Red or Black

– Меня отпускают?! – улыбался Тэхен своей фирменной квадратной улыбкой, когда услышал мою новость о том, что мы выяснили, что на самом деле с ним произошло. – Значит я не убийца?! Реально? Не шутишь, друг?! – Басы пониже, Тэхен, а то сейчас тебя какие-нибудь санитары из психбольницы услышат и заберут с собой за невменяемость… – с улыбкой успокаивал друга я, смотря на его лицо, пока что еще через прутья железной решетки. Я был так счастлив, что теперь не буду видеть его в этом ужасном месте, хоть и видел всего пару раз. Этого мне было вполне достаточно, чтобы понять, что этот человек категорически сюда не вписывается. – Прости, я просто ужасно счастлив. И горд! Горд, что у меня такие прекрасные, замечательные, просто изумительные и умные, и талантливые друзья! – не мог перестать прыгать Тэхен. – Весь словарь эпитетов перебрал? – Еще нет! Чудесные! Очаровательные! … – Звонок! – перекричал я его, почувствовав вибрацию в кармане брюк. – Что? – резко остановился друг. – Звонят мне, – повторил я, показывая ему экран своего мобильника. – Ооо, это Чарли! Дай мне с ней поговорить, я хочу словесно ее обнять! – начал просовывать свои руки через решетку Тэхен, но я быстро отбежал. – Боже, успокойся! Ты выглядишь как обезьянка в зоопарке, тянущаяся за бананом. – Хватит насмехаться надо мной, Чон Чонгук! Вот выйду отсюда и устрою тебе обезьяньи бои! – начал угрожать он мне, вытянув вперед свой длинный указательный палец. – Жду не дождусь! – крикнул ему вслед я, отвечая на звонок. – Детектив Чон слушает. – Вау, как официально! – услышал я восторженный голос напарницы. С тех пор, как я позвал ее на свидание (что было, конечно, весьма необдуманным поступком, но я не жалел об этом), разговаривать с ней стало как-то легче. Не то, чтобы раньше все было очень худо, но я очень хорошо чувствовал тот самый переход на «новый уровень» отношений. – Не поспоришь. Какие новости? – В общем, с видеозаписью мне помог Чимин, который с большим удовольствием отнес полностью восстановленную копию на подтверждение начальству. Видимо, хочет лишний раз засветиться перед ними, ну и конечно же рассказать, что это именно он тот самый гений компьютеров, который помог следствию раскрыть весьма важное преступление, которое могло повлечь за собой обвинение невиновного. – А ему не влетит за то, что он раскрыл довольно частную информацию, на которое вообще должно быть разрешение? – В этом и преимущество органов, – если дело касается раскрытия преступления, в крайних случаях нам можно прибегать и к таким, не очень законным мерам. Иногда закон на нас не распространяется. – В этом есть резон. А что с освобождением Тэхена? – Ах да, я отправила запрос в прокуратуру на пересмотр дела со всеми найденными и подтвержденными всеми различными печатями и подписями уликами, а также оставила им личный номер телефона босса, на тот случай, если они сами захотят убедиться, что это не подстава, и что мы не пытаемся освободить своего виновного друга из тюрьмы. Так что, в скором времени Тэхена должны освободить, а нам предоставить заслуженный отдых… – вздохнула напарница. Под отдыхом подразумевается отпуск на выходные (которые у нас могут быть и в середине недели), а под выходными подразумевается…свидание. Черт, не думал я, что это произойдет так скоро. Я ведь даже еще не знаю куда поведу ее. Вот черт дернул меня за язык. Чон Чонгук, когда ты уже начнешь думать, прежде чем говорить?! – Оперативненько у тебя все вышло. Молодец, напарница, – улыбнулся я, почему-то смущаясь от того, что только что ее похвалил. Я нервно поджал губы, ожидая, что она начнет подкалывать меня по поводу моей внезапной доброты. – Спасибо, напарник. Без тебя бы я не справилась, – хорошо, что сейчас она не видит мою глупую улыбку. Хорошо, что я сам ее сейчас не вижу… – Ну и Чимина, конечно… – добавила она. Ей обязательно нужно было портить такой момент? В этом вся Чарли Уилсон… – Эм..да. Ну ладно, я пошел к Тэхену, подожду вместе с ним его освобождения. Мне кажется, с его энтузиазмом сейчас лучше контролировать ситуацию, а то его точно в психушку заберут, – я услышал, как Чарли рассмеялась. – Благо хоть знакомые имеются, в случае чего, – наверное, она имела в виду санитара Алекса из той психбольницы. Как вспоминаю ее, аж мурашки по коже… – Я думаю, Тэхена освободят уже сегодня, могу предполагать через пару-тройку часов, так что, если что – приезжайте в офис. Я по нему соскучилась… – Думаю, что он первым делом поедет к Райли, ну…сама понимаешь. – А, да, точно, я забыла… – А тебе бы лучше домой поехать, отдохнуть. Побыть с подругой, пока Тэхен не вернулся… – как бы невзначай намекнул я. Хоть друзья и заботятся друг о друге, но я не хотел показаться навязчиво заботливым. – Спасибо за беспокойство. Я пока побуду в офисе, потом, может быть, рассмотрю твое предложение. – Скорее – дружеский совет, – все-таки с дружбой я и правда навязчивый. Вот черт. – Пока, Чонгук, – рассмеялась напарница и отключилась.

***

POV Чарли Как же приятно осознавать свою победу, подкрепленную неоспоримыми доказательствами. Это придает мне силы и уверенности в том, что я действительно хороший следователь. А также друг. Думаю, ситуация с Тэхеном действительно помогла мне посмотреть на вещи с другой стороны. Я поняла, что дружбой надо обязательно дорожить, и когда твои друзья попадают в сложные ситуации – обязательно им помогать. От этого и тебе, и им становится легче. Все-таки, хорошо совершать добрые дела. И как бы я не думала, что быть одиночкой куда проще, иметь людей, которые в любую минуту могут тебе помочь – неоценимо. Друзья меня в последнее время удивляют. Особенно ОДИН ДРУГ, появившийся, кстати, совсем недавно. Приглашение на свидание от самого Чон Чонгука? Что в этой жизни я сделала не так? Кто перевернул Землю вверх тормашками? Или таким образом он показывает эту самую «новую стадию» отношений? Но свидание – это еще одна стадия. И сколько их вообще будет? До тех пор, пока наш общий калькулятор не сломается? Не то, чтобы мне не нравилось это… Просто все происходит так неожиданно, что я не успеваю привыкнуть к этим переменам. А еще начинаю чувствовать себя…девушкой. А не только робото-следователем, отдающим всю свою молодую жизнь работе. Может быть, Чонгук прав, и мне действительно стоит наконец-то чуть-чуть развеяться. И не важно в какой компании. Точнее это, конечно, важно, но если эта компания подразумевает собой свидание с Чоном, то я вполне готова и могу расслабиться. Пока я думала о том, насколько приятно отдыхать, мои глаза упали на ту самую папку, которую когда-то обнаружил Чонгук в моем кабинете. В тот раз я не хотела ее ему показывать, потому что не могла доверить всю информацию, содержащуюся в ней, его персоне. Я очень долго собирала всевозможные улики, совпадения и сведения, касающиеся дела убийства моих родителей. И в последнее время я понимаю, что не зря, так как наши последние задания четким образом дают понять мне, что это не банальные совпадения, а реальность, которая приближается ко мне, как комар, который вот-вот меня укусит. Мне всегда очень страшно брать эту папку в руки, но бывают моменты, когда это просто необходимо, чтобы вновь прочитать то, что я когда-то насобирала из разных источников, или добавить что-то новое. Дело с Тэхеном тоже попало туда. А в качестве улик я использовала эти злосчастные конверты, чуть не приведшие к гибели парня. К счастью, у него действительно хорошие друзья. И я рада, что оказалась в их числе. В ходе многолетнего изучения того человека, который убил моих родителей, я поняла, что он использует свой собственный алгоритм. Его приоритетом является – выбор. Как хладнокровный убийца, он достаточно изобретателен, ведь не все они такие милостивые и дают жертве шанс на выживание. Но он все же сохраняет звание убийцы, ведь никто не говорит о том, что все обходится без жертв. Жертва есть всегда. А выбор кто будет ей, всегда за другим человеком. Исходя из этого, мне кажется, что он всегда проверяет нас на прочность. Кого же мы выберем. Отца или мать. Друга или множество посторонних людей, но все же людей, у которых есть собственные жизни, которыми они дорожат, у которых есть собственные цели, мечты, семья. Это действительно жестоко. Его жестокость в том, что он не дает надежды. Он дает лишь шанс. Шанс с плохим для кого-то концом. Именно поэтому мне нужно как можно быстрее отыскать его. Возможно, последующие убийства тоже будут некой подсказкой. Звучит ужасно, но это так. Никто не застрахован. Мы не можем спасти всех, как бы ни старались. Я снова и снова листала папку, пересматривая дела многолетней давности, но ничего того, что могло бы хоть на йоту помочь в поисках этого человека, в ней не было. Сплошные загадки, тайны, нераскрытые дела и убийства, загадочные исчезновения свидетелей, но ничего существенного. Просидев несколько часов подряд, я не заметила, как на улице уже была глубокая ночь. Часы показывали три после полуночи. Домой ехать было уже бессмысленно – Тэхен уже точно вернулся, чтобы повидаться с Райли. Странно, что мне никто не позвонил. На всякий случай, я решила проверить входящие, но пытаясь включить телефон, его экран оставался черным. – Отлично, батарея сдохла… – вслух проговорила я, «радуясь» своему везению. Благо, что автомат с кофе работал круглосуточно, поэтому я быстро сделала себе стаканчик, взяла несколько папок с незаконченными отчетами о закрытых убийствах и принялась их заполнять. Сегодняшняя ночь избавит меня от всей рутины, которая осталась недоделанной, а значит пройдет с пользой. Сон для слабаков…

***

– Чарли. Чарли… – почему мне снится голос Чона? Причем настолько реалистично, будто он стоит рядом со мной… – Чарли! – Кого убили?! – я резко подскочила, и резкий дневной свет сразу ударил по глазам. По инерции я прикрыла их руками. С трудом разлепив их, я столкнулась с парой больших карих глаз, смотрящих на меня в упор. – Чонгук? Что ты здесь делаешь? – проговорила я, прикрывая рот от утреннего зёва. – Лучше скажи мне что ТЫ здесь делаешь? Ты просидела в офисе всю ночь? Я осмотрелась вокруг. Передо мной был все тот же рабочий стол, все тот же компьютер, все те же стеллажи, все те же папки, разбросанные по столу в открытом виде, все те же несколько стаканов кофе, которые я успела выпить, чтобы не заснуть. – Да, кажется, я немного заработалась, – констатировала факт я. – Судя по тому, что пить кофе тебе пока хватит, я принес черный крепкий чай, – он протянул мне очередной стакан. – Что ты делала? – парень присел на стул рядом и начал собирать папки в одну общую кучу, попутно закладывая какие-то выпавшие из них файлы внутрь. – Да так, ничего особенного. Пыталась привести закрытые дела в порядок. Ну знаешь, чтобы ничего не потерять, и чтобы потом не возникало каких-то вопросов, на которые я бы даже не смогла дать ответов. – То есть дружеский совет по поводу отдыха прошел мимо твоих ушей, да? – Прости, это не значит, что я пренебрегла им, просто, мне нужно было кое о чем подумать. – Не поделишься? – Я не знаю… Все настолько сырое и непонятное. Все, что я имею – это зацепки, от которых меня уже тошнит. Ничего конкретного. Совпадения, догадки, но ничего, что могло бы направить меня в нужное русло. – Знаешь что, – вдруг поднялся с места Чонгук, смотря на меня сверху вниз. – Что? – насторожилась я. – Ты же все еще помнишь о нашем свидании, да? – Даже если бы хотела забыть, не забыла бы… – А хотела? – Нет, Чонгук, не хотела… – Ладно. Тогда пошли, – он выставил вперед свою руку для того, чтобы я взялась за нее. – Куда? – Увидишь, – он дернул бровью, ехидно улыбаясь. Я улыбнулась в ответ и медленно ухватилась за его ладонь. Он тут же сжал мою кисть и потянул за собой. Пока мы шли к выходу из офиса, все работники очень странно смотрели в нашу сторону. Это было неудивительным, учитывая, что все прекрасно знали о нашей ненависти друг к другу, а теперь видели, что мы спокойно, улыбаясь, вместе идем за ручку и не пытаемся друг друга убить. Даже охранники на выходе, которые, как я слышала, не испытывали особой симпатии к Чонгуку, одобрительно на нас покосились. Кажется, я даже слышала, как один из них присвистнул. Покинув офис, мы сели в машину напарника и поехали в неизвестном мне направлении. Чонгук просил не задавать ему вопросов, поэтому все полчаса, что мы ехали, наше молчание разбавляла только музыка, игравшая по радио. – Приехали, – в первый раз я была настолько счастлива, что он заговорил со мной после долгого молчания. Обычно его молчание было даром Божьим. Осмотревшись вокруг, я увидела чудесную зелень красивого парка, находившегося на острове в Детройт-ривер. Теплая солнечная погода радовала глаз, а теплый легкий ветер приятно ласкал кожу. – Вау, здесь очень красиво, – восторженно сказала я, осматривая местность. – Я знаю, поэтому и привел тебя сюда, – Чонгук подошел ко мне, и я заметила, что в руке он держит корзинку для пикника. – Что это? – указала я на нее. – Это наше меню на сегодняшний день, а это, – он взмахнул рукой, как бы обводя ей парк, – наше первое свидание. – Но… – Даже не пытайся говорить о работе, я уже отпросился за нас обоих на сегодняшний день у начальства. Ты не сможешь увильнуть, ссылаясь на неотложные дела. Как бы много работы у нас не было, мы действительно заслужили день отдыха. Идем, – он кивнул головой в сторону и пошел в направлении одиноко стоящего у реки дерева, которое невероятно красиво цвело непонятными белыми цветочками. – Несмотря на то, что сейчас всего восемь утра, тебе удалось поднять мне настроение, приведя в это прекрасное место. Я много лет живу в Детройте, но мне почему-то никогда не приходилось здесь бывать, – следуя за Чонгуком проговорила я. – Я долго гуглил место, в которое можно тебя сводить в этом, мягко говоря, не самом прекрасном городе, – напарник повернулся ко мне, продолжая идти спиной, затем снова развернулся, потому что ему не понравилось, что ветер дул против его волос, растрепав ему прическу. – Это очень мило с твоей стороны, – мы подошли к дереву, примерившись там, где могли бы сесть. Это место под деревом было просто изумительным, ведь открывался вид на реку и огромный красивый мост. – Да я вообще сам по себе милый… – С каких пор? – коротко рассмеявшись спросила я. – С тех пор, как мы стали друзьями. – В этом есть смысл… – Вот черт, я забыл покрывало в машине. Ты тут располагайся, я сейчас, – Чон убежал к машине, а я тем временем решила вытащить все, что он взял на пикник из сумки. Это были различные закуски, канапе, как я поняла, собственноручно приготовленные, фрукты, снеки и лимонад. И когда он успел все купить? Честно говоря, я безумно проголодалась, но и набрасываться на еду, как оголодавший зверь на мясо, я не собиралась. Я же девушка в конце концов. – Ну вот, теперь можно сесть на траву, – услышала я сзади голос Чона. Он принес покрывало приятного персикового цвета и расстелил на траве под деревом. Мы удобно расположились, откинув ненужные вещи в сторону. Самым прекрасным было то, что вокруг не было ни души. От этого становилось как-то легче. Ведь как же это прекрасно, когда за тобой никто не наблюдает, не дает указания и тебе не надо гнаться за кем-нибудь, кто только что убил одного несчастного. – Знаешь, а я ведь очень давно так не отдыхала, – призналась я, закрывая глаза, чтобы полностью отдаться запаху свежего воздуха, травы и речного бриза. – Тебе вообще нужно побольше выходить на улицу, а то твое лицо слишком бледное, – мне не было обидно, потому что Чон был прав. Обычно на улице я бываю только на выездах на место преступления, ну и когда приходится кочевать туда-сюда в поисках свидетелей. В остальных случаях – я либо дома, либо в офисе. И вся в работе. Работа. Работа. И еще раз работа. – Не буду отрицать, – кивнула я. – И поэтому я сразу поблагодарю тебя за этот прекрасный утренний пикник тире первое свидание, – улыбнулась я, засовывая в рот канапе. – Ммм, это очень вкусно, – я подняла вверх большой палец, на что напарник очень мило улыбнулся. – Странная ситуация, не находишь? – задал он не менее странный вопрос. Хотя, я кажется догадывалась, что он имел в виду. – Ты о чем? – для уверенности в своем предположении, решила спросить я. – Пикник тире первое свидание, – повторил он мои слова. – Кто бы мог подумать, что он и оно будет именно у нас с тобой... – да, это совпало с моими предположениями. – Знаешь сколько раз я ущипнула себя, пока думала об этом? Все думала, что это сон… – Знаешь сколько раз я разговаривал с Тэхеном по поводу того, как проходит первое свидание? Много. Очень много раз… – Ты что, доставал его этими вопросами, пока он сидел в СИЗО? – Нет, когда отпустили... – Так это было только вчера вечером. – Вот именно! – Боже, бедный парень… – Да он вроде был рад помочь, – пожал плечами Чонгук. – И с чем конкретно он тебе помог? – не могла не поинтересоваться я. Все-таки интересно, как парни помогают друг другу со свиданиями. – Выбрать место, устроить пикник, приготовить еду… – То есть ты занимался всем этим не один? – прищурила я глаза в подозрении. – Нет, ну один, но он как бы…помогал. С моральной стороны, так сказать… – А ты что, сильно нервничал? – улыбнулась я, откусывая кусок яблока. – Да нет… – Не ври. – Ну может немного… – Что же произошло с тем самоуверенным, крутым королем сарказма, которого я знала раньше? – Ты мне скажи… – А я причем? – Как это причем? Ты меня сделала таким. – Чувствую себя на суде… – я потерла себя по рукам от выступивших мурашек. А ощущение того, что Чонгук изначально сел очень близко ко мне, вместе со мной прислонившись спиной к дереву, заставляло сердце биться быстрее. – В таком случае, обвиняемая, что вы скажете в свое оправдание? – Мы что, действительно будем играть в игру судья-подсудимый? – А что? По-моему, это весело… – улыбнулся Чонгук, убирая прядь волос с моего лица. – В таком случае – мне нечего сказать, Ваша Честь… – близко, очень близко… – Значит, Моя Честь выберет для вас наказание, – близость достигла своего пика, когда я почувствовала его влажные теплые губы, соприкоснувшиеся с моими. Не знаю, что может быть выше пика, но это «выше» случилось, когда он дотронулся своей рукой до моей щеки, а во рту я почувствовала столкновение наших языков, обволакивающих друг друга густой пеленой поцелуя. И эта, вроде бы только начавшаяся, новая стадия отношений полетела в пропасть так же быстро, как в этот момент летали те самые бабочки в моем животе… Даже тот факт, что меня целовал Чон Чонгук, мой напарник/мой соперник/мой друг/по-моему, уже не друг, приводил меня в состояние неописуемого шока, ведь буквально пару недель назад я бы даже думать о таком не могла. Уверена, он сейчас думал о том же самом. И второй шокирующий факт – мне это нравилось. Нравилось настолько, что я не в силах была оторваться. Этот поцелуй был хоть и не первым нашим поцелуем, но в разы более чувственным, искренним, и не преследовал цели разгадать чью-либо загадку, чтобы выполнить задание и перейти к следующему туру. – Нынче наказания довольно мягкосердечные, – нуждаясь в воздухе я с неохотой оторвалась от напарника, чтобы высказать свою реакцию. Продолжая поглаживать мое лицо своей теплой ладонью, он улыбался, облизывая свои покрасневшие губы. Я заметила, что иногда у него появляются милые ямочки на щеках, что было весьма очаровательным. – Тогда может быть стоит сделать их погрубее? – ехидное выражение его лица предвещало сладкую беду, о которой я не могла в данный момент отказаться. Черт меня дернул оторваться от этого могучего дерева и сесть сверху Чонгука на колени, смотря на его лицо сверху вниз. Появилось желание запустить пальцы в его густые темные шелковистые волосы, что я и сделала. Он прикрыл глаза. Видимо, это ему нравилось, как щеночку, которого чешут за ушком. В этот момент я будто увидела другую его сторону. Сторону, которую он почти никому не показывает. А я первая, кому он ее раскрыл. Сейчас он мне не казался тем грубым, самодовольным, вечно подкалывающим меня Чонгуком, которого я всей душой презирала и ненавидела. Сейчас он казался мне тем, кто мне действительно нравится, тем, кому действительно нравлюсь я. Это чувство было для меня чем-то новым и непонятным. Райли много раз пыталась объяснить мне, что случается с девушкой, когда ей нравится парень, но я всегда отмахивалась, потому что не желала тратить свое время на представление подобных, ненужных мне глупостей. Но сейчас, смотря на человека впереди себя, я осознала и почувствовала то, что пыталась объяснить мне лучшая подруга. И сама себе официально заявляю, что это чертовски приятные ощущения. Я снова потянулась к его губам, желая продолжить наше общение. Он, конечно же, не был против, все больше углубляясь в поцелуй. Его руки начали блуждать по моему телу, оставляя приятное послевкусие от прикосновений, а я все больше прижималась своим телом к его. И все бы было просто прекрасно, если бы не… – Черт, Чонгук, у тебя телефон вибрирует… – в губы ему расстроено произнесла я. – Мать вашу, как же это все не вовремя… – выругался он, заставляя меня смеяться. Он подлез своей рукой к себе в карман, чуть-чуть приподнимая меня за бедра. – Слушаю! – как-то слишком резко ответил он. – Да, я понял. Она со мной, да. Скоро будем, – он отключился. – Что-то стряслось? – Кажется, наш выходной на сегодня отменяется, – с досадой проговорил парень, тяжело вздыхая. – В одном из собачьих приютов города нашли мужчину. Повесился на цепи под потолком. – Да что творится с этим городом? – я закрыла лицо руками, не веря тому, что кто-то опять лишился жизни. – Сам не знаю… Ну что, поехали? – быстро целуя меня в губы, спросил Чонгук. – Утро добрым не бывает, – улыбнулась я, поднимаясь на ноги.