Битва за солнце

Казалось, энергия была во всем, что находилось вокруг неё. Она имела свой определенный цвет, окружала её вихрем, поднималась вверх по позвоночнику, останавливаясь семь раз, а затем создавала градацию из восьми разноцветных печатей над её головой. Дух, следящий за своей хозяйкой, гостей, а вместе с тем — подопечной, вдруг нахмурился. Люси наблюдала за ним, и увидев это, резко прекратила тренировку, за что тут же получила выговор.  — Сколько раз тебе говорить, что нельзя так обрывать медитации? — его изумрудные глаза сверкнули недобрым светом. Если бы могла, Люси бы тут же испугалась. Прошлая она, возможно, уже давно пошла бы на попятую, прочь из этой «гробницы», но теперешняя, видящая смысл жизни исключительно в том, чтобы вернуть Зерефа обратно в темницу, не позволяла что-либо почувствовать. Инстинкт самосохранения отбило напрочь.  — Но у меня не получается! Ощущение, что «змейка» застревает в груди и дальше не идет. Так какая разница, как я её обрываю?  — Люси-сан, — примирительно отозвалась Мими, — это из-за Гнева Феи. Мы же вам говорили. На сердечной чакре вы застреваете из-за того, что ваша душа не с вами, а заперта в другом месте.  — Мне не особо важны мои чувства, — помня уроки йоги, ответила Хартфилия. — Более важно прекратить во сне ходить черт знает куда в поисках Зерефа и подтянуть волшебство. Как я с ним справлюсь, а? Буду оживать ежесекундно, пока не доведу до ручки своей неубиваемостью?  — Ну не скажи, твой лунатизм имеет свои плюсы. Зато ты знаешь все, что он здесь изучал, — лениво добавил Альберт, даже не отрываясь от читаемой книги. Что у него там было — Люси не знала, но иногда она ему завидовала. По крайне мере, причиной его пофигизма были книги. А что делать ей? Мими — дух лисы, обладающий веселым и добродушным нравом. Она полностью отвечала народным взглядам на екаев такого рода. На голове красовались пушистые рыжие уши, такого же окраса волосы доставали ей до основания хвоста, а из-под аккуратной челки на мир лисица смотрела зелеными глазами. Впрочем, все три духа могли похвалиться своими глазами, подходящими названиям их ключей, вытесанных из изумруда. Альберт, третий дух, был чем-то вроде книжного червя. Он занимался сортировкой информации, поступающей во Вместилище, в то время как Мими следила за порядком и, фактически, прислуживала гостьям библиотеки. Василиск же охранял. Пусть она и стала их полноправным владельцем, но главным условием контракта было то, что вызывать их можно исключительно в библиотеке. За её же границами ключи в разы уменьшались и становились комплектом из сережек и цепочки. Они позволяли получать всю информацию о боевых способностях противника, его слабые места, но без призыва. Вроде голосов в голове, подсказывающих, что делать.  — Вы и сами могли мне подсказать это, без лунатизма, — фыркнула Хартфилия. — Вам же известно все, даже мысли гостей.  — Не нам, — со вздохом, помотав в стороны головой, поправил её Альберт, — а Вместилищу. Ты синхронизируешься с ним, когда проходишь под саркофагом.  — Давай снова, — скомандовал Василиск, — тебе не помешает научиться концентрироваться и наполнять свои источники магией извне. Нельзя, чтобы они в самый неподходящий момент опустели.  — Он прав, — из золотистой дымки появился Локи. Дух в который раз открыл врата сам, и хмуро посмотрел на хозяйку. Ему совсем не нравились новости о том, что девушка осталась без души, а эти «хранители знаний» открыто говорили, что пока она не вернет Зерефа, до тех пор не станет собой.  — Привет, Локи. Узнал что-то новое? — поздоровалась Ключница, принимая позу лотоса. Было в диковинку слышать её голос таким холодным. За последний месяц, что Люси жила в библиотеке, Лев так и не привык к этому. Заклятие буквально контролировало её разум.  — Локи-сан, чай, кофе, капучино? — тут же возникла Мими, игриво шевельнув длинным, пушистым хвостом с белым кончиком.  — О, прекрасная, все, что тебе угодно! Я уверен: это в любом случае будет умопомрачительно вкусно! Люси этого не понимала. Он почти что сверкал, пытаясь заигрывать с Лисой, и та, похоже, была вовсе не против пофлиртовать в свою очередь с ним. Уже за миг перед Локи стоял мятный чай с кусочком пирога.  — Есть новости на счет Гнева Феи. Возможно, ты сможешь контролировать себя лучше и не бродить во сне, если передашь какому-то предмету часть проклятия. Будет лучше, если используешь для этого оружие. Но… Сидя на полу и смотря на Льва снизу вверх, Хартфилия скинула брови.  — Но что?  — На это уйдет добрых полгода. Даже для тебя. И здесь как никогда кстати эти тренировки с концентрацией.  — Времени у меня достаточно. Проблем не будет. Главное, чтобы это сработало.  — Сработает, если, кроме всего, ты еще и выучишь все, что выучил он, — Альберт отложил книгу на миг, чтобы лечь на диване поудобнее. Люси не была уверена, видела ли его хоть раз без книги больше нескольких минут. — В том числе волшебство Гномов, Жнецов. В твоем состоянии это реально.  — Никогда не думала, что когда-нибудь я буду стремиться стать сильнее сильнейшего темного мага, — Хартфилия уставилась куда-то в пустоту, подперев голову рукой. Казалось, прошло несчетное количество лет с тех пор, как она в последний раз мучилась из-за незнания, что надеть на свидание, в гильдию, на задание или какую прическу сделать. Те заботы были далекими для неё сейчас, как и постоянный страх, что её время медленно тикает.  — Никто не думал, Люси, — неодобрительно помотал в стороны головой Локи. — Все скучают по тебе.  — По крайне мере, я ни по кому не скучаю.

***

Катана с белоснежной рукояткой и черным лезвием, что особенно ценилось в таком оружии, была необычайно легкой и удобной. Когда-то она казалась Люси жутко тяжелой, когда она одалживала оружие «на пробу» у Эрзы, но не сейчас. Тренировки с Василиском и Козерогом, пусть и были жестокими и часто доводили её до такого состояния, что из-за дрожи при любом напряжении мышц она не могла даже на ноги подняться, но давали о себе знать. Конечно, она не стала напоминать Лексуса или Эльфмана с их горой мышц, но тело уже заметно подтянулось. Никакого соблазна в еде здесь не было, а сидеть Ключница позволяла себя исключительно во время чтения книг. Фактически, вся её жизнь превратилась в гонки за силой, и сейчас Люси это вполне устраивало. На самом деле, оно просто не могло её не устраивать. Срок, о котором говорил Локи, подходил к концу. Сегодня была последняя стадия подпитки, и вот, по лезвии катаны бегают молнии, когда она хватает за рукоятку. Оружие, как будто продолжение руки, несет в себе её магию, силу. Стоит прикоснуться к нему, и тут же начинает сиять татуировка.  — Представь, что проходишь сквозь столб воды и смываешь с себя что-то, — командует Василиск. Все чаще он напоминал Люси змею. Казалось, сделай неверное движение, и он, как удав, обогнет твою шею и проглотит целиком, даже не подавится. Ощущая теплоту рукоятки, чувствуя, что теперь она на шаг ближе к Зерефу, заклинательница исполнила указания. Следуя этому, её тело перешло в режим, как будто учуяло Зерефа совсем рядом, но на этот раз она себя абсолютно контролировала. Было странно наблюдать за тем, как кожа просвечивается, а тело, словно одна сплошная паутина, покрыто светящимися жилками.  — Получилось, — довольно говорит девушка. И правда, разве могла она себе представить когда-то, что станет заклинателем не только ключей звездных духов, а и сама сможет заклинать вещи? Альберт отложил книгу, и тут же на его лбу появились складки. Он хмурился, внимательно наблюдая за Люси, скользя взглядом по катане.  — Это не обычная катана, — он помотал в сторону головой. — Я знаю её. Ты взяла её в оружейной? Почуяв неладное, Люси напряглась.  — Нет. Она… ну… выпала из какой-то книги. Разве это проблема?  — На самом деле, да. Хотя не уверен, что большая. Для тебя это, скорее, плюс. Она обрекает своих хозяев на негативные эмоции. Что-то вроде ненависти, жажды убивать, безжалостности. Она портит душу.  — Но тебе это не грозит, — вставил свое Василиск. — Так как её у тебя вообще нет. Но она будет портить твое тело, и от этого не спасет даже Гнев Феи. Ключница нахмурилась. Не очень радужная перспектива. И почему она не показала им оружие раньше?  — Что значит «портить»?  — Не знаю, — Альберт помотал головой. — У меня нет сведений о пользователях вроде тебя. Последствия могут быть непредсказуемыми.  — Теперь это не имеет значения, — вздохнув, Люси пихнула оружие в ножны и, положив его на стол, направилась в свою комнату. — Главное, чтобы она помогла мне… Девушка вздрогнула. Будто не слушаясь её, ладонь вдруг раскрылась, и вот она снова держит в руке катану, а её татуировка сияет.  — Что за черт? — разглядывая свое привычное отражение в лезвии, она недовольно нахмурилась.  — Такая её особенность. Никто не сможет от тебя отобрать проклятую катану.  — И что, мне теперь с ней и спать, и есть, и душ принимать? Мими, возникнув рядом, вдруг сделалась пугающе коварной, хитрой. В ней проявила себя лисья лукавость.  — В этой катане томятся души тех, кого ею убили. Поймите их, госпожа. Они просто жаждут не быть одинокими, чтобы и другие страдали так же, как они. Но нет, это не значит, что она будет всегда с вами. Просто носите её в ножнах как можно ближе.  — Всегда? — её лицо стало еще более недовольным.  — Иначе вам придется научиться быть левшой. «Прекрасно», — подумала Люси, закипая от раздражения. И что ей свалилось на голову? Разве нельзя было подобрать нормальное оружие? Наблюдая за своей хозяйкой, Мими заинтересовано чуть склонила голову.  — Вот видите, — она улыбнулась, — вы уже становитесь раздражительными. Негативная, но тоже эмоция. «Как будто меня это радует», — пронеслось в голове Ключницы. Она была не уверена, радует ли её вообще хоть что-то, кроме достижения цели. Красное солнце в небе бушевало. Собиралась буря и уже поднимался ветер, мешающий видеть дальше своего носа. Антари словно взбесилась, пытаясь всеми силами не пустить парня в белой тоге в свою святыню святых, но ему, казалось, это было ни по чем.  — «Вместилище немертвых»… — задумчиво прочитал он надпись на золотой табличке, и тут же улыбнулся. — Ну здравствуй, Люси…