Naughty

      Мне было ужасно лень идти к Калуму. Я был голодным, уставшим и, в добавок, немного возбужденным. Но как только я завернул на нужную улицу, я увидел автомобиль моей матери, припаркованный около нашего дома. Фыркнув, я продолжил идти. Лучше пересилить лень и дойти до дома Худов, чем пойти к себе и слушать её бесконечную болтовню. Она будет спрашивать меня, как прошла отработка, а потом заставит пойти в церковь в воскресенье. Очевидно, что ей и не нужен мой ответ: я иду туда в любом случае. Слава богу, родители Калума обычно тоже ходили на мессу, и мы с Худом могли спокойно болтать о своем где-нибудь позади.       Как только я подошел к дому друга, я увидел, что ни автомобиля Джой, ни автомобиля Дэвида на парковке не было. Я вошел в дом, пихнув дверь ногой так, будто был у себя, и скинул портфель на пол. Калум, видимо, сделал то же самое, когда пришел со школы, так как его рюкзак валялся тут же. Джой не будет возражать. Я услышал музыку, раздающуюся из ванной. Очевидно, Калум принимал душ. Я решил подождать пока он выйдет, чтобы сказать, что я здесь. Отправившись на кухню, открыл холодильник, чтобы достать манговый сок к печенью, что нашел на столе. Калум радовался как маленький ребенок, когда его мама покупала именно сок из манго. Он был его любимым. Пить сок Худа — равносильно восьмому смертному греху, но я всегда был падок, поэтому…       — Эй! — я испугался, слыша голос Калума прямо за спиной, а потому вывернул все содержимое графина.       — Блять, Калум! — моя рубашка была мокрой. Слава богу, я был одет в школьную форму, которую ничуть не жалко. — Теперь никто из нас не попьет этого сока!       Когда я посмотрел на Худа, я увидел, что на нем было лишь полотенце, а по голому торсу стекали капли воды. Кэл проследил за моим взглядом и закатил глаза, когда я косо улыбнулся. Он ненавидел, когда я рассматривал его торс, а потому развернулся, оставляя меня на кухне одного. Если Джой придет и увидит кухню в таком состоянии — я получу неслабый нагоняй. Она не была против того, что я веду себя у них как дома, но по ее правилам, я должен был убирать весь бардак после себя. Взяв бумажные полотенца со столешницы, я вытер весь сок с пола, быстро выкидывая противную мокрую бумагу в урну.       Я вошел в комнату Калума в одних боксерах, в то время как сам Худ уже был одет в шорты и футболку. Его глаза распахнулись, когда он увидел меня почти голого, но он ничего не сказал, когда я подошел к шкафу, в поисках своей одежды, которую я оставлял раньше. Я нашел свою рубашку, которую искал дома несколько месяцев и домашние шорты Худа (пришлось приложить усилие, чтобы застегнуть пуговицу).       — Пухловат, да? — Калум засмеялся, смотря на мои потуги, прежде чем вновь вернуться к экрану телефона.       — Забавно, но даже не смотря на это, я занимался сексом чаще, чем ты, так что захлопнись, — я подошел к офисному стулу, садясь и кружась несколько раз.       — Но ты би. Твое море имеет больше рыбы, чем мое, — он пожал плечами.       — Помни, что к тем, кого трахнул я, можно прибавить и тех, кто трахал меня, — Калум закатил глаза, явно не очень довольный темой для разговора. Худ ничего не имел против того, что у меня вставал как на вид сисек, так и на вид чьих-то членов, но он не любил, когда я начинал говорить об анальном сексе. По его словам, он чувствовал себя неуютно.       — Что ты думаешь о новом учителе? — спросил Кэл, в попытке сменить тему.       — Даже не знаю, что тебе сказать, — я вздохнул, думая о прекрасном лице мистера Хеммингса. — Он не должен работать учителем. Он должен быть порно-актёром.       — Даже я смотрел бы это порно, — Калум засмеялся, пододвигаясь в бок, когда заметил, что я подхожу к кровати. — Даже если бы это было гей-порно.       — Бьюсь об заклад, ты смотришь гей-порно намного чаще, чем я, — я лег рядом с ним, и мы оба уставились в потолок. Наверное, это напоминало сцену из того фильма про рак, но я мог с уверенность сказать, что мы стали использовать эту позу для отдыха еще до того, как была написана книга.       — Сомневаюсь, — сказал Калум, и я мог краем глаза заметить, как он вздохнул, прежде чем закрыть глаза.       Мы молчали некоторое время. Тяжелое дыхание Худа было единственным звуком, наполняющим комнату. Он не спал, его вдохи и выдохи были громкими всегда. Это удивительно, как легко он может портить моменты тишины. Поэтому когда мы были детьми, никто не выбирал Калума в свою команду для игры в полицейских и грабителей. Он всегда плакал из-за этого, и я помню, как однажды отказался от участия в игре тоже, чтобы утешить его. Так мы стали лучшими друзьями. Благодаря блядскому громкому дыханию лже-китайца.       — Я хотел бы потрахаться с этим учителем.       — Я бы тоже не отказался потрахаться. Но не с учителем.       — Ты бы наверняка согласился переспать со мной, просто не хочешь этого признавать.       Калум толкнул меня в бок, но я только засмеялся, обнимая его за талию рукой. Он не оттолкнул меня; напротив, развернулся в мою сторону. Между нашими лицами было около трех сантиметров. Калум положил голову на мою грудь, обернув свои руки вокруг моей талии. По словам самого Худа, он был самым натуральным натуралом в мире, но он никогда не отказывался находиться в моих объятиях. Я уверен, что если бы я предложил ему потрахаться, он бы согласился, несмотря на ох какую гетеросексуальность. Я собирался найти когда-нибудь ему парня, который смог бы доказать ему, что вся его натуральность — мнимая, но сейчас я был занят немного другим.       Закрыв глаза, я заснул под звук дыхания моего лучшего друга.

×××

      — Майкл.       Когда я проснулся, мы с Калумом уже не обнимали друг друга, но он все еще крепко спал, уткнувший лицом в стену. Джой стояла в проходе, и её лицо выглядело немного нетерпеливым. Могу биться об заклад, что она пыталась разбудить меня около десяти минут и теперь была рада, что я наконец-то разлепил глаза. Я не знал, сколько сейчас времени, я просто хотел откинуть голову на подушки и продолжить спать.       — Твоя мать с ума сходит. Где твой телефон? — спросила Джой, скрестив руки на груди.       — В сумке, кажется, — мой голос все еще был сонным.       — Если бы я была тобой, я пошла бы домой, так как она, кажется, злится. Подумай над этим и разбуди Калума, его ужин почти готов, — Я кивнул, все еще лежа в постели, когда женщина закрыла дверь.       — Просыпайся, принцесса, — Я толкнул Худа в бок. Он хмыкнул, но не двинулся. — Проснись, прежде чем я поцелую тебя, как Принц Спящую красавицу.       Кэл мгновенно открыл глаза, садясь на кровати. Он посмотрел на меня немного задумчиво, но я проигнорировал это. Он всегда смотрел так, после пробуждения ото сна. Я встал с кровати, надевая ботинки, которые бросил у кровати.       — Что ты собираешься делать? Я имею в виду с учителем. Надо быть сумасшедшим, чтобы попытаться переспать с ним.       — Разве? — я дернул плечами. — Это именно то, что я и собираюсь делать. Я трахнусь с ним.       — Удачи, — Худ засмеялся, вновь падая на кровать, когда увидел, что я подхожу к двери.       — Мне не нужна удача, — сказал я, улыбаясь, прежде чем закрыть дверь и пойти домой.