Битва за солнце

       — Серьезно, ребята? Вы созвали всех лишь ради того, чтобы устроить грандиозную пьянку в честь нашего с Нацу возвращения?       У Люси начинался нервный тик. Факт был тот, что Хвост Феи, а в частности её команда семилетней давности, плела за её спиной подлейшие интриги и строила заговор. Вероятно, заговор против сторонников ЗОЖ и её печени. В самом деле! Эрза собрала полную гильдию былых товарищей, и даже Вэнди с Ромео вернулись со своего задания раньше времени. Встав рядом с Люси, когда Нацу силком вытащил заклинательницу из дома, Титания в который раз не рассчитала силы и резво опустила на её хрупкое плечо руку в тяжелом доспехе. Впрочем, это было не столько больно, сколько неожиданно. Казалось, все было как прежде.        — Предлагаю конкурс с яйцами! Конкурс с яйцами!!! — Кана драла горло, как могла, стоя с бочкой спиртного на столе посреди гильдии. Кто знает, зачем было повторять, но хозяйку торжества это порядком развеселило. — Так как этот праздник в честь Нацу и Люси, они будут участвовать!        — Для конкурса с яйцами нужны яйца, а у меня их нет! — возмутилась ключница. — Давайте я лучше Грея позову!        — Люси, я нашел для тебя яйца! Теперь ты можешь участвовать!       Хэппи со своими яйцами оказался очень кстати, и неизвестно, что именно было к месту больше всего: то, что по пути он разбил штук десять, или то, что рядом вдруг раскричался Эльфман.        — Люси мужик! У неё есть яйца! А на свадьбе сестренка Мира всем говорила, что в нем обязательно участвуют именно парень и девушка.        — Да, пожалуй, я позову Грея…       Люси аккуратно нащупала ключ близнецов на поясе. Близ и Нец, словно просто считав мысли хозяйки, незаметно возникли рядом и ловко превратились в одну истеричную кареглазую блондинку, пока сама она тихо кралась прочь из гильдии. Бежать с таких мероприятий раньше не приходилось, и если бы не некоторые проблемы, заклинательница духов не стала бы так поступать. Все-таки, люди могут сколько угодно шутить о пьяном бреде в стиле «ты меня не уважаешь», но в Хвосте Феи это не просто правда, а целый закон. Но как же сложно было стоять там, улыбаться рядом со всеми людьми, которых ты с трудом узнаешь, и прикрываться маской радости и благополучия!       Ей было совсем не весело. Даже если алкоголь мог помочь расслабиться, Люси дергало от одной только мысли, что её «расслабиться» закончится сном или же пьяными разговорами о самом сокровенном. И то и другое могло сломать её окончательно и бесповоротно.       Видеть мертвого Зерефа во сне или рыдать, крича о том, что сама его смерть неправильная и ошибочная? Прятать шрамы за молчанием или показывать их всем и каждому, сознаваясь, что где-то в той лаборатории умерла и она?        — Мне одной кажется, что это больше похоже на свадьбу, чем на обычную пьянку?        — А разве эти вещи как-то отличаются?       Грей стоял на крыльце, во внутреннем дворике, прямо рядом с Лексусом. Он держал в руке сигарету, напряженно насупив плечи и нахмурив белый лоб так, словно пять минут назад услышал, что Джувия снова беременная, и снова двойней. Это было странно, но Люси вдруг ощутила, что ей будет намного лучше, если она останется рядом с этими взрослыми парнями, хмуро курящими с озадаченными лицами, чем вернется внутрь, где гулянка практически доходила до своей эпической кульминации. Люси едва успела увернуться от летящего в неё стола, когда пыталась добраться до двери. Пьянка! Все это так замечательно… когда ты можешь позволить себе веселье, стоять полуголой на столе с бочонком вина или хвастаться самым крутым омлетом.        — Посмотрите-ка, кто вышел поздороваться, — улыбнулся Грей. — Неужто вспомнила о бывших товарищах?        — И вовсе нет, — Люси лишь задорно помотала головой. — Я же вас не забывала.        — Да уж… ты и правда другая, — отчего-то нахмурился Лексус.       Ключница втиснулась между парней, опираясь на перила, и даже на миг подумала, что могла бы попробовать покурить. Вдруг это помогло бы расслабиться?        — Что ты имеешь в виду?       Как говорила Мира, Лексус так и остался холостяком, ну или, по крайне мере, его девушку еще никто не видел. Да и вообще, громовой убийца драконов не сильно изменился за то время, что они не виделись, словно ему все так же было тридцать лет. Правда, Люси совсем не понимала, почему он сверлит её таким опасным взглядом, словно видит что-то, что не видят другие.        — Когда мы с тобой пересеклись три месяца назад, ты спасла мне жизнь.        — О, да! Это было эпично, — фыркнул Грей. — Как вспомню… волосы дыбом встают.        — От меня? — фыркнула Люси. — Может, от Нацу?        — Причем здесь головешка? — Фуллбастер вскинул бровь. — Мы говорим о тебе, Люси.        — Но я же все время была с Нацу…        — Не понимаю, о чем ты. Когда мы встретились в Ишгаре, ты была одна. Совсем-совсем одна.       «О-о-о, нет… — пробормотал Василиск. — Только не эти парни…»        — Да что произошло-то?! — не удержалась хозяйка от требования, понятия не имея, почему согильдийцы прожигают её таким взглядом, словно она монстр похуже Эрзы.       Хотя Эрза не монстр. Можно подумать, с такой жизнью, как у неё, получится быть белой и пушистой. Да ни за что!        — Головешка бегает по округе и втирает всем, что вы вместе семь лет упорно тренировались и путешествовали по миру. Об этом ты знаешь?        — Да, знаю.        — Вот… а у нас с Лексусом другая информация. Ты-то, конечно, не помнишь. Да вот только три месяца назад мы вляпались по самые яйца с гильдией демонов, которую должны были уничтожить по приказу нашего великого мастера, — ледяной маг закатил глаза. — В итоге попали в ловушку. Не знаю, как у него это получилось, но Зереф создал на этот раз реальных чудовищ, которые пользовались магией даже там, где все было окружено антимагическим камнем. Его встроили в стены вшивой темной гильдии, и мы, конечно же, оказались беззащитными. Это была западня… адская западня… и, кажется, называлось то место Разломом бездны, но речь не о великом заклинании.        — А потом явилась ты, — хмыкнул Лексус. — Богиня с белыми волосами и золотистыми глазами.        — Я? — Люси истерически хохотнула, и даже тыкнула себе в грудь пальчиком, смотря на парней как на полоумных идиотов.       «Вы чего заткнулись?», — мысленно задала она вопрос духам.       В ответ, конечно же, прилетела одна только тишина. Ясно… значит, это снова информация, пока что лишняя для её ушей. И были у ключницы подозрения, что эти двое не участвуют в празднике именно из-за того, что видят его чертовски неправильным. Они казались по-настоящему обеспокоенными.        — Я такого со времен битв с генералами Зерефа не видал, — драгослеер даже нервно повел плечом. — Клянусь, тех демонов там было больше сотни, и все сильные, как то отродье из Тартароса. И главное, на вид — обычные люди. Ты вырезала их в два счета, а от самого Разлома камня на камне не оставила.        — Что-то с трудом верится… Это все равно, что сказать, будто бы Нацу написал философский трактат без бумаги и ручки, из-за которого стал чертовски известным мастером.        — У нас была ровно та же реакция, не сомневайся, — Грей даже рассмеялся. — В месте из антимагического кристалла, да так легко… ты выглядела жутко и раз тридцать назвала нас ни на что не годными слабаками.        — Ага, и та твоя катана… брр. Жуть. Даже не удосужилась вытащить нас из-под обломков. По-моему, тебе было совсем все равно, выживем мы или нет. Но самое интересное было потом!       — Поскольку никто не видел тебя целую вечность, мы решили воспользоваться шансом и вскоре после боя отправились следом. Никогда не забуду, как ты угрожала нам смертью! Смотри: сколько, по-твоему, нам лет?       Беда была в том, что Люси даже не помнила, как должен в тридцать лет выглядеть обычный маг. К примеру, Лексус совсем не менялся в лице, но зато становился все больше и сильнее, как будто бесконечно рос и качался. И даже так, её озадаченная компания выглядела так, как прежне, словно она действительно видела их всего пару дней назад, — когда Лексус лупил Нацу молниями в клетке, а Грей задавал ледяные вопросы.        — Не знаю… вы совсем не изменились, как и я…        — Вот именно! Цитирую: «Раз вы ведете себя как дети, значит, должны и выглядеть соответственно!». Хорошо, что это было лишь предупреждение. Ты отмотала наше время всего лишь на несколько лет.       — Я до сих пор не могу смириться с тем, что выгляжу моложе Джувии, — истерически хохотнул Грей. — И что мы не додумались развить твои способности заклинателя до такого уровня еще много лет назад.       На самом деле, Люси понятия не имела, как это было возможно — с помощью обычного серебряного ключа так сильно влиять на окружение. Хотя, что не отказалась бы от такого умения — это точно. Может, используй она то заклинание на себе, то смогла бы вспомнить?       Все вокруг было мрачным и неприятным. За семь лет она могла столькому научиться и даже просто феноменально прокачать свой резерв, но что толку от перемен, которые ты не помнишь? Всякий урок в жизни извлекается только из опыта, из событий, и потерять память однозначно равняется потере себя.       И эта катана, чертова катана! Откуда она взялась и зачем её выбрала Люси, не ладящая с любым холодным оружием? Зачем она выбрала её — и оставила в сердце Зерефа, слишком резко исчезнувшего из её жизни? Почему продолжает видеть его во сне?       «Важна не сама магия, а сердца тех, кто владеет ею»       Если то, что однажды сказала Эрза — правда, то…       В сердце Зерефа не было той тьмы, которая плескалась в сердцах всяких других темных магов. Люси это точно знала. Тьма бывает разной. Одна отравляет душу собственным величием и гордыней, а другая мешает видеть солнце из-за одиночества и несчастий. Ей казалось, что сам Зереф даже поверил в то, что почернел до глубины души, но сейчас-то Люси понимала, что он имел в виду в самом начале, когда хвастался, будто бы не имел другого выбора.       Все отвергали его целых четыреста лет, умирая от силы, неподвластной никому во Вселенной. Это были четыреста лет одиночества, жертв и вины. Наверное, Зереф был действительно счастлив в том их прошлом, когда узнал, что благодаря магии заклинателя его Голод смерти не убивает её, да и ничего вокруг, если рядом стоит Люси. И все могло быть совсем по-другому. Может, именно ключница смогла бы вытащить его из объятий тьмы.       Да вот только какая теперь разница, если Зереф мертв?        — О, вот вы где, — вдруг подключилась Эрза. — Пришло время поприветствовать нового члена гильдии!       Откуда-то возникла тошнота, сжавшая желудок и глотку. Люси практически скрутило, словно она выпила слишком много, и теперь нуждалась в освобождении от алкоголя, чтобы было не так мерзко.        — Юкошицуи, это Люси, Грей и Лексус.       Юкошицуи… первой, кто увидел его, была Люси. Возможно, сначала она увидела его жуткую магию, скрытую за десятком печатей, и только так самого Юкошицуи с улыбкой и взглядом самого обычного человека, который очень сильно хочет подружиться. Но все это произошло за доли секунды. Все это и выброс бешеного волшебства, отдавшего мощным импульсом внутри её тела.       Люси показалось, что все органы вдруг завязались в тугой узел и что-то сильное, как пружина, натянулось от копчика и до шеи. Магия пульсировала внутри неё и вокруг, будоража сознание, потому что это был совсем не тот уровень резерва, что она привыкла. Сила, которой Люси располагала сейчас, казалась силой всех звезд в небе, сжатых до размеров её тела и помещенных внутрь. И эта сила управляла ею, приказывала: «Убей».       Это было нападение. Её тело отреагировало на автомате. Оказалось, за семь лет ей и её духам удалось довести все заклинания до автоматизма, и на этот раз она воспользовалась волшебством жнецов, магией, завязанной на крови, уничтожив при том полгильдии. Алые печати вспыхивали в воздухе одна за другой, строя лестницу до самого неба и сжимая пространство вокруг, и даже Эрза, мигом сменившая броню, приготовилась к тотальному уничтожению всего.        — Жертвенная сеть, — чуть не одними губами выдала ключница.       Нужно было остановить Люси, заблокировать это сумасшедшее волшебство или убрать всех подальше. Нужно было. Но Скралетт просто не могла успеть. Все это случилось в мгновение ока. Половина гильдии, попавшая под удар концентрированного черного сияния, исчезала на глазах вместе с нехилым слоем земли и Юкошицуи. Грея и Лексуса, успевших убраться подальше, потрепало лишь слегка, в отличие от алмазной брони, рассыпавшейся на части.       Эрза стояла как вкопанная. Её мозг все еще пытался осознать, что произошло. Зацепило ли ещё кого из гильдии? Есть ли пострадавшие? Что это такое? И разве Люси не забыла все, что изучала последние семь лет? Как так получилось, что она развила свои способности настолько? Она предала их? Или это был кто-то другой?       Нападение?       У мастера Хвоста Феи вдруг встал поперек горла ком. В этот момент по её телу пробежалась волна дрожи и даже ноги потеряли напряжение, заставляя рухнуть на колени. Точно так же в паре метров от неё Люси просто осела на исполосованные, как после магии Гилдартса, камни на дне глубокой ямы.       И эта картинка все еще стояла у неё перед глазами. Огромные печати размером с гильдию, сконцентрировавшие невероятную мощь. Но когда эта штука ударила по Юко, тот просто исчез, оставив по себе совсем незнакомое никому тело. «Жертвенная сеть» — заклинание, очевидно, рубящее на части.       И оно точно не принадлежало магии заклинателей.       Люси скрутилась в три погибели и схватилась за грудь, пытаясь подавить кашель, но харкать кровью, как она не пыталась, прекратить не могла. Тошнота, появившаяся с Юкошицуи, исчезла на миг, но быстро сменилась совсем другой тошнотой — тошнотой усталости. Казалось, из неё выкачали половину крови и разом опустошили оба магических резерва. Это было сумасшествие.        — Люси! — позвала Эрза.       «Без бессмертия эта техника слишком сильно бьет по здоровью. Не понимаю, почему ты воспользовалась именно ею», — раздался голос Василиска в голове.       Её тоже ужасно интересовал этот вопрос, а еще то, где она могла обучиться такой жуткой магии, но у Люси не получалось даже рот открыть. Все вокруг плыло и кружилось, а шум, поднятый гильдией, просто сводил с ума.        — Что ты только что сделала?! — она схватила её за шиворот, встряхнув с таким бешенством, словно та вовсе и не была товарищем Хвоста Феи. — Что, черт подери, ты сделала?!        — Оставь её, Эрза, — попытался вмешаться Нацу, но тут же получил предупреждающий уничтожающий взгляд.        — Он был нашим союзником! Юко помог поймать Зерефа! Это благодаря ему мы смогли подобраться так близко!        — Да разве это Юкошицуи? — фыркнул Нацу. — Присмотрись внимательно. Это остатки какого-то демона. Тот ублюдок смылся в последний момент. Люси чувствует их. Неудивительно, что она напала.        — Он помогал поймать Зерефа? — тихо спросила Люси, проглотив ком. — Поймать? Это из-за него я оказалась там?       У Эрзы ослабли руки. Ключница обхватила её запястья своими и заставила отойти подальше, словно всем своим яством показывая, что отвергает её. Это был край.        — Конечно, у нас был там свой человек. Юкошицуи завязал пространственную магию Пандоры на темнице, чтобы ты смогла отправить его обратно гнить в одиночестве.       Истерический всхлип вырвался из горла. Люси не могла поверить своим ушам.        — Но я убила его! — не контролируя отчаяние, крикнула Хартфилия. — Убила собственными руками!        — Убила? — Эрза удивилась даже пуще прежнего, начиная впадать в бешенство из-за всего происходящего.       Возможно ли, что им все-таки не стоило доверять Люси после всего того, что она сделала за семь лет?       Нет….        — Почему ты думаешь, что убила Зерефа? — переспросила она.       Люси не могла найти ответ на этот вопрос. Кажется, что-то душное, как маленькое Солнце внутри её груди, сжигало весь воздух и притяжением сжимало легкие, так что понять хоть что-то из того, что говорила Скарлетт, она не могла. В глазах стремительно темнело, руки дрожали, — все тело отвергало действительность, отказывалось от происходящего.       Нет. Эрза всматривалась в лицо заклинательницы долго и пытливо, и чем глубже в карие глаза она пробиралась, тем стремительнее всякая злость и презрение отражались в сочувствие и сожаление.       Люси не была предателем. Она даже не хотела во все это ввязываться с самого начала. Не хотела выпускать демона из книги Зерефа, спрятанного в сосуде, не хотела ненавидеть Нацу, не хотела ходить к Зерефу, чтобы всех спасти, и уж точно не хотела его любить. Скорее всего, она даже не выбирала, помнить ей или нет последние семь лет одиночества, и даже если что-то и осталось там, в голове, вероятно, Люси и сама была бы рада забыть, — ведь совершенно ясно, что заподозрила себя в предательстве гораздо раньше Эрзы, Нацу и любого другого в гильдии.       Ей было нечего ответить. Кажется, даже помогать Нацу, когда тот пытался подступиться — пока Люси потерянно смотрела на свои руки, — а потом и вовсе остановить, было совершенно глупо. Скралетт только и могла, что схватить того за руку и сочувственно помотать в стороны головой. Люси бежала, насколько могла бежать, в темницу. И все они знали, что её не смог бы остановить даже вдруг нагрянувший метеоритный дождь.       Вдох.       Нацу сжал кулак до боли в костях.       Выдох.       Затем выдернул руку и все-таки побежал за ней.