Tales from the Grandline

После битвы в Эниес Лобби Робин поняла — их капитан жуткий собственник, и то, что считает своим, он вырвет, выгрызет — если потребуется. А куда капитан — туда и команда. Особенно это касается первого помощника. Она помнила, как мечник, когда-то не доверяющий ей — и правильно, тогда она того не заслуживала — выступил на ее защиту, подхватил ее после сильного удара молнией. Тогда он действовал по своему личному кодексу чести, который не касался команды. Теперь же, спустя два долгих года, он снова прикрыл ее, защитил от подлого удара в спину, к которым Робин было не привыкать. Только теперь Зоро поступил так не только потому, что она была женщиной. Она стала его накама — хотя кто сказал, что вторая причина не исключает первой? Его накама. Его. Помощник капитана был собственником даже большим, чем сам капитан. Робин тихо смеялась, осознавая это —, а может смеялась от дыхания Зоро, щекочущего обнаженную спину. Он перебросил ее волосы через плечо, тихо ворча что-то про «ведьм, которые стричься не умеют», и Робин не сдержала улыбки. Она помнила, что Зоро нравится изучать взглядом ее спину — сначала из осторожности, потом из любопытства. Теперь взгляд дополнялся прикосновениями, поцелуями — Робин не возражала. Они были в одной команде, но также были мужчиной и женщиной. И одно не исключало другого. Она рвано вздохнула, ощутив, как ладони Зоро сжимают ее груди. Бережно, но крепко — как он обычно сжимал свои мечи во время сна. — Это были долгие два года, — пробормотал он на ухо Робин. — А ты все показываешь врагу спину. — Никто не идеален. Кроме того… — она закрыла глаза, оглаживая спину Зоро третьей, выросшей прямо из кровати рукой — я не единственная, кто так делает. — Эй, я не враг, — Зоро вздрогнул, и рука позади него рассыпалась лепестками. Он развернул Робин к себе лицом и пытливо посмотрел ей в глаза: — А что насчет тебя? Кем мне тебя считать? Вместо ответа Робин лишь поцеловала шрам на его веке. Для человека, который считает ее своей, этого вполне достаточно. Судя по удовлетворенной ухмылке Зоро и тому, что последовало после, Робин не ошиблась.