Все дни как один

Кастиэль быстрым движением выдёргивает нож, позволяя теперь уже мёртвому демону и его неудачливому мясному костюму безвольно обвиснуть. Он поворачивается, чтобы посмотреть на Сэма, который выглядит так, будто ему прямо сейчас необходимо кого-то ударить. — Это безумие, Кас. Сколько демонов мы уже прикончили? Почему ни один из них ничего не знает? Кастиэль открывает рот, но так и не находит слов для ответа. Он не настолько эмоционален, как Сэм, но и ему не удаётся скрыть разочарования. И недоумения — все демоны, которых им удалось захватить, понятия не имели, что произошло с Дином и где он сейчас. — Я звоню Кроули, — говорит Сэм тоном, не допускающим возражений. Они оттягивали этот момент как можно дольше. Кроули не следовало знать, что произошло, ведь несмотря на их импровизированное перемирие, он все ещё враг. — Лось, — отзывается Кроули на том конце провода, — какой приятный сюрприз. Уже не в первый раз Сэм задаётся вопросом, как Дин смог продержаться месяцы в компании Короля Ада, неважно, был он на тот момент демоном, или нет. Он убеждает себя, что Кроули может быть им полезен, тогда звук его голоса становится менее раздражающим. — Кроули, только давай без вранья. Ты знаешь, где Дин? В трубке раздаётся смешок. — Серьёзно? Если ты забыл, я звонил тебе несколько недель назад и задавал тот же вопрос. — Я помню. Дин исчез. Кто-то его похитил. Кроули затихает на мгновение. — Когда? Сэм раздумывает, прежде чем ответить. — В тот самый день, когда ты позвонил. — Что? И ты решил сообщить мне об этом только теперь? Ты потерял мой номер, Сэм? Или твои регулярные удары головой о твёрдые предметы, наконец, дали о себе знать? Я сообщил тебе о пропаже Клинка, в тот же день исчезает твой психо-брат, и ты решил не беспокоить меня по таким пустякам? Негодование Кроули так неподдельно, что у Сэма не остаётся сомнений — Король Ада непричастен к похищению Дина. Он смотрит на Каса и качает головой. — Мы были заняты поисками, — отражает он атаку, — но демонам, что попали в наши руки, об этом ничего не известно. — Понятно.Вы несколько недель потрошили моих демонов, и они, естественно, ничего вам не сказали, потому что они мои демоны. И вам не приходило в голову: ох, а может, нам стоит просто спросить у Кроули? Надеюсь, вы уже догадались, что за исчезновением Белки стоит Абаддон. Но скажи мне, Сэм, что нужного и полезного ты и тот крылатый придурок успели узнать за эти недели? Сэм не хочет отвечать, но его молчание и без того красноречиво. Кроули уже начинает захлёбываться в телефон от возмущения. — Итак. Ты задолжал мне несколько демонов и у тебя нет абсолютно никакой информации относительно местоположения твоего брата. Я правильно обрисовал ситуацию? Сэм глубоко вздыхает. Он готов потерять лицо, если это поможет вернуть Дина. — Если ты что-нибудь... — Да, да, ты будешь мне вечно благодарен и все такое. Дай мне время покопаться в своих связях, и я уж попытаюсь выяснить, что Абаддон с ним сделала. Но я делаю это не для тебя, понимаешь? Я, скажем так, лично заинтересован. Не хочу закончить в сборнике лучших хитов твоего брата. Буду на связи. Раздаются короткие гудки. Сэм пару секунд бестолково смотрит на свой телефон, потом поворачивается к Кастиэлю. — Что, если он прав? — Прав в чём? Сэм расстроено вздыхает. — Может быть, мы действительно зря скрывали все от него? Если ему удастся найти Дина, значит, мы напрасно потратили несколько недель. — Сэм. Вот когда он найдёт Дина, тогда мы и будем об этом волноваться.

***

В следующий раз Кроули звонит три недели спустя. Сэм хватает телефон, надеясь, что получит известия, которых так ждал. Так и не успокоив колотящееся сердце, он нажимает кнопку приёма звонка. — Кроули? — И все? А где сарказм, оскорбления? — Что у тебя, Кроули? Судя по тому, как вздыхает Король, хороших новостей не будет. Сэму остаётся только гадать, насколько эти новости будут плохими. — Мне грустно говорить об этом, но у меня... как вы, американцы, выражаетесь? — голяк. Ничего. Что бы Абаддон ни сделала с твоим братом, она не сообщила об этом никому. Сэм закрывает глаза. — Как такое возможно? — бормочет он себе под нос. — Давай смотреть правде в глаза, Сэм. Нам обоим есть о чём сожалеть, — отвечает Кроули, — потому что теперь у нас появилась проблема колоссальных масштабов. Я, со своей стороны, жалею, что позволил ему тогда принять Метку. У меня был шанс это предотвратить. «Преуменьшение века», думает Сэм, но вслух говорит: — Продолжай искать, Кроули. Он кладет трубку и смотрит на экран ноутбука, но слова расплываются в одно пятно. Он проводит рукой по лицу, в надежде стереть возникающие в голове образы того, что сейчас может происходить с Дином. Внезапно он чувствует ярость — неужели так сложно было позволить им уйти на покой и жить для себя? — Сэм, все в порядке? Он поднимает взгляд и видит Чарли, которая приближается к нему с сочувствующим выражением лица. Когда Дин исчез, Сэм принял решение вернуться в бункер, справедливо полагая, что имеющиеся там ресурсы помогут отыскать брата. Ему пришлось взять ученический отпуск в связи с чрезвычайными семейными обстоятельствами, и из колледжа уже начали приходить электронные письма с просьбами сообщить, когда он сможет вернуться к занятиям. Если бы он знал. — Да, — устало отвечает Сэм. Чарли садится напротив него и Сэм отводит взгляд. Это место Дина, думает он и тут же отгоняет эту мысль, — звонил Кроули. Кажется даже сам Король Ада не может ничего узнать. Чарли грустнеет, но воздерживается от комментариев. Высказанная из лучших побуждений, но в конечном счёте, бессмысленная банальность — это не её стиль. За это Сэм её и любит. — А Кас? — спрашивает Чарли после минуты тишины. — То же самое. Он ищет, но Небеса демонстративно отказываются помогать. Думаю, мы с Дином не слишком популярны там, учитывая нашу историю. Чарли закатывает глаза. Она выглядит возмущённой. — Я помню, Дин говорил, что ангелы — сволочи, но как же милосердие и помощь? Кто-то нуждается в них, а они просто стоят и чешут яйца. У них есть яйца, кстати? Сэм смеётся. — Честно? Не знаю. Меня бы уже ничего не удивило. В любом случае, как бы Кас ни просил, они отказываются. Чарли кивает. — Мы будем продолжать искать, Сэм. — Спасибо. Мне очень важна твоя поддержка. Она встаёт и, проходя мимо, похлопывает Сэма по плечу. Сэм возвращается к чтению, и теперь слова обретают какой-то смысл.

***

После телефонного разговора с Кроули проходит ещё месяц. Месяц бесполезных поисков, и, наконец, — долгожданная зацепка. Охотничий слух, ничего больше — но в совокупности с той информацией, что у них уже имелась, он может оказаться очень важным. — Повтори ещё раз, что он тебе сказал? — спрашивает Сэм у Чарли, с которой и связался тот охотник. На часах три утра, и Сэм чувствует себя виноватым, за то, что ему пришлось разбудить Чарли. Сам он лежал без сна и неожиданно понял, что эта информация важнее, чем им показалось на первый взгляд. Чарли хмурится, пытаясь вспомнить дословно. — Он поймал вампира, который перед смертью рассказал, что вместе с сородичами бежал из гнезда в Нью-Мехико. Он был очень напуган. Сэм кивает в раздумьи. — Помнится, Гарт говорил о стае оборотней, которая в полном составе ушла с насиженного места. И это тоже было в Нью-Мехико, не так ли? — Вроде бы да. Сэм набирает номер Гарта. Его сердце заполошно бьётся. Гарт отвечает хриплым ото сна голосом. — Сэм? Что-то случилось? — Прости, что разбудил. Расскажи мне все, что знаешь о стае, которая уехала из Нью-Мехико несколько недель тому назад. — Ммм... да, хорошо, — отвечает Гарт, очевидно, пытаясь разбудить себя. На заднем плане слышен тихий голос, скорее всего, Бесс. — Они были напуганы. Кто-то узнал о них, несмотря на то, что им удавалось скрываться годами. «Напуганы» — во второй раз это слово звучит в одном предложении с «Нью-Мехико». — Ты мог бы узнать, кто или что так на них подействовало? — Думаю, да. Ты считаешь, это имеет отношение к исчезновению Дина? Сэм вздыхает. — Я уже ни в чём не уверен. Эта догадка, — черт, догадка звучит слишком оптимистично, — это все, что у нас есть. Но мой опыт подсказывает, что такие совпадения не бывают случайными. — Понял тебя, Сэм. Я перезвоню, когда что-то узнаю. В ожидании звонка от Гарта, Сэм включает ноутбук и принимается вдоль и поперёк обследовать интернет в поисках упоминаний о каких-нибудь подозрительных явлений в Нью-Мехико. Чарли делает кофе и отправляется искать контакты того самого охотника, который сообщил о вампире. Возможно, это будет очередной пустой номер. Сэм старается не обнадёживать себя, но получается плохо. Он просто должен найти брата.

***

Едва всходит солнце, Сэм вызывает Кастиэля. Ангел появляется немедленно и серьёзное выражение на его лице в этот раз означает, что он хочет знать, в чём причина такой срочности. Сам Сэм упаковывает одежду в дорожную сумку, когда к нему приходит Чарли и говорит, что Кас ждёт внизу. Он захватывает ещё пару вещей, вешает сумку через плечо и спускается в гостиную. — Мы едем в Нью-Мехико, — сходу объявляет он, едва взглянув на Кастиэля. Ноутбук и несколько документов тоже отправляются в сумку. Ангел переводит взгляд на Чарли, ожидая, что она объяснит ему причину поездки. Чарли кратко улыбается и поворачивается к Сэму. Это целиком и полностью его идея, пусть сам и рассказывает. — Вперёд, — вместо ответа кивает Сэм, — я объясню все по дороге. — Удачи, — говорит Чарли, провожая их до двери. Сэм останавливается и наклоняется, чтобы обнять её. — Я позвоню, как только выясню что-нибудь, — отвечает он. — Знаю. Я тоже перезвоню, если будут новости. — Спасибо. Пока Сэм загружает сумку в багажник, Кастиэль устраивается на пассажирском сиденье Импалы. Они молчат, пока машина не начинает двигаться. — Ты сказал, что-то происходит в Нью-Мехико. — Да, — отвечает Сэм. Он, наконец, выехал на автомагистраль и почувствовал себя увереннее. — Этот штат был упомянут уже два раза за неделю. Складывается впечатление, что монстры уходят оттуда целыми группами. Как будто там находится кто-то или что-то, что пугает их до чёртиков. Мы выяснили, что некто находит монстров и просит их выполнить какую-то работу. Вознаграждение, возможно, — лёгкая добыча, или что-то ещё, но те, кто соглашаются, бесследно исчезают. Это стало происходить достаточно часто, чтобы монстры начали проявлять осторожность. — Уже известно, что это за работа? — Только слухи. Их просят убить кого-то. Задача кажется простой и многие говорят «да», но, по-видимому, это ловушка. По крайней мере, то, что происходит дальше, заставляет монстров бежать из Нью-Мехико. Вампиры, оборотни... все они бегут от кого-то... или чего-то. — Ясно. И каков наш план? Сэм вздыхает, надеясь, что план будет также хорош на слух, как и в его голове. — Все вампиры связаны телепатически с Альфа-вампиром, правильно? Мы уже выяснили, что как минимум один вампир исчез. Возможно, Альфа знает, что с ним произошло. Кроули смог убедить его со мной встретиться. — Думаешь, он поможет? — задумчиво спрашивает Кастиэль. Сэм не отрывает взгляд с дорожного полотна, опасаясь, что если он посмотрит на ангела, то увидит сомнение в его глазах. — Я не знаю. Но мы должны попробовать.

***

Как и в последний раз, когда Сэм был удостоен аудиенции у отца всех вампиров, он стоит возле красивого уединённого замка. На сей раз их встречают без драки, но тем не менее враждебно. Сэм и Кас идут по коридорам замка в сопровождении нескольких вампиров. Они заходят в облицованную дубом гостиную, где Альфа уже ожидает их прибытия. — Добрый день, Сэм Винчестер. В прошлый раз меня было ощущение, что нам предстоит встретиться ещё раз. И ты привёл своего пернатого друга — как приятно. Сэм игнорирует сарказм. — Спасибо, что согласился принять меня. — Так что заставило тебя поверить, что я буду помогать? — Альфа по-прежнему не обращает внимания на Кастиэля. Он не приглашает их присесть, хотя свободных мест достаточно. Вампиры-охранники зорко следят за Сэмом и Касом, готовые в любой момент пойти в наступление. — Что-то заставляет исчезать монстров. Я знаю, что один из них был вампиром, и я знаю, что у тебя есть связь со всеми своими... детьми. Я хотел выяснить, не знаешь ли ты, что происходит. Альфа хмурится. — Я не вполне понимаю. Ты же охотник, так ведь? Почему тебя беспокоит, что монстры пропадают? Это — резонный вопрос. Сэм кивает и пускается в объяснения. — Мой брат... моего брата похитила Абаддон. Она планирует свергнуть с трона Кроули и решила использовать в этой войне Дина. — Мой мальчик, я не вижу... — У моего брата есть Метка Каина, а у Абаддон, как мы думаем — Первый Клинок. Кажется, безмятежный фасад Альфы дает трещину, но через секунду он вновь принимает свой равнодушно-отстранённый вид. Он молчит, позволяя Сэму продолжить. Тот поколебавшись, решает выложить все карты на стол. — Мы считаем, что между этими событиями и массовым побегом монстров из Нью-Мехико есть связь. Дин исчез несколько месяцев назад, тогда же, когда Кроули обнаружил у себя пропажу Клинка. И с тех пор нет никаких признаков, что что-то произошло, что у кого-то есть такое совершенное оружие. Не мне объяснять, насколько опасна комбинация Метки и Клинка. Но если она попала в руки Абаддон, не застрахован никто. Она уничтожит любого, кто по её мнению поддерживает Кроули. Сэм останавливается. Альфа внимательно изучает его, пытаясь понять, есть ли здесь ловушка. Наконец, он кивает. — Когда мои дети умирают, связь с ними обрывается. Но если вы принесёте мне вещь, которая принадлежала этому вампиру, я смогу увидеть то же, что и он, вплоть до момента его гибели. Сэм чувствует прилив облегчения. Их поездка не была напрасной и Альфа согласен им помочь. — Я что-нибудь найду, — говорит он решительно и смотрит на Кастиэля. Тот утвердительно кивает головой. — Ах да, и в следующий раз оставь ангела дома. Его небесная вонь лишает меня аппетита. Сэм не отвечает и вместе с Касом направляется к выходу. Несколько вампиров следуют за ними. — До свидания, Сэм Винчестер, — слышит он голос Альфы за спиной, — до следующего раза. Он никогда бы не подумал, что такая мысль когда-либо могла прийти в его голову, но он очень надеется, что следующий раз будет очень скоро.

***

Спустя месяц и пару сотен миль, проведённых за рулём, Сэм снова стоит на пороге замка Альфы. В его руках куртка пропавшего вампира. Найти гнездо оказалось не самой сложной задачей, а вот прорваться туда и завладеть предметом одежды — куда труднее. Вампиры предсказуемо не обрадовались охотнику в своих рядах и только близкое знакомство с Альфой уберегло Сэма от участи стать ланчем. Приём в замке по-прежнему открыто враждебный, несмотря на то, что на сей раз Сэм приглашён. Однако Альфа не слишком радушен — Винчестеру приходится ждать, пока хозяин поужинает. Сэм даже не интересуется, что или кто сегодня у Альфы на ужин. Наконец, вампир выходит из столовой с усталой улыбкой на лице. — Вижу, ты не с пустыми руками. Сэм протягивает куртку. Альфа принимает её и хитро поглядывает на Сэма. — Не желаешь посмотреть? — Посмотреть? Ты хочешь сказать, что я смогу? — Да, конечно. Но тебе может не понравится то, что ты увидишь. Сэм решительно кивает. Нет, он не думает, что Альфа ему солжёт, но он будет чувствовать себя увереннее, если увидит все своими глазами. Плюс, ему не надо будет уточнять у отца всех вампиров, не забыл ли он рассказать о чём-нибудь важном. — Покажи мне. — Хорошо. Тебе лучше сесть. Альфа садится напротив, кладёт куртку на колени. Одной рукой он держится за ткань, другой берёт Сэма за руку. И в этот момент Сэм оказывается в совершенно незнакомом месте. Это бар. Он пьёт, смеётся и поглядывает на других членов гнезда. Бар украшен праздничными гирляндами, у стены располагается крошечная рождественская ель. Кто-то поставил «The Fairytale of New York» на музыкальном автомате. Люди громко подпевают, перевирая мелодию. К столу приближается парень. У него длинные светлые волосы и крючковатый нос, который выглядит огромным по сравнению с остальными чертами лица. — Есть работёнка, — говорит парень без предисловий. Все начинают смеяться, потому что парень явный идиот, и понятия не имеет, на что нарывается. Они, конечно, его послушают, повеселятся, а потом один из них его убьёт. Парень не красавец, но еда — она и есть еда. Парень объясняет. Работа непыльная — убить какого-то чувака, ничего сложного, тем более для вампира. Они начинают слушать внимательнее, напряжённость витает в воздухе. Парень усмехается, и продолжает говорить, глядя на вампиров теперь чёрными как оникс глазами. — Если это настолько легко, почему ты сам его не убьёшь? — спрашивает один из вампиров. — Не могу, — отзывается парень, — не имею права убивать таких как он. Указание сверху... или снизу. Смотря как взглянуть. — Он что, какой-то особенный? — Нет, совсем нет. Просто обычный, жалкий человек, но мой босс считает, что он может быть полезен. А я считаю, что ему нечего делать на этом свете. — Прости старик, но это не слишком заманчивое предложение, — говорит один из вампиров, жестикулируя. — Я никак не возьму в толк, что нам за нужда его убивать. Оглянись, — он кивает на переполненный зал, — здесь для нас и так полно еды. — Вижу, — прищуривается парень с крючковатым носом, — но есть одна немаловажная деталь. Этот человек — охотник. Неужели ни один из вас не мечтает выпить охотника? Это определённо возбуждает интерес. — Я сделаю это, — говорит он, прежде чем остальные заявят о своём желании. Демон выглядит довольным. — Когда? — Да прямо сейчас. Он допивает пиво и встаёт. Остальные вампиры провожают их взглядами, некоторые заметно разозлились, что у них из-под носа увели такую работу. Но ему все равно. Демон идёт первым. На автостоянке его автомобиль — гладкий чёрный Крайслер. Демон забирается в него, продолжая улыбаться. — Так кто этот охотник? — Никто. Ты его не знаешь, — отвечает парень, и больше не произносит ни слова. Они доезжают до небольшого одноэтажного дома на самой окраине. Демон заглушает двигатель и выбирается из машины. — Вперёд. Я покажу дорогу. Вместе они входят в дом и направляются на кухню. Кажется, что жилище пустует. — Он там, — говорит демон, указывая в сторону двери, ведущей в подвал, — на полу демонская ловушка. Я бы убил его сам, но не могу пройти, сам понимаешь. Он кивает. — Я должен знать что-то ещё? — У него есть кусок ослиной челюсти и он думает, что это оружие, — демон ухмыляется, — и он прикован. Думаю, для тебя это что-то вроде прогулки в парке. Он смеётся и поворачивает ручку двери. — Скоро вернусь. Он спускается по лестнице, изучая все вокруг, на случай, если подвал окажется ловушкой, но открывшаяся ему сцена в точности соответствует тому, что описал демон. Охотник безразлично смотрит на него. Он босиком на матрасе, на его лодыжке цепь, другим концом прикреплённая к стене. На полу нож, сделанный из старой кости, как и упоминал демон. Охотник не делает никаких попыток схватиться за своё единственное оружие. — Чувак, — говорит парень таким тоном, будто у него был дерьмовый день и он никак не дождётся, чтобы лечь отдохнуть. Даже смешно. Этот идиот считает, что у него в руках все карты. Он смеётся. Он стал вампиром совсем недавно — лет пятнадцать назад, но он прекрасно знает, что будет дальше — угрозы, увещевания, мольбы о пощаде. Возможно, он убьёт охотника быстро, чтобы не мучился. — Не говори потом, что я не пробовал, — парень дотягивается до ножа и поднимается на ноги. Цепь звенит. Он все ещё смеётся. Парень делает шаг вперёд, и потом... Сэм задыхается и вырывает ладонь из руки Альфы. Он едва удерживается от того, чтобы потрогать шею, голову, убедиться, что она все ещё на месте. Альфа смотрит на него, довольный произведённым впечатлением. — Ты увидел все, что хотел? Сэм молчит, пытаясь обдумать увиденное. Дин, прикованный цепью, и у него Первый Клинок. Он смотрит на Альфу и понимает, что тот продолжает говорить. — Ты понимаешь, что я не слишком счастлив от того, что твой брат убил одного из моих детей? — Это была самооборона, — горячо отзывается Сэм, забыв на мгновение, что его собеседник — не тот, кого следует злить, — ты видел, он пытался отговорить вампира от нападения. Он предупредил его. — Правда. Но у него Метка Каина, а Первый Клинок — слишком большой соблазн для него. Ты осознаёшь, что твой брат, должно быть, уже потерян? — Нет, — твёрдо отвечает Сэм, — что бы ни произошло, я его верну. — Восхищаюсь твоим упорством, Сэм, — Альфа улыбается, но смотрит холодно, — надеюсь, твои поиски не окажутся напрасными. И, если тебе удастся вернуть брата, возможно, ему придётся ответить за гибель моего ребёнка. Без обид. Сэм игнорирует угрозу и напряжённо кивает. — Спасибо за помощь, — отвечает он, — но если мой брат вернётся, возможно, тебе придётся ответить за гибель людей от рук твоих детей. Без обид. Он поворачивается и уходит, пытаясь притвориться, что смех за спиной ему просто показался.

***

Сэм отъезжает от замка и думает о Дине. Он пытается вспомнить каждую деталь из своего видения. Это случилось довольно давно, если судить по рождественским украшениям в баре, но на тот момент, по крайней мере, физически, Дин выглядел неплохо. Если не считать заживающего шрама на линии роста волос. Кроме того, брат был усталым, будто эта ситуация выжимает из него все соки. Сэм задумывается, как долго Первый Клинок был на тот момент у Дина? Кастиэль ждёт его в номере мотеля. Сэм рассказывает все, что видел глазами мёртвого вампира. В конечном счёте это не даёт им никакой подсказки, где Дин и что с ним сейчас происходит. Им остаётся надеяться, что Дин все ещё жив. — Что будем делать дальше? — дослушав, спрашивает Кас. Сэм молчит некоторое время, изучая развешанные на стене карты. На них булавками отмечены места, откуда бежали монстры. Существует какая-то закономерность, просто он её ещё не видит. — Не знаю. Наверное, следует позвонить Гарту — вдруг он общается с кем-то из стаи, что ушла из Нью-Мехико. — Хорошо. А я пока принесу тебе еды, — объявляет Кас торжественно, — ты выглядишь усталым, Сэм. — Я в порядке... — Если ты не будешь о себе заботиться, у тебя не хватит сил помочь Дину. Ангел исчезает, прежде, чем Сэм успевает придумать отговорку. Он понимает, что Кастиэль во многом прав. Он мало спит и часто забывает есть. Поэтому он решает позвонить Гарту, а потом попытаться поспать до возвращения Каса. Сэм набирает номер и слушает гудки. Он уже собирается повесить трубку, когда на другом конце провода раздаётся голос Гарта, подозрительно взволнованный. — Сэм? — Эй, Гарт. Я не вовремя? Я могу перезвонить. Я хотел спросить о той стае, что ушла из гнезда в Нью-Мехико... — Они все мертвы, — прерывает его Гарт. Сэм понимает, что собеседник расстроен, на заднем плане слышатся звуки плача, — их убили. Всех до единого. Сэм слушает, понимая, что его сердце начинает биться быстрее положенного. Он может дать как минимум десять объяснений случившемуся, но подозревает, что единственно верным будет то, которое нравится ему меньше всего. — Я сейчас на месте, — продолжает Гарт, — Сэм, это бойня. Я не представляю, кто мог сделать это. Сэм рад, что Гарт не задал ему этот вопрос, потому что на ум приходит лишь один ответ. И от этого ответа становится тошно. — Скажи мне, куда ехать, я сейчас буду. Похоже, Гарт действительно в шоке. Он даже не пытается отговорить Сэма от поездки, и просто диктует адрес. Сэм открывает ноутбук и изучает маршрут. Отлично, всего час езды. — Жди меня там, старик. Я скоро приеду. Думаю, это как-то связано с Абаддон, — добавляет он сознательно не упоминая о Дине. — Спасибо, Сэм, — отвечает Гарт и отключается. Сэм оставляет записку Касу и отправляется в путь. Он понятия не имеет, поможет ли эта поездка найти Дина, но в любом случае, это лучше, чем сидеть в номере и смотреть на стены. Он вспоминает, что ещё пять минут назад собирался поспать, и мысленно обещает дать себе отдых, как только все проверит.

***

Он подъезжает к ферме, где стая оборудовала себе новое жилище. Большой сельский дом, несколько служебных построек и подавляющее зловоние крови, которое он замечает сразу же, как выходит из машины. Услышав двигатель, Гарт торопится навстречу. — Привет, Сэм, — говорит он, по привычке заключая Сэма в объятья, правда, менее крепкие, чем обычно, — спасибо, что приехал. — Нет проблем. Ты расскажешь мне, что произошло? — Кузина Бесс после брака стала членом этой стаи, — объясняет Гарт, пока они идут к одной из построек. — Она рассказывала Бесс, что им пришлось уйти, потому что стаю обнаружил некий человек и находиться на том месте стало небезопасно. — Она описала этого человека? — Высокий, светлый. Говорила, что никто из них раньше его не видел. Этот человек сказал, что какой-то охотник выследил гнездо и собирается уничтожить их. Незнакомец знал, где сейчас находится этот охотник и предложил оборотням убить его до того, как он нападёт. Оборотни проголосовали и сошлись на мнении, что в этом случае насилие оправдано. Помнишь, они годами жили на одном месте, они научились обходиться без человеческого мяса, обустроили свой быт, и теперь все это грозило разрушиться. Один из оборотней согласился убить охотника. Он ушёл с парнем и больше никогда не вернулся. Стая сочла, что находиться здесь больше нельзя и ушла из Нью-Мехико. Сэм качает головой. Они останавливаются у большого сарая, запах крови рядом с которым ощущался сильнее. — А им не показалось все это подозрительным? Они не подвергли сомнению слова незнакомого парня, который каким-то образом обнаружил их и сообщил, что им угрожает опасность? Гарт пожимает плечами. — Что я могу сказать. Мы не всегда способны мыслить логически, когда напуганы. В любом случае, даже если это была ошибка, они не заслужили такого. Гарт открывает одну из раздвижных дверей и перед Сэмом предстаёт страшная картина. Трудно сказать, сколько тел в сарае. Они разбросаны по полу, все дети одного отца, творения одного архитектора. Сэм сглатывает и мысленно переносится в тот день, когда они спасли Клэр Новак от бандитов. Он признаёт работу рук своего брата. — Чёрт побери, — выдыхает он. — Трупы есть и в других зданиях. Стая была большой. Сэм пытается не вглядывается, но на глаза попадается искалеченное тело подростка-оборотня. Гарт прав — они не заслужили такого. — Сэм, — негромко говорит Гарт, — как ты думаешь, это мог быть Дин? Сэм вздыхает, но выбора нет — придётся отвечать на вопрос. — Абаддон заставила Дина принять Первый Клинок. Я думал об этом раньше, но незадолго до нашей с тобой встречи, нашёл однозначное подтверждение. Он рассказывает Гарту о своей встрече с Альфа-вампиром и о том, что смог увидеть. — Дин пытался избежать необходимости использовать Клинок, но у него не было выбора. Думаю, все монстры, что исчезли, были обмануты. Они должны были пытаться убить Дина, чтобы вынудить его поднять оружие и спасти себя. И каждый раз, когда ему приходилось убивать, власть Метки росла, до тех пор, пока... Он замолкает, не в силах закончить. Гарт тоже молчит, видимо, пытаясь понять, как так случилось, что его близкий друг и наставник превратился в чудовище, устроившее настоящую резню. — Бытует одна легенда, Сэм. «Монстры», — Гарт делает выразительные кавычки пальцами, так как теперь он один из них, — несмотря на заметные различия, имеют схожую мифологию. У всех них есть легенда о существе, наделённом такой властью, что оно может убить абсолютно любого. Это существо упоминается как «Тот, кто разрушит все». В некоторых историях он монстр в человеческом понимании — когти, клыки, рост под двести футов. В других же — он просто человек. Гарт колеблется, встречает пристальный взгляд Сэма и снова смотрит в сторону. — Говорят, он здесь. Я хочу надеяться, что это совпадение, но Дин... — Я понимаю. И я не могу сказать, что ты ошибаешься, только потому что он — мой брат. Дело в том, что Дин, возможно, сейчас не совсем Дин. Мы перестали охотиться, потому что он видел, кем становился каждый раз, когда брал в руки Первый Клинок. И когда мы не смогли найти способ избавить Дина от Метки, мы решили начать жить, как обычные люди. Ведь даже без Клинка в каждой стрессовой ситуации Метка потихоньку превращала Дина в того, кем он никогда не хотел бы стать. Пришлось выбирать — потерять себя или выйти из игры. — Абаддон нацелилась на корону Кроули, — продолжает Сэм, — ей удалось получить и Клинок и Дина, и теперь она собирается использовать Дина в качестве оружия. Не знаю, удалось ли ей это, но в любом случае, я должен найти брата и увести его как можно дальше от Абаддон. — Зачем она убивала оборотней? И вампиров? — Да низачем. Думаю, она просто использовала их, чтобы обучать Дина. Лицо Гарта заметно темнеет. — То есть она использовала целый клан оборотней в качестве учебных мишеней? Как расходный материал? — Да. Прости, старик. Но ты должен понимать, что у Дина не было выбора. Сэм останавливается, чтобы собраться с духом. Аналогия неприятная, но очевидная. — Он как бывший наркоман, которому вместо еды дают наркотики, с которых он только-только соскочил. Абаддон постепенно увеличивала дозу, пока его зависимость снова не взяла над ним верх. Гарт кивает на кровавое месиво в сарае. — Так что это? Одна из тренировок на открытом воздухе? Сэм вздыхает. — Думаю, так оно и есть.

***

Две недели спустя становится очевидно, что Абаддон не закончила со своими тренировками на открытом воздухе. В газетах появляются статьи о массовом убийстве в женском книжном клубе — были убиты восемь женщин средних лет, которые собрались обсудить «Пятьдесят оттенков серого» или что-то настолько же ужасное. Подозрение падает на мужа одной из убитых, который исчез сразу после преступления. Но Сэм имеет другую точку зрения. Его собственное расследование подтверждает, что под вывеской книжного клуба встречались ведьмы. Ему не нужно видеть место преступления — описания журналистов достаточно красноречивы. Кровавый пейзаж с разбросанными по всему помещению бездыханными телами мог оставить после себя только один человек — его брат. Чарли пропадает в библиотеке бункера, исследуя легенду, о которой говорил Гарт. Одни знают, что искать — легенда о «Том, кто разрушит все», встречается в мифологии чуть ли не каждого существа, о котором у Летописцев есть информация. Как объяснил Гарт, некоторые описывают его, как предвестника Хаоса, который искоренит весь их вид, в других же встречаются попытки вычислить дату и местоположение. Но самую большую зацепку дают книги шейпшифтеров. Гарт мог быть прав. Чарли посылает Сэму по электронной почте всю информацию, что смогла найти. Приглушённым голосом она добавляет, что дополнительно отсылает изображение, и её тон явно говорит о том, что там будет на что взглянуть. Сэм открывает изображение и его пульс ускоряется. На экране — темноволосый мужчина с клинком в руках. Учитывая возраст книги, откуда черпалась эта информация, одежда человека — полный анахронизм. Другая деталь, которая бросилась Сэму в глаза — красное пятно на правом предплечье. Само пятно разглядеть не представляется возможным, но точно в том же месте у Дина находится Метка Каина. Становится понятно, почему Альфа-вампир согласился помочь почти сразу же. Сэм отчаянно пытается вспомнить видение в замке Альфы, в надежде, что сможет проследить маршрут от бара до дома, где держали Дина. Но вампир не интересовался дорогой, не смотрел по сторонам, кроме того, на улице было темно. Единственное, что смог уяснить Сэм — они довольно долго ехали на автомобиле. Масштаб убийств заставляет думать, что Абаддон сочла Дина готовым стать частью её великого плана. Кастиэль не возражает против вызова Кроули. Они быстро проводят ритуал и перед ними тут же появляется очень недовольный король Ада. — Могли бы и позвонить, в конце концов, у меня есть телефон, — жалуется Кроули с отвращением рассматривая интерьер мотеля. — Нет времени. Я должен кое-что сделать, но прежде мне нужно выяснить несколько вещей. Кроули закатывает глаза. — Говори. — Хорошо. Судя по последним событиям с оборотнями и ведьмами, Абаддон держит Дина для какой-то большой цели. И Дин не будет помогать ей добровольно, — добавляет Сэм, взглядом пресекая все язвительные комментарии от Кроули. — Мы предполагаем, что Дин уже попал под влияние Клинка. Но как же тогда его контролирует Абаддон? Как она умудряется сдерживать его? Кроули задумывается на мгновенье. — Опасные животные должны быть на поводке, — он игнорирует убийственный взгляд Сэма. — Возьмём, например, адских гончих. Я — их владелец, но они слишком дикие и в любой момент могут развернуться и укусить руку, которая их кормит. Они носят ошейники, с помощью которых в сочетании со специальным заклинанием, я могу вывести их из строя, когда появится такая необходимость. Возможно, Абаддон использует что-то подобное. Сэм молчит, вспоминая видение в доме у Альфы. Что-то в облике Дина притягивает его внимание. — Он был прикован, — наконец, произносит он, — в той комнате, где его держали сначала, он был прикован цепью к стене. Абаддон могла её использовать? Кроули пожимает плечами. — Несколько символов и ты получаешь поводок, которым можешь контролировать самую опасную из дворняг. — Но если сейчас он находится не в том доме, значит, контролирует его не цепь, а кольцо, которым она прикована к ноге. — Логично. Сэм задумывается. В его голове начинает формироваться идея, и он сомневается, что Кроули будет в восторге. Но, похоже, это единственный способ вернуть Дина. — Ладно. Следующий вопрос. Как ты думаешь, Абаддон лично контролирует Дина? — Скорее всего. Доверить это любому из своих подчинённых все равно, что дать попользоваться кнопкой от ядерной бомбы. Однако наверняка у неё есть пара демонских шавок, которые в курсе происходящего. Демоны, если ты помнишь, коварные ублюдки. — Значит, мы должны найти их и обратить в свою сторону, — продолжает свою мысль Сэм, — заставить Абаддон воевать против своих же. Кроули смотрит на Кастиэля, до сих пор не проронившего ни звука. — Почему у меня ощущение, что мне все это не понравится? — Что, если распустить слух о каком-то большом собрании демонов? — Сэм, ты серьёзно считаешь, что мы проводим ежегодное общее собрание демонов? — Я бы назвал это... митингом в поддержку бодрости духа. Надо дать понять Абаддон, что ты в курсе её планов. Собрать демонов, произнести бесстрашную речь лидера. Если Абаддон поймёт, что ты знаешь о её намерениях и готов нанести удар первым, ей ничего не останется, кроме как атаковать, пока не стало слишком поздно. И тогда ей придётся ввести в игру Дина. — То есть ты предлагаешь мне положить голову на плаху? — усмехается Кроули, — скажи мне хоть одну серьёзную причину, по которой я должен согласиться на самоубийство. — Спокойно, это будет ловушка. — Да? Тогда давай сначала обсудим, как мы будем останавливать твоего одержимого убийствами братца. Если он потерял себя в Клинке, значит, нам всем крышка. Он не будет смотреть на тебя и думать: «ах, это мой любимый младший братик Сэмми», он будет думать, какую часть тела тебе отрезать первой. Прости за резкость, Лось, но ты заблуждаешься, если думаешь, что все пойдёт по-другому. Сэм рассеянно кивает, его ум все ещё формулирует чёткий план. — Мы должны заманить Абаддон в ловушку. Если Дин потерял себя в Клинке, как ты выразился, то для неё он представляет такую же опасность, как и для всех нас. Ей не останется выбора, кроме как вырубить его, или что она там делает, чтобы он остановился. И после этого мы заберём его с собой. — Если она сможет остановить его. Какое бы заклинание она ни использовала, мы его не знаем. Думай о нём, как о кодовом замке: чтобы открыть, надо знать комбинацию цифр. Если она не успеет, не захочет, не сможет — мы все обречены. — Будем волноваться об этом, когда придёт время, — отвечает Сэм. Кроули качает головой. — Это самый идиотский план, который я когда-либо слышал, — он обращается к Касу, — может, хоть ты сможешь убедить в этом Лося? — Это может сработать, — твёрдо отвечает Кастиэль, — Абаддон не будет рисковать Дином и, уже тем более, не будет рисковать собой. Поэтому, если она попадёт в ловушку, ей не останется ничего, кроме как остановить его. И как только это произойдёт, мы сосредоточимся на том, чтобы увести Дина как можно дальше от неё и Первого Клинка. — Блестяще, — Кроули закатывает глаза, — вы оба сумасшедшие, вы знаете об этом? — Кроули, — раздражённо говорит Сэм, — если Дин у неё, твои демоны, так или иначе, обречены на смерть. Это наш шанс остановить Абаддон и вернуть Дина. — Ты забываешь, Лось, что Дин не захочет возвращаться. Она превратила его в шесть футов маниакальной зависимости от крови, заинтересованные лишь в том, каким ещё способом можно кого-нибудь убить. Я не уверен, что ты услышишь мой вопрос, но ты действительно хочешь его назад? Сэм молча смотрит куда-то в сторону, упрямо сжав челюсти. Он никогда не думал о том, что может быть не в состоянии задержать Дина, тем более что тот, очевидно, уже переступил черту. Кроули обречённо вздыхает. — Ладно. Попробуем. Сделаем ловушку для Абаддон. Посмотрим, сможем ли мы выманить эту крысу из водосточной трубы.

***

Приготовления занимают три недели. Сэм просыпается со странным чувством — ожидание, сдобренное солидной порцией страха. Он может вернуть брата уже сегодня, но в плане так много «но», что другой, менее предпочтительный вариант также очень вероятен. Сэм принимает душ и звонит Чарли. — Привет, Сэм, — отвечает она после нескольких гудков, — как идут дела? — Хорошо... Я думаю, хорошо. — Все случится сегодня, верно? — Да. Кроули собирает демонов и уже готов произнести речь. Мы просто должны не пропустить момент, когда появится Абаддон... и Дин. Чарли улавливает сомнение в его голосе. — Ты уверен, что от меня ничего не требуется? Я могу прямо сейчас сесть в машину и... Сэм улыбается. Все же в этом мире у них с Дином остались друзья. — Спасибо, Чарли, но тебе лучше остаться. Я не хочу, чтобы ты подвергала себя опасности. Наследие Литераторов огромно, и ты делаешь важную работу несмотря на нашу скудную благодарность и отсутствие платы. Ты была нам отличным другом, Чарли... — Стоп, стоп, стоп, Сэм! Почему это звучит как прощание? — Прости, — отвечает он, — я просто хочу, чтобы ты знала, насколько ты нам дорога. Что бы сегодня ни случилось. — Хорошо. А я просто закрою уши руками и сделаю вид, что не слышала твоей речи «Без нас у тебя все будет хорошо». Я жду вас сегодня домой — тебя и твоего потрясающего старшего брата. Сэм смеётся. — Хорошо. Будь осторожна, Чарли. — И ты, Сэм. Он вместе с Кастиэлем заканчивает последние приготовления. Кроули держится от них в стороне, чтобы Абаддон не могла ничего заподозрить, но они обсудили все вплоть до последней детали. Король Ада по-прежнему настроен скептически и уверен, что в какой-то момент все обязательно пойдет не так, но и он не возражает против своего участия, если это поможет убрать с доски Абаддон и ее оружие массового уничтожения. Демоны начинают прибывать после наступления темноты. Для импровизированного собрания был выбран склад, в который с легкостью поместилось бы пара-тройка сотен человек. Сэм не был уверен, сколько народу придёт на зов Кроули, но чем больше — тем лучше. Тогда Абаддон сможет оценить масштабы надвигающейся угрозы. Вместе с Кастиэлем Сэм на расстоянии наблюдает, как демоны заполняют склад. Здесь и пожилые и молодые, и мужчины и женщины — все разные, схожие, по-видимому, только чернотой душ. — Ты в порядке, Сэм? — спрашивает Кас с пассажирского сиденья невзрачного автомобиля, который стал их временным прикрытием. — Да... Точнее, да, я буду в порядке, когда все это закончится, — Сэм старается выглядеть уверенным, но следующий вопрос заставляет его голос дрогнуть. — Кас, как ты думаешь, мы сможем вернуть Дина? — Я думаю, наш план хорош. Абаддон придётся вывести его из строя, иначе... — Нет, я имею в виду, сможем ли мы победить его зависимость от Клинка? Не стало ли слишком поздно? Кастиэль вздыхает и это точно не тот ответ, на который надеется Сэм. — Сэм... К сожалению я... я не знаю. Клинок и власть Метки так сильны... Было неизбежно, что однажды он уступит им. Вернуть Дина будет трудно, но мы постараемся. Мы в долгу перед ним и мы не имеем права опускать руки. — Я в долгу перед ним, — поправляет Сэм, изучая свои ладони, — я его подвёл. Пообещал, что не позволю ничему плохому с ним произойти, и не сдержал своего обещания. — Сэм... — Нет, все в порядке, Кас. Я облажался и нет смысла отрицать это. Лучшее, что я могу сделать — спасти его, или умереть пытаясь. Ангел выглядит слегка удивлённым. — Что? — Нет, ничего. Просто ты сейчас очень похож на своего брата. Сэм улыбается. — Да, возможно. Они молча сидят в машине, потом Сэм решает высказать мысль, которая не давала ему покоя задолго до того, как они придумали этот план. Ещё недавно это пошло бы вразрез с его сильно выраженным чувством этики, но все вопросы этики вообще не уместны, когда заключаешь союз с демонами. — Знаешь, Кас, — начинает Сэм, — не нужно ли нам проверить, в каком состоянии выходы со склада? Не получив ответа, он поворачивается к Кастиэлю. Тот хмурится в непонимании. — Я имею в виду, возможно, тебе удастся перекрыть выходы, чтобы демоны не смогли бежать? Кас делает такое лицо, будто пытается читать между строк, но у него не получается. Сэм закатывает глаза. — Подумай, Кас. Если Кроули попадёт в ловушку с Абаддон, они наверняка не будут мирно беседовать, — он пожимает плечами. Да, сейчас он ведёт себя как циничный мудак, но какая теперь разница. — По крайней мере, мы избавимся от одного из наших противников. — Знаешь, Лось, я думал, что подлый ублюдок — это Дин, но теперь признаю, что должен был уделять тебе больше внимания. Сэм подскакивает на месте, резко оборачивается и встречается нос к носу с рассерженным демоном на заднем сиденьи. — Кроули, — быстро произносит Сэм, в то время как в голове его проносится «Черт, я все испортил», — тебе не говорили, что подслушивать некрасиво? — Некрасиво, но может пригодиться, если хочешь сохранить свою шкуру. — И что? Теперь ты просто бросишь все и сбежишь? — Имей терпение, Лось. Увидишь, — отзывается Кроули и через секунду его место остаётся пустым. — Дерьмо! — рычит Сэм, и, кажется, это самое точное описание произошедшего.

***

Демоны находятся на складе уже в течение часа. Сэм начинает думать, что его план провалился, но тут с задней стороны склада подъезжает большой мини-вен. Сэм толкает плечом Каса, чтобы убедиться, что тот тоже это видит. Водительская дверь открывается и из машины выходит человек. Сэм чувствует, как его сердце начинает биться быстрее. Он безошибочно узнаёт в человеке того самого демона, что подошёл к вампирам в баре. Парень обходит автомобиль и открывает пассажирскую дверь. Первой показывается красная туфелька, а потом и она — распущенные рыжие волосы и хрупкая фигурка. Абаддон. Она улыбается и смотрит, как её компаньон открывает заднюю дверь. Парень произносит какие-то слова, затем из мини-вена выходит ещё один человек. Сэм смутно понимает, что Кас уже несколько раз произнёс его имя, но он не в состоянии сосредоточиться. Он молча наблюдает, как его брат поднимается с сиденья, скованный по рукам и ногам, как опасный преступник в тюрьме. Выражение его лица абсолютно пустое, как будто он даже не знает, где находится. Он не смотрит ни на демона, ни на Абаддон, не смотря на то, что они, кажется, разговаривают с ним. Абаддон достаёт из-за пазухи жакета обёрнутый в ткань пакет и направляется к зданию, демон толчками подгоняет Дина вслед за ней. — Сэм, — говорит Кас более настойчиво в этот раз, — мы должны двигаться. Сэм приходит в себя. Они выскальзывают из машины и следуют за ушедшими, стараясь идти их маршрутом, но при этом, оставаться незамеченными. Белобрысый демон из видения остаётся около машины и чувствует себя так спокойно, что Сэм и Кас могут слышать его насвистывание — бодрую мелодию, означающую, что этой ночью все для них будет идти хорошо. Именно этого демона Сэм хотел бы убить медленно и мучительно, но им предстоит решить более важные вопросы. Поэтому он расправляется с ним быстро — вонзает демонский клинок и буквально пришпиливает парня к автомобильному креслу. Тело вспыхивает, Сэм проверяет, не привлекло ли световое шоу чьего-либо внимания, и оттаскивает тело к мусорным контейнерам. Он игнорирует тот факт, что все прошло как-то подозрительно легко, и входит в склад. Он старается не двигаться слишком быстро, чтобы не догнать людей, которых преследует. В коридоре тихо, и Сэм краем уха слышит Кроули, который в лучших традициях Уинстона Черчилля побуждает свой народ объединиться в борьбе с опасным врагом. Посекундно оглядываясь, Сэм раскрывает заваленную всяким хламом им же ранее полунарисованную демонскую ловушку, и заканчивает её. Он молится, чтобы Кас успел сделать то же самое с ловушками на остальных выходах. Тогда ни Абаддон, ни любой из демонов не смогут покинуть здание — часть плана, с которой Кроули, по понятным причинам, был немного несогласен. Коридор заворачивается и приводит к основной части склада, где расположились Кроули и его демоны. Сэм осторожно выглядывает из-за угла. Абаддон стоит рядом с Дином и они оба смотрят на вход, туда, где будет происходить основное развлечение вечера. Абаддон снимает кандалы с лодыжек Дина и принимается за те, что сковывают его запястья. Сэм понимает, что его теория была верна — одну окову на лодыжке Абаддон оставляет. Даже со своего расстояния Сэм может видеть выгравированные на ней символы. Как только дело сделано, Абаддон пару секунд изучает Дина с голодной улыбкой на губах. — Ну, Большой Мальчик. Пора заняться делом. Выражение Дина по-прежнему неизменно, пока Абаддон не передаёт ему пакет. Дин как будто оживает. Пока он разворачивает пакет, Абаддон отступает назад, и Сэм успевает уловить вспышку страха на её лице, которая становится более явной, когда Дин поворачивается и хищно смотрит на неё. Она взмахом руки распахивает двойные двери, позволяя ему мельком увидеть склад, полный демонов, которых можно убить. И тогда ад вырывается на свободу. Абаддон стоит на пороге и смотрит, как её питомец выходит на работу. Сэму не нужно видеть её лица, чтобы знать, что она наслаждается зрелищем. На мгновение он и сам заворожен видом брата, проламывающегося через толпу демонов. Он предельно сконцентрирован. Демоны пытаются сопротивляться. У некоторых есть клинки, и один из них успевает ранить Дина, но тот этого просто не замечает. Вынуждая себя сосредоточиться, Сэм приступает к завершению своей части плана. Он надеется, что в один прекрасный день они с Дином смогут вспомнить о ней и посмеяться, потому что эта часть определённо оставляет желать лучшего. Он приближается к Абаддон, сначала едва крадучись, потом набирает скорость, потому что становится ясно, что среди всего этого хаоса звук его шагов будет не слышен. Абаддон замечает его в последнюю секунду. Начинает поворачиваться, но уже слишком поздно — она ничего не успевает сделать против несущегося прямо на неё высокого мускулистого мужчины, который одним движением вталкивает её в склад, где происходит бойня. Как он и надеялся, эффект неожиданности возымел действие — она не успевает среагировать, когда Сэм быстрыми движениями поджигает линию из святого масла на входе в склад, запирая Абаддон в одном помещении со своим оружием. Сэм знает, что на другом конце склада Кас выполняет свою часть плана. Как бы им ни был неприятен тот факт, что они помогают демонам, они все же в долгу перед Кроули и всеми силами постараются ограничить количество жертв. Насколько это, возможно, потому что Дин вошёл в раж. Убедившись, что все сделано, Сэм бегом покидает склад и быстро идёт к другой его стороне. Даже с улицы он слышит крики, доносящиеся изнутри. Есть три запасных входа, мимо двух Сэм проходит — на полу перед ними нарисованы демонские ловушки. Третий свободен, и демоны толпой покидают здание. Они игнорируют Сэма, очевидно, у них сейчас другие приоритеты — спасти собственные задницы, например. Массовое бегство внезапно останавливается — или все выжившие уже покинули склад, или Кас зажёг святое масло у последнего свободного выхода. Сэм находит ангела в коридоре, наблюдающего за происходящим в помещении. Масло осталось незажженным. — Где Кроули? — спрашивает Сэм, переводя дыхание. Кастиэль оборачивается. — Он ушёл. Хотел быть подальше от твоего брата. — Да, я догадываюсь. Что там сейчас происходит? — он продвигается ближе к двери, но внезапно Кас останавливает его. — Сэм, тебе лучше этого не видеть. Игнорируя предупреждение ангела, Сэм походит ко входу в основное помещение. Стоит устрашающая тишина. На полу разбросаны тела — Дин сумел пройтись по всей территории, но на одном из её участков — там, где Сэм запечатывал вход — крови особенно много. В самом центре этой жуткой картины он видит брата. Дин окружен смертью и разрушением, и, хотя он сам не пострадал, крови на нём едва ли не больше, чем на уничтоженных им демонах. Сэм не знает, что именно не хотел ему показывать Кастиэль — это, или тот факт, что Дин сейчас склонился над Абаддон и в бешеном ритме наносит удар за ударом. Его сердце замирает. Значит, Абаддон не успела выключить у Дина режим убийства. Он быстро отступает и встречает взволнованный пристальный взгляд Кастиэля. — Что нам теперь делать, Кас? — спрашивает он, чувствуя, как накрывает волна паники. Если Дин сейчас освободится, невинные люди будут обречены на смерть. — Я могу кое-что попробовать, — неуверенно говорит Кас и по его тону понятно, что это «кое-что» ему совсем не нравится. — Кас, если ты собираешься израсходовать всю свою благодать, то это не выход, — начинает Сэм. — Нет, дело не в этом. То есть, да, я израсходую благодать, но не это проблема, — Кас оглядывает склад, чтобы убедиться, что они в безопасности, — проблема — Дин, или, скорее, Метка и Дин. Он сейчас очень силен, нейтрализовать его будет непросто. Если я не рассчитаю свои силы, я могу его убить. Вот он — его кошмар. Наконец, наконец они нашли Дина... и оказались не в состоянии спасти его. Дин потерян в Клинке, как и предсказал когда-то Кроули, и Сэм просто не может допустить, чтобы из-за его бездействия Дин убил кого-то ещё. В его груди что-то обрывается, и все же он произносит: — Сделай это, Кас. Они вместе заходят на склад. Дин, похоже, чувствует их присутствие, судя по тому, что он перестаёт наносить удары по бездыханному телу Абаддон. Он оглядывается на них и пустота в его взгляде походит на пропасть. Он медленно начинает подниматься, весь покрытый кровью, так, что сложно сказать, где кончается рука, а где начинается клинок. Это и вправду союз, заключённый в недрах Ада. — Кас... — произносит Сэм, когда Дин делает шаг вперёд и движется к ним, с единственной, совершенно чёткой целью. — Закрой глаза, — предупреждает Кастиэль. Сэма не нужно просить дважды. Внезапно возникает шум, который с каждой секундой растёт в объёме и интенсивности. Сэм зажмуривает глаза, хватается за виски. Когда ему кажется, что его барабанные перепонки вот-вот лопнут, к шуму добавляется свет, который проникает даже через закрытые веки, а затем... тогда... — Сэм! Сэм? Сэм открывает глаза и видит Кастиэля, склонившегося над ним. На лице ангела написано искреннее беспокойство. Он оглядывается и понимает, что лежит на складском полу. — Сэм, ты в порядке? — Ммм... да... — отвечает он, поднимаясь. В его ушах звучат колокола, а голова просто раскалывается. Кас, хоть и держится на своих двоих, выглядит так, будто отстоял десять раундов против Майка Тайсона, и его благодать, наверняка, тоже не в лучшем состоянии. — Как ты, Кас? Ангел медленно кивает. — Как принято говорить у людей, я буду жить... — Что произошло? — спрашивает Сэм хмурясь. Прежде чем Кастиэль успевает ответить, Сэм вспоминает произошедшее. Он резко вскакивает и оглядывается в поисках брата. Тот лежит приблизительно в пятидесяти футах от них, совершенно неподвижный. Сэм снова смотрит на Каса и бросается к Дину. — Он в порядке, — слышит он за спиной крик Кастиэля, — я проверил его! Сэм верит Касу, но он просто обязан убедиться лично. Он приставляет пальцы к жилке на шее Дина и облегчённо выдыхает, чувствуя слабое биение пульса. — Мы должны забрать его отсюда, — не оборачиваясь, говорит Сэм Касу. Дин весь в крови, но Сэм крепко прижимает его к груди. Он понимает, что им удалось отложить надвигающуюся катастрофу, а не предотвратить её, и все же позволяет себе секунду, чтобы ощутить брата в своих руках, впервые за долгие месяцы. «Слава Богу», думает он. «Пожалуйста, пусть он будет в порядке». — Мы должны избавиться от этого, — Сэм кивает в сторону Клинка. Кас согласно опускает голову, забирает с пола Клинок и прячет его в складках плаща. Вместе они направляются к выходу. Они только пересекли линию так и не зажжённого святого масла, когда Кастиэль останавливается. Сэм, почувствовав, что ангел больше не рядом с ним, делает то же самое. Он поворачивается и видит, что Кас смотрит на оковы, лежащие в том месте, где Абаддон выпустила Дина. — Сэм... — только и говорит он. — Нет, Кас. Нет. Дин и так через многое прошёл. Как ты думаешь, что он почувствует, когда проснется и поймёт, что и мы тоже приковали его цепью? — Сэм. Мы не знаем, каким проснется Дин. Даже без Первого Клинка он все ещё будет чрезвычайно опасен. До бункера долгая дорога, и кто знает, что произойдёт, если он придёт в себя раньше, чем ты дотуда доберёшься. Сэм понимает, что Кас прав. Этот Дин — маньяк, который не нуждается больше ни в чём, кроме как убивать — снова и снова. Сэм ненавидит себя за принятое решение, и все же уступает здравому смыслу. Он мягко опускает Дина на пол. — Я наложу на них защитное заклятье, как это делала Абаддон, — произносит Кас, надевая на запястья Дина наручники. — Даже если он придёт в себя, оно должно уменьшить влияние Метки. Он переходит к ногам. Сэм смотрит, как ангел поднимает испачканную в крови штанину и вздрагивает, когда видит на лодыжке кольцо, которое Дин, по-видимому, носил все время, пока его держала Абаддон. Кожа вокруг кольца стёрлась и кровоточила, но оно сгодится для того, чтобы прикрепить цепь, поэтому его приходится оставить. Кас бормочет заклинание и цепи кратко вспыхивают. Удовлетворённый тем, что Дин теперь неопасен, Кас отстраняется, позволяя Сэму снова взять брата на руки. — Теперь ты будешь в безопасности, — произносит Кас. Он роется в карманах плаща и достаёт оттуда клочок бумаги. Щелчок пальцами — и на бумаге появляются слова. — Это заклинание, чтобы открыть или закрыть цепи. Ты хочешь, чтобы я поехал с вами в бункер? Сэм качает головой. — Нет. Лучше займись уничтожением Первого Клинка. А если уничтожить его не получится, спрячь его лучше, чем это сделал Кроули. — Понятно. Будь осторожен, Сэм. Я присоединюсь к вам, как только закончу. Сэм относит Дина к машине и укладывает на заднее сиденье. Понимая, что каждая минута на счету, он быстро очищает и перевязывает единственное ножевое ранение, которое нанёс его брату демон в бесплодной попытке защититься. Накрывает Дина одеялом и спешит за руль. Добраться до мотеля, где они временно базировались с Касом, занимает двадцать минут. Сэму хотелось бы без остановок, прямиком помчаться в бункер, но здесь Импала. Он паркуется максимально близко к ней и переносит бесчувственное тело Дина, вздрагивая при звоне цепей. Его вещи по-прежнему в мотеле — туалетные принадлежности и немного одежды, ничего важного, и Сэм не тратит на них время. Как только Импала выезжает на основную дорогу, он звонит Чарли. — Сэм, — отвечает она срывающимся от волнения голосом. — Мы нашли его, — вместо приветствия говорит он и не может сдержать улыбки при торжествующем звуке на том конце провода. — Как он? Что произошло? Сэм выдаёт ей облагороженную версию событий, потому что ему ненавистна мысль, что Чарли хоть на секунду подумает о Дине как о каком-то монстре. Он заканчивает, сказав, что они скоро будут в бункере. — Хорошо, я подготовлю его комнату. — Э-э-э... Что касается комнаты... Думаю нам придётся оставить его в подвале, — он смотрит в зеркало заднего вида. Дин по-прежнему без сознания, — нам нужно быть осторожными. — О... хорошо... Хорошо, я все проверю и буду вас ждать. Сэм ожидает, что она скажет что-то вроде «Мир, сцуки!», или что-нибудь в равной степени похожее на Чарли, но вместо этого она говорит: — Хорошая работа, Сэм. Я знала, что у тебя получится. — Спасибо, что верила в нас, — отвечает Сэм абсолютно искренне.

***

Сэм едет почти час, а потом внезапно останавливает машину и вываливается на обочину дороги. Его рвёт, до тех пор, пока желудок не становится пуст, а горло не начинает гореть. Он стоит, пытаясь отдышаться. Это отсроченный шок от произошедшего, и он ждёт, когда адреналин, забушевавший в его крови, стихнет и он сможет вернуться в Импалу. Оставшийся семичасовой путь до бункера проходит без остановок. Сэм вымотан, он хочет спать, хочет чего-то кроме несвежей еды в придорожных закусочных, и он не может понять, рад он или расстроен тем, что Дин за всю поездку ни разу не пошевелился. Сэму приходит в голову, что, наверное, ему следовало сказать Чарли чуть больше правды. Дин выглядит ужасно. Он весь в крови, и Чарли решит, что произошло худшее, и Бог знает, что она подумает, когда Сэм скажет, что почти вся кровь — не Дина. Он заезжает в гараж и заглушает двигатель. Спустя секунду колебаний, он нежно гладит Импалу по приборной панели также, как это сделал бы брат, в знак благодарности за то, что она довезла их в целости и сохранности. Внутренняя дверь гаража открывается, являя собой Чарли. Она спешит к Сэму, тот, попутно разминая затёкшую спину, заключает её в объятья. Приветствие получается кратким — им обоим не терпится привести домой Дина. Чарли отступает, позволяя Сэму открыть заднюю дверь и на руках вытащить брата из машины. В одну секунду он вспоминает, как точно так же, на руках, нёс бездыханное тело брата после того, как Метатрон убил его. Сэм делает глубокий вдох и пытается понять, будет ли его сейчас снова рвать. Он подавляет ужас, напоминая себе, что на сей раз Дин жив. Одеяло, укрывающее Дина, спадает на пол, обнажая цепи. Сэм видит, как выражение лица Чарли мгновенно меняется, и она смотрит на него с молчаливым требованием объяснений. — Долгая история, — отвечает он и выдыхает с облегчением, когда она просто кивает. — Пойдём, — отзывается Чарли и проходит вперёд, чтобы открыть перед Сэмом двери. Они приносят Дина сразу в подвал. Чарли попыталась сделать его чуть более уютным, разместив складную кровать со спальными принадлежностями из комнаты Дина. Комната все ещё выглядит тёмной и зловещей, но Сэм успокаивает себя мыслью, что она все же лучше того подвала, где Дина держали на протяжении шести месяцев. Но перед тем как уложить брата на кровать, предстоит смыть с него всю кровь. — Я принесу немного тёплой воды и полотенца, — говорит Чарли Сэму, по-видимому, читая его мысли. — Спасибо. На то, чтобы отмыть Дина и переодеть его в свежую одежду, уходит почти час. Чарли одобрительно смотрит, как Сэм снимает с ноги брата то самое металлическое кольцо, оставив при этом остальные цепи и наручники. На ноге в этом месте — одна сплошная ссадина, которой тоже надо заняться. Он перевязывает рану, а цепь крепит к крюку на полу, затем осторожно поднимает брата и укладывает на кровать. Они стоят некоторое время молча, глядя на Дина, потом Чарли берёт Сэма за руку. — Он будет в порядке, — говорит она твёрдо. Сэм кивает, желая и себе такой же уверенности. — И ты тоже, когда поешь. И поспишь. Он собирается возразить, но внезапно понимает, насколько он действительно устал. Дин в безопасности и он позволяет Чарли увести себя из подвала. — Я буду регулярно проверять его, — уверяет она Сэма, — и как только увижу, что он приходит в себя, сразу же дам тебе знать. — Хорошо. Только... Чарли. Когда он проснется, что бы он ни говорил и ни делал — не заходи к нему. Она смотрит на Сэма, убеждаясь, что он говорит на полном серьёзе. — Договорились. Сэм съедает сэндвич и направляется в свою комнату. Он идёт неохотно, думая, что сегодня не сможет заснуть, но стоит ему прилечь на кровать, как он чувствует, что сон тянет его в свои объятья. Он говорит себе, что будет спать не очень долго, но проваливается в сон, даже не успев снять ботинки.

***

Сэм просыпается дезориентированный. Как только он понимает, где находится, он бросает быстрый взгляд на часы и тут же вскакивает с кровати. Судя по циферблату, он проспал несколько часов, и Дин, должно быть, уже пришёл в сознание. Почему же Чарли не разбудила его? Сэм убеждает себя, что Чарли не пойдёт в комнату страха, особенно после того, как он ясно предупредил её, но беспокойство берёт верх и он чуть ли не бежит по коридорам бункера. Он огибает последний угол и обнаруживает Чарли, сидящей около комнаты с потрепанным томом «Говорящего от имени мёртвых». («Speaker for the Dead» автор Кард Орсон — прим.). Она смотрит на запыхавшегося Сэма с понимающей улыбкой на губах. — Ты подумал, что я зашла в комнату, да? — спрашивает она, захлопывая книгу. Он смущённо улыбается в ответ. — Прости. Не думал, что просплю так долго. Чарли невозмутимо пожимает плечами. — Ничего из ряда вон выходящего не происходило, и я решила, дать тебе отдохнуть подольше. Не хотела тебя волновать. — Эй, все в порядке, — отвечает Сэм и они некоторое время наблюдают за спящим Дином через смотровое окно, — просто я никак не могу поверить, что нам удалось его вернуть. — Попытаешься его разбудить? — спрашивает Чарли. Сэм уже думал об этом и успел принять решение. Несомненно, он хотел бы разбудить брата, и все же, он не готов к тому, что может после этого произойти. Пусть это будет самообман, но он позволит надежде на то, что Дин вернулся не только физически, но и морально, продержаться немного дольше. — Не сейчас. Ему нужно отдохнуть. Мы не знаем, через что ему пришлось пройти за все эти месяцы, но то, что произошло за последние несколько часов... — Она мертва? — просто спрашивает Чарли. Сэм вздрагивает, когда перед его глазами вновь разворачивается картина — все, что осталось от Абаддон и Дин, добивающий Клинком её бездыханное тело. — Совершенно точно мертва. Чарли изучает его лицо в течение мгновения. — Не буду спрашивать, почему ты так уверен, — наконец, благоразумно произносит она. Сэм с благодарностью кивает. — Так или иначе, теперь твоя очередь отдыхать. А я остаюсь здесь. — Ладно. Зови, когда что-то понадобится. — Договорились. И ещё раз спасибо, Чарли! Она улыбается и поднимает книгу. — Не за что. Когда Чарли скрывается из виду, Сэм открывает тяжёлую металлическую дверь. Скрип несмазанных петель разбудил бы кого угодно, но Дин даже не шевелится. Сэм ступает в комнату и идёт прямо к кровати. Дыхание Дина глубоко и размеренно. Сэм мог бы вообразить, что брат просто спит. Сейчас он проснется, потянется, и широко улыбнётся при мысли о завтраке. Но полное отсутствие движения указывает на то, что он без сознания. Сэм хотел бы позвать Кастиэля, чтобы посмотреть, будет ли удивлён ангел тем, что Дин все ещё не пришёл в себя. С другой стороны, он знает, каким будет ответ. Кас не хотел выводить Дина из строя таким образом именно из-за последствий. Поэтому он должен быть терпелив и благодарен Кастиэлю за то, что его благодать не убила брата сразу же. Сэм смотрит на Дина ещё несколько минут, потом выходит и запирает дверь. Занимает место Чарли и ждёт.

***

Кастиэль звонит несколько часов спустя. Сэм немного расстроен тем, что ангел не может присутствовать здесь лично. Он хотел бы посмотреть на реакцию Кастиэля после новости о том, что Дин ещё не проснулся. Как и ожидалось, Кас не может обозначить временные рамки, когда Дин придёт в себя, но судя по голосу, он не слишком обеспокоен этим. Сэм убеждает себя, что это хороший знак. Кас также сообщает, что спрятал Клинок. Жаль, конечно, что не уничтожил, но в любом случае это лучше, чем если бы он опять попал в руки Кроули. Сэм продолжает ждать. Часы идут, к нему наведывается Чарли и предлагает сменить его, но Сэм отказывается, утверждая, что не устал, и не хочет никуда отходить. Он дремлет на стуле, когда слышит скрежет цепей. Ему требуется пара секунд, чтобы понять, что звук идёт из-за закрытой двери. Он мгновенно просыпается и вскакивает на ноги. Дин сидит на кровати спиной к брату, чуть сгорбившись. Сэм не видит его лицо и не может понять, то ли Дину больно, то ли он просто пытается понять, где находится. Наконец, он поворачивается и мельком видит лицо Сэма, всматривающегося через маленькое окно. Проходит доля секунды, потом Дин резко вскакивает с кровати. На его лице — нечеловеческая, безумная ярость и он с поистине звериным рыком бросается на дверь. Совершенно неготовый к этому, Сэм отшатывается, забыв про надёжный металлический барьер между ними. В последний момент цепь натягивается и Дин падает на колени, продолжая рваться в бой даже со скованными руками, пытаясь напасть, догнать, порвать на куски своих врагов. Сэм смотрит на брата и его сердце ухает в груди. Дин — как дикий зверь, и Сэм не понимает, как успокоить его, но он должен попробовать. Его инстинкты и опыт подсказывают ему, что лучше остаться с этой стороны двери. — Дин? Дин! Послушай меня! Ты в безопасности. Тебе не нужно больше бороться! Если Дин и слышит его, он никак этого не показывает. Он мечется, яростно тянет цепи и Сэм начинает серьёзно беспокоиться, что он причинит себе боль. Сэм спорит сам с собой, стоит ли ему зайти в комнату, когда слышит за спиной шаги Чарли. Неудивительно, шум из подвала, должно быть, слышен по всему бункеру. — Сэм, что с ним? Он хочет загородить ей обзор, чтобы помешать увидеть Дина — не поддающегося контролю, рычащего зверя, но это бессмысленно. Он отходит и позволяет ей заглянуть в окно. — Я должен зайти, — решительно произносит он. Чарли поворачивается и смотрит на Сэма. — Сэм, нет. — Я должен попробовать, я должен сделать хоть что-то! — Сэм, — твёрдо повторяет Чарли, — по крайней мере, дождись Кастиэля. Ты сам говорил, что он может появиться здесь в любую минуту. Она права, но как сложно это сделать, когда за дверью в страхе и ярости бьётся твой брат. Сэм снова выглядывает в окошко. Дин успокоился, он вспотел и тяжело дышит. Понятно, что это лишь временное затишье, скоро Дин снова начнёт свою борьбу. Его глаза дикие и несфокусированные, он затравленно оглядывается, по-видимому, в поисках спасения. — Хорошо, — неохотно произносит Сэм, оторвавшись от окна, и вспомнив, что так и не ответил Чарли, — хорошо. Я буду ждать.

***

К счастью, Кас появляется уже через несколько часов. Они переживают очередное затишье, прежде чем Дин снова начнёт борьбу. — Он сказал что-нибудь? — спрашивает Кас, после того, как Сэм рассказал ему о произошедшем. — Нет, он просто... — Сэм останавливается, пытаясь найти такое описание, которое не обесчеловечивало бы брата, но терпит неудачу, — он как животное, Кас. Кастиэль кивает, но не озвучивает своей мысли. Они подходят к подвалу и ангел смотрит в окно. — Сейчас он спокоен. — Да. Он становится безумным, а потом останавливается, будто копит энергию, и все повторяется снова. Я пытался заговорить с ним, но он не реагирует. И я пообещал Чарли, что не пойду к нему без тебя. — Мудрое решение, — отзывается Кас и начинает отпирать дверь. Когда Сэм делает шаг вслед за ним, он оборачивается: — Ты остаёшься здесь. — Кас... — Сэм, пожалуйста. Просто дай мне минуту. Дин меряет шагами комнату, как тигр в клетке. Звук открывающейся двери привлекает его внимание. Цепь не позволяет ему достичь выхода, но он все равно делает выпад в сторону Кастиэля. Снаружи Сэм, затаив дыхание наблюдает, как Кас просто стоит и молча смотрит на Дина, бесплодно рвущего цепь в надежде достать до ангела. Спустя несколько бесконечных минут Кас качает головой, поворачивается на каблуках и выходит из комнаты, сопровождаемый возмущённым рыком Дина. Надежно заперев дверь, Сэм обращает все свое внимание на Кастиэля. Его обычно трудно прочитать из-за ограниченного эмоционального диапазона, но прямо сейчас на его лице написано искреннее расстройство. — Я так сожалею, Сэм, — говорит он, — я пытался поговорить с Дином непосредственно в его сознании, но он так и не дал ответа. — Хорошо... — медленно отвечает Сэм, пытаясь обработать эту информацию, — и что это означает? — Это означает, что Дин... то есть Дин, которого мы знаем, сейчас не там. Поэтому твоя аналогия с животным, к сожалению, имеет место. Сэм чувствует, как земля уходит у него из-под ног, и он не знает, как быть дальше. Он растеряно смотрит на дверь в подвал, в котором сейчас его живой, дышащий брат, и все же, как сказал Кас, его там нет. Там лишь оболочка — сосуд в виде Дина, оставленный после того, как экипаж покинул корабль. — И... и как быть? Он навсегда останется таким, или есть шанс на улучшение? Он знает ответ ещё до того, как Кас открывает рот, чтобы ответить. Почти все в их мире не имеет инструкции по эксплуатации, поэтому невозможно предугадать, как будут развиваться события. — Прости Сэм. Я не могу дать тебе ответ, на который ты рассчитываешь. Теперь нам нужно... — Время? — Сэм еле сдерживает возмущение, — я уже успел догадаться. Он ещё раз смотрит на Дина и уходит в комнаты бункера, чтобы рассказать Чарли последние новости.

***

После столкновения с Абаддон Сэм полагал, что они были бы благодарны любой мелочи, но теперь он начинает сомневаться, что им удастся изменить хоть что-то. Он едва может заставить себя признать, что прошло уже три недели с тех пор, как они привезли Дина в бункер и заперли в подвале, и за это время не было никакого прогресса. Несколько раз в день Сэм или Кас относят Дину еду, и он ест, будто на каком-то автономном уровне понимает, что еда ему нужна, чтобы выжить. А в остальном он такой же — тихий вплоть до того, как кто-то попытается установить с ним контакт. Любой человек, приближающийся к подвалу, превращает Дина в безумного рычащего зверя с жаждой крови в глазах. Кастиэль по-прежнему пытается достучаться до сознания Дина, но ответ все тот же — тишина. Он каждый раз сообщает об этом Сэму, но они никогда не обсуждают, сколько ещё Кас будет продолжать свои попытки, и что они будут делать, если так и не добьются результата. Рядом с Чарли и Касом Сэм пытается казаться сильным и уверенным. Сколько раз они были в ситуациях, которые казались безнадёжными, и все же они жили лишь для того, чтобы продолжить свою борьбу на другой день. Но оставаясь один, он позволяет этим стенам разрушиться. Как тогда, когда он принес своего мёртвого брата в бункер после рокового финального сражения с Метатроном, он кричит в небеса, Рай и Ад, обвиняя их в несправедливости и бездействии. Тогда было тяжело, но сейчас ещё хуже. Его брат жив, но он — Дин лишь в своих физических проявлениях. Он думает о Дине — его Дине и задаётся вопросом, как брат отнёсся бы к себе такому. И когда не остаётся уже сил на иллюзии, Сэм сам себе отвечает — брат хотел бы, наконец, обрести покой, а не страдать от унижения быть безумным существом, опасным для общества. Дин часто приходит к Сэму во сне. Иногда, это тот Дин, которого он видел на складе — сильный, угроза любому, кто дышит и чьё сердце бьётся. А иногда это Дин, который любит жареные сэндвичи с сыром и матрасы с эффектом памяти. Этот Дин качает головой и смотрит на него печально. Я знаю, что ты не остановишься, Сэмми, и я знаю, что ты смело можешь сказать «На себя посмотри», но ты не сможешь спасти меня, Сэмми, не в этот раз. Пожалуйста, не заставляй меня жить такой жизнью, дай мне умереть... — Сэм! Он выныривает из сна от настойчивой тряски за плечо. Чарли стоит, полуосвещённая светом из коридора и беспокойство на её лице заставляет Сэма мгновенно проснуться. — Что случилось? — он рывком садится, чуть не врезавшись в неё головой. — Это Дин. Ты должен пойти к нему! Он босиком бежит к подвалу. Дверь открыта, но прежде, чем Сэм успевает испугаться, что Дин сбежал, он видит в комнате Кастиэля. Ангел стоит перед Дином, который лежит на полу в позе эмбриона. — Кас! Что с ним? Кастиэль вздыхает. — Это Метка. Ты же знаешь, что для Дина это как зависимость. Он должен убивать. — Так что это? Ломка? — Точно. Ему было трудно лишиться Первого Клинка, но недели, за которые он не пролил ни капли крови, заставляют Метку реагировать — своеобразный инстинкт самосохранения. Если бы Дин не был заперт, он бы, бесспорно, сейчас кинулся убивать, просто для того, чтобы остановить боль. Сэм проводит рукой по волосам. Ему снова вспоминается его сон. Это не та жизнь, о которой мечтал его брат, и это причиняет страдания и Сэму тоже. — Так что теперь делать? — спрашивает он в надежде, что всё-таки услышит ответ. — Я могу уменьшить его боль, но в целом нам остаётся только ждать и надеяться, что Дин будет достаточно силен, чтобы пережить отказ. — Боже... — Я знаю. И Сэм... не воспринимай это как решение проблемы. Позволь своему брату самому решить, что делать со своей жизнью. Сэму кажется, что из комнаты откачали весь кислород. Он слышит Каса, но ему приходится дважды прокручивать в голове слова, чтобы понять их смысл. — Пожалуйста... Просто сделай все, что можешь. Кас приседает рядом с Дином, свернувшимся калачиком на полу, и кладёт ладонь на его голову. Сэм видит едва заметную вспышку света. Дин вздрагивает, потом закрывает глаза и черты его лица, искажённые от боли, смягчаются. — Он потерял сознание? — Просто спит. Сэм кивает, склоняется над братом и осторожно поднимает его, чтобы отнести в кровать. Дин выглядит таким хрупким, что Сэму хочется защитить и оградить его от любой опасности. Кас идёт к выходу. — Я останусь с ним, — твёрдо объявляет Сэм, когда ангел вопросительно смотрит на него. — Сэм... — Кас. Если есть хоть малейшая возможность, что Дин не выживет, я не собираюсь оставлять его здесь в одиночестве. Я не брошу его здесь и не позволю ему никуда уйти. Запри дверь и вы с Чарли можете быть уверены, что находитесь в безопасности. Пожалуйста, Кас, — добавляет он, когда видит, что Кас собирается возразить. — Хорошо. Но я буду регулярно проверять вас. — Спасибо. Сэм слушает, как гремит запираемый замок. Ему даже не приходит в голову, что теперь он, безоружный, заперт в одной комнате с самым опасным убийцей, которого когда-либо знал этот мир. Все что он видит — это Дин, один в своей боли, и он не бросит его. — Эй, старик, — говорит Сэм, желая разрушить тишину, — опять остались только мы с тобой, да?

***

Следующие сорок восемь часов сливаются в одно пятно. Дин прогрессирует от кашля кровью к рвоте в таких тревожных количествах, что кажется, скоро останется без внутренностей. В один момент Сэм даёт себе слабину и почти решает найти Дину какого-нибудь монстра, чтобы он смог убить его и почувствовать себя хоть чуть-чуть лучше, но вовремя останавливается и ругает себя за эти мысли. В периоды бодрствования Дин по-прежнему не идёт на контакт, но и не пытается напасть. У него жар, и Сэм терпеливо делает ему ледяные компрессы, пока температура не спадает. Он постоянно говорит с ним, даже несмотря на то, что брат никак не показывает, что слышит его. Каждый раз, когда Дин двигается, грохот цепей напоминает Сэму, что эта ситуация даже для них является исключительной. Иногда он едва удерживает себя от того, чтобы снять кандалы, но он знает, что Кас не даст ему этого сделать. Кастиэль приносит им еду, хотя еда была последней, в чём нуждался Дин в течение этих сорока восьми часов. Сэму удаётся влить ему несколько глотков воды, и это все. Дин выглядит кошмарно. Но он держится. На третий день он выкашливает уже меньше крови, а когда ему приносят еду, он проявляет к ней некоторый интерес, к нему медленно возвращается аппетит. Сэм, все ещё не решаясь думать о том, что основная угроза миновала, идёт за свежей одеждой для брата. Когда он возвращается, он видит в комнате Каса и что-то в выражении его лица заставляет Сэма остановиться на пороге. Ангел как будто где-то далеко и Сэм не сразу решается задать вопрос. Что-то не так, думает он, переводя взгляд с Каса на Дина. Брат спит, по крайней мере, Сэм на это надеется. — Кас? Что происходит? — Я только что говорил с Дином, — отвечает он, глядя на тёмную фигуру на кровати, — в его сознании. И на сей раз я получил ответ. Всего одно слово. — Какое слово? — Ты, Сэм, — отвечает Кас чуть улыбаясь, — он назвал твоё имя.

***

Следующие несколько дней Дин проводит в кататоническом состоянии. Сэм, зная что брат уже с ним, пусть и где-то мысленно, постоянно говорит с ним. Кас пытается общаться телепатически, и, хотя он не получает ответа, он заверяет Сэма, что состояние Дина улучшилось — его ум снова пришёл в себя. Неделю спустя Сэм объявляет, что собирается снять цепи. Он уже готов к возражениям Каса и Чарли, но не получает ни одного голоса против, что оказывается приятным сюрпризом. Он настаивает, тем не менее, что Чарли и Кас будут ждать его снаружи, заперев дверь в подвал. Это его решение, и он готов к возможным последствиям. Все эти дни Сэм фактически жил вместе с братом. Чарли деликатно намекает, что его рубашка скоро разовьёт собственную экосистему. Сэм намёк понимает и уходит принять душ и переодеться. — Эй, Дин, — зовёт он негромко, вернувшись в комнату после душа. Дин лежит на кровати на боку, сложив перед собой руки в наручниках. Его глаза открыты, но они никак не реагируют на присутствие Сэма, даже когда тот стоит в поле его зрения. — Как насчёт того, чтобы снять их, а? Сэм чувствует спиной пристальный взгляд Кастиэля, который наблюдает за ними через смотровое окно, готовый кинуться на помощь, если Сэм окажется в опасности. Сэм желал бы быть в этот момент наедине с братом, но это — уступка, но которую ему пришлось пойти, чтобы Кастиэль дал ему снять цепи. Так и не дождавшись реакции от Дина, он вынимает из кармана листок, который Кас дал ему несколько бесконечных недель назад, и произносит заклинание. Манжеты открываются. Изучая равнодушное лицо брата, Сэм улыбается и растирает его запястья. — Давай, Дин, — говорит он ободряюще, — я знаю что ты там, старик! Дверь скрипит, затем слышатся шаги Каса. Ангел заходит в подвал с озадаченным выражением на лице. — Что? — спрашивает Сэм. — Дин говорил со мной, — отвечает Кастиэль, и делает паузу, которая подсказывает Сэму, что это опять будут неприятные новости. — Он говорит: верни их обратно. Сэм смотрит на цепи, потом на Дина. Дин по-прежнему смотрит вперёд, но из угла его глаза выскальзывает слеза. — Он говорит, что он опасен, — продолжает Кас. — Нет, — твёрдо отвечает Сэм, приседая так, чтобы оказаться на уровне глаз Дина. Брат не смотрит на него, но Сэм знает, что он осознаёт все, что происходит. — Они тебе больше не нужны. Я снял бы их несколько недель тому назад, но тогда ты был не готов. Теперь тебе гораздо лучше. Ты должен верить в это. Ты можешь противостоять Метке Каина, точно так же, как и раньше, потому что ты становишься сильнее с каждым днём. Ты — мой брат, Дин, и я никогда не разочаруюсь в тебе, слышишь? Он прекращает говорить и смотрит на Каса. Если Дин и ответит, он сделает это через ангела. Кастиэль пожимает плечами. Дин ушёл в себя и тишина была ответом. Цепи остаются на месте.

***

Последующие попытки сблизиться походят на приручение раненого зверя. Дни превращаются в недели, а восстановление Дина почти незаметно. Он уже не ведёт себя агрессивно, как тогда, два месяца назад, когда только вернулся в бункер, а неделю назад Сэм снял с него кандалы без каких-либо катастрофических последствий. Дин ест, спит и перемещается по подвалу, но не проявляет никакого интереса к остальной части бункера. Он не произнёс ни слова, даже телепатически Касу, но он стал самим собой, и это самая большая победа. Сэм собирает Каса и Чарли посовещаться, когда со дня, как они спасли Дина, прошло три месяца. Он хочет выпустить брата из подвала, но не может сделать этого без согласия остальных. Кас и Чарли многое сделали для них с Дином, и Сэм чувствует себя обязанным. Он выдыхает с облегчением, когда не слышит никаких возражений. Более того, Кастиэль уверен, что Дин уже не ощущает жажды крови, и его восстановление может затормозиться, если он так и останется в подвале. Однако радость Сэма длится недолго. Даже с распахнутой настежь дверью, с заверениями в поддержке и поощрениями, Дин отказывается добровольно переступать через порог. — Давай же, старик, — в сотый раз говорит Сэм. Он уже неделю не запирает дверь и каждый день уверяет Дина, что тот может выйти, но Дин упрямо остаётся на месте. Физически он выглядит почти неплохо, но выражение его лица показывает, что он постоянно балансирует на краю. — Чего ты боишься? — спрашивает Сэм как можно спокойнее, но не может скрыть расстройства в голосе, потому что Дин стоит так далеко от двери, насколько это вообще возможно. Сэму уже удалось наладить с братом зрительный контакт, хоть и очень краткий. Дин быстро смотрит на Сэма и тут же опускает глаза к полу. — Это просто бункер, Дин. Давай же, ты не сможешь остаться здесь навсегда. Другой быстрый взгляд — возможно способ Дина утверждать, что сможет. — Хорошо. Это твой выбор. Я не собираюсь принуждать тебя, если ты сам не готов. Сэм встаёт и направляется к выходу из подвала. В дверях он оборачивается. Дин стоит там же, где и был. Он вздыхает и выходит в коридор. Чарли сидит за столом, уткнувшись в ноутбук. Когда Сэм со вздохом опускается рядом, она прекращает печатать и отрывается от экрана. — Так и не вышел? — Нет. Он качает головой и прикрывает глаза. Несмотря на то что ситуация с Дином не такая стрессовая, как была вначале, Сэм не может сказать, что он хорошо спит. «Утомлённый» — так можно описать его состояние. — И дело в том, что он не виноват, — продолжает Сэм, — я имею в виду, ничего не изменилось — Дин все ещё носит Метку Каина. Я помню, как пообещал ему, что не позволю случиться с ним ничему плохому, и посмотри, как мне это удалось. — Сэм, прекрати ненавидеть себя за это, - Чарли закрывает ноутбук и кладёт на него сложенные руки, — конечно, Дину непросто все это пережить, но Абаддон мертва, а о местонахождении Клинка знают лишь те, кто никогда не позволит, чтобы он снова оказался в его руках. Дин вернётся, обязательно. Она права. Сэм помнил с точностью до детали, как Кас пытался пообщаться с Дином в первый раз после его возвращения и как не получил никакого ответа. В тот момент они и мечтать не могли о том, что имеют сейчас. Дин травмирован, и неблагоразумно ожидать от него, что он моментально восстановится только потому, что Сэму этого очень хочется. — Ты права, — отвечает, наконец, Сэм, — у нас нет и быть не может никаких точных сроков. И я не должен торопить события. — Что ты решил насчёт колледжа? — спрашивает Чарли, меняя тему. — Я думал об этом... Моё место ещё закреплено за мной и я могу возобновить курс в сентябре... Если все будет хорошо. Точнее, начать заново. В колледже считают, что я ухаживаю за больным членом семьи, и относятся к этому с пониманием. Но я пропустил столько уроков, что просто не смогу перейти к следующему году. — Ты ведь не переживаешь по этому поводу? — Нет, — решительно отвечает Сэм. — то есть я хочу учиться, но сейчас Дин — мой приоритет. И пока он не придёт в порядок, я даже думать не могу о колледже. Так будет лучше для всех. И кстати, мы ведь вынудили тебя переехать в бункер, а теперь и сами не выходим отсюда... — Что? Не беспокойся об этом, Сэм, все хорошо, — удивлённо отвечает Чарли, — это в первую очередь ваш дом. И он всегда будет вашим, и если вам захочется вернуться сюда, я готова съехать в любой момент... — Нет, — отзывается Сэм, — у нас есть новый дом, и наша основная задача состоит в том, чтобы однажды туда вернуться. У Дина по-прежнему Метка, и пока мы не нашли способ её удалить, нам просто нужно быть более бдительными, чем в прошлый раз. — А пока этот день не наступил, этот дом — ваш, хорошо?

***

Сэм не торопится возвращаться в подвал. Он надеется, что его долгое отсутствие пробудит в Дине любопытство и он переступит, наконец, порог. Но в итоге Сэм ломается первым. Он возвращается к брату и находит того сидящим на полу, прижавшись спиной к дальней стене. Сэм изучает его пару мгновений, а потом садится рядом, так близко, что их плечи соприкасаются. Он все ждёт, что Дин отодвинется или отойдёт, но брат не делает никаких попыток уйти от контакта. Так они сидят в тишине несколько минут. — Прости, что подгонял тебя, — начинает, наконец, Сэм, — ты можешь остаться здесь, это нормально, честно. Ты не раб и не пленник, Дин. Я просто хотел, чтобы ты приходил и уходил, когда захочешь. Внезапно Дин резко кивает, чуть не повергая Сэма в шок, но тот умудряется взять себя в руки. — Абаддон мертва, Дин, — продолжает он тихо, прижавшись к плечу брата, — не дай ей победить. Он встаёт и выходит из подвала, молясь, что не перегнул палку.

***

Проходит ещё несколько дней, когда Дину все же удаётся взять над собой верх. Чарли уехала за продуктами, Кастиэль улетел по своим ангельским делам и не показывался в бункере уже несколько дней. Вероятно, именно отсутствие посторонних сыграло свою роль. Сэм читает новости за компьютером, когда краем глаза улавливает движение в стороне. Он поднимает взгляд и видит, как Дин приближается нерешительно, озираясь, будто в поисках возможной опасности. Рука Сэма вздрагивает на тачпаде, сам он против воли начинает широко улыбаться. — Эй, — говорит он, — рад снова тебя видеть, дружище! Взгляд Дина, наконец, останавливается на нём. Сэм ведёт себя так, будто нет совершенно ничего необычного, что брат стоит сейчас перед ним в библиотеке бункера. — Ты есть будешь? — спрашивает он, — я как раз собирался сделать себе сэндвич. В ответ — быстрый подъем бровей — «звучит неплохо». — Пиво? На этот раз Дин качает головой отрицательно, всем своим видом показывая, что у него есть причины говорить «нет», но он не будет их пока озвучивать. Сэм поднимается из-за стола и направляется на кухню. Он бросает ещё один взгляд на Дина и чувствует укол ностальгии при виде брата, просто сидящего за столом. Сколько раз они проводили так время между охотами, когда бункер был ещё их домом... Когда Сэм возвращается с обедом, Дин по-прежнему сидит за столом. Однако, теперь он развернул ноутбук экраном к себе и, кажется, полностью поглощён тем, что читает. Он вздрагивает, когда Сэм ставит рядом тарелку, но тут же возвращается к созерцанию экрана. Не справившись с любопытством, Сэм тоже косится на экран и не видит ничего, привлекающего внимание. — Дин, ты в порядке? Дин поворачивается и, возмущённо указывая взглядом на экран, делает такие жесты, будто удивлён до крайности, и вообще, не может поверить во что-то. Сэм беспомощно пожимает плечами, Дин закатывает глаза и открывает новый документ Word. — Кливленд Браунз выиграли Суперкубок? Что за хрень? Сэм на пару секунд теряет дар речи, но Дин выглядит совершенно ошеломлённым новостями. Он не имел контактов с внешним миром на протяжении шести месяцев, напоминает себе Сэм и безуспешно пытается представить, каково это. Он наблюдает, как Дин тянется к своему бутерброду и готовится рассказывать.

***

Сэм заканчивает свой краткий пересказ наиболее существенных событий последних месяцев как раз тогда, когда из магазина возвращается Чарли. Она тепло улыбается при виде братьев, сидящих за одним столом и собирается тихонько прокрасться в свою комнату, но Сэм окликает её. — Я просто рассказываю Дину обо всём, что произошло, пока его не было, — он произносит «не было» таким тоном, будто Дин был в отпуске, — не поможешь мне? Чарли говорит, а Сэм наблюдает за братом. Тот слушает, так ни разу не подняв взгляда на собеседницу. Самое вероятное объяснение этому — неловкость. Дин знает, что Чарли все это время была здесь, весь тот период, когда он находился под влиянием Первого Клинка, но она ни единым движением не показывает, что её это сильно задевает. — Слушайте, — внезапно прервав саму себя, говорит она, — как насчёт маленького марафона «Игры престолов» сегодня вечером? Сэм смотрит, как Дин улыбается и кивает. Он благодарен Чарли за то, что принесла в дом немного нормальности. — Отличный план, — одобряет он. Дин тем временем возвращается к ноутбуку и вскоре на экране появляется надпись: Джоффри все ещё такой же мудак? Кто-то должен был надрать ему задницу! Сэм переглядывается с Чарли, которая безуспешно пытается удержать невозмутимое лицо. — Никаких спойлеров, — наконец, произносит она, и возвращается к пакетам с продуктами, которые бросила на входе. Дин провожает её взглядом, потом смотрит на брата с очень красноречивым выражением лица «Как можно быть таким ботаником?». Сэм смеётся и хлопает Дина по плечу. Он действительно с нетерпением ожидает сегодняшнего вечера. Тем же вечером Дин впервые ест с ними за одним столом. Несмотря на то, что он так и не произнёс вслух ни слова, атмосфера на удивление уютная и расслабленная. Сэм предлагает ему пива, но он снова оказывается. После ужина они направляются в комнату Сэма, чтобы посмотреть телевизор. Сэм задаётся вопросом, почему им никогда не приходило в голову обустроить нормальную гостиную, и он почти предлагает эту идею, когда начинаются выяснения, кто займёт кровать, а кто стул, но останавливается. Это больше не их дом. Их дом — тот, который им пришлось покинуть. Кас проверял его пару раз, счета исправно оплачиваются через интернет, но Дин по понятным причинам уже давно не занимается его ремонтом. Сэму остаётся только надеяться, что время и погода не возьмут своё и дом будет пригодным для жизни, когда они вернутся. Чарли включает телевизор. Сэм смотрит на Дина, который сам себя назначил хранителем вяленой говядины и не может сдержать улыбку. Они смотрят первый эпизод. Люди на экране начинают кроваво умирать почти с первых минут, что, в общем-то, характерно для «Игры престолов». Но Сэм чувствует, что Дин рядом с ним начинает ёрзать. Он собирается спросить, все ли в порядке, но в этот момент Дин вскакивает с кровати и бросается прочь из комнаты. Распахнутая дверь ударяется о стену. Сэм смотрит на Чарли — та подтверждает его догадку, что Дин вовсе не в туалет вышел. Не теряя времени, он бросается вслед за братом. Он прекрасно знает, где искать Дина. Несмотря на то что ранее подвал в бункере использовался исключительно как место, где они выбивали информацию из демонов, теперь Дин рассматривает его как своё убежище. Сердце Сэма начинает ныть, когда он убеждается в своей правоте. Дин сидит на полу у стены, спрятав лицо в сложенные руки. — Дин? — мягко окликает его Сэм. Ему не видно выражения лица брата, но, подойдя ближе, он понимает, что Дин дрожит. — Эй, все хорошо... Он приседает рядом и кладёт руку на плечо брата. Дин вздрагивает всем телом и чуть не заваливается набок от неожиданности. — Хорошо, хорошо... Ты хочешь, чтобы я ушёл? Дин, наконец, поднимает голову и кивает. — Ладно. Я буду рядом если что. Или... — Сэму приходит в голову, что ранее Кастиэль неплохо справлялся с такими ситуациями, — или ты хочешь, чтобы я позвал Каса? Он совершенно не ожидает, что Дин начинает энергично кивать. — Конечно, я позвоню ему. А ты держись, ладно? Сэм возвращается в главную часть бункера, туда, где ловит сотовая связь. Чарли уже там, она собирается сказать что-то, но останавливается, когда видит, что Сэм набирает номер. — Кас! — чуть не кричит он, когда ангел берёт трубку, — где ты? — Я уже возвращаюсь, буду приблизительно через полчаса. Я оказался в одном небольшом городке и там есть магазин, где продают эти забавные... — Кас, ты нужен Дину. — Почему? Что произошло? — Я точно не знаю. Он, наконец, вышел из подвала, и даже пообедал со мной и Чарли, потом вдруг разволновался. Вернулся обратно в подвал и отказывается оттуда выходить. Но когда я предложил позвать тебя, он сразу согласился. Пожалуйста, поторопись, Кас. Он игнорирует крошечный укол ревности от того, что Дин ясно дал понять, в ком сейчас нуждается. — Я постараюсь приехать как можно быстрее. Сэм нажимает на отбой и встречает пристальный взгляд Чарли. — Сэм? — Я не знаю. Надеюсь, Дин расскажет Касу, что произошло. А мне следовало знать, что все будет непросто.

***

Кас появляется в бункере через двадцать минут. Выслушав краткий рассказ Сэма, он исчезает в подвале. Сэм все это время дежурит у двери. Наконец, Кастиэль выходит в коридор. — Он спит, — объявляет ангел, — он хотел, чтобы я приехал, потому что боялся, что могут потребоваться мои силы, чтобы сдержать его. — Твои силы? — Сэм хмурится, — почему? Кастиэль присаживается рядом с ним. — Что вы смотрели? Игру престолов? На мой взгляд, достаточно жестокий сериал. Это серьёзное приуменьшение, но Сэм просто кивает. — Дин... Дин обеспокоен тем, как он отреагирует на насилие. Он боится, что оно будет подпитывать Метку и сделает его тем, кем он был после плена у Абаддон. Сэм закрывает глаза и мысленно отвешивает себе подзатыльник. Все было так очевидно! Все, что волновало Дина, и то, каким образом он нашёл путь назад — посредством отказа от алкоголя и насилия в любом виде — все только для того, чтобы не превратиться снова в кровожадное животное. — Черт, Кас, я был ослом! Как я мог не заметить того, что Дин беспокоился в первую очередь о нашей безопасности. — Твой брат не слишком любит проявлять чувства. — Это не отменяет того факта, что я все испортил. Кас делает сочувственное лицо — одно из выражений, которое он усовершенствовал за годы, проведённые на земле. — В чём вы, Винчестеры, добились однозначного успеха — так это в самокритике. Дин будет в порядке и тебе незачем обвинять себя. — Я просто хочу, чтобы он заговорил, — отвечает Сэм и чувствует себя полным придурком, потому что это звучит так, будто он недоволен ничем, что бы Дин ни сделал, — я знаю, что он молчал долгое время, когда был ребёнком... когда умерла наша мама. Он проводит рукой по лицу. — И я переживаю, что не могу понять, что он хочет и как себя чувствует. Кастиэль молчит, но на его лице отображается выражение глубокой задумчивости. — Если хочешь, я могу спросить у него об этом. Сэм открывает рот, чтобы сказать что-то, но останавливается. Это имеет смысл, ведь Кас может общаться с Дином напрямую, с другой стороны, речь идёт о личных вещах, и Сэм не уверен, что у Каса хватит такта. И все же, у них с Дином имеется связь, которую сам ангел описал как «глубокую». И потом, именно Кастиэля Дин позвал, когда потребовалась моральная поддержка. Что бы Кас ни выкинул по причине собственной простоты, Дин наверняка поймёт его. — Хорошо. Только не дави на него, ладно? — Понял. Я поговорю с ним завтра утром. — Спасибо, Кас. Без тебя мы не справились бы. Сэм молчит некоторое время, потом продолжает: — Какие новости? — Все тихо. Смерть Абаддон, похоже, привела к тому, что в Аду воцарился порядок. Её союзники либо мертвы, либо примкнули к Кроули, а он, в свою очередь, запретил демонам приближаться к вам обоим. Но даже если бы он этого не сделал, сомневаюсь, что кто-то из демонов рискнул бы к вам наведаться. Кас не объясняет почему, а Сэм и не спрашивает — все и так понятно. У одного из них есть Метка Каина, и этого достаточно, чтобы демоны держались в стороне. Выжившие после бойни на складе, конечно, будут распускать слухи, и если демоны и лгут, то только приукрашают правду. Хочет Дин или нет, он стал легендой. — А небеса? — То же самое. Ангелы удовлетворены положением вещей — Метатрон под замком. Тишина. — Хорошо. Разговор сам собой сходит на нет. Самое время расходиться по комнатам. Кас желает спокойной ночи и удаляется. Сэм напоследок смотрит на брата — тот спит, явно не без помощи Кастиэля. Сэм напоминает себе, что, хоть день и кончился неудачно, он принёс немало хороших новостей. Дин делает уверенные шаги вперёд, и теперь ясен источник его страхов, а значит — дальше будет проще.

***

На следующее утро Кас заходит на кухню, когда Сэм уже ест завтрак. Ангел выглядит так, будто не ложился спать, и, возможно, так оно и есть. Его благодать всё-таки чужая, и Сэм не знает, означает ли это, что Кастиэль иногда должен давать себе отдых. Сам он, проснувшись, даже не задумываясь, первым делом, пошёл проверить брата и обнаружил Кастиэля уже там. — Доброе утро, Сэм. — Доброе утро. Как Дин? Кастиэль выдвигает стул и садится напротив. Мгновение он изучает коробку с хлопьями, потом поднимает глаза. — Лучше. Гораздо спокойнее, чем вчера вечером. — Это хорошо. А ты спросил его... ну, почему он не говорит? — Да. — И что он ответил? — Сэм уже не может сдержать любопытства. Кастиэль свойственным только ему движением по-птичьему наклоняет голову. — Он ответил, что хочет говорить, но не может вспомнить как. — Что? — Он сказал, что не может вспомнить, что нужно делать, чтобы заговорить. Сэм хмурится. То, что сказал Кастиэль, бессмысленно — люди не могут забыть, как говорить. — Наверное, это психологическая травма, — рассуждает он, — это... реакция на то, что с ним произошло. Как отвращение к насилию. Что-то вроде посттравматического стрессового расстройства. — Скорее всего, ты прав. Я сказал ему, что могу попробовать помочь, но он боится, что с ним может что-то произойти, если я перережу зелёный провод вместо красного. Кастиэль хмурится. — Я не уверен, понимает ли Дин, что у его мозга фактически нет проводов. Сэм улыбается. — Все в порядке. Он хочет говорить, и это шаг в нужном направлении. Он смотрит на Каса. У того застыла все та же полуулыбка. — Что? — Ничего. Просто я рад видеть, что ты стал более позитивно глядеть на вещи.

***

Кас прав. Сэм начинает оптимистичнее смотреть на мир, а Дин всё больше времени проводит в бункере. Он по-прежнему отказывается от алкоголя и не включает телевизор, но приходит в восторг, когда Сэм дарит ему диск с «Тремя балбесами». Сэм ещё не всегда распознаёт то, что хочет сказать Дин, но он ясно видит, что брат испытывает дискомфорт, когда кто-либо смотрит на Метку Каина. На нём всегда рубашка с закатанными рукавами, и он неосознанно опускает правый вниз, словно ему ненавистна мысль, что кто-то заметит шрам на его руке. Когда Сэм обнаруживает Дина, переворачивающего вверх дном их аптечку, он подходит ближе. — Помочь? — спрашивает он и указывает глазами на упаковку бинта в руках у Дина. Тот колеблется, но потом нерешительно передаёт бинт. Сэм привычно закатывает рукав и начинает отточенными движениями наматывать бинт поверх Метки. После нескольких слоёв он останавливается. — Я все делаю правильно? Дин кратко смотрит на брата и кивает. Сэм делает ещё несколько оборотов, пока Метка полностью не скрывается из виду. Это неидеальное решение, но он просто рад, что смог понять брата. Параллельно Сэм изучает материалы о ПТСР и задержке речи, и приходит к выводу, что нет никакого смысла давить на Дина. Он заговорит, когда сам будет к этому готов. И однажды это происходит. В тот день Дин решает, что лично приготовит ужин. Он определяется с рецептом и вручает Сэму список продуктов. Сэм переглядывается с Чарли, но, не говоря ни слова, отправляется в магазин и покупает все, что написано. Пока Дин занят на кухне, Сэм, Кас и Чарли сидят в гостиной и рассматривают содержимое коробки, которую Чарли обнаружила в кладовой. Это ранее не найденные папки с материалами Хранителей Знаний, и они погружаются в чтение. Из этого занятия их вырывает громкое «блять» с кухни, сопровождающееся грохотом и звоном. Сэм смотрит на Каса и Чарли, потом в сторону кухни, и, вскочив с пола, бежит на шум. На кухне обнаруживается Дин, который стоит посреди комнаты и сжимает руку, а вокруг него на полу живописно разбросана еда. — Я обжёг руку, — объявляет Дин и возмущённо смотрит на друзей. Сэм молчит секунду, а потом начинает смеяться. Он даже не сразу понимает это — наверное, сказалось напряжение последних месяцев. Дин в недоумении смотрит на него, а потом выражение его лица проясняется. Он переводит взгляд на Каса и Чарли — те, кажется, тоже в лёгком шоке от произошедшего. — Ничего себе, — произносит он, забыв о травмированной руке. — Ага, — смеётся Сэм, — кто бы мог подумать, что твоим первым словом будет «блять»? Дин тоже усмехается. — Наверное, это вообще было моё первое слово. — Так вот, — прерывает их Чарли, изучая беспорядок на полу, — кто будет все это убирать?

***

Когда Дин снова заговорил, стало очевидно, что Винчестерам пришло время покинуть бункер. Сэм заметно нервничает, когда сообщает об этом брату, но тот с энтузиазмом поддерживает идею. Спустя несколько дней, они собирают свои немногочисленные вещи, и в очередной раз отправляются в путь. Как ни странно, дом выглядит неплохо, лучше, чем мог бы быть. Здесь все как будто заморозилось с того дня, как их новая мирная жизнь улетела в тартарары. На столе лежит записка, которую Сэм наспех накарябал для Дина, с напоминанием выкинуть мусор, в раковине сложена гора немытой посуды. Холодильник полон еды, уже несъедобной, и первое, что делает Сэм — сгребает её в мусорный пакет. Пока он занимается хозяйством, Дин бродит по дому как беспокойный дух. На его лице застыло абсолютно нечитаемое выражение. Сэм поглядывает на брата настороженно, но не вмешивается, полностью погрузившись в домашние дела. Он заканчивает менять постельное бельё, и вдруг понимает, что уже долгое время не слышит шагов Дина. С упавшим сердцем он бросается к окну и, убеждая себя не паниковать, осматривает двор. Дин обнаруживается сразу же — он стоит около траншеи, которую начал рыть, когда за ним пришли демоны. Проходит почти минута, а он так ни разу и не пошевелился. Сэм приближается к нему, стараясь шагать как можно громче, потому что кажется, что Дин находится в каком-то трансе. Все же он замечает Сэма. Бросив краткий взгляд на брата, он начинает говорить. — Я как раз был здесь, когда Деннис и Колин привезли доски. Я с удовольствием тогда поработал, погода была отличная, — добавляет он с полуулыбкой. Он не смотрит на Сэма, будто рассказывает не ему, а себе. — Я практически слышал твоё нытьё: «Дин, возьми солнцезащитный крем!». Деннис поспрашивал меня о машине, как всегда, мы ещё немного поговорили, а потом... Прежде, чем Колин ударил меня лопатой, эти двое продемонстрировали свои чёрные глаза, поэтому я точно знал, с кем имею дело. Рассказ Дина подтверждает подозрение Сэма. Когда он обнаружил исчезновение брата, они с Касом перевернули вверх дном все вокруг, и выяснили, что доставка из хозяйственного магазина была в то же время, что и звонок Кроули. Они наведались в магазин, чтобы поговорить с сотрудниками, и узнали, что те бесследно исчезли. Надёжный, настоящий глава семьи, Деннис Райли позвонил в магазин и сообщил, что они с племянником отвезут заказ, а потом проедут по делам. С тех пор не вернулись ни он, ни Колин, ни грузовик. Разговор с обезумевшей женой Денниса и его озадаченными родителями не дал ничего. Они не знали о внезапной поездке Дениса. Ни один человек не знал. — Я понятия не имел, что они собираются со мной делать, — продолжает Дин, — я считал, что в самом худшем случае они оставят меня умирать в какой-нибудь канаве. Он улыбается, но мгновенно становится снова серьёзным. — А когда я узнал, что собирается делать Абаддон, и о том, что у неё имеется Первый Клинок, я понял, что это конец. Сэм собирается сказать, что Абаддон не удалось победить, но не говорит ни слова. Абаддон мертва, но это не может покрыть всего того, через что пришлось пройти Дину. Он открывает рот, чтобы пообещать, что не позволит случиться подобному снова, но в этот момент на него накатывают воспоминания. Однажды он уже не смог сдержать своего обещания. Дин поворачивается и на его губах уже играет усмешка. — Не знаю как ты, Сэмми, а я чертовски голоден. Как думаешь, тот китайский ресторан все ещё открыт?

***

Сэм интересуется, не хочет ли Дин, чтобы он перетащил свою кровать в его комнату. Годы, проведённые в мотелях, приучили их делить одну комнату на двоих, ничего особенного, но Дин хмурится и отрицательно качает головой. Когда Сэм, вместо пожелания спокойной ночи спрашивает, не нужно ли чего Дину, тот дает ему странный взгляд и ничего не отвечает. На утро Сэм благоразумно молчит о том, что в течение ночи несколько раз бегал проверять брата. Поскольку все припасы из холодильника благополучно отправились на помойку, им волей-неволей приходится задуматься о продовольствии. Сэм не хочет оставлять Дина одного в пустом доме, поэтому предлагает доставку продуктов на дом, однако сразу становится ясно, что Дину эта идея не по душе. Он даёт понять, что предпочитает час одиночества и покоя толпе незнакомцев в их доме. Сэм отправляется в магазин и, наверное, ставит рекорд по скорости закупок. Когда он возвращается домой, Дин как ни в чём не бывало сидит за ноутбуком. — Помощь нужна? — спрашивает он, когда Сэм проходит мимо него, увешанный сумками. — Не-а, я справлюсь. — Пока тебя не было, звонила Чарли. Спрашивала, как у нас дела и приглашала на ужин в субботу. — Правда? — Сэм останавливается в дверях, — и что ты ей ответил? Согласился? Дин озадаченно смотрит на него. — Почему нет? Если, конечно, она не приготовит то тушёное мясо. Сэм смеётся, главным образом потому, что он рад, что к брату начинает возвращаться его чувство юмора. В один особенно тёплый день Дин решает помыть Импалу на свежем воздухе. Играет радио, и он подпевает, когда начинает звучать песня, которая ему нравится. Сэм в доме, перебирает накопившуюся за время их отсутствия гору почты и время от времени останавливается понаблюдать за работающим братом. Он ждёт, когда же Дин наконец, закончит, и вернётся в дом, и сам ругает себя за это, потому что Дин определённо получает удовольствие от своего занятия. Фактически, единственное, что выбивается из этой мирной картины — белый бинт на руке, под которым он упрямо прячет Метку. Вечером они смотрят телевизор. Дин сам выбирает телепрограмму, потому что он твёрдо придерживается своего решения и избегает любого насилия. Они пьют содовую — алкоголь также исключён из меню. Спустя ещё неделю Дин начинает проявлять интерес к тем местам их дома, которые требуют ремонта. Он тихий и задумчивый временами, но в целом выглядит и чувствует себя даже лучше, чем Сэм мог мечтать. Он так и говорит Касу, когда тот звонит узнать, как у них дела. — Серьёзно, Кас, мне и самому не верится. Он ест, спит и даже начинает заниматься ремонтом. Зажав телефон между плечом и ухом, Сэм наблюдает за братом. На сей раз тот склонился над капотом Импалы. Сэм попытался предложить свою помощь, но Дин, пожав плечами, отказался, объяснив, что Сэм все равно не поймёт, что нужно делать. Однако, Дин вполне может довести свою Детку до идеального состояния, и им в таком случае нескоро придётся с ней возиться, поэтому Сэм оставляет Дина в гараже. — Он все ещё прячет Метку, но на все мои вопросы отвечает, что он в порядке. И знаешь что? Я ему верю. Он даже настаивает, чтобы я вернулся в колледж и мы снова попробовали жить нормальной жизнью. — А ты сам этого хочешь? — слышит он в трубке голос Каса. — Да... я солгал бы, если бы сказал, что не хочу снова учиться. Но я сделаю это лишь тогда, когда буду уверен, что Дин в порядке и безопасности. — Думаю, скоро так оно и будет. — Да, — отвечает Сэм, — я надеюсь...

***

Дин продолжает напоминать об учёбе. Он не унимается, пока Сэм не звонит в колледж и узнаёт положение дел. Выясняется, что ему необходимо принять решение быстрее чем он рассчитывал, поскольку вот-вот начнётся новый учебный год. Дин становится ещё более непреклонным. После ужина они выходят из дома и садятся на крыльцо. — Тебе следует пойти учиться, Сэмми, — произносит Дин, когда они исчерпали все бессмысленные темы для разговора, — это нужно именно тебе, тем более, что ты действительно этого хочешь. — Речь не только обо мне, Дин. Я хочу делать то, что нужно нам. Моя учёба никуда не денется, и ничего страшного, если я возобновлю её через пару-тройку лет. Дин качает головой. — Нет. Ты должен жить для себя. Со мной может случиться что угодно, — он поднимает руки в защитном жесте, — нет, я не про демоническую хрень, про сердечный приступ, например... Ты не должен тратить свою жизнь на меня. И я тоже не могу сделать этого для тебя. Иногда наступает время, когда мы должны начать жить собственными жизнями и делать то, что считаем правильным именно для себя. Ты слышишь меня? — Да, — отвечает Сэм, не до конца понимая, впрочем, почему Дин говорит это, а самое главное, почему он говорит это сейчас. — Значит, ты позвонишь завтра в колледж, — Дин, прищурившись, изучает брата, — и скажешь, что будешь продолжать учиться? Сэм соглашается главным образом потому, что этого очень хочет Дин.

***

Свой первый день в колледже Сэм проводит, сходя с ума от беспокойства. Он по сто раз проверяет свой телефон, особенно в те часы, в которые Дин пообещал слать смс и писать, что у него все в порядке. Когда долгожданное сообщение приходит, он расслабляется, но ненадолго, и через некоторое время снова начинает ёрзать на месте. Его образ «странного взрослого студента» укрепляется, когда он объясняет, что вынужден был пропустить почти целый курс из-за неких семейных обстоятельств. Несмотря ни на что, он ни единой секунды не жалеет, что вернулся. Как сказал Дин — это его шанс наладить жизнь без охоты, найти постоянную работу с заработком, который позволит им не думать, каким путём добыть деньги в следующий раз. Он был бы совершенно счастлив, если бы Дин смог найти то же самое для себя. Сэм возвращается домой и не находит брата. Успокоив дыхание, он начинает звать Дина и слышит слабое «Я здесь» откуда-то из глубин дома. Он подходит к лестнице и обнаруживает открытую дверь на чердак. Внезапно оттуда показывается голова Дина, а потом и весь он, перемазанный грязью, но широко улыбающийся, спускается по лестнице. — Что тут происходит? — спрашивает Сэм, переступая через сваленные в кучу инструменты. — Я утепляю дом, а на что это похоже? Сэм смеётся и качает головой. Дин не ранен, с ним все в порядке, но он не может заставить себя успокоиться. — Утеплитель не установится сам собой, Сэмми. Ты же не хочешь, чтобы мы зимой примерзали задницами к стульям? — Чувак, ещё только осень. У тебя полно времени до зимы, что за спешка? Дин грустнеет и Сэм мысленно даёт себе по лбу. Брат был занят весь день домом, пытаясь двигаться дальше, а он вываливает на него своё дерьмо. Он смеётся, надеясь загладить неловкость. — Но дело нужное, моя задница будет благодарить тебя в зимнее время. Я оставлю тебя наедине с крышей, а сам пойду готовить ужин. Ты хочешь что-нибудь конкретное? — Нет, — отвечает Дин, — удиви меня. Они едят за столом, все ещё заваленным недоразобранной почтой. Рядом с одной из стопок Сэм находит лист бумаги, исписанный угловатым Диновым почерком. Это список дел в доме, причём каким-то образом систематизированный — все они написаны разными чернилами. — Что за шифр? Дин смотрит на лист со своего места. — Красные дела мы должны сделать немедленно, синие могут подождать, но их нужно выполнить, а к зелёным мы можем вернуться, когда будет время и желание. Сэм снова смотрит на список. Три из семи пунктов, написанных красным цветом, уже вычеркнуты. — Похоже, ты взял хороший старт. Дин пожимает плечами. — Я решил, что лучше начать сейчас, или я не сделаю это никогда. Сэм улыбается, но чувствует, как в груди что-то кольнуло. Он пока не может распознать, что же его обеспокоило, и почти сразу же забывает об этом. Он думает, что постоянно занятый Дин — это лучше, чем скучающий Дин, не находящий себе места. Дин поднимает стакан. — За движение вперёд, — произносит он. Сэм кивает и поднимает свой напиток. — За движение вперёд.

***

Они чудесно проводят время у Чарли в субботу. Когда приходит пора прощаться, Сэм первым идёт к ней, чтобы крепко обнять. У них всегда были тёплые отношения — Сэм, ненамного старше Чарли, искренне считает её своей младшей сестрой. Дин в итоге оказался самым старшим братом — самым взрослым, и самым отдалённым от них, что ещё более усугубилось последними событиями. Кас не смог поужинать с ними, и Дин на прощанье целует Чарли в макушку. — Спасибо за все, — говорит он ей, — и спасибо, что позаботилась о Сэме. Кому-то придётся это делать, если меня не будет рядом. Сэм хмурится — что, чёрт возьми, за фаталистические разговоры в последнее время? Когда они садятся в машину, он задаёт этот вопрос прямо в лоб, чтобы Дин не успел уйти в глухую оборону. Однако Дин, нисколько не смущённый, просто пожимает плечами. — Я говорил о том времени, что я провёл у Абаддон. И потом, когда я... — он останавливается и исподлобья смотрит на Сэма, — а в чём дело? Что я, по-твоему, имел в виду? — Я не знаю, — раздражённо отзывается Сэм, — это не я, а ты постоянно говоришь о сердечных приступах и прочем подобном. Он смотрит на брата и по едва заметным линиям у глаз, понимает, что Дин рассердился. Он ждёт комментария, колкости, но Дин лишь вздыхает. — Ты знаешь, все что со мной случилось, заставило меня задуматься о «прочем подобном». Я просто хочу, чтобы ты знал, я благодарен за все, что ты сделал для меня. Просто на случай, если меня не будет рядом, чтобы сказать тебе об этом. У Сэма во рту пересыхает. Он чувствует, как весь заледенел от страха, и Дин, ещё раз взглянув на брата, замечает это. — Чувак, я не собираюсь кончать жизнь самоубийством, если ты об этом сейчас думаешь. Узел внутри немного ослабевает. Дин так возмущён, что говорит правду. Он смотрит на Сэма и ждёт ответа. Сэм кивает. — Хорошо, но я хочу, чтобы ты говорил со мной, Дин. Если тебя что-то беспокоит, я всегда готов выслушать. Не замыкайся в себе. — Договорились, — отзывается Дин, — если мне что-то понадобится, я всегда обращусь к тебе.

***

Сэм посещает колледж всего несколько недель, но становится очевидным, что учёба занимает все его свободное время. Он с энтузиазмом бросается на очередной параграф, и часто думает о том, что беспокойство о Дине начинает ослабевать. Они смотрят игру после ужина, а потом Дин идёт спать, оставив Сэма корпеть над учебниками. Сэм раскладывает на столе тетради и вчитывается в абзац, но через секунду понимает, что Дин все ещё здесь. Он оборачивается — брат стоит в дверях и, чуть улыбаясь, смотрит на него. На его лице выражение отцовской гордости, задумчивое, но наполненное любовью. — Дин? С тобой все хорошо? — Да, — он, как будто приходит в себя, — я просто задумался, как мне удалось связаться с таким выдающимся ботаником. Сэм смеётся, хватает со стола канцелярскую резинку и запускает в направлении Дина. — Не знаю. Просто тебе очень повезло. — Сучка, — отзывается Дин и, развернувшись, выходит из комнаты прежде, чем Сэм успеет озвучить свой привычный ответ.

***

Следующим утром Дин появляется на кухне, когда Сэм заканчивает завтрак. Он сидит перед раскрытым учебником, в который раз перечитывая один и тот же текст, но этот предмет никак не желает уложиться в его голове. Дин предлагает кофе, но он качает головой. — Извини, чувак, я должен идти. — Ты рано, — замечает Дин, — а вечером ещё и задержишься. Сэм собирается удивиться, но вспоминает, что план его обучающей программы висит на самом видном месте, и согласно ему, последний урок сегодня закончится в семь. — Да. Справишься с ужином? Дин гримасничает. — Сэмми, я не тот, кто считает лапшу быстрого приготовления едой. Я, конечно, не в восторге от овощей, но голодать не рискну. — Конечно, — отзывается Сэм, — мне пора. Увидимся вечером. Дин выглядит так, будто хочет сказать что-то, но вместо этого он просто машет рукой. — Ага. Веди себя хорошо в школе. В другой раз Сэм ответил бы что-нибудь, но они играли в эту игру уже много раз, а его мысли окончательно сосредоточились на учёбе, поэтому он кивает и выходит на улицу. День кажется бесконечным. Они перестали слать друг другу смс каждые два часа, чтобы убедить другого, что ничего сверхъестественного не произошло, ограничившись парой сообщений в обед. Днём у Сэма почти вплотную, один за другим, идут уроки. Он съедает бутерброд с кофе и идёт на вечернее занятие. Желудок урчит, и Сэм задумывается, что сегодня на ужин у Дина. Брат не любит в этом признаваться, но на самом деле он очень неплохо готовит. Сэм выходит из колледжа после семи. Его сумка с книгами непривычно тяжёлая, а автобуса ещё придётся подождать. Раньше Дин регулярно забирал его на машине, но пока никто из них не работает, им пришлось перейти в режим разумной экономии. Хотя сейчас Дин с машиной был бы очень кстати, думает Сэм. Он добирается до дома и видит Импалу, припаркованную возле входа. На кухне горит свет, но остальные комнаты погружены в темноту. Сэм входит и зовёт Дина, тщательно вслушиваясь, на случай, если брат опять окажется на чердаке. Когда ответа не приходит, он снова зовёт, на сей раз громче и настойчивей. Усилием воли не позволяя себе паниковать, он почти бежит на кухню. На столе, прямо в центре, лежит записка, как будто её специально положили так, чтобы Сэм не смог её не заметить. На листе сверху большими буквами написано его имя, и это единственное, что удерживает Сэма от того, чтобы не начать в панике звать Каса. Остальная часть листа исписана почерком Дина. Сэм выдвигает стул и садится. Сэмми. Я надеюсь, что ты нашёл эту записку прежде, чем начал думать, что со мной снова произошло что-то ужасное. Я сожалею, если напугал тебя — это не входило в мои намерения, но я не знаю, как ещё это сделать. Ты попытался бы отговорить меня, а я не мог тебе этого позволить. Я не сделал ничего глупого, и я не лгал, когда говорил, что не буду совершать самоубийство, так что выкинь эту мысль из своей головы. Я ушёл, но поверь мне, я в безопасности. Пожалуйста, не пойми меня неправильно, Сэм. Я не хотел бросать охоту, но должен был это сделать, потому что, на самом деле, эта жизнь не так уж плоха. Мы заслужили отдых, но я по-прежнему ношу Метку Каина на своей руке. И если кто-то захочет снова свести меня и Первый Клинок — ты знаешь, какими могут быть последствия. Да, Абаддон мертва, но мир полон других уродов, и я не могу взять на себя этот риск. Я хочу, чтобы ты упорно работал над своим образованием, Сэмми. Получи диплом и стань самым лучшим адвокатом на свете. Я знаю, ты сможешь. Ты заслуживаешь жизни, о которой мечтал. Я, в свою очередь, конечно, буду жить не той жизнью, о которой мечтал, но и не той, какую видел в кошмарах. Прости, Сэм. Ты знаешь, я люблю тебя, и я действительно горжусь тобой, мне ни к чему лишний раз повторять это. Я знаю, ты сейчас в бешенстве, но ты должен доверять мне. Я говорил, что ты не должен тратить всю свою жизнь на меня, а я не должен тратить свою на тебя. Считай, что я сделал это для себя. Тебе покажется это эгоистичным, прости. Но скоро ты поймёшь, что так будет лучше. Дин. Сэм чувствует, как слезы наворачиваются на глаза. Он переворачивает страницу и видит другой лист. Это список домашних дел, составленный Дином. Все, что написано красным цветом, вычеркнуто. Он вспоминает, с каким недоумением наблюдал за братом, который последние несколько недель постоянно работал — то над домом, то над машиной, как был удивлён его рвением. Настойчивость Дина, с которой он заставлял его вернуться в школу, слова, сказанные Чарли... Все это закончило картину, которая ясно показала, что Дин продумал свой уход до мельчайших деталей. Дрожащей рукой Сэм вынимает из кармана мобильник и набирает номер брата. Он ожидает, что попадёт на голосовую почту, то в трубке раздаются гудки. Сэм ждёт ответа, но потом слышит слабый звук из другой комнаты. Он выходит в коридор, прислушиваясь, и находит звонящий телефон в комнате Дина в тумбочке рядом с его кроватью. Сэм набирает номер Каса, но тот не берёт трубку — по всей видимости, занят на Небесах, пытаясь восстановить дружеские отношения со своими братьями и сёстрами. Совершенно потерянный, он звонит Чарли. Та отвечает на звонок. Сэм успевает лишь назвать её имя, когда она, уловив дрожь в его голосе, быстро спрашивает, что случилось. Сэм читает ей записку Дина. Когда он заканчивает, Чарли отзывается тоном, не допускающим возражений. — Я сейчас приеду, — говорит она, — просто... держись, ладно? В ожидании Чарли Сэм осматривает дом. Дин взял с собой только сумку с минимумом вещей. Но наиболее тревожным открытием, помимо оставленной Импалы, является то, что Дин не взял ничего из оружия. Сэм перебирает их поддельные удостоверения — они все на месте. Они хранят дома немного наличных денег, и насколько Сэм может судить, Дин не взял ни цента. Спустя пару бесконечных часов, на пороге дома появляется Чарли. Она проходит внутрь, смотрит на опустошённое лицо Сэма и крепко обнимает его. Они просто стоят в холле, каждый размышляя о том, как же такое могло случиться, что все снова пошло не так, как надо. — Ты в порядке? — спрашивает Чарли. — Честно? Нет. Она сжимает его руки и вскидывает на плечо сумку. Остальные берёт Сэм. Они вместе идут на кухню. — Выпьешь что-нибудь? — спрашивает Сэм, вспомнив, что Чарли была в дороге несколько часов без перерыва. — Кофе было бы очень кстати, — отвечает она как-то рассеянно. Сэм оборачивается, и видит, что Чарли смотрит на записку Дина. — Можешь прочитать. Она садится за стол, берёт записку и начинает читать, пока Сэм готовит кофе. Старые половицы поскрипывают, услужливо заполняя тишину. — Ты уверен, что письмо подлинное? — спрашивает Чарли, закончив. — Это его почерк. И, если бы его заставили написать это письмо, он включил бы в текст одно из наших кодовых слов, чтобы я сразу догадался, что он в беде. Нет ничего, что навело бы меня на мысль, что это подделка. Он знает, что выглядит разочарованным. Ему в голову приходит удивительная по своей нелепости мысль, что факт, что Дин принял решение уйти самостоятельно, расстроил его больше, чем если бы брата кто-то похитил. — Я проверил дом, — продолжает Сэм, — похоже, он взял лишь сумку с одеждой. И он оставил все своё оружие. Чарли воспринимает эти новости с соответствующей серьёзностью. — Думаю, ты уже вспоминал, что происходило в последние недели. Ничего подозрительного не было? — Ничего, что действительно бросилось бы в глаза. Он как будто ушёл в себя, но мне казалось это нормальным, учитывая все, что с ним произошло. Когда мы приезжали к тебе на ужин, ты не заметила ничего странного? — Нет, — отвечает Чарли, но по тому, как она растягивает гласную, становится понятным, что потом последует «но», — Дин был очень задумчивым. И определённо более ласковым со мной, чем обычно. Сейчас, когда думаю об этом, мне кажется что он... — Прощался? Она кивает. Нет смысла корить себя за то, что упустили тревожные сигналы, думает Сэм. Чарли здесь, и им нужно что-то делать здесь и сейчас. Сэм задумывается и, внезапно, вскакивает. — Дин часто пользовался ноутбуком в последние дни. Он уже идёт в комнату. Чарли спешит за ним, понимая, что сейчас от неё потребуется. — Зная Дина, я бы предположил, что он смотрел порно, но нам в любом случае нужно проверить, что он мог искать. — Хорошо, — кивает Чарли, — разреши-ка мне. Сэм загружает компьютер и ставит на кухонный стол. Он любит смотреть, как работает Чарли — пальцы летают над клавишами, на экране открываются и закрываются окна. Компьютерные навыки Дина разумно ограничены, поэтому восстановить историю поиска в интернете будет несложно, тем более для такого эксперта, как Чарли. Она перестаёт стучать по клавиатуре и хмурится. — Ну как? — настороженно спрашивает Сэм. — Он стер все, — отвечает Чарли и они обмениваются удивлёнными взглядами, — не только историю поиска. Он стер вообще все. — То есть? — То есть либо Дин закончил специальные курсы для хакеров, либо ему помогли. Она разворачивает ноутбук и показывает Сэму. Действительно, если Дин и искал что-то в интернете, узнать об этом не было никакой возможности. — Ты сможешь восстановить все это? — спрашивает Сэм, всё больше убеждаясь, что уход Дина не был внезапно пришедшей в его голову идеей. — Сложно сказать, он неплохо поработал. Я испробовала несколько приёмов, но они не дали результата. Может быть, пока ты делаешь кофе, я смогу узнать хоть что-то. Как оказалось, ей нужно гораздо больше времени. Очевидно, что Дину кто-то помогал, потому что он умудрился настолько хитро спрятать все, что искал в интернете последние несколько недель, что Чарли пришлось приложить все свои навыки и умения. Каждая новая неудача только подкрепляла её в уверенности, что она не бросит это дело, тем более сейчас, когда ставки слишком высоки. Когда ночь переваливает за полночь, она перестает работать и облегченно откидывается на спинку стула, ещё раз перечитывает найденное и идёт звать Сэма. Тот, в это время, обзванивает всех, к кому Дин мог обратиться за помощью. Чарли заходит в гостиную, и по одному только выражению её лица Сэм понимает, что она нашла. Он заканчивает разговор с Джоди Милз — шериф не в курсе произошедшего, но обещает подключить свои ресурсы, если потребуется такая необходимость. Сэм благодарит Джоди, нажимает кнопку отбоя и идёт на кухню. Чарли уже там, перед ноутбуком стоящим на кухонном столе. Она сидит в той же позе, в какой Сэм её оставил, с той лишь разницей, что она больше не печатает. — Что тебе удалось обнаружить? — спрашивает Сэм, игнорируя мерцающий в полутьме экран. — Для начала, я пришла к выводу, что исчезновение Дина — полностью его личный выбор, хотя с технической стороной вопроса ему, однозначно, помогли. Если честно, думаю, если бы это был не твой ноутбук, он бы просто пихнул его в микроволновую печь, чтобы уничтожить улики. — Ладно, — медленно произносит Сэм, стараясь не отдаваться эмоциям. — Ты когда-нибудь слышал название «Фокс Пайн»? Он задумывается и качает головой. — Нет. А что это? И где это? — Фокс Пайн — это закрытая психиатрическая клиника приблизительно в часе езды отсюда. Сэм хмурится. Он совершенно не ожидал такого поворота событий. — Психбольница? Кого Дин может там навещать? Чарли начинает неловко ёрзать и Сэм с удивлением смотрит на неё. — Он никого там не навещает. Он сам сейчас в этой больнице. Сэм не знает, что ответить. Все, что сейчас сказала Чарли совершенно нелепо. С чего это Дину вдруг ложиться в психиатрическую клинику? Чарли видит его сомнения и делает несколько нажатий на клавиатуре. — Когда мне удалось получить доступ к интернет-истории Дина, выяснилось, что он изучал различные психиатрические клиники. Именно закрытые учреждения, с ограниченным доступом для посторонних лиц. Это, конечно, не заведения для душевнобольных преступников, но по уровню безопасности могут с ними посоперничать. Фокс Пайн — одна из таких клиник, для тяжёлых случаев. По крайней мере, просто так оттуда никого не выпустят. — Хорошо, — отзывается Сэм, все ещё неготовый поверить в случившееся, — а как Дин смог туда попасть? — Читай, — Чарли разворачивает к нему ноутбук. Сэм смотрит на экран. Перед ним письмо от какого-то выдающегося доктора. То, что он выдающийся, Сэм понимает, прочитав длинный список регалий после фамилии. Этот самый доктор просит принять на лечение в Фокс Пайн своего пациента. Некий Дин Винчестер, мужчина тридцати пяти лет, с длительной историей слуховых и визуальных галлюцинаций, в соответствии с его диагнозом — тяжёлой параноидальной шизофренией. — Какого черта, — шёпотом произносит Сэм. Дин подробно рассказывает о том, что большую часть жизни провёл как «охотник» на сверхъестественных существ. Он регулярно говорит о своих столкновениях с потусторонними существами, включая демонов и ангелов, а также о том, что он поспособствовал предотвращению апокалипсиса. Он убеждён, что эти существа могут вселяться в тела обычных людей. Дин нестабилен — может стать взволнованным или даже жестоким, когда чувствует, что другие не относятся к нему серьёзно. По этой причине необходимо принять меры предосторожности, чтобы он не нанёс вред другим людям. Я не смог найти подходящую комбинацию препаратов для снижения симптомов и уменьшить беспокойное состояние Дина, которое время от времени усиливается. Его уверенность в реальности описанных событий и существ не уменьшилась даже после интенсивной комбинации традиционной терапии и лечения лекарственными препаратами. Я считаю, что Дин опасен для себя и для общества, и должен проходить стационарное лечение в закрытом заведении, таком как Фокс Пайн. Сэм прекращает читать и смотрит на Чарли. — Ни разу не слышал об этом докторе. Мы должны найти его. — Не думаю, что есть смысл, — она кивает на экран, — я проверила. Такой человек действительно существует, но я почти уверена, что они с Дином никогда не встречались. Скорее всего, нам следует найти того, кто помог Дину стереть историю интернет-поиска, потому что наверняка он же добыл ему документы, чтобы попасть в Фокс Пайн. Сэм кивает. Задача несложная, они уже много раз проделывали подобную работу. Он смотрит на часы — час ночи. — Я должен пойти в эту больницу, — говорит он решительно. — А будут ли они говорить с тобой, если Дин — пациент этой клиники? — резонно замечает Чарли. Сэм задумывается. Если Дин зашёл так далеко, что решил замести следы, он наверняка выбрал клинику, где будут соблюдать конфиденциальность. — Я мог бы представиться этим самым доктором, но если он такой известный, персонал больницы мог слышать о нём, или даже встречаться с ним... Тогда я могу прикинуться другим врачом, или студентом, которому этот самый доктор доверил проверить своего предыдущего пациента. — Это может сработать, — кивает Чарли, — если мы сможем подделать тебе удостоверение. А мы, конечно, сможем. Сэм улыбается, чувствуя, как затеплилась надежда впервые с того момента, как он обнаружил исчезновение Дина. — Тогда за работу!

***

Его уверенность слегка уменьшается, когда следующим утром он звонит в Фокс Пайн. Как и ожидалось, администратор отказывается подтверждать, что у них проходит лечение пациент по имени Дин Винчестер. Тогда Сэм сообщает свою легенду. Администратор безукоризненно вежливо предлагает ему послать все документы по электронной почте, после чего через двадцать четыре часа — максимум через сорок восемь — ему перезвонят. Сэм с трудом заставляет себя дослушать эту речь до конца. Он хочет проорать в трубку, что не может ждать так долго, но вместо этого просто оставляет свой номер телефона. К счастью ему перезванивают раньше, чем он ожидает, и предлагают приехать больницу. На следующий день в 9–27 утра он стоит перед воротами Психиатрической клиники Фокс Пайн, одетый в элегантные брюки и рубашку. Он нажимает кнопку интеркома и сообщают причину своего визита. Ворота открываются, и Сэм, управляя автомобилем Чарли, въезжает на стоянку для посетителей. Главное здание клиники старое, но отреставрированное, а живописный пейзаж без труда отвлекает внимание от решёток на окнах и систем безопасности. На двери очередной интерком. Сэм называет вымышленную фамилию и ждёт, когда его пропустят внутрь. Наконец, дверь открывается, и работник клиники, одетый в белую униформу, провожает Сэма в небольшой зал ожидания. Главный врач клиники доктор Бомонт должен появиться с минуты на минуту. От нечего делать, Сэм изучает интерьер. По спокойным выдержанным цветам и качественной мебели становится понятно, что эта клиника вовсе не для преступников, а для сумасшедших с богатыми родственниками или для тех, у кого очень неплохая страховка. Он понимает, что Дин не относится ни к первой, ни ко второй группе, и это ещё больше усиливает его недоумение. Его мысли прерваны звуком открывающейся двери. Невысокий лысеющий человек входит в комнату и коротко улыбается, здороваясь с Сэмом, при этом Сэм не может не заметить на себе оценивающий взгляд. — Мистер Крейн? — спрашивает человек, — я доктор Бомонт. — Пожалуйста, зовите меня Стив, — отвечает Сэм, пока они обмениваются рукопожатиями. — Думаю, нам будет удобнее разговаривать в моём кабинете, — любезно предлагает врач. Они идут по коридору в тишине, нарушаемой лишь открыванием и закрыванием многочисленных дверей. Сэм думает, что вытащить отсюда Дина будет непросто. В этой части клиники интерьер совсем другой — стены обшиты дубовыми панелями и украшены картинами, двери тоже из дуба с медными ручками. Табличка на последней двери в коридоре гласит, что прямо за ней кабинет доктора Бомонта. Доктор проводит по слоту пластиковой картой, и они заходят внутрь. — Присаживайтесь, Стив. Кофе? — Не откажусь, спасибо. Он ожидает, что доктор позвонит секретарше, но тот сам направляется к буфету, в котором стоят кофеварка и поднос с чашками. — У меня замечательная секретарша, но кофе я предпочитаю делать сам, — с улыбкой говорит он, словно прочитав мысли Сэма, — сливки? Сахар? — Спасибо, не нужно. Просто чёрный, — отвечает он, несколько обезоруженный таким дружелюбным отношением. Закончив с приготовлением кофе, доктор садится за свой стол, кожа кресла поскрипывает, пока он усаживается. — Ну что же, Стив. Доктор Флетчер писал, что вы интересуетесь моим самым новым пациентом. Как я понял, вы занимаетесь научно-исследовательской работой по шизофрении? Сэм делает глоток кофе, используя паузу, чтобы подготовиться. Он надеется, что разговор не зайдёт слишком далеко, иначе его невежество сразу бросится в глаза. — Да. Я не уверен в одном аспекте. Доктор Флетчер сказал, что у Дина Винчестера классический случай шизофрении и мне будет очень полезно поговорить с ним. Доктор Бомонт доброжелательно улыбается. — Честно говоря, я не совсем согласен с моим коллегой о природе болезни его пациента. Учитывая некоторые симптомы, я бы предположил и влияние некоторого генетического компонента. Все ещё улыбаясь, он буравит Сэма проницательным взглядом. — Мне всегда интересно общаться с родственниками моих пациентов. Знаете, родители... Родные братья... Сэм из последних сил надеется, что он неправильно истолковал ситуацию, но одного взгляда на доктора хватает, чтобы понять — его худшие опасения подтверждаются. — Как вы узнали? — с замирающим сердцем спрашивает он, думая только об одном — через сколько секунд доктор вызовет службу безопасности. — Ваш брат, — невозмутимо отвечает врач, — он сказал, что Вы, скорее всего, попытаетесь приехать, чтобы увидеть его, поскольку не вполне уверены в поставленном диагнозе. Да Вы понятия не имеете, насколько, думает Сэм, но заставляет себя улыбнуться. — Это не совсем верно. Я хочу лучшего для Дина и готов принять любое его решение, если оно действительно обосновано. Он смотрит в сторону, потом все же возвращает взгляд врачу. — Я люблю своего брата, доктор Бомонт. Я понимаю, что ему нужна помощь, но не хочу, чтобы он оставался один и справлялся самостоятельно. — Конечно. Но... извините, Сэм... Сэм, так ведь? Я должен задать этот вопрос. К чему был весь этот спектакль? Сэм вздыхает. — Да... Дин был настроен очень решительно и пресекал все мои попытки возразить ему. Я боялся, что он не захочет со мной встречаться. Он никогда не слушает ни меня, ни мои доводы, даже если они разумные. Его не заинтересует ни один аргумент, если он сам его не продумал. — И Вы считаете, что это его решение не продуманное? Сменить своего лечащего врача, который наблюдал его длительное время и поступить сюда? Сэм глубоко вдыхает и идёт ва-банк. Сейчас доктор с подозрением смотрит на Сэма, история Дина не вызывает у него никаких сомнений. Шаг рискованный, и Сэму ещё придётся разгребать его последствия, но он обязан это сделать. — Вы же понимаете, что направление доктора Флетчера — фальшивка? Дин никогда не проходил у него лечения. Он ожидает увидеть удивление или озабоченность на лице доктора Бомонта, но тот только сочувственно улыбается. — Сэм, Вы должны понять, я никогда не принял бы пациента на основании одного только письма от какого-то другого врача. Я подробно говорил с доктором Флетчером о работе, которую он провёл с Дином. Я хорошо знаком с ним, ведь мы работаем в одной области, так что если письмо — действительно подделка, значит, имеет место удивительное совпадение. Насколько мне известно, доктор Флетчер давно собирался направить Дина к нам на лечение. Сказать, что Сэм ошеломлён — это ничего не сказать. Что, чёрт возьми здесь происходит? Куча вещей, которые не складываются, настолько велика, что вот-вот обрушится и погребёт его под собой. Он молчит и доктор Бомонт решает помочь ему. — Я понимаю Ваше беспокойство, Сэм, и наличие члена семьи, который поддерживает и сопереживает, может быть весьма полезным для лечения пациента. Если Вам будет легче, когда Вы увидите брата, а Дин будет не против, мы разрешим Вам навещать его. Но мы даём нашим пациентам две недели, чтобы обосноваться и освоиться, прежде чем разрешим принимать посетителей. Сэм открывает рот, чтобы возразить, но доктор предупреждающе поднимает руку. — Знаю, Вы расстроены, но Дин внимательно ознакомился с правилами лечения, принял их и согласился с ними, так что этот вопрос не для обсуждения. Пока Дин приспосабливается, и я могу сказать, что это у него получается очень неплохо. Ему уже назначено соответствующее лечение. Сэм молча кивает. — Вы можете позвонить, и если я буду свободен, я с радостью сообщу Вам как идут дела у Дина. Сэм собирается принести свои извинения и уйти, но что-то его останавливает. — Доктор, а в чём заключается «лечение» моего брата? Доктор Бомонт поудобнее усаживается в кресле, видимо, поняв, что потенциальный конфликт исчерпан. — Доктор Флетчер сообщил, что назначенные им препараты уже не имели прежнего эффекта, учитывая интенсивность и частоту последних галлюцинаций Дина. Поэтому мы подобрали для него новую комбинацию, плюс традиционная «разговорная» терапия. — Эти препараты... они имеют побочные эффекты? — Это возможно, особенно у пациентов, принимающих их длительное время. — Например? — Дрожь, мышечные спазмы. Увеличивается риск более серьёзных последствий, таких как диабет или проблемы с сердцем. Очевидно, доктор замечает ужас на лице Сэма, поэтому спешит успокоить его. — Это необязательные последствия, лишь повышенная вероятность их наступления. Если мы перейдём к более низкой дозировке, у Дина не должно возникнуть никаких проблем. Сэм понимает, что у него нет права слова в этом вопросе. Возмущаться и поднимать сейчас шум совершенно ни к чему, его и так лишь чудом не выгнали. Правильнее будет всё-таки дождаться, когда его пустят к Дину и разговаривать уже с ним. — Скажите ему, что я был здесь, — просит Сэм, — надеюсь, он согласится, чтобы я его навещал. Доктор кивает. — Я скажу ему. Больше сказать нечего. Сэм идёт к своей машине, и, прежде чем сесть в неё, сканирует взглядом зарешеченные окна, в надежде, что в одном из них мелькнёт родное лицо. Но не видит никого.

***

Вернувшись домой, Сэм рассказывает о своей поездке Чарли. Он надеется, что ничего не пропустил, но трудно быть в этом уверенным из-за ощущения собственной беспомощности и невозможности сосредоточиться на чём-либо. Закончив говорить, он смотрит на Чарли, ожидая, что услышит какие-то ответы. — И что мне теперь делать? Она смотрит на него нерешительно, словно пытаясь понять, как он отреагирует на её ответ. — Честно, Сэм? Я думаю, тебе следует вернуться в колледж и переждать эти две недели. — Серьёзно? — Да. Тебе нужно поговорить с Дином и единственный способ это сделать — дождаться официального разрешения на посещения. — А если он подумает, что я не собираюсь приходить к нему? — перед глазами Сэма снова возникает лицо Дина, когда тот узнал, что Сэм не пытался вернуть его из Чистилища — недоумение и какая-то детская обида. Такого больше не произойдёт, он позаботится об этом. — Сэм, ты забываешь, что это решение Дина. Его никто не заставлял уезжать в Фокс Пайн против его воли. Мы с трудом нашли его, и тот факт, что доктор уверен в подлинности письма, говорит о том, что Дин был полон решимости заставить их принять его на лечение. Она права. Сэм не хочет этого признавать, но она права и все факты налицо. — Я просто не могу поверить, что это происходит, — он закрывает лицо руками, — почему мы не можем жить как все нормальные люди? Чарли грустно улыбается. — Да, ваша удача отворачивается от вас чаще, чем от остальных. Сэм делает, как она сказала. Он не уверен, что сможет сосредоточиться на учёбе, но спустя пару дней понимает, что это было правильное решение. С уроками и подготовкой домашнего задания время летит быстрее, и он с удивлением замечает, что четырнадцатидневный срок подходит к концу. Он звонит в Фокс Пайн каждые два дня, но не получает никакой информации, кроме того, что Дин хорошо реагирует на назначенные лекарства. Наконец, ему разрешают приехать. Сэм нервничает, когда проходит сразу несколько проверок безопасности. По уровню закрытости все это похоже на посещение тюрьмы. Так же, как и свод правил, которые ему озвучили — что можно и нельзя делать в стенах клиники, и как вести себя с пациентами. Однако, в отличие от тюрьмы здесь нет толп народа — Сэм здесь один. Здоровенный санитар — на пару дюймов выше, чем он, проводит его к одной из комнат для встреч с пациентами. Видимо, чтобы создать домашнюю атмосферу, вместо стульев и столов здесь диваны. Однако большое непрозрачное с одной стороны стекло на одной из стен рушит всю иллюзию уюта. Сэм спрашивает у санитара, будет ли его разговор с Дином прослушиваться или записываться. Тот отвечает отрицательно, но Сэм не совсем уверен в его искренности. Ведь такие материалы наверняка нужны им, чтобы понять, почему у Дина якобы поехала крыша. Санитар сообщает, что Дин скоро будет. Сэм никак не может усидеть на месте и нервно грызёт ногти. Наконец, дверь открывается. Первое, что поражает его — это то, что Дин совсем не похож на Дина. Брат редко когда одевает что-то кроме джинсов и фланелевой рубашки, но сейчас на нём серые мягкие штаны, такая же толстовка с капюшоном и тапочки. Тапочки! Он явно не брился с тех пор, как оказался в Фокс Пайн — на его лице внушительная борода, и когда он поднимает глаза на Сэма, его взгляд не сфокусированный. Лекарства, думает Сэм. Сердце оглушительно бьётся и он не может понять, чего же хочет больше — обнять брата или ударить. Дин освобождает его от необходимости делать выбор — он опускается на диван, оставив рядом с собой одно свободное место. — Привет, Дин, — Сэм переходит на заговорщический шёпот, на случай, если их всё-таки прослушивают, — как дела, чувак? Дин вздыхает. Он выглядит недовольным. — Зачем ты приехал, Сэмми? — Что? — Сэм не может поверить своим ушам, — ты издеваешься? Ты хотел бы чтобы я оставил тебя здесь? — Вообще-то, именно этого я и хотел. Извини, что не дал тебе шанса устроить прощальную вечеринку, Сэм, но это мой выбор. Я думал, что в записке все доходчиво написано. — Ты не должен быть здесь, — шипит Сэм, — у тебя нет психических заболеваний. Дин улыбается. — А та дамочка-врач из Гленвуд-Спрингс считает иначе. — Все твои врачи были галлюцинацией! — Это подтверждает мою версию, разве нет? Сэм отводит взгляд. Дилемма «обнять или ударить» снова встаёт перед ним, но он понимает, что сейчас Дин просто старается вывести его из себя. Он сорвётся, и персонал клиники выставит его вон без права дальнейших посещений. Он глубоко вздыхает и берёт себя в руки. — Я... я просто в недоумении, Дин, — говорит он устало, — мы вернулись домой, мы начали налаживать свою жизнь... Зачем тебе все это нужно? — Ты наверняка не поверишь, но я сожалею, Сэм. Я не лгал, когда писал, что, как бы ни была хороша наша гражданская жизнь, нам невозможно существовать как нормальные люди. Мы будем постоянно оглядываться на прошлое, постоянно ждать ловушки, а я не хочу этого, ни для одного из нас. Дин останавливается и потирает рукой правое предплечье, изучая материал толстовки на рукаве. — Мы никогда не будем в безопасности, Сэм. И никогда не будем свободными. — Но Клинок спрятан... — Да? — Дин поднимает на него сердитый взгляд, — насколько я помню, в прошлый раз его тоже спрятали. Ты видел, во что он превращает меня. Абаддон не остановилась бы на демонах, Сэм, она собиралась заставить меня уничтожать обычных людей. Теперь Дин смотрит на Сэма. Его взгляд пуст, но в этом взгляде Сэм может видеть самые потаённые страхи брата. И что здесь ответить? Они будут пока Дин носит Метку Каина и он прав — нет никакой гарантии, что случившееся не повторится. Он закрывает глаза. — И ты думаешь, что это ответ, Дин? Тебя накачивают наркотиками, и ты носишь чертовы тапочки! — Эй, не обижай тапочки! А наркотики... наркотики это не плохо. Они помогают мне держать в узде некоторые мои наклонности... — Отлично, мы выясним, что это за препараты. Вернёмся домой, и ты будешь принимать их под моим присмотром. — Сэм, — твёрдо говорит Дин, — я остаюсь здесь. Здесь я в безопасности и это именно то, что я хочу. — Но тебе здесь не дадут пить! — Иисусе, он хватается за соломинку. — Ты же всегда уговаривал меня сократить количество выпивки. Не ты ли называл меня плохим Сантой? — лицо Дина смягчается и он, наконец, улыбается, — поверь, Сэмми, здесь безопасно. И так будет лучше для нас обоих. — Кстати, как ты всё-таки сюда попал? Дин опускает глаза. — Я попросил назад один должок. Долгая и давняя история. Сэм молчит. Когда Дин говорит так, это означает, что кто-то должен ему за что-то сделанное им, пока Сэм учился в Стэнфорде. И печальнее всего, что Дин не хочет этим делиться. — Да? Стало быть, этот доктор решил отблагодарить тем, что позволил тебе накачивать себя опасными препаратами, в которых ты даже не нуждаешься? Дин закатывает глаза, очевидно, устав от этого разговора. — Я ещё раз повторяю, я сам принял это решение, — он внезапно поворачивается к Сэму и любая теплота исчезает из его взгляда, — если я правильно помню, ты был очень красноречив, когда почувствовал, что я не уважаю твой выбор. И я предупреждаю — не пытайся связаться с доктором Флетчером. Он помог мне, чтобы ты об этом ни думал. Дин прав. Он имеет право сам решать, как жить. После полугода, проведённого в плену у Абаддон, где у него отняли все, включая свободу думать — это наименьшее из того, что он заслуживает. Просто... это не очень хорошее решение. — Хорошо. Я понял, почему ты хочешь остаться здесь. Но если мы найдём способ избавления от Метки... — Сэм, послушай сам себя! Мы искали везде! — Просто выслушай меня, Дин. Если бы мы нашли способ избавиться от Метки, ты вернулся бы домой? Дин все ещё качает головой, но чувствуя на себе пристальный взгляд Сэма, решает сдаться. — Да, думаю да. — Ладно. А если мы найдём способ уничтожить Клинок? Выражение лица Дина меняется за одно мгновение. — О, нет! Нет. — Что? Почему? — Ты появишься здесь через неделю и заявишь, что Клинок уничтожен, и думаешь я тебе поверю? По крайней мере, с этой штукой, — он берётся рукой за предплечье, — я точно буду знать, когда она исчезнет. Уязвлённый недоверием Дина Сэм не сразу находит что ответить. — Значит, мы делаем акцент на удалении Метки? — Если ты так ставишь вопрос, то да. Но пожалуйста, Сэм, не бросай учёбу из-за этого бестолкового занятия. Мы оба знаем, что способа избавиться от Метки нет. Я был серьёзен, когда говорил, что ты должен получить диплом. Обещай мне, что не испортишь все из-за меня. — Ладно. — Сэм. — Я обещаю, хорошо? Но и ты обещай, что когда я найду решение, ты выйдешь через эти двери вместе со мной. Дин изучает брата несколько мгновений. — Таковы мои условия, Сэм. Пока на моей руке Метка Каина, я остаюсь здесь.