Red or Black

– Он не дышит, Чарли! Он не... Его сердце! Я не чувствую, как оно бьется! Черт! Что нам делать!? – у меня началась паника. Я чувствовал, как на лбу выступает пот, а сердце колотится где-то в висках. Разум отказывался понимать, что произошло что-то действительно страшное. В первый раз в жизни я не знал, что мне делать. В первый раз в жизни я испытывал настолько сильный страх за кого-то. Я крепко сжимал обмякшее тело своего лучшего друга, не желая отпускать его ни на секунду. Не верилось, что это происходит. – Чарли! Что ты стоишь?! Помоги мне! Как нам? ... Мы должны что-то сделать! Мы же не можем дать ему умереть! – я взглянул на свою напарницу, ища поддержки в ее глазах, но она даже не могла пошевелиться, наверное, тоже не веря в происходящее. – Чарли! Черт бы тебя побрал! – я крикнул на нее, чтобы она очнулась. Сейчас не время стоять истуканом и ничего не предпринимать. Я знал, что фактически держу на руках мертвого человека, но я отказывался в это верить. И не буду верить до тех пор, пока что-нибудь не сделаю. Девушка, кажется, наконец-то услышала меня и очнулась от своей прострации. Когда она перевела взгляд на меня, я заметил, как тяжелая слеза, выступившая из ее правого глаза, тут же быстро упала на пол. – Я…я не знаю, что делать… Я никогда не пыталась воскресить кого-то из мертвых, Чонгук…, – уж очень спокойным голосом произнесла она, словно уже смирилась. – Он не умер! Слышишь?! – и снова я не хотел верить. Почему она так быстро сдается? Почему не хочет помочь? Я опустил тело парня на диван, аккуратно уложив его голову на подушку. Его лицо уже начало приобретать серый цвет, что означало самое страшное. Нет, нет, нет… Этого не может быть. Я должен что-то сделать. Сейчас было не время вспоминать сериалы, которые я смотрел в детстве, но оттуда я кое-чему научился. Не знаю, достоверно ли показывали эту процедуру, но хотя бы можно попытаться. – Ты умеешь делать массаж сердца? – я быстро убрал челку со своего лба, которая начала к нему прилипать из-за выделившегося пота и посмотрел на Чарли. – Нет, я же не медик! – Да какая к черту разница! Пусть ты хоть клоун, но должна уметь его делать! – А какого черта ты сам тогда не делаешь его, а кричишь на меня?! И то верно. Какого черта? Я ведь и сам не умею его делать… Давай, вспоминай, Чонгук, как же это делается… В голове всплыли картинки из телевизора, где какой-то мужчина склоняется над другим, скрестив обе кисти руки и расположив из в области сердца пострадавшего. Зачем начинает отсчитывать от одного до… До скольки? Я не знаю до скольки нужно считать! Ладно, не важно. Главное сделать несколько сильных толчков в грудь, а затем… Искусственное дыхание! Точно… Стоит попробовать. – Так…спокойно. Без паники…, – я начал успокаивать сам себя, в надежде, что это поможет мне восстановить собственное дыхание, которое уже давно сбилось из-за потока слез, вырвавшегося из меня. Я быстро вытер лицо рукавом своего джемпера и склонился над Тэхеном. Я не мог смотреть на его синевато-серое лицо и закрытые глаза, поэтому сосредоточил свое внимание на его груди. Я точно также скрестил пальцы рук и начал сильно нажимать на то место, где прощупывались ребра. – Один, два, три, четыре…, – начал отсчитывать вслух я. Я заметил, как рядом со мной разместилась Чарли. – После того, как подашь сигнал, я сделаю ему искусственное дыхание, – ровным и уверенным голосом произнесла она. Сейчас я готов был молиться всем богам за то, что она была рядом со мной. – Тридцать, – произнес я. – Что? – Тридцать нажатий, я вспомнил… – Хорошо, ты считаешь какое сейчас? – Двадцать шестое. Еще четыре раза, и ты должна будешь сделать два глубоких вдоха, которые должны попасть в его грудную клетку. – Я поняла. – Приготовься: двадцать восемь, – я увидел, как она приоткрыла его рот, – двадцать девять, – склонилась над ним, почти прикасаясь губами, – тридцать, – сделала глубокий вдох, а затем выдохнула ему в рот. Затем повторила это еще раз. Ничего. Ничего не произошло. Мой лучший друг бездыханно продолжал лежать на этом гребаном диване. – Не сдавайся! Еще раз тоже самое! – прикрикнул я на девушку. Она не отреагировала на мой тон и покорно снова опустилась над ним. Мы повторили все тоже самое еще два раза. На второй раз я почувствовал, что что-то хрустнуло в груди Тэхена. Это было его ребро, которое я, скорее всего сломал от сильных толчков. Черт возьми… Но даже несмотря на это, я снова продолжал надавливать на его грудь. Мои руки уже затекли. У заметил, что у напарницы начала кружиться голова из-за того, что она резко теряла большое количество кислорода, которое отдавала Тэхену. Но она не жаловалась. Вот только на третий или четвертый раз, она отстранилась. – Что ты делаешь? Мы еще не закончили…, – возмутился я. – Хватит, Чонгук…, – что это за обреченный тон? – Ты что, сдаешься?! Ты не можешь сдаться! Ты не можешь дать ему умереть! Ты не… – Я не могу! Я больше не могу! Не могу целовать холодный труп… Слышишь? Перестань мучить всех… Он…он умер, Чонгук…, – снова слезы. Кому они сейчас помогут? Точно не Тэхену. – Он не умрет. До тех пор, пока я здесь, он не умрет. – Чонгук… – Ты можешь идти. Дальше я сам… – Оставь его, Чонгук… – Чарли! – я резко развернулся к ней, пристально смотря ей в глаза. В них был испуг, страх, боль…, – Я сказал, что ты можешь идти…, – не дождавшись момента, когда она развернется в сторону входной двери, я снова опустился на колени перед другом. Вот только руки не поднялись снова мучить его и его грудную клетку, которую я итак уже покалечил… Его рука лежала на его животе. Когда я взял ее, она была холодной как лед. Я сжал ее между своих ладоней, чтобы отдать ей свое тепло, а когда понял, что это уже не поможет, я приложился к ней лбом и дал волю чувствам. POV Чарли Я смотрела на то как дрожит от рыданий тело моего напарника, склонившегося над телом своего лучшего друга. Впервые вижу его слезы и понимаю, что больше не хочу этого видеть. Особенно, если это касается чьей-то смерти. Во мне борются две стороны: одна хочет уйти и не мешать Чонгуку прощаться с его другом, а другая – остаться с ним и разделить его горе, ведь Тэхен и мне был другом. Хоть и немного, но был. Боже… Райли. Что же я скажу ей? Она ведь с ума сойдет. Нет, я не готова! Я не хочу! Я не смогу сказать ей этого! Почему я сдалась? Мы могли ведь и дальше продолжать делать массаж сердца. Но я ушла. Почему я струсила? Стало страшно перед лицом смерти? Но я ведь уже сталкивалась с подобным. Какого черта, Чарли Уилсон? Ты ведь спасаешь людей, так почему в этот раз ты сбежала? Это же Тэхен. Как ты могла его оставить? Но я не знаю, как его спасти… Все, что мы делали не действует… Массаж сердца, искусственное дыхание… Что еще? Думай, Чарли, думай… Что делает твой дядя, когда у него болит сердце? Пьет таблетки. Но оно у него не останавливалось… Таблетки лишь замедляют боль. А что восстанавливает работу? Должно быть что-то очень сильное… Что-то вроде адреналина. Но я не смыслю в этом! А кто смыслит? Кто-то должен смыслить… Билли… Я резко подбежала к своей сумке, которая все еще валялась на кресле, где я сидела несколько минут назад. Судорожно выудив со дна свой мобильник, я быстро начала набирать на сенсорном экране комбинацию цифр. Точней одной цифры. До сих пор не понимаю, почему номер Билли стоит на быстром наборе, но сейчас это было как никогда кстати. – Подними же трубку! Пожалуйста, умоляю, подними трубку! – молилась я, ожидая ответа своего знакомого медицинского стажера. – Мисс Уилсон! Какими судьбами? – услышала я довольно веселый голос парня. – Билли! Мне срочно нужна твоя помощь! – я посмотрела в сторону Чонгука, который медленно повернулся ко мне, с интересом наблюдая за происходящим. – В чем проблема? Почему у тебя голос такой встревоженный? – сразу посерьезнел парень на том конце провода. – Что может помочь восстановить работу сердца? Какое лекарство или вещество? – Эээ, я думаю, три миллиграмма адреналина должно помочь. Но это крайний случай, он вводится прямо в сердце… – Это мне подходит. Мне все равно каким способом, но ты должен достать мне инъекцию, вместе со шприцом и приехать по адресу, который я тебе сейчас напишу. Сделать ты это должен все в течение десяти минут. Если не словишь такси, значит добежишь, тебе недалеко. Ты меня понял? – Чарли, да что с тобой? Кому плохо-то? – Без лишних вопросов, Билли! Объясню все потом, прошу тебя, поторопись! – Ладно, я понял, отключаюсь. Я отключилась. Прикрыв глаза, я приложила телефон ко лбу. Сейчас мой старый друг был нашей последней надеждой. – С кем ты говорила? Кто приедет? – хриплым голосом спросил Чонгук. – Он мой друг, работает в лаборатории. Довольно пронырливый парнишка и очень добрая душа. Всегда мне помогает, если я прошу его об этом, – объяснила я. Меньше чем через десять установленных мной минут, Билли появился на пороге дома. Не снимая обуви, он быстро забежал в гостиную. – Боже…, – только и произнёс он, завидев похолодевшее тело Тэхена на диване. Он не стал задавать вопросов, быстро вынув из своего портфеля большой шприц с толстой иглой. Количество лекарства было еле видно у прозрачного основания. – Вы как-то еще пытались ему помочь? – непривычно холодным и сосредоточенным тоном спросил он. – Массаж сердца, искусственное дыхание…, – протараторил Чонгук. – Вы молодцы. Если бы не сделали этого, то скорее всего сейчас ему бы уже даже адреналин не помог… – А сейчас есть вероятность? – тут же поинтересовался Чон. – Не буду ничего обещать, но будем надеяться, что есть…, – как настоящий профи в своем деле ответил Билли, хотя им и не являлся. Но, по крайней мере, он знал больше, чем мы. Не медля ни секунды больше, он быстро задрал футболку Тэхена, полностью оголив его живот и грудь. Парень быстро нащупал то место, куда нужно было ввести инъекцию, а затем приподнялся на ноги, чтобы иметь хорошую точку опоры. – Господи, дай мне попасть в нужное место, – произнес он, и замахнувшись шприцом с толстенной иглой, резко ввел ее на всю длину в грудь Тэхена. Это была самая долгая минута ожидания. Мы все втроем неподвижно стояли, ожидая хоть какого-то результата. Но ответом нам была лишь тишина и все еще неподвижный Тэхен, с огромным шприцом, торчащим из его груди. Надежда, так внезапно снова появившаяся, опять угасала с каждой секундой… – Простите, – Билли повернулся к нам, по привычке поправляя свои очки на переносице. Хоть он и не знал с кем имеет дело, но сожаление в его взгляде и словах было предельно искренним. – Я думаю, что это было последним, что мож…, – резкий вдох и гортанный кашель прервал Билли. Он резко подскочил, поворачиваясь к дивану. Для только что восставшего из мертвых, Ким Тэхен выглядел на все сто. Прям как в фильмах или сериалах, он быстро поднялся, схватившись рукой за спинку дивана. Меня же охватил ступор, как и стоявшего возле меня Чонгука. Когда я осмелилась посмотреть на напарника, его лицо выражало абсолютно все эмоции, на которые способно человеческое тело. Но больше всего было слез. Слез радости. – Я…Что сейчас…п-произошло?…, – подал голос Тэхен, все еще ошарашенный тем, что он видит, слышит и осязает. Он делал глубокие вдохи, словно только что появился на свет. Хотя даже буквально выражаясь, это и произошло. Чонгук сорвался с места, подбегая к другу. Он быстрым движением вынул этот страшно торчащий шприц из его груди и прижал к себе друга. Тэхен все еще не мог реагировать на происходящее, но отреагировал на какую-то острую боль, которая вызвала из его рта протяжный стон. Чонгук отстранился, и мы увидели, как парень хватается за ребра, сжимая губы, чтобы не кричать. – Черт! Как же болит! Меня что ¬– кто-то избил после того, как я ввел себе инъекцию? – И как ты еще умудряешься шутить после того, как мы тебя из мертвых оживили? – шмыгая носом и утирая слезы с глаз улыбнулся Чонгук. Я тоже начала смеяться, прикрыв глаза, которые высвободили и мои слезные ручейки. – И кстати, еще раз так сделаешь без предупреждения – я убью тебя раньше, чем ты сам что-то с собой сделаешь, ты понял меня? – И сейчас я понял, что умереть от какой-то там инъекции – это не самое страшное, – хотел было засмеяться Тэхен, но снова зажмурился от боли. – Черт, кажется у меня ребро сломано… – Эээ, да… Прости, друг, это я нечаянно его тебе сломал, – виновато произнес напарник. – Как это? – В общем, когда я делал тебе массаж сердце, я не рассчитал силу и слишком сильно надавил на ребра. А почувствовав какой-то хруст, я понял, что натворил… – Но это не самое страшное, что случается с человеком при массаже сердца, я вам скажу…, – вставил свое слово Билли. – А это еще кто? – поднял на него взгляд Тэхен, явно удивившись новому гостю. – А это тот, кому ты должен сказать самое большое спасибо на свете, – встряла в разговор и я. – Если бы не он, ты бы сейчас с нами не разговаривал. – Соглашусь. Хоть я и не знаю его имени, но этот парень просто ангел, упавший из какой-то лаборатории…, – сказал Чонгук. – Билли, – тут же ответил парень, – вообще меня зовут Уильям, но с раннего возраста все называют Билли, и я как-то привык. – Серьезно? Я и не знала об этом. Сколько тебя помню, ты ни разу не говорил мне своего полного имени, – сдвинула брови я. – Да как-то и случая не предоставлялось. Но, вернемся к нашим баранам – мне интересно, какого лешего здесь вообще произошло? За этой дискуссией и ритуалом воскрешения из мертвых, я совсем забыла, что Билли был вообще не в курсе происходящего. – Оу, да. Давай я провожу тебя в лабораторию, а по дороге все расскажу, – я словила неодобрительный взгляд друзей. – Не волнуйтесь, он никогда не расскажет, если я попрошу. – Спасибо парень, – протянул стажеру руку Тэхен. Билли пожал ее в ответ. – Теперь по гроб жизни буду тебе благодарен. Хоть ты и не обязан был этого делать… – Обязан, поверь, – серьезным тоном ответил он. – Во-первых, каждый день смотреть на трупы, которые ввозят и вывозят туда-сюда, знаешь ли, дело не самое веселое. Хочется, все-таки и живым людям помогать, ну или в твоем случае, прости за прямолинейность, оживлять трупов. А во-вторых, я знаю Чарли, и знаю очень хорошо. И если она попала в беду, или ей нужна моя помощь – я всегда ей помогу, о чем бы она не попросила. Так что учти – если навредишь ей, я могу и умертвлять обратно, – Билли улыбнулся, чтобы все оценили его самобытный юмор. – Я тебя понял, чувак, – подмигнул ему Тэхен. – Ну ладно, идем, – я толкнула стажера в плечо, кивая в сторону двери. Когда он ушел, я подошла к Тэхену и, обхватив его руками за лицо, поцеловала в лоб. – С возвращением, Ким Тэхен, не пугай нас так больше, – я улыбнулась, смотря ему в глаза. Он скривил губы в улыбке в ответ. – Ты знаешь, что в лоб целуют покойников? – не мог не отшутиться он. – Я рада, что после всего случившегося у тебя еще сохранилось твое чувство юмора, – засмеялась я. – Чонгук, отвези его в больницу, пусть сделают ему рентген и какую-нибудь повязку на ребра, – обратилась я к напарнику. – Ты еще вернешься? – он подскочил с дивана, пока я собирала свои вещи в сумку, предварительно пихнув в нее и свой телефон, который кинула куда-то в сторону, после того как пришел Билли. В его взгляде я прочитала какую-то надобность моего присутствия, что для меня было странным. – Ну…нам просто нужно будет обсудить дальнейшие действия…с Тэхеном… – Да, я вернусь, как провожу Билли, – кивнула я. – Хорошо, – улыбнулся Чон. Было приятно видеть его в приподнятом настроении после тех льющихся градом слез отчаяния и горя. – Если нас еще не будет дома, запасной ключ от дома под ковриком перед входной дверью… Что? Он только что доверил мне свой запасной ключ от дома? Я не ослышалась? Под ковриком? И почему это напомнило мне какой-то сериал, где герои всегда оставляют свои ключи либо под входным ковром, либо под горшком с цветами? Я засмеялась от этой мысли. – Что смешного? – не понял моего смешка Чонгук. – Да так…Это просто так типично – ключ под ковриком, – я снова засмеялась, как дурочка, прикрывая рот рукой. – Знаю, – усмехнулся в ответ напарник. Может быть тоже вспомнил законы жанра? – Чарли, идешь? – крикнул из прихожей Билли. – Ну ладно, до скорого, – махнула я ребятам и ушла. Конец POV В больнице мы управились довольно быстро. За несколько минут сделали рентген, который показал, что очень сильно треснуло одно из ребер, и заживление займет около месяца. Тэхену сделали тугую повязку, и приказали не делать резких движений и вообще не напрягать левую половину тела. Прописали обезболивающее и сказали есть побольше кальция, что поспособствует заживлению. Когда мы вернулись домой, Чарли все еще не было. Видимо, загулялась с этим Билли. И почему так долго? Тут идти то десять минут пешком. Тэхен прошагал к все тому же дивану и осторожно плюхнулся на него, немного поджав от боли губы. Я принес ему стакан воды, чтобы он запил таблетки, которые немного облегчат страдания. – Черт, друг, сколько ж в тебе силы, что ты мне ребро продавил? – Думаю, большую роль сыграли мои эмоции. Я так отчаянно пытался привести тебя в чувство, что не заметил, как причинил вред твоему телу, – я снова чувствовал себя виноватым. Тэхен заметил это. – Эй, не вини себя, – он слегка ударил меня по плечу, – думаю, сломанное ребро – это лучшее, что могло бы со мной случиться. И спасибо тебе за попытки… Не представляю, что ты чувствовал, когда я валялся тут… Сам понимаешь… – Главное, что ты жив. Остальное не важно, – я положил руку на его плечо и тихонько сжал его. – Что дальше делать будем? Я не хочу быть в бегах. Не хочу, чтобы вас обвинили в сокрытии. Ведь теперь не ты один, но еще и Чарли, и этот парнишка Билли. Она ведь ему все расскажет. Или уже рассказала. И как быть с этим подонком, который прислал конверты? Он ведь наверняка узнает, что я жив. – Думаю, что после того, как ты…умер, – все еще сложно и неприятно было произносить это, – у него сработал этот датчик, оповещающий об этом. Поэтому, я не уверен, что он узнает, что ты жив. В конце концов, он не ясновидящий и не сможет предвидеть, что мы привели тебя в чувство. Грубо говоря, мы убили двух зайцев: оповестили его в успехе его собственной операции и спасли множество жизней, включая твою, слава богу… – Наверное, ты прав. Но что бы вы сделали, не приняв я эту инъекцию? Наверняка был еще какой-то план. – Мы обсудили кое-что на кухне, когда отходили. – И к чему вы пришли? – В общем… Ты должен сесть в тюрьму.