напомнил санитар, косясь на застывшего у кушетки лаборанта. — Вот, именно поэтому.

***

Склонившись над мальчиком, Килмистер заканчивал обработку шва, пока Ходжо вбивал программу в пульт капсулы. — Долго вы планируете возиться? — Уже почти закончил, сэр. — Убедитесь, что контакта с раной не будет. Удостоверившись, что клей взялся основательно, лаборант со вздохом выпрямился. — Готово. — Тогда погружайте, — профессор продолжал сосредоточенно щёлкать кнопками. — Но… — лаборант замялся. — Вы уверены? Ходжо повернулся к нему. — В чём причина сомнений? — Он совсем ребёнок. — Можете довериться моему гению в данном вопросе, — тот небрежно махнул рукой. — Но последствия… — Если вам надоело работать со мной — пишите заявление. — Вовсе нет, сэр. — В таком случае не смейте больше отвлекать меня подобными глупостями! — рявкнул Ходжо раздражённо и поднял взгляд к потолку. — К тому же, Холландер не оставил мне выбора. Лаборант удивлённо поднял брови. — Вы полагаете, он… — Полагаю? Я в этом не сомневаюсь! Он просто ждал моего отсутствия. Монстры на плите… — плечи профессора мелко затряслись он смеха. Он покачал головой: — Какой идиот поверит в такую чушь? — На что он рассчитывал? — пробормотал лаборант, всё ещё не веря. — Его проект давно признан провальным. — Этот глупец вовсе так не считает, — Ходжо развёл руки в сложночитаемом жесте. — Но мы отвлеклись, — он вновь повернулся к пульту. — Поместите образец в капсулу.

***

Вечером того же дня Вельд сидел в кабинете профессора, ожидая разноса. Ждать пришлось долго — Ходжо мариновал его на стуле не менее десяти минут, однако турк считал хорошим знаком то, что ему вообще предложили присесть. — Прежде, чем перейти к делу, я хотел отметить редкостную слепоту идиота, охранявшего приют, — проворчал Ходжо, наконец-то удостоив его вниманием. — Проглядеть толпу монстров… Я бы назвал сей провал блистательным, но уничтожение целого города сложно чем-то затмить. Вельд никак не прокомментировал данное замечание. А профессор продолжил: — Тем не менее, обстоятельства вынуждают меня вновь прибегнуть к помощи турков. Надеюсь, вы оцените этот шанс восстановить репутацию отдела. — Безусловно. — Нужен круглосуточный пост возле лаборатории. Вход только по моему распоряжению. — Как мне проинструктировать сотрудника? — Расследование уже идёт? — осведомился Ходжо, не ответив. — Да… — тема была скользкой. — Ну, так что там произошло? Вельд вздохнул и приступил к отчёту: — Червей приманили на территорию приюта через канализацию. Судя по уликам, операцию провернул сторож — мы нашли приманку на втором этаже здания. Вероятно, хотел инсценировать несчастный случай, но сам измазался в приманке и монстры атаковали его. — И вот так «гениальный» замысел рухнул из-за глупости исполнителя. Хе-хе-хе, как знакомо, — Ходжо ехидно засмеялся. — Уже вышли на заказчика? — У нас недостаточно данных, чтобы делать какие-то выводы. — Официальные выводы меня не интересуют, — взяв ручку, профессор что-то пометил в бумагах. — Я знаю, кто за этим стоит, вопрос лишь в твоей осведомлённости. Вновь подняв голову, профессор пристально посмотрел на турка. Вельд не был уверен, в курсе ли Ходжо, какое впечатление производит этот его взгляд… он отвёл глаза. — Я наслышан о происходящем в Научном Департаменте. — В таком случае, у тебя есть понимание, как и от чего следует охранять объект. Постарайся на сей раз донести это понимание до своего человека. Намёк был более чем понятен. — Я проконтролирую миссию лично. — Надеюсь на это. К вечеру я вышлю список лиц, допущенных в помещение, и необходимые процедуры контроля. Судя по фразе, разговор был закончен.