Глава 18.
28 октября 2017 г., 22:04
Внимание: Глава №18 без проверки Беты!
P.S. Уже долго Я и глава ждём ЕЁ появления и проверки, поэтому, заранее извиняюсь за ошибки. Если Вы их увидели дайте знать. Публичная бета включена.
Не бухти, моя старушка. RumDrinker
___________________________________________
— Спасибо Вам за покупку, — со сдержанной улыбкой произнёс Дэвид, когда очередной ночной покупатель покинул небольшой магазин, где с недавних пор начал работать парень. Дни протекали мирно и довольно медленно. Ему всё казалось, что на этом этапе его жизнь остановилась. Днём он работал официантом в небольшой забегаловке, где посетители не задерживались надолго, в месте, где коричневые зонтики охраняли посетителей от палящего весеннего солнца. А после обеда, до позднего вечера продавцом, в таком же неприметном месте, где покупателей бывало не так много. Прошло несколько месяцев, с тех пор, как Дэвид покинул дом Эдварда. Парень вернулся в свою съёмную квартиру, владелец которого, был рад принять его обратно, тем более что нового постояльца он во время отсутствия Дэвида не нашёл.
Когда парень только вошёл в квартиру, он обнаружил, что ничего во время его пребывания в доме Каннингема не изменилось.
— Привет, я вернулся, — произнёс он в пустоту и бросил свой рюкзак на пол, от которого поднялась пыль, и заставила парня чихнуть. Убираясь в квартире, он по сотню раз с силой швырял тряпку, пытался сдерживать себя, что бы что не сломать и бил кулаками стену, а ногами пинал мебель, которая скрипела, но выдерживала такого напора. Мысли всё время возвращались к Эдварду, к его словам и тому злосчастному видео, от чего парень понимал, что он заигрался тогда, что совершил ошибку, от которого сейчас страдает в первую очередь сам. Пару дней Дэвид провёл в квартире не покидая его, он просто смотрел телевизор не останавливаясь конкретно на одном канале, всё время переключаясь. Ему было всё равно, что с ним может случиться. Парень забыл, когда в последний раз ел, бутылки от разного рода выпивки валялись на полу и источали от себя противный запах алкоголя.
После пару проведённых бессмысленных ночей, Дэвид решил пойти в клуб, где часто зависал раньше и где имел свой круг общения таких же людей, каким являлся он сам.
В клуб его пустили, не смотря на его потрёпанный вид, только потому, что он был там постоянным клиентом, который оставлял большие чаевые всем. В клубе к нему подошла женщина в красном, коротком платье и повела его к своим. Он знал и её и тех нескольких парней и девушек, которые сейчас сидели за круглым столиком в дальнем углу. Все весело встретили его и начали делиться со списком своих прошлых жертв и возможных кандидатов, которыми они хотели поиграть. Дэвид не обращал на это никакого внимания, пока блондинка в красном не произнесла, улыбаясь, кокетливо:
— А я тут недавно присмотрела себе одного шикарного, богатого мужчину, к тому же не женатого.
— И кто же это? — спросили хором все, кроме Дэвида.
— Эдвард Канингем. Слышали о таком? — от её ответа, Дэвид чуть не поперхнулся, а все махнули на неё рукой, твердя, что он не тот тип людей, которых легко поймать на крючок. Человек с идеальной репутацией, даже не взглянет на такую, как она. Но женщина продолжала говорить и рассказывать про свой план соблазнения.
— Думаю, это плохая идея, — произнёс, наконец, Дэвид. На него все тут же обратили внимания так, как он молчал всё это время и только на эту тему соизволил вмешаться. Все потребовали от него объяснений, на что парень сказал, что его одна знакомая уже пыталась его соблазнить, причём разными способами, но ей это так и не удалось, — парень не хотел распускать о нём разные слухи, тем более говорить кому-нибудь об их близком знакомстве.
— Я в это не верю, — поджав губы, воскликнула женщина.
— Думаю, тебе придётся в это поверить, — ответил ей Дэвид. На что женщина лишь произнесла, что она свою партию ещё сыграет и сделает это в красном платье, которое сейчас на ней, не прибегая другому наряду. Все засомневались и она поспорила с одним из парней, что непременно сделает это и за свою победу назвала сумму, который не был далеко от маленького. Дэвид не выдержал этого и быстро со всеми попрощавшись, покинул их компанию. Все хоть и были удивлены, но не стали его останавливать. В конце концов, они были лишь знакомыми по обстоятельствам и интересам, что даже не были уверены в том, что их собеседник на самом деле назвал своё настоящее имя.
После этого случая, он не раз искал способ встретиться с Эдвардом, приходил к нему в компанию, но охрана не пускала его, говоря, что это личный приказ генерального директора. Он пытался поймать его возле дома, но так ему это не удалось. После нескольких неудачных попыток, поговорить с Канингемом, Дэвид понял, что Эдвард так и не простил его, а потому даже не стоит пытаться хоть что-то изменить.
Дэвид устроился на работу и решил для себя забыть обо всём и даже если воспоминания возникали в его голове, то парень пытался поскорее избавиться от них. Старался всё делать, брать работу сверхурочно, лишь бы отвлечься от всего. Он мало спал, также питался через раз, в клубе больше не появлялся. Казалось, жизнь — просто серые будни. Весенние дожди лишь усугубляли его состояние, от которого он пытался избавиться. Дэвид никак не мог понять, почему его так зацепил Эдвард. Почему, когда он бросал других своих жертв, не испытывал никаких чувств по отношению к ним, а с Канингемом всё по-другому. Почему, он решил кардинально изменить свою жизнь, почему теперь ему противна одна лишь мысль о том, чтобы найти себе новую жертву. Жизнь вокруг его крутилось, вертелось, будто в быстром темпе, а он завис, остановился и потерял частичку себя.
За это время состояние самого Эдварда не улучшилось. Он по-прежнему отказывался начать лечение. Аластэр замечал, как его друг отдалился от него, а потому стал реже с ним общаться. Адвокат понимал, придёт время и Эдвард забудет обо всем: о Дэвиде, об ошибках совершенных самим Питером, о том, что когда-то Эдвард не смог помочь семье, которая так нуждалась в его помощи, а он, струсив сбежал. Питер надеялся, что Эдвард простит себя, начнёт лечение, вернёт Дэвида и его жизнь снова наладиться. Но проходили дни, а его друг всё больше замыкался в себе. Эдвард переставал замечать окружающих, его больше не волновала судьба компании.
— Ты должен начать лечения, — твердил ему Аластэр.
— В этом году, мне кажется или, деревья расцвели по-другому? Посмотри, — ответил он, смотря, как цветёт сирень.
— Всё, как и в прошлом году, — ответил Питер со сдержанным раздражением так, как его друг отказывался присоединяться к разговору и уводил его в другое русло.
— А мне кажется по-другому, — задумчиво произнёс мужчина. — Может это потому, что я встречаю последнюю весну?
— Ты должен начать лечение и тогда ты увидишь ещё много таких же прекрасных весенних дней.
— Моё зрение ухудшилось настолько, что я могу видеть лишь то, что стоит напротив меня, а вокруг лишь темнота. От этого, кажется, что эта сирень цветёт лишь для меня. Человек, вещь, всё, что находится напротив, кажется, существуют также лишь для меня. Это забавно, — улыбнулся Эдвард. Они с Питером находились во внутреннем саду Канингема, где последние месяцы мужчина всё чаще проводил своё время, отдалившись от работы. Он всё забросил своему заместителю и не пытался даже узнать, как обстоят дела в компании.
— Верни хотя бы Дэвида. Я же вижу, он тебе нужен. Ты же уже знаешь, как обстоят дела и почему он так поступил… — начал Питер.
— Да, ты осведомил меня об этом. За что я тебе благодарен, — перебил мужчина.
— Так почему…?
— У каждого человека в жизнь есть то, чего он не смог добиться в своей жизни. Неисполненное и неудовлетворённое желание. У меня было и есть всё, но я хочу, чтобы лишь Дэвид был тем желанием, которого я не смог достичь. И тогда я смогу сказать, что увидел на этом свете всё, что полагается увидеть. Умирая, я хочу помнить лишь о нём, а не о том плохом деянии, которое я совершил. Питер, — мужчина перевёл рассеянный, не фокусирующийся на одном взгляд на адвоката, — я хочу умереть с улыбкой на лице и, вспоминая образ того, кто был для меня так дорог, что решил ради меня пожертвовать собой и своей гордостью.
После этого Питер больше не решился заводить разговор о Дэвиде. Он начал искать другую точку давления. Этим напором стала двоюродная сестра Эдварда, которая узнав о состоянии Канингема, бросила всё и направилась прямо к нему домой.
— О! — воскликнула она, когда Эдвард сам открыл ей дверь. Лили не ожидала этого, она думала, что Эдвард еле передвигается и ничего не видит. Ведь так описывал его состояние Аластэр. — Дорогой! Я тут решила, а не сходить-ли нам в какое-нибудь неприметное местечко.
— Здравствуй Лили, — улыбаясь, ответил Эдвард. Она как всегда была в своём репертуаре. Долгое время от неё не было слышно ничего, а сегодня появилась так, будто они только вчера попрощались. Лили, чмокнув Канингема за щёку, зашла в его дом, не стесняясь, и рассказывая, как рассталась со своим бывшим парнем. Она жаловалась на его невнимательность и вечную занятость на работе.
— Поэтому, я его бросила, — закончила она свой рассказ, когда уже они сидели в гостиной.
— Ты правильно поступила, не нужно связывать свою жизнь с тем, кто не может уделить тебе и минуту своего времени.
— Ну ладно, что обо мне да, обо мне. Ты сам как? — спросила она. Лили всегда ценила в Эдварде то, что он принимал её всегда, когда она заявлялась в его дом. И никогда не спрашивал, где она пропадала всё это время и как смеет заявляться, после долго времени, когда даже не удосужилась позвонить.
— У меня всё как всегда… — начал Эдвард, но Лили заметив, что он не собирается ничего рассказывать, перебила его.
— Ой, тут так жарко! Пошли в какое-нибудь кафе или забегаловку, где мы ещё детьми любили поесть.
— Тебя же могут узнать? — удивился Эдвард. — Это может плохо отразиться на твоей репутации.
— Господи Эд! Такое чувство, что познакомились сегодня. Ты же знаешь, я всегда ношу собой маскировку. Сегодня я буду блондинкой в красном, а ты надень тёмные очки и всё. Папарацци нас не узнают.
Эдвард хоть и не желал покидать дом, но против своей родственницы он не смог пойти. Уж сильно ею дорожил!
Когда они пришли в забегаловку, посетителей было не так много, и Эдвард с сестрой уселись на улице под жёлтым защитным зонтом.
— Я здесь бывала не раз, — начала Лили. А Эдвард, у которого и так, зрение было хуже некуда, пытался остановить свой взгляд на сестре. Она рассказала, как иногда сбегает со съёмок и приходит сюда так, как только здесь делают кофе по её вкусу. Она рассказывала разные истории и смешила мужчину. Эдвард наслаждался общением с ней и пытался запомнить каждое её слово, прежде чем, она снова исчезнет из его жизни надолго. В его случае уже навсегда.
Дэвид в тот день также работал в той же забегаловке, где решили посидеть Эдвард со своей сестрой. Только вот с того ракурса, в котором находился парень не было видно лицо женщины рядом с мужчиной. Дэвид видел, как Эдвард легко и непринуждённо общается с ней, как смеётся, улыбается и хохочет. Внутри Дэвида в этот момент бушевала целая масса разных эмоций. С одной стороны он хотел подойти к ним и вышвырнуть ту девицу, в которой он предполагал свою давнюю знакомую. С другой стороны понимал, что Эдвард не оценит его стараний и скорее всего, даст ему в глаз, за такое обращение с его дамой. И от бессилия, и от того, что он уже никакое положения не занимает в жизни Эдварда, парню хотелось разгромить здесь всё. Злость, обида на самого себя, опустошённость, ревность, кажется, всё переплелись в его эмоциях. А причина… она всё ускользала от него.
— Влюбился? — услышал он женский чуть удивлённый голос, когда принимал заказ от очередных посетителей и, увидев знакомую фигуру завис. А эта фраза вернула его в реальность.
— Да, кажется, это блюдо для меня всё, — ответил на вопрос, незнакомый мужчина, своей спутнице. От чего та рассмеялась и решила попробовать ту же еду, что и её партнёр. Дэвид, приняв заказ, удалился, а в его голове крутилась догадка, которая перевернуло всё у него внутри. Он влюбился и только сейчас, потеряв свою любовь, понял это. Было слишком поздно всё возвращать или…?
