Ты — только моя пища

      Невидящим взглядом смотрю перед собой, нервно вздрогнув от того, что кто-то накрыл мои плечи мягким пледом. Но на более меня не хватило, я даже не обернулась на удивительно заботливую особь, уставившись в одну точку и начав считать количество точек на стене. Таких крохотных и незаметных на первый взгляд.       В комнате повисла гробовая тишина, нарушаемая только звуком стучащих в окно капель дождя, разбушевавшегося с новой силой снаружи. С каких-то пор я не терплю дождь. Может, дело в том, что нервы не в порядке? Возможно.       Тяжело вздыхаю, покрасневшими от долгих рыданий глазами смотря на Кита, лежащего на собственной кровати. С одной стороны казалось, что он просто спит. К сожалению, это было не так.       Его лицо уже не казалось таким неживым, правда смертельная бледность никуда не исчезла. Сверху мужчину накрыли тонким покрывалом, оставляя на показ оголённый торс, вдоль и поперек замотанный бинтами. Аккуратно и мастерски. Издаю истерический смешок. Мумия, блин.       Данное действие испугало бедную служанку, которую приставили в качестве «заботливой мамочки». Она даже пахла парным молоком. Женщина чуть ли не силой затащила меня в ванную комнату, где вымыла, словно я сама не могу. Удивительно, не смотря на хрупкое телосложение, пожилой женщине смело мог составить конкуренцию взрослый мужчина.       Тактичное покашливание привлекает моё внимание. Взгляд останавливается на покрытом глубокими морщинами лице с сияющими голубыми глазами. Служанка легко мне улыбается своими потрескавшимися тонкими губами, по-матерински проведя шершавой рукой по моим спутанным и мокрым волосам, из-за которых на белой рубашке тянутся мокрые дорожки. — Не стоит так себя мучить, детка, — мягко произносит она. — Всё образуется.       Выдавливаю из себя кривую ухмылку. Да, конечно. Кроме моих потраченных нервов и отношения окружающих. Они меня и так не особо жаловали, а теперь, кажется, будут тихо ненавидеть.       Единственное, что радует — Кит, действительно, будет жить. В данный момент он находится в состоянии анабиоза*, что приносит хоть кроху радости. А я так испугалась тогда...       Помощь пришла внезапно. Тогда, лежа рядом с бесчувственным телом вампира, я и не заметила, как меня обхватили чьи-то грубые сильные руки и оттащили от него, несмотря на истерические вскрики и брыкание. Неизвестные мне вампиры (а это были именно они) вначале шокировано остановились, не решаясь подойти ближе к своему хозяину, но после пришли в себя и поспешили транспортировать меня и Кита обратно в дворец, где нас с распростертыми объятиями поджидал Гас.       Впервые мне пришлось увидеть столь потерянное, с отголосками боли в зелёных глазах лицо вампира. Он глухо приказал позвать целителей, а сам поспешил исчезнуть из поля моего зрения, с горечью выплёвывая различные ругательства. Ужасный день...       Раздумывая, я и не заметила, как осталась одна в комнате Кита. Тихо закрыв дверь, служанка ушла, стараясь оставаться максимально незаметной.       Перевожу взгляд на свои руки. Они мелко подрагивают, и эту дрожь я унять никак не могу. Тёмные следы синяков напоминают о крепких узлах верёвки, нагнетая ещё больше.       Всё-таки это я виновата. Только я и моя беспечность. Ничего бы такого не было, если бы не я.       Всматриваюсь в бледное лицо вампира, с радостью понимая, что его жизни больше ничего не грозит.       Тогда я забыла о том, что Кит — вампир. А судя по древним книгам, он способен максимально замедлить свои жизненные процессы, дабы экономить энергию для восстановления сил. Поэтому и пульс нормально не прощупывался, и дыхание было таким замедленным, что было сложно заметить.       Мой стул находился прямо возле его кровати. Надо же, на удивление, я не смогла сомкнуть глаз, терпеливо дождавшись, пока целители закончат «латать» Кита, и упрямо сидела несколько часов рядом с ним. Причина? Да чёрт его знает, что это за чувство такое...       Помедлив, всё же легко провожу кончиками пальцев по ладони вампира, немного подумав, позже сжала его ладонь в своей. Хоть бы он поскорее пришёл в себя.       Вдруг дверь вновь с громким хлопком отворилась, заставляя вздрогнуть и убрать руку, прижав её к груди. Встречаюсь с испуганными синими глазами Миры, дышащей так, словно она до этого пробежала целый марафон.       Девушка резко замирает у порога, отводя взгляд и со вселенской мукой уставившись на своего брата. Её пухлые губы слегка подрагивают, брови печально заломлены. Рыжие волосы торчали в разные стороны, как колючки у ёжика. Судя по помятой ночной рубашке, она недавно спала. — Кит, — глухо произносит она, в её глазах что-то меркнет. Хотелось подбежать и обнять это хрупкое создание, которое увидело то, что могло присниться только в страшных кошмаров.       Но я не успеваю ничего предпринять, так как следом за ней молниеносно влетает Гас, судя по тёмным кругам под глазами, так и не отдыхавший со времени нашей последней встречи. Он хмурится, посмотрев на рыжеволосую тяжёлым взглядом.       Мира издаёт полный мучения стон, закрывая ладонями лицо. Её плечи подрагивают от глухих рыданий, ноги подкашиваются. Она бы упала, если бы Гас не подхватил её, крепко прижимая к себе. Чувствую себя последней сволочью. — Ну же, рыжик, — синеволосый мученически улыбается, мягко положив одну руку на тонкую талию девушки, а второй поглаживая огненные пряди на её голове. — Ты же знаешь, мастеру эти ранения пустяки. Вот увидишь, через пару дней вы опять прогуляетесь в саду.       Мире от его слов не стало легче. Она только сильнее вжалась в тело парня, обхватив его за шею руками.       Встаю и отхожу от кровати Кита подальше. В душе пустота. На глаза вновь наворачиваются слёзы, которые я спешно вытираю.       Против воли встречаюсь взглядом с Гасом, отчего я пожалела, что Шун меня не убил в своё время. От чистой ненависти и злобы в его изумрудных глазах сердце предательски сжалось. — Если бы не потребность в твоей крови для мастера Спектры, я бы тебя собственноручно уничтожил,— жёстко и злобно прозвучал его голос в моей голове.