LI. Old friends
5 декабря 2016 г., 14:02
Сладкая дремота залегла, казалось бы, даже в складки кожи, разгоняя по венам пьянящую и клонящую в постель тяжесть. Но когда я проснулась, то солнце было уже высоко. Покрутив головой, я заметила отсутствие Джека: лишь мятые простыни и поднос с пустыми кружками на прикроватном столике. Прожектор был выключен, судя по всему, я проспала весь фильм, уткнувшись в плечо моего знакомого.
Я рассеянно потёрла глаза и свесила ноги на пол. Мансарда отдавала по ощущениям чем-то первобытным… Может быть, запах древесины? Или пространный дизайн? Ступни утонули в овечьей шкуре, заставив прогнуться в спине от удовольствия. Я поплелась к открытому окну в потолке, пинком приставила стул к форточке и забралась на него, вдыхая морозный воздух. Между окном и рамой была заткнута книга. Руки буквально сами дернулись, убирая её. Как можно так использовать подобные вещи? Это расточительство в чистом виде.
На обложке красовалась записка со знакомым почерком, которая гласила: «Доброе утро и не важно, что уже день. У тебя есть ровно десять минут, чтобы определиться, куда мы отправимся. Если не знаешь, то открой любую страницу и выбери наугад.
Твой Джек».
Я невольно расплылась в улыбке, вот что за сюрприз он приготовил! Я подумала о вечно-зелёных лугах или солнечном пляже, присаживаясь на стул в задумчивости и вороша волосы. У меня есть возможность отправиться куда угодно, но куда же я хочу попасть? Не знаю, может, Бостон, Ванкувер или Ганновер?
Дверь мансарды резко отворилась и на пороге возникли Кристиан, на этот раз в элегантной жилетке, рубашке под ней и с кружевным боа на шее, а на шаг впереди него — Джек, который уже прощался. Хозяин замка приветливо махнул мне рукой и, кивнув головой, энергично зашагал по коридору.
— Что это было? — спросила я у Джека, который захлопнул дверь и сейчас удобно устроился в кресле напротив меня.
— Камилла с Марком передали тебе кое-какие подарки за отлично проведённый вчерашний вечер. Я попросил Криса отнести их к экипажу, — Джек указал на книгу у меня в руках, интересуясь: — Уже решила?
— Нет, как такое можно решить за несколько минут? Это невозможно! — Джек ловко выхватил книгу у меня из рук с чертовски хитрой улыбкой, которая могла бы при других обстоятельствах показаться обольстительной.
— Сейчас продемонстрирую, как это делается. За тобой останется малое: всего лишь указать пальцем. Это не так сложно, как кажется, уверяю! — тон парня был язвительным и как никогда веселым. Всё его естество разилось чудовищной энергией и силой. Сейчас он напоминал мне мальчишку: неряшливый, потёртый вид, горящие глаза и импульсивные движения, которые совершенно не в его духе.
— Это так странно влияет на тебя кофе?
— Это ты пьянишь меня своим присутствием, Венди Дарлинг. Давай же, — парень придвинул ко мне книгу и жестом велел прикрыть глаза. Мне больше ничего не оставалось делать, как смиренно повиноваться и это…
— Хроники Шаннары, отличный выбор, Венди, — губы Джека растянулись в улыбке, обнажая белоснежные зубы.
— То есть, как? Это книга? Мы пападем в то место, где разворачиваются её события? — я рассеянно обводила пальцем небольшую зарисовку, на которой были изображены две девушки и парень, у последнего виднелись эльфийские ушки. Ответ моего спутника был совершенно неожиданным:
— Не совсем. Мы окажемся прямо в книге, — Джек выдержал паузу и галантно протянул мне руку со словами: — А прямо сейчас мы отправимся в замок. Не стоит злоупотреблять гостеприимством Дебьюаров. Пора в путь! — в его баритоне читалась неповторимая уверенность, целеустремленность и мечтательность, отдающиеся лёгкой хрипотцой, точно ему всё по силам и нет ничего невозможного. Он сожжёт весь мир, а потом вновь вылепит его из пепла, если захочет. Это одновременно воодушевляло и устрашало.
***
POV Автор Позднее окраина Сноувуда. — Может, ещё чаю? — вопрошал изобретатель, нервно скрестив руки на груди, пока Питер с новоявленной спутницей запахивали свои одежды. — Нам стоит поспешить, Филипп, в другой раз. — Надеюсь, его не будет! — хохотнул хозяин дома, поправляя свои очки на переносице. — Мне тоже будет тебя не хватать, Филипп, — Питер пожал руку старого товарища и шагнул за порог, слыша уже в спину: «В добрый путь, друзья!» Когда дверь притворилась, вечно мальчик сошёл с крыльца вслед за девушкой, которая в ожидании уставилась на него, зябко ёжась от холода. Пэн тем временем обвёл внимательным взглядом улицу, ощущая чей-то взгляд на себе, но никого не было. — Кто-то недавно говорил о том, что пора спешить, или я ослышалась? — Хочешь привести за собой хвост, Элизабет? — осведомился парень, вызвав недоумение у барышни, и было запустил руку за пазуху, как внезапно кто-то повалил короля Нетландии на землю. — Это ты! Это ты украл её, подонок! Это всё ты! — брызжа слюной, вопил незнакомец, который всем телом навалился на Питера и безостановочно молотил его кулаками по лицу. Впрочем, довольно скоро Пэн скинул с себя обидчика, ударив его так, что тот упал навзничь и потерял сознание. — Боже мой, я, конечно, знаю, что ты ещё тот засранец, Питер Пэн, но что нужно было сделать, чтобы дело дошло до этого? — воскликнула Элизабет, встряхнув юбками от негодования и смеха. Питер сплюнул и утёр остатки крови с губ, после чего ошалело произнёс в никуда: — Всё куда интереснее, чем ты только можешь себе представить… — его взгляд наконец сфокусировался на, как оказалось, юном парне, растянувшемся на газоне. — Этот смертный миновал половину земного шара и как-то попал в наш мир, чтобы спасти свою сестру. — Венди? — воззарилась на Пэна Элизабет, подняв брови. — Игра становится всё интереснее и интереснее. Только вот придётся поменять правила, — лёгким движением руки вечно мальчик открыл портал и направился к нападавшему. — Меняешь правила, чтобы не проиграть, а, Питер? — язвительно полюбопытствовала Хоккинс. — Чтобы другие не выбыли из игры раньше, чем я одержу победу, — на губах парня промелькнула улыбка. — Только после вас. — А если ты проиграешь? Не приходило в голову? — не дожидаясь ответа, Элизабет шагнула в сияющее пространство и, взвалив на свои плечи мальчишку, Питер вслед за ней растворился в портале, ничуть не сомневаясь в своей победе. POV Венди Экипаж сбавил ход и остановился напротив парадной лестницы замка. Джек скоро выскользнул из кареты и распахнул передо мной дверцу. Я напрочь забыла, о чём прежде говорила с Джеком, и когда он завёл беседу, то практически его не слушала, редко кивая или невнятно что-то бормоча — все мои мысли были о Питере. И не отпускало гнетущее чувство, что он обязательно что-то натворит. Двери открылись и из зала тот час донеслись неразборчивые голоса. Джек умолк, властно шагая впереди меня. Вот он завернул в гостиную первого этажа, и всё напряжение в его позе и выражении лица пропало, передавшись мне. — Неужто у нас гости? — прервал неторопливую беседу Джек, облокотившись о косяк. Я любопытно поднырнула под его руку, чтобы оставаться незамеченной, но при этом видеть всё, что происходит в зале. Питер вальяжно развалился в кресле, глуша алкоголь, словно зализывая тем самым раны. — А вот и Джек! А ты похорошел за то время, что меня не было, сладкий, — подала слащавый голос девушка, сидящая на диване. Каштановые локоны незнакомки обрамляли её утончённое лицо, спадая до самой поясницы. Одета она была в роскошное платье из красного бархата, что идеально облегало её стройную фигуру. Я прикусила губу от зависти: как можно выглядеть настолько безукоризненно прекрасно? — Я тоже рад тебя видеть, Элизабет, — сухо ответил Джек с улыбкой. Но зная его уже неплохо, я отчётливо видела безразличие за словами парня, поражаясь, как можно устоять перед такой красотой? — Какая сладкая ложь… — томно протянула барышня, делая изящный глоток из фужера. — А ты хотела бы услышать горькую правду? — сколько скрытого яда в его словах… Что здесь происходит? Я точно нахожусь на поле с минами, не предполагая, где рванёт дальше. — Я же знаю, как ты любишь сладкое, Элизабет. Так давай пропустим горячее, — девушка рассмеялась, а Пэн остался непоколебимо спокоен и лишь вскинул бровь, видимо, не желая вмешиваться до поры до времени. Его взор лениво покачнулся в сторону Джека и именно туда, где я стояла за ним. Наши взгляды пересеклись, отчего я прижалась к стене, дыша через раз. Сколько боли и рвения было в его взгляде. Неожиданно мою руку сжала чья-то чужая рука, конечно же, рука Джека, как всегда вовремя. — Появись, Венди. Все мы знаем, что ты прячешься за спиной… Джека, — Пэн на мгновение помедлил и явно хотел назвать Джека иначе, но сдержался. — Хотя можно поиграть в прятки, но ведь мы это уже проходили раньше, — не унимался вечно мальчик, издевательски выгибая бровь, отчего жар пробежал по телу волной. — Раньше я тебя боялась, Пэн, но не теперь, — в моём голосе сталь, глаза в глаза, как вызов. Парень спокойно выдерживает мой взгляд, пока я безмолвно подмечаю синяки под его глазами, рассеченную губу и в целом побитый и безжизненный вид, точно он рассыпается на части… Уголок рта Питера тянется вверх и он с удовлетворённым видом откидывает голову, продолжая неотрывно глядеть на меня из-под полуопущенных ресниц. — Элизабет, это та самая девушка, о которой я тебе рассказывал. Венди, это Элизабет Хоккинс, моя старая подруга, — представил нас хозяин Неверленда. И незнакомка даже подалась вперёд, открыто оценивая меня взглядом, от которого было не скрыться. — Хорошенькая, очень хорошенькая, — заключила она после детального осмотра. — А разговаривать умеет или природа наделила её только красотой? — у меня даже не нашлось слов, что на это сказать, я просто задохнулась от бешенства. — Если не будешь грубить, то может быть и узнаешь ответ на свой вопрос, — холодно протянул Пэн, щёлкая своими словами незнакомку по носу, тем самым сбивая с неё спесь, что было странно. В унисон с Питером Джек сказал: — Вечер и ночь обещают быть накалёнными до предела, но не советую тебе горячиться, Элизабет, макияж подпортишь, — эти слова заставили ущемлённую девушку раскраснеться от злости. Она так и испепеляла нас взглядами, но скоро справилась с эмоциями и миловидно улыбнулась. — Чего же вы стоите? Присаживайтесь и устраивайтесь поудобнее. Заодно расскажете нам, как прошли Ваши вечер и ночь. Должно быть, было жарко? — Меня ещё никто не приглашал присесть в своём же доме, но ты как, впрочем, и не редкость исключение, Элизабет, — почти фыркает Джек и, что не удивительно, не стремится присоединиться к компании у камина, оставаясь по-прежнему в дверях. — Полагаю, каждому из нас нужно время, чтобы разобраться друг с другом… — начал Питер, отставляя бокал в сторону. — Ты прав, как думаешь, Джек? — поддержала идею Элизабет, поднимаясь на ноги. — Столько времени прошло, было бы неплохо кое-что обсудить… — девушка подошла и что-то прошептала парню, но уже так, что даже я, находясь рядом, не услышала. Джек тяжело сглотнул и посмотрел на меня, в его глазах читалась борьба, и я сама отстранилась, отпуская его руку. — Всё будет хорошо, иди, правда, — всё внутри сжалось от ужаса. Я останусь наедине с Пэном, снова. Это всё равно, что уйти, оставив охотника и добычу в неравном бою. Хотя я его и не боюсь — это так, но… чего от него ожидать? Что он сделает со мной, пока Джека не будет рядом? Перережет горло? Если не досталась ему, то пусть не достанется никому. Или что-нибудь похуже? Джек без лишних слов и прелюдий медленно притянул меня к себе, целуя в лоб. Вроде такое ничего не значащее и обыденное по своей сути прикосновение, но значимое и новое для меня. — Я горжусь тобой, — тихо прошептал мне на ухо Джек, прижимая к себе, и только сейчас я поняла, насколько сильно он не хочет меня отпускать. — И точно знаю, что ты можешь всё. Ну, а мне в таком случае пора… — Спасибо, что веришь в меня, — сказала я и вновь отстранилась, провожая взглядом Джека и Элизабет. Когда их шаги в конце коридора смолкли, то Питер резко соскочил с кресла и заявил с безумным горящим взглядом: — Нам тоже следует идти. — Куда? О чём ты? — Бежать, обратно в Нетландию. Это наша фора, нельзя её упускать! Это единственный шанс вернуться… — Домой? — продолжила за него я фразу, поджав губы от душераздирающей боли. — Это твой дом, Пэн, а я остаюсь здесь. Взгляд Пэна потемнел, парень имульсивно облизнул потрескавшиеся губы и судорожно приставил руки к своей шее, устремляя взгляд в потолок, точно мог сыскать там успокоение для своей души. Его тонкие, покрытые паутиной кровоподтеков руки прошлись по шее, оборкам одежды, а после он направил указательный палец на меня, говоря при этом глухо, хотя наверняка если бы он не сдерживал себя, то давно кричал, срывая голос. — Я не хочу заставлять тебя силой идти со мной, Венди, но ты слышишь себя? Что ты говоришь? Думаешь, эта крепость станет твоим новым домом? А Джек будет виться рядом в роли заботливого супруга? Для подобных нам не существует счастливых концов!.. Он скорее прикуёт тебя к кровати, как меня время назад, и оставит там, пока не заскучает в конец. И как же быстро ты забыла про свою настоящую семью, а, кстати, о ней, — тон Питера мне не нравился всё больше и больше, в нём прорезались, словно осколки битого стекла, злоба, замешательство, осуждение, спускаемая на тормозах взвинченность, вызванная яростью и недоверием. Всё моё внимание было приковано как магнитом к вечно мальчику, неужели он… моей семьи больше нет? Он убил их? Даже мысленно я не могла этого сказать, не говоря о том, чтобы осознать и принять. И что он говорит о Джеке? Не может быть, он бы не поступил так… или я знаю его не достаточно хорошо, чтобы делать такие поспешные выводы? — Что с ними? Что ты сделал с ними, Пэн?! Отвечай! — взревела я, уцепившись за ворот рубашки парня. Меня потряхивало от ужаса, я была готова свернуть ему шею, если этот моральный самоубийца хоть пальцем тронул мою семью. — Только я задаю вопросы и уж точно ни перед кем не отсчитываюсь, пташка, ты это знаешь. Не забывайся. Майкл, кажется, что с очками? — поинтересовался с чуть заметной улыбкой на губах Питер, держа меня за запястья. Я не выдержала его самодовольства и совершенно неуместного веселья, и рванулась вперёд, оцарапав щёку парня ногтями. Парень зашипел, резко развернув меня спиной к себе и зажал, точно в тисках. Я напряглась, как струна, испытывая уже давно знакомую бессильную злобу, как вдруг Пэн отпустил меня, заставив замереть на месте от неожиданности. Пощадить свою жертву, пережав ей горло клыками? Нет, это не в духе Питера. Я недоверчиво сверкнула глазами через плечо, но лицо подростка не выражало ни единой эмоции — чистый лист в своём роде. Неожиданно мне стало стыдно за содеянное и я вероятно хотела извиниться, но вовремя прикусила язык, полагая, что это будет лишним. — Точно, Майкл… Этой ночью он набросился на меня и далеко не с распростертыми объятиями. Он искал тебя и нашёл, — с печальными нотками в голосе протянул Питер и моё сердце подскочило в груди от его слов. — С ним всё в порядке? — Сама убедись. — Что? — мой голос дрогнул и вовсе не от облегчения. — Как? — Тебе предстоит пойти со мной, иначе никак, — парень вскинул левую бровь и выжидающе присел на подлокотник дивана, давая мне время подумать. В это мгновение в зал ворвался, точно вихрь, Джек, а за ним и Элизабет. — Венди? — бездонные тоннели затянули меня в свои нескончаемые лабиринты и я потерялась в них, не зная как быть. Питер приосанился и зашагал ко мне, буравя взглядом брата. Они остановились в полуметре друг от друга, как будто ведя безмолвный разговор, может быть, так и было. Но выбор всё равно оставался за мной и впервые мне бы не хотелось, чтобы он у меня был, ибо как можно выбирать между близкими в лице Джека и родными, то есть семьей? Молчание тяжким грузом тянуло ко дну. Напряжение нарастало, как буря, казалось, вот-вот грянут молнии, что отразятся в оскалах двух самых страшных врагов — двух кровных братьев. Что может быть ужаснее на свете? Возможно, это станет последним мною принятым решением в жизни, но я нерешительно, на ватных ногах, качнулась в сторону Питера… Уже твёрдой рукой сжала плечо хозяина Неверленда, отчего парень рефлекторно дёрнулся и с немалым удивлением поднял брови. Я обратила взгляд на Джека: его выражение лица было далёким и неясным, точно он закрылся ото всех, словно предательство с моей стороны притворило и так узкую щель в его мир за кулисами и больше она никогда не откроется вновь. Я окончательно упала духом, но время не повернуть вспять и почему-то я не чувствую сожаления, как будто всё так и было предначертано. — Ничего не хочешь сказать, Элизабет?.. — хриплый баритон Джека нарушает звенящую тишину. Я читаю на лицах присутствующих недоумение — напускное, как у Элизабет, и вполне настоящее у нас с Пэном. — Тогда придётся сказать самому. Знаешь, почему мне пришлось избавиться от Лиззи в прошлый раз, Питер? Да потому что она ждала ребёнка от тебя!
