This Magic Moment

Джерард крутился перед зеркалом, хмуря брови и недовольно что-то бормоча себе под нос. Его чёрный костюм выглядел идеально, так же, как и волосы, которые он немного укоротил самостоятельно, спрятавшись в ванной вечером перед свадьбой, помыл и даже расчесал. Фрэнк не мог сдержать улыбку, наблюдая за своим будущим мужем. – Мне всё равно кажется, что этот пиджак меня полнит, – наконец, признался Джерард, замечая присутствие Фрэнка в комнате. – Не смейся, мудила. Но мужчина всё равно тихо рассмеялся, подходя к Джерарду и кладя руки ему на талию. – Ты выглядишь потрясающе, – он усмехнулся, замечая то, как Уэй сузил глаза на эту реплику. – Ты ведь знаешь, что тебе чертовски идёт чёрный цвет. – Ты уговорил меня надеть этот костюм, а теперь подлизываешься, – пробормотал Джерард, обнимая мужчину в ответ и кладя подбородок на его плечо. Разумеется, он уже сдался. Они стояли так некоторое время: руки Фрэнка медленно поглаживали спину Джерарда, и это праздничное волнение буквально витало в воздухе, проникая в них глубже с каждым вдохом, наполняя лёгкие и кружа голову. – Я так сильно волнуюсь, – практически прошептал Уэй, прижимаясь своей щекой к щеке Фрэнка. – Я знаю. Но это нормально. – Конечно нормально, я не каждый день выхожу замуж, – Джерард отстранился, вновь оборачиваясь на зеркало и машинально приглаживая волосы. – Особенно за таких красавчиков, как я, - хмыкнул Фрэнк, мгновенно реагируя на движения своего будущего мужа и растрёпывая его немного жёсткие от краски волосы в свою любимую и давно привычную «неряшливо-художественную» причёску. Джерард фыркнул, но снова трогать волосы не стал. Он продолжал смотреть в зеркало, рассматривая их отражение на гладкой поверхности. Это был всё тот же Фрэнк, который на полном серьёзе пел ему серенады под окнами после их глупой ссоры, произошедшей в самом начале отношений. Это был всё тот же Фрэнк, который иногда выдавал настолько плоские и пошлые шутки, что даже Уэю становилось за него стыдно. А что сравнится с той его идиотской выходкой, когда он тихонько взял его наброски и пририсовал ко всем невинным сказочным персонажам, практически лишённым отличительных гендерных особенностей, огромные члены? И вот сейчас, Джерард видел в отражении своего знакомого до каждой, даже самой маленькой татуировки, скрытой под одеждой, Фрэнка, одетого в белый приталенный костюм со слегка зауженными брюками, такого строгого и праздничного. Его немного отросшие волосы, раньше подстриженные совсем коротко, но теперь уже даже прикрывающие уши, зачёсаны назад, но без излишнего фанатизма, так неряшливо, будто бы их растрепал ветер, или просто мужчина задумался, и его рука машинально прошлась по шоколадным прядям. Джерард перевёл взгляд на себя и, возможно, так как его подростковый период давно уже должен был пройти, у него начался кризис среднего возраста, потому что он искренне не понимал, чем заслужил Фрэнка. Он не собирался озвучивать эту мысль вслух, потому что он ненавидел то, как в подобных моментах в глазах Айеро всегда мелькает странная эмоция, которую Джерарду сложно расшифровать, но она заставляет его мгновенно жалеть о сказанном и виновато кусать губы. Фрэнк не злится, но его брови всегда сходятся на переносице, а губы плотно сжимаются, будто бы он обижен. На самом деле, он и не обижается. Это больше похоже на усталость и разочарование, и Джерард готов признать в эти секунды всё, что угодно, даже то, что он такой же идеальный, каким его видит Фрэнк. Лишь бы тот не смотрел так. – Нам скоро выезжать, – наконец сказал Фрэнк, целуя Джерарда куда-то в подбородок, а потом отлепляясь от мужчины, чтобы уйти собираться. Уэй томно вздохнул, ощущая себя влюблённым подростком, потому что Фрэнк выглядел таким невероятно красивым в этом костюме, с закатанными до локтя рукавами пиджака, открывающими татуированные руки. Будто и не было всех этих пяти лет.

***

Они заехали за родителями Джерарда, Майки с Алисией и мамой Фрэнка, прежде чем отравиться в церковь для проведения церемонии. Джерард отчаянно пытался делать вид, что не волнуется, сидя в машине рядом с Фрэнком и сосредоточено пытаясь откусить заусенец рядом с ногтем на большом пальце. Даже рука Айеро на его колене не помогала ему отвлечься. Он остановился лишь тогда, когда из ранки на пальце потекла кровь, а машина уже притормаживала у церкви. Церемония была красивой и тихой. Людей было совсем мало, и в памяти Фрэнка остался тёплый свет, который был абсолютно везде. Он просачивался сквозь окна и лился на длинные ряды деревянных скамей, и, если присмотреться, можно было разглядеть маленькие пылинки, витающие в золотистом воздухе, будто частицы расплавленного металла. Солнце играло с витражами, просвечивая сквозь них и превращая их в разноцветные осколки, искрящиеся на полу. Мама Джерарда плакала, и, на мгновение, Фрэнку показалось, что глаза Майки Уэя подозрительно блеснули, но у него не было возможности подтвердить свои догадки. Всё его внимание занимал Джерард: его лёгкий румянец на щеках, запутанные в уголках глаз ресницы и немного помявшийся воротник белой рубашки. Зачитывая клятву, Фрэнку казалось, что он слышит собственный голос, отражающийся от стен. Возможно, так оно и было – в церквях всегда великолепная акустика. Он видел, как волнуется Джерард и, неожиданно, сам начал волноваться, хотя почти всё уже было позади. Он был почти уверен в том, что уронит кольцо, когда будет надевать его на палец Джерарда, но к огромному облегчению, у него всё получилось с первого раза, хотя он и постоянно отвлекался на глаза мужчины, светящиеся прямо напротив его лица. Целоваться, когда на них были обращены все взгляды, было странно и неловко, но как только губы Джерарда накрыли губы Фрэнка, тот смог расслабиться, чувствуя себя в безопасности.

***

В кафе царила вполне уютная и тёплая атмосфера, но несмотря на это Джерард всё ещё чувствовал себя слегка неловко и потеряно. Его спасал Майки, с которым он периодически выходил покурить, и, разумеется, Фрэнк, который старался всё остальное время быть с ним рядом. Прошло всего около двух часов с начала момента празднования, когда в двери кафе вошёл незваный гость. Джерард увидел его первым и чуть не подавился шампанским, толкая локтем Фрэнка и кивая в нужном направлении головой. Мужчина побледнел, вцепившись в свой бокал татуированными пальцами, во все глаза смотря на вошедшего человека. Линда Айеро, заметив взгляд сына, обернулась и в её взгляде смешалось множество эмоций: начиная от удивления и непонимания, заканчивая облегчением. Очевидно, это было сюрпризом для всех. Эта заминка была не замечена гостями, которые разбились по небольшим компаниям, хватая закуски с фуршетного стола и весело болтая о разном. Джерард молча поставил бокал на стол и одними глазами задал вопрос своему мужу. Им потребовалась секунда, чтобы выяснить план дальнейших действий: когда Фрэнк крепко взял Джерарда за руку, всё стало ясно. Они направились в сторону мужчины, который продолжал одиноко стоять у дверей, так и не сняв свою куртку. Отец Фрэнка не сильно изменился с последнего раза, когда его видел Джерард, хотя это и было почти пять лет назад. Разве что, появилось чуть больше седых волос, и морщинки на лице стали чуть глубже. Но он всё ещё держал свою спину прямо, во все глаза смотря на своего сына. Джерард действительно был поставлен в тупик этим внезапным визитом. Он знал, что является косвенной причиной их ссоры, и, возможно, Фрэнк Айеро-старший его ненавидит, но он не мог оставить своего Фрэнка наедине со всем этим, по тому, как тот сжимал его пальцы понимая, что необходим ему в эти мгновения. Но отец Фрэнка явно приехал не скандалить. Он наконец смог оторвать свой взгляд от сына, оценивающе рассмотрев Джерарда, а потом мельком взглянув на их переплетённые пальцы. – Привет, пап, – негромко сказал Фрэнк. Это всё было так странно, думал Джерард. Никто вокруг отчего-то даже не подозревал, что у них под носом разворачивается такое шоу. Он будто бы попал в фильм. И чёрт возьми, это было так трогательно. – Привет, – мистер Айеро неловко провёл рукой по волосам, будто бы не зная, куда себя деть. – Я ненадолго приехал. Просто хотел извиниться перед тобой, – он вновь посмотрел на Джерарда и тут же исправился, – перед вами. – Ты можешь остаться, – всё тем же странным тихим голосом сказал Фрэнк, и Уэю отчего-то захотелось шепнуть ему на ухо что-то нежное, а потом поцеловать в плечо, как и всегда. Но он продолжал молча стоять, поглаживая большим пальцем ладонь мужчины. – Не думаю, что это хорошая идея, – отец Фрэнка покачал головой. – Помнишь, я сказал тебе по телефону, что я рад за тебя? Я правда рад, Фрэнк. – Он помолчал немного, нервно осматривая глазами всё помещение. – Прости меня, мне было так сложно это принять, я просто не был готов. Я ужасный отец. – Я не обижаюсь, – Фрэнк слабо улыбнулся, и Джерард мог поклясться, что слышал быстрый стук его сердца, как завороженный наблюдая за этой сценой, – честно. Ну, а я тогда ужасный сын, – он усмехнулся, тряхнув головой. – Но я люблю его, и мне жаль, что тебе пришлось переживать из-за этого. Айеро бросил взгляд на Джерарда, даря ему мимолётную улыбку, и тот был готов заплакать, чувствуя, как его щёки краснеют, и в смущении опуская голову. Мистер Айеро с серьёзным видом кивнул. – Я знаю, Фрэнк. Мне жаль, что осознание этого отняло у меня так много времени. Фрэнку пришлось выпустить руку Джерарда, когда он оказался в объятиях отца. Они были не слишком долгими, но искренними и крепкими. Уэй понял, что его муж плачет, только тогда, когда сын и отец отстранились друг от друга. – Мне нужно ехать, прости, – Фрэнк-старший начал старательно бороться с застёжкой на своей куртке. – Рад был встрече, Джерард, – он пожал мужчине руку. А потом уехал. Это было похоже на какой-то безумный вихрь, который снёс их с ног, а потом пронёсся мимо. Джерард провёл рукой по щеке Фрэнка, вытирая его слёзы, а затем обнимая его, потому что он даже не знал, что должен сказать. Да и кажется, говорить ничего не было нужно. Они стояли так, пока к ним не подошли Линда и Донна, наблюдавшие за всей этой сцены с безопасного расстояния. Они всегда были на их стороне.

***

Шоу должно продолжаться. Едва только услышав первые аккорды True love waits*, Фрэнк подскочил со стула. – Вы позволите пригласить Вас на танец? – мужчина улыбнулся, галантно подавая руку Джерарду. Уэй смущённо кивнул, крепко сжимая его руку в своей и вставая, позволяя вывести себя на танцпол. Фрэнк опустил руки на талию Джерарда, не переставая улыбаться, и Уэй на полном серьёзе подумал о том, что ни у кого ещё не бывало таких замечательных свадеб. Да и мужей, пожалуй. Он обвил руками шею мужчины, продолжая смотреть ему в глаза, несмотря на румянец на своих щеках. – Ты ведь знаешь, я не умею танцевать, – прошептал он. – Тогда что ты делаешь сейчас? – усмехнулся Фрэнк, утыкаясь носом в шею Джерарда, чтобы вдохнуть запах сигарет, почти выветрившийся аромат парфюма и пота. Джерард совершенно случайно встретился взглядом с Майки, который танцевал с Алисией рядом с ними, и тот широко улыбнулся ему, отчего сердце Уэя-старшего ощутимо наполнилось теплом. Неожиданно, он перестал ощущать всякую неловкость от того, что в этом зале находятся двадцать человек. Здесь была его семья, здесь был Фрэнк, и он никогда не чувствовал себя таким счастливым. Ещё ближе прижавшись к своему мужу, он прикрыл глаза, одними губами подпевая песне. Только не уходи, Не уходи.