Иные

Как С-61 и обещал, он отпускает Ди домой после того, как тот заканчивает заполнять бумаги об L-33 и отправляет их к его работодателю, а затем и электронную версию — Благодетелю. Конечно же, D как приличный человек подумывает остаться, чтобы не сваливать всю работу на начальника, но настойчивые уговоры в конечном итоге перевешивают все доводы, поэтому он уходит со спокойной душой, зная, что у него в запасе два с половиной выходных дня, которые он проведет с I-113. Он давно ей обещал все-таки. Придя домой, в свою родную и уютную квартирку, Ди первым делом заходит в ванную и умывается, избавляясь от пыли и пережитых эмоций.Кажется, с водой уходят напряжение и усталость, скопившиеся за то время, пока он был в Пункте Зачистки. Зато есть плюс: можно будет не бриться — на работу ведь не идти, и никто ему ничего не скажет. С силой проведя по лицу, он взъерошивает волосы, придавая себе некий домашний и привычный вид, а не тот идеальный, какой требуется на работе. Вообще в Пункте все строго. Даже строже, чем в любом другом месте. Все начинается с внешнего вида: идеальная укладка, чтобы ни один волос не торчал; гладкое, как зад младенца, лицо; выглаженные брюки; чистый халат и свежая футболка. По словам разных экспертов, все это было просто необходимо, чтобы у пациентов не возникало каких-либо побочных эффектов типа развития болезни, или возникновении ложных воспоминаний и тому подобное. Такого, конечно, ни разу не было. Не потому, что все выполняется правильно, а потому, что такого просто и не может быть. Но правила есть правила. Ди также снимает рабочий халат, вешая его на крючок, и, немного подумав, стягивает и футболку, оставаясь только в брюках, чтобы в случае чего можно было быстро собраться на выход. С человеком, подверженным рутине, всегда так: он работает, не чувствуя усталости, а только к выходным понимает, насколько вымотался, и на него накатывает такая лень, что сложно встать с дивана. Хочется просто лечь и уснуть. А проснуться тогда, когда все это закончится. Правда, это непозволительно, но все же. Хотеть ведь никто не запрещает, верно? Ди лениво шагает на кухню, в животе уже урчит, и надо бы хоть что-то поесть прежде, чем пойти спать. Ну и что, что сейчас день? Из еды в холодильнике был только салат из овощей, пара яиц и засохшая жареная картошка в тарелке. От всего этого остались только названия, потому что в действительности овощи не были овощами, мясо — мясом, как и все остальное. Все было на заменителях или выращено в пробирках. Ди завидовал предкам, которые питались нормально, добывая все самостоятельно, они могли не переживать по поводу того, что начнется аллергия на какой-либо продукт или компонент. D-07 ненавидел яблоки. Нет, не потому что они были невкусными, скорее, наоборот, очень даже сочными и сладкими, а потому, что они были сделаны из чего-то такого, от чего он начинал покрываться красными пятнами и чесаться. Прогресс — не всегда хорошо. Иногда он может заставить страдать, а иногда — убить. Нужно было что-то придумывать, поэтому Ди проходит в прихожую, вставая напротив настенной панели со встроенным телефоном, с помощью которого можно было связаться с консьержкой, коснувшись лишь пару раз. А уж она, эта милая пожилая женщина, может связаться с кем угодно, ведь именно через нее все и делалось. Нажав на пару кнопок, он ждет, когда ему ответят, а потом произносит в динамик: — Здравствуйте еще раз, Е, не могли бы Вы заказать в мою квартиру какой-нибудь еды? В холодильнике совсем ничего нет. — Конечно, милый D, сейчас все сделаю, — отвечает она чуть хрипловато, но также мягко и тепло. Ди готов был поклясться, что она улыбается. Е всегда была добра к жителям этого дома и относилась к ним с любовью, как и они к ней. Как мать к детям. — Спасибо, — благодарит D и проводит по панели пальцем, заканчивая разговор. Теперь остается только ждать. Пока ему принесут еду, пройдет не меньше получаса, поэтому стоит себя занять чем-нибудь. Сейчас, когда Ди был не на работе, он не знал, что ему делать, ведь он так привык, что его день распланирован поминутно, а сейчас он абсолютно свободен. Это было так непривычно, что он растерялся. Обычно в это время он проводит процедуры по Зачистке, а возвращаясь, идет с I на прогулку, чтобы после этого вернуться в его или ее квартиру и провести оставшийся вечер в постели, а позже — лечь спать. Все по расписанию. А что делать сейчас? I должна быть на работе, поэтому внеплановая прогулка отменялась, оставалось только сотрясать воздух в квартире. Немного подумав, Ди включает телевизор, который был встроен прямо в стену, чтобы не занимать пространство, и усаживается в мягкое, как облако, кресло. Интересного никогда не показывают, на всех каналах только новости или запудривание мозгов. Новости были местные: что произошло, кто куда пошел, кем стал и тому подобное. Больше всего там восхваляли Благодетеля — главу Единого Государства, который сделал так много, что на выборах все единогласно голосуют снова за него. Каждый год. О нем никто ничего не знает, но судя по тому, что говорят в телевизоре, он был почти богом. Ха! И только попробуй возразить. Казнь сразу же. Даже про отсутствие альтернативы никто не заикается. D-07 часто анализирует то, что происходит вокруг него, и приходит к выводу, что все устроено так, чтобы человеку не нужно было думать, за него это делает Государство, считая правильным. И D понимает, что его мысли неправильны, но не может ничего поделать. Раздается громкий стук в дверь, и Ди очухивается. Надо же, он не заметил, как уснул, сидя прямо в кресле. Но он не удивляется, потому что спать хотелось так же сильно, как и есть. Кстати, еда. D-07 поднимается и проходит к двери, шаркая ногами, будто они не могут подняться выше, и снова слышит стук. Видимо, он долго не реагировал. Открыв дверь, которая буквально въехала в стену, он видит перед собой мальчишку в старомодной рубашке, спортивных штанах и красной бейсболке с логотипом доставки еды. — Ваш заказ прибыл, — приговаривает мальчишка, довольно улыбаясь и смотря на голый торс D, чуть приподняв бровь. — Я вижу, — хмыкает Ди, чуть отходя, чтобы взять деньги. — Сколько? — спрашивает он, кивая на бумажный пакет в руках доставщика. Урчание в животе становится активнее, а изо рта, кажется, вот-вот потечет слюна. А еще надо было одеться — неприлично же стоять вот так, в одних брюках, перед незнакомым пацаном. — Пятьдесят, — отвечает тот, протягивая пакет. Здесь была единая система оплаты, поэтому не было необходимости указывать название валюты. Всем и так понятно. Ди пару раз тыкает в экран наручных часов, переводя деньги на счет Пункта Доставки, и вглядывается в лицо паренька, пытаясь его вспомнить. Нет, точно не видел, хотя заказывает еду довольно часто. — Вы здесь недавно? — решает спросить D-07, чтобы утолить банальное любопытство. Он берет долгожданную еду в красном пакетике, не думая, что ему вообще ответят. Но ошибается. Доставщик немного самодовольно улыбается, показывая ямочки на щеках, а в его карих, как зерновой кофе, глазах загорается азартный огонек. — Да, — ответил он, и Ди снова подумал, что это все, но опять же ошибся. — Буквально пару дней, мне друг посоветовал, он там же работает. Мне нравится ездить по городу и разносить людям еду. Это довольно интересно. Пока доставщик говорил, Ди заглянул в пакет, вдыхая ароматы теплой булочки с маком, горячего салата и сока. — Что же в этом интересного? — хмыкает D-07. — Ну как же? Это безумно интересно! Я каждый раз нахожусь в другом месте, вижу новых людей, иногда говорю с ними, узнаю что-то новое. Это же гораздо лучше, чем сидеть на одном месте изо дня в день! А ведь он действительно прав. Ди совсем недавно думал об этом, и теперь этот мальчишка будто читает его мысли и говорит их вслух. D-07 прошел на кухню, не закрыв входную дверь. Почему-то ему хотелось послушать этого доставщика, послушать что-то помимо отчетов и однообразных вопросов пациентов. Сбился с расписания — и вот приятный сюрприз. Возможно, этот молодой парень восполнит недостаток общения. Как он и думал, доставщик прошел следом, скинув старомодные кроссовки около двери (где он вообще все это взял?) и закрыв ее. Он продолжал говорить, наблюдая за тем, как заказчик достает кухонные приборы, чтобы сесть за стол и поесть. Ему было все равно, что тот будет занят насыщением организма химикатами, ведь его редко кто слушает, потому что говорит он часто. А так хоть отвлекать не будут. — Я первый раз в этом районе, в этом доме. Хотя и работаю я довольно недолго, но и заказов достаточно, хотя на сегодня только этот. Здесь довольно приятная консьержка, а то в доме ближе к окраине меня чуть не сожрали! Вроде тоже старая, но такая вредная, как ее терпят?.. Доставщик говорил и говорил, размахивая руками, иногда вскрикивая на эмоциях, морщась и довольно ярко выражаясь мимически. Ди успел доесть, выкинуть все в мусоропровод в виде аккуратной дырки в стене, от которой шла труба, а по ней мусор скатывался в самые нижние этажи, где уборщики все собирали и выносили. Он отмыл наконец чашку из-под кофе, протер раковину, умылся сам, надел футболку. После этого он все еще слушал это болтливое создание, не чувствуя нервозности, а лишь спокойствие и удовольствие, ведь он этого так хотел. Даже сон пропал. — …вот, и вообще друг меня всегда поддерживает. Ой, а где Вы работаете? Я, кстати, S-14. S задал первый вопрос за все эти минуты монолога, поэтому Ди даже растерялся, не ожидав. Он мог бы слушать это еще, но теперь и сам должен был что-то сказать. — Я D-07, и я старший лаборант в Пункте Зачистки, — ответил он, сложив руки на груди. На лице S он увидел непонимание, затем недоумение, которое сменилось осмысливанием, а потом и удивлением, после чего наконец пришел восторг. За такое короткое время видеть столько много эмоций было непривычно, но тем не менее наблюдать за этим было забавно. — Серьезно? — взвизгнул он. — Это же так круто! В смысле, эта работа очень сложная, и туда могут попасть только самые-самые. Вот это да! — Я очень умный и быстро обучаемый, — проговорил Ди то, что крутилось у доставщика на языке, но он не мог сформулировать из-за беспорядочности мыслей. — И скромный, — подколол тот его, кривя свои красивые пухлые губы в ухмылке. — Именно. — А как проходят Зачистки? Ди ожидал этот вопрос. Он даже не удивился, услышав его. Да он вообще перестал удивляться этому парнишке, как только тот начал говорить. Это было странно. — Это секретная информация. Я не могу распространять ее, иначе меня уволят. Скажу лишь, что это долго и больно. — Вау, а посетители помнят это? S-14 почти лежал на столе, смотря на лаборанта снизу вверх. Ему было так интересно про все узнать. — Нет, они помнят лишь то, что видят после процедуры. — Значит, со мной такого не было, потому что я этого не помню, — довольно улыбнулся S, поднимая свою тушку со стола и откидывая ее на спинку стула. — Я Вас тоже не помню, — подтвердил D. — Ой, не надо выканий, — махнул рукой S, — мы не в той ситуации, когда это нужно. — Но это нужно всегда. Это этикет. D-07 удивленно приподнял брови. Такую фразу он слышал впервые, потому что обратиться к человеку на «ты», значит, оскорбить его личность. Странный он какой-то. — Плевал я на этикет. Я не люблю, когда ко мне обращаются, как к человеку, занявшему высший пост, или как к старику, — объяснил доставщик, но, увидев недоумение на лице собеседника, вздохнул. — Если ты обратишься ко мне так, как я сейчас, то ничего не произойдет. Все нормально. — Ты уверен? — все же уточнил D и почувствовал, будто говорить стало легче. Будто спали невидимые оковы, крепко держащие за горло и не позволяющие сказать лишнего слова. Да он даже не обиделся на оскорбляющее обращение! Все же немного непривычно. — На все сто! — Ладно. Тебе не пора? — Да не, я на сегодня свободен, мне больше нечем заняться, а у друга сейчас дела. Так что… ты не против, если я побуду здесь? — спросил S, ласково улыбнувшись, будто выпрашивал разрешение. — Да нет. Просто я подумал, что тебя могут ждать. — Кто? — Тот же друг или… партнер. Говорить об этом было не принято, но Ди чувствовал легкость в общении с этим чудаковатым доставщиком еды. Это он ощущал впервые. — У меня нет партнера, — спокойно произнес S, немного задорно улыбаясь. — Тогда ладно. — А у тебя есть? Ди уже не удивлялся постоянным вопросам, он лишь спокойно ожидал их, чтобы снова ответить и, возможно, задать свои. Но делал он это не так уж и часто, постепенно привыкая к новым ощущениям. — Да, — все же ответил он. — И кто это? Снова вопрос, и снова D не удивился. — I-113. — Не знаю такую. Ди даже не стал отвечать, он просто растянул губы в улыбке, понимая, что вся эта ситуация была безумно странной и неправильной, но ему было хорошо. Такого он никогда не испытывал. — Расскажи еще что-нибудь, — попросил Ди и приготовился слушать, увидев хитрую ухмылку на лице S. Ему было без разницы, о чем тот будет говорить, потому что ему это нравилось. Неважно, что он говорит — он говорит. Если кто узнает…

***

У D-07 было приятно находиться. Он не перебивал, не пытался заткнуть, как делали это все, иногда задавал вопросы и отвечал, когда спрашивали его. Да и вообще редко можно было найти такого человека, который будет вести себя более или менее адекватно, когда его заставляют нарушать правила этикета, которые по идее запрещено нарушать даже под угрозой смерти. К тому же, D был лаборантом в Пункте Зачистки. Уж он-то знал, что происходит после того, когда кто-то нарушает те или иные правила. Сама Инквизиция позавидует его знаниям. S-14 забежал в Пункт Доставки, оставляя там свою сумку, в которой носил еду людям, и ушел. Ему ведь больше ничего на сегодня не нужно делать. Он написал в отчете, где был, сколько заказов выполнил и сколько заработал. После этого он был свободен. Он сел в красный автобус, который довез его до многоэтажки, ведь если он сделает то, что нужно ему, прямо сейчас, то сдаст всех с потрохами, поэтому он как самый обычный и послушный человек вошел в дом, улыбнулся консьержке и поднялся на свой этаж, где и была его квартира. Но туда ему незачем было идти, ведь живет он не в ней, а за Стеной. S-14 прошел в самый конец коридора, где была дверь, выводящая на улицу, и лестница вниз. Это было привычным делом — показываться на глаза консьержу, проходить мимо своей квартиры и покидать дом через черный ход, где никто его не увидит. Он спустился по металлическим ступенькам, которых было достаточно много, и огляделся. Никого не было. Как и всегда. Набрав побольше воздуха в легкие, S побежал к Зеленой Стене по тайному подземному переходу. Ему нравилось бегать, поэтому он никогда не пользовался горизонтальным лифтом. Дом, в котором он должен был жить, стоял на одной из окраин, недалеко от этой самой Стены, до которой нужно было бежать еще около мили. Он специально переехал в этот район, ведь отсюда проще всего попасть в нужное место, да и не живет здесь больше никто, поэтому он оставался незамеченным. Уже многие годы. Бегая так каждый день по несколько раз, S-14 перестал уставать и задыхаться, поэтому трудностей не возникало. Он добежал до Стены и остановился, еще раз оглядываясь, а затем начал пробираться внутрь. Зеленая Стена — это огромное количество вековых сосен, которые были насажены максимально густо, чтобы никто не смог пройти сквозь них. Высота в некоторых местах могла достигать сотен метров, а ширина была почти одинаковой — чуть больше пятидесяти. Там, между соснами, где было место, росли другие различные деревья и вьющиеся растения, которые вместе создавали непроходимые джунгли, преодолеть которые сможет не каждый. Но поселение за Стеной было предусмотрительным: в некоторых местах они прорубили узкие ходы, которые могли отыскать только те, кто знал про них. Остальные же, даже если пытались, то не делали больше пары шагов, путаясь в бесконечных корнях, ветках, кустах и всем, что попадалось на пути. Наконец S-14 выбрался на свободу, видя совсем другую картину, нежели в Едином Государстве. Здесь были такие дома, которые строили их предки еще век назад. Обычные, удобные дома из бруса или же кирпичей, а не суперсовременные коробки из прочнейших сплавов и примесей. Здесь все было настоящим, каким и должно быть: овощи и фрукты люди приспособились выращивать самостоятельно, так же было и со скотом, ведь жизнь вне города, вне цивилизации была сложной, но правильной и необходимой. Казалось, даже воздух здесь был другим. Люди, попадающие сюда, больше не хотели уходить. — Стайлз! — послышался радостный оклик девушки, а немного позже она появилась рядом, держа ладонь на своем округленном животе. — Ты сегодня рано. Жительница заключила его в объятия, соскучившись за эти пару часов, а потом, взяв его под локоть, повела вглубь деревни, не убирая руки с животика. — На сегодня я свободен — вся работа выполнена. А если кому-то что-то срочно понадобится, там всегда есть люди, — спокойно объяснил Стайлз, смотря на довольную девушку. — Отлично! Значит, ты поможешь мне прибраться в доме. — Конечно, — кивнул он в ответ, а потом посмотрел на ее живот. — Кора, как там наш малыш? — Пока ведет себя спокойно, но я жду не дождусь, когда он начнет пинаться. — Наверняка Джексон ждет этого так же сильно, как и ты. — Иногда мне кажется, что беременный он, а не я, — засмеялась Кора, вспоминая, как ее муж нервничает, когда она рядом с ним. В этой небольшой деревне все жили дружно, поэтому секретов не было. А Стайлз и Кора вообще знали друг о друге абсолютно все. От предпочитаемой одежды до привычек. Стайлз знал о ней, о ее муже, о их прошлом и настоящем, и это сближало их всех. Они дошли до дома Коры, где всегда было чисто и аккуратно. Вокруг были клумбы с цветами, а за домом — небольшие грядки с овощами. Зайдя внутрь, Стайлз увидел Джексона, суетящегося над плитой: он варил овощи, которые, как он говорил, были просто необходимы для беременной. — Привет, друг, — поздоровался Стайлз, проходя на кухню и облокачиваясь на стол рядом с плитой. — Все пичкаешь Кору полезностями? — Ей сейчас нужно, — привычно ответил Джексон, убавляя огонь под кастрюлей. — Она уже на восемьдесят процентов состоит не из воды, а из овощей. Свежих, вареных, сушеных, и что ты там еще с ними делаешь? — Ха-ха, Стайлз, очень смешно. Я, между прочим, забочусь о ней. Джексон наконец выключил плиту и вытащил из кастрюли вареную морковь, кладя ее в тарелку, а воду вылил за ненадобностью. — И этим ты будешь ее кормить? А не лучше ли было дать свежую? Она все-таки полезнее, да и вкусней, и… — Заткнись, Стайлз, — прервал его Джексон. Ну вот, опять его затыкают. Даже хмурый Ди так не делал. — «Заткнись, Стайлз», — передразнил он друга. — Вообще-то, сегодня я нашел человека, который ни разу не попросил меня заткнуться! Да-да, и не делай такое лицо. Стайлз видел, как друг скептически приподнял бровь, явно не веря в то, что кто-то добровольно согласился выслушивать весь этот бредовый поток. — Ты убил этого человека? — вдруг спросила Кора, зайдя на кухню. — Что? С чего вдруг? — не понял Стайлз и нахмурился, садясь за стол напротив беременной. — Ну, просто только мертвый может выслушать все, что ты захочешь сказать. Кора пожала плечами, улыбнувшись, и пододвинула к себе тарелку с морковью. Она посмотрела на овощи так, будто они были как минимум живыми слизняками, но видя, как Джексон сложил руки на груди, взяла вилку и начала есть, отламывая небольшие кусочки. Как ни странно, но это было вполне съедобно и вкусно. Может, он приправ каких насыпал? — Нет, он все еще живой. И не глухонемой. Он даже задавал мне вопросы и сам отвечал на них, — ответил Стайлз, принимая из рук друга кружку чая с шиповником. Пахло приятно. — Я подумал о том же, о чем и ты? — спросил Джексон, посмотрев на друга. Он также сел за стол, следя за тем, чтобы жена съела все. Он действительно переживал больше нее. — Ага. Возможно, я смогу переманить его к нам, — задумчиво протянул Стайлз, наслаждаясь чаем от кухарки Уиттмора. — Кто это вообще? — Мужчина, D-07. — Я не об этом спрашивал, ты же понял. Джексон укоризненно посмотрел на друга, сжавшего губы в тонкую полоску. Он уже подозревал, что что-то было не так. Это же Стайлз — он всегда косячит, хоть и делает много полезного. — Старший лаборант в Пункте Зачистки, — тихо ответил друг, смотря в чашку так, будто там было что-то интересное, кроме темного налета по краям. — Ты с ума сошел? Там же у всех настолько промытые мозги, что они боятся сделать шаг в сторону. Я молчу про нарушение правил. Тем более он знает, как проходят разные процедуры. — Ну, одно правило он уже нарушил, поэтому, я думаю, он сможет пойти до конца. Мне кажется, он не так безнадежен. И вроде я где-то его видел. — Сколько ему лет? — спросила Кора, жуя «очень полезную» морковь. — Думаю, лет двадцать пять. — Ты точно сумасшедший! — Джексон взмахнул руками, смотря на друга с недовольством. Обычно люди из их поселения выбирали тех, кто занимал невысокие посты, чтобы не было угрозы попасть под подозрение или сразу же на стол в Пункте Зачистки. Такие, например, как D знали, что и как, и могли сдать нарушителя Благодетелю, чтобы защитить собственный разум от вмешательства. Также человек должен быть молодым — ими проще управлять. Обычно Стайлз выбирал тех, кому было от шестнадцати до двадцати двух, но в этот раз выбрал не он D, а D его. Все случилось само собой. — Он справится. Я сделаю все возможное. Да и он в каком-то роде врач, — проговорил Стайлз, смотря на Кору, которая также подняла взгляд. Врач — это хорошо. — Ну, Стайлз, если он нас сдаст, я сам прибью тебя. И у нас уже есть врач, — пригрозил Джексон, убирая пустую тарелку Коры в раковину и ставя перед ней стакан компота. Она только удивилась: когда муж успел все сделать. — Да я сам убьюсь. — Я верю, что ты справишься, — произнесла Кора, улыбнувшись. — Все-таки у тебя еще не было промахов. — Спасибо. — Что ты мне обещал? — хитро прищурившись, спросила она. — Обещал? Я говорил, что помогу тебе прибраться, но не обещал. — Не придирайся к словам, пойдем. — Пойдем.

***

— Он тебе понравился? — спросила Кора через пару минут, когда Стайлз вытирал пыль с комода. — Кто? — не понял он. — Ну, тот мужчина, которого ты хочешь переманить. D, кажется, — пояснила Кора, протирая зеркало и наблюдая за реакцией друга. — Э-эм… С чего ты взяла? — Стайлз, я не такая уж и глупая, чтобы не заметить, что тебе нравятся парни. Друг выглядел удивленным, ведь они никогда не поднимали тему ориентации, хоть и в их мире больше не существовало противоречий по поводу сексуального партнера. Здесь было без разницы, потому что для нынешних людей секс был не только для удовольствия, но и для здоровья. Но все же некоторые предпочитали умалчивать о своих предпочтениях. — Да, — наконец ответил Стайлз, — понравился. И я хочу на него записаться. Как я уже говорил, он кажется мне знакомым. Я выясню, где я его видел. D просто не мог не понравиться. Он был безумно красив и умен, и все вместе это просто сшибало с ног. Придя к нему тогда, Стайлз старался откровенно не пялиться на оголенный торс и темную дорожку волос. Оставалось только надеяться, что он не будет против, если Стайлз заявится к нему в квартиру в нужное время, говоря, что они теперь партнеры. — Ого, так сразу? — удивилась Кора. Она удивилась больше тому, что друг не стал расспрашивать ее, а признался сразу. — Ну да. Зачем ждать? Буду втираться в доверие через постель, — признался Стайлз, не чувствуя скованности, когда говорил такое. — Аккуратней, а то заподозрит раньше времени, а потом сотрет тебе память. — Это будет провал года.