Побег. По двум сторонам океана

      Медленно, но уверенно Экене вместе со старейшинами и вождём преподносил изменения в Тинуваку. Отряд каби временно распустили. Любому, кто хотел в него вступить, главы племени разрешили пройти вступительное испытание. Добровольцев на сей раз нашлось прилично, даже взрослые и старые тинуваку решили показать, что они способны быть главными охотники и самыми уважаемыми людьми. Но испытания прошли меньше половины энтузиастов. Одни не выдержали долгую разлуку с семьёй, другие так и не смогли в течение нескольких дней гнать добычу, втайне от самих животных, ближе к родному племени, третьи нарушили главное правило — не охотиться у Коолжи, в результате чего соплеменники в деревни оказались без еды, не будут же они есть тухлое мясо? Нашлись и те, кто не захотел каждый день видеть рожи гаапи. Половина ребят, которые вместе с Экене захотели стать каби, отказались он новой должности. Однако Этераяма не покинул своё место. Вскоре отряд восстановили. Ему вернули старое имя — дешо. По новым условиям охотники сменялись через две недели, групп каби стало четверо, вместо старых трёх.       Экене настоял, чтобы главами дешо стали люди, непитающие ненависти к гаапи, он не хотел, чтобы Этераяма или кто-нибудь другой имел возможность убить гаапи, не пересекая границу и не нарушая правил перемирия.       Детям больше никто не внушал отвращение и вражду к соседнему племени. На следующий день после смерти Трипа было созвано собрание. Вождь и старейшины рассказали соплеменникам всё, что утаивали от них в течение долгих лет. Детям отныне рассказывалась история племени без злости и ненависти, кто виновник, а жертва должны были решить они. Их отводили к Коолже, чтобы те своими глазами посмотрели на гаапи и решили, являются они чудовищами или нет. То же самое проделывалось и со взрослыми.       У Экене привалилось ещё больше обязанностей. Он теперь отвечал за дешо. Но на первом месте у него был младший брат, черёд которого наступил пройти инициацию.        — Через несколько дней придёт один из самых решающих моментов твоей жизни, — говорил Экене. — От будущих испытаний зависит, станешь ли ты мужчиной или останешься ребёнком ещё на несколько лет.        — Брат, я пройду инициацию, — гордо отвечал Коу. — Ты же смог пройти её раньше на год, а я-то уж справлюсь.       Экене по старой привычке потрепал Коу по щеке, как делал, когда брат был совсем маленьким, и печально добавил:        — Как жаль, что ты не позволил Пьеру присутствовать на твоей инициации. Он очень хотел приехать.       Коу резко отмахнул руку Экене.        — Я же сказал тебе — Пьер, Уэйт или как там его зовут, мне никто. Он для меня чужой человек. И я не собираюсь видеть постороннего на моей инициации. Вы можете считать себя лучшими друзьями, братьями, можете пожениться друг на друге — ваши заботы, но для меня Пьер никто. Я вовсе не укоряю тебя за дружбу с Пьером, я тоже простил его, но принять его не могу и не хочу.       Экене ничего не ответил брату. Это его выбор как относится к Пьеру, который лгал в течении стольких лет. Он дал Пьеру второй шанс, Коу нет. Каждый имеет право решать прощать ли ему лжецов или нет, кого называть братом, а к кому питать равнодушие. Да и насильно мил не будешь.       Наконец-то наступил первый день инициации. Экене волновался не меньше Коу.        — Экене, а что это у тебя на шее? — спросила дома Мики.        — О чём ты? — удивился Экене.       На его шее висел голубой камешек, который до отъезда во Франции ему подарила Токи. Экене сам не знал, когда он из камня сделал ожерелье и повесил себе на шею.        — Это подарок от одного очень дорогого мне человека, — улыбнулся он.       И вот старейшины увели их брата и других ребят за пределы племени. Три дня и три ночи они должны будут просидеть в невыносимых условиях, искушаемыми вкуснейшими блюдами и желанием поспать хотя бы минутку. Но по-другому нельзя. Только проходя испытания, человек взрослеет.       К Экене приехал Шарль Барре, чтобы поддержать Коу.        — Я через неделю отплываю, — сказал Шарль. — Но инициацию твоего брата я пропустить не смог.       Экене все три дня сидел, словно на раскалённых углях. Он чувствовал, что кошки скребут у него на душе.        — Похоже, у меня не простое переживание, — поделился он своими мыслями с Шарлем. — Мадива, Гаапи, Трип — мне кажется, что последние события отразятся на этой инициации и особенно на моём брате.        — Бохлейн обещал, что будет сидеть с ребятами в хижине, он не даст никому помешать Коу, — попытался Шарль успокоить Экене.       Три дня пролетели медленно как несколько недель для Экене. Счастья у него не было предела, когда он встретил младшего брата, измученного, умирающего с голода, но справившегося с испытанием. Вместе с семьёй и Шарлем мальчика встречала и Токи. Она стояла смущённой, но счастливой — Экене не потерял её подарок.       Настал черёд последнего испытания. Изнеможённые девушки должны были показать все свои умения хозяек, а юноши охотников. Азубуик бросал жребий и распределял мальчишек в пары. Коу к большой радости оказался вместе с лучшим другом.        — И этому достался друг. Я один такой "счастливчик" на Экене? — проворчал в толпе Этераяма.       Он с отвращением отвернул лицо от Коу и его брата. Только долг тинуваку заставил Этераяму прийти на эту инициацию. Он был один, прижался к дереву и шугал ногой пробегавших мимо собак да коз. Хмуро Этераяма созерцал землю, как будто изучал её, такое напряжённым было его лицо.       "Не может этого быть!" — вдруг воскликнула про себя Токи.       Ребята ушли на охоту. Постепенно на сердце у Экене становилось спокойнее.        — Ты был прав, я слишком накручиваю себе, — сказал он Шарлю. — Теперь никто не угрожает моему брату.       Экене наконец-то расслабился.        — Шарль! Шарль! — прибежала к нему Токи и увела в сторону от Экене. — Ты мне нужен. Этераяма хочет помешать Коу.        — С чего ты взяла?        — Я его знаю очень хорошо. Он мой друг. Этераяма что-то задумал.        — Тогда мы должны остановить его, — сорвался Шарль с места и взял ружьё. Он всегда ездил в Тинуваку с оружием, опасаясь диких зверей.        — Ничего не говори Экене, — быстро добавила Токи. — Не надо его волновать, не надо его вмешивать и в это.       В лесу Токи ориентировалась как у себя дома. Она отыскала Коу и его друга тут же. Те шли по следу стада антилоп. Возле брата Экене кто-то бродил. Это был не человек.        — Здесь Риго, — догадалась Токи.       Не успела она промолвить, как с дерева к ней спрыгнула кошка. Риго был облезлым и потрёпанный, два месяца никто не видел гепарда. Иногда только он приходил к Бохлейну по ночам. С наступлением рассвета гепард скрывался в лесу.        — Риго, как ты изменился! — проохала Токи.       Гепард ластился к ней как котёнок. Токи и Шарля не было времени разбираться с кошкой, но Риго побежал за ними.        — Этераяма впереди, — поняла по следам Токи.       Вскоре Шарль и Токи отыскали и антилоп, за которыми охотился Коу. Но Этераямы нигде не было. Он ушёл вперёд. Шарль поднёс к глазам бинокль.        — Я нашёл его! — воскликнул он. — Этераяма что-то возится в траве. Ну-ка, ну-ка?!       Шарль убрал бинокль и мрачно сказал Токи:        — Он хочет поджечь траву. Я увидел, как он пытается высечь искру от камней. Хм, что это значит? — нахмурился Шарль. И его осенило. — Из-за огня у животных начнётся паника, они помчатся на Коу и его друга, ветер как раз дует в их сторону, обезумевших животных те поймать не смогут с двумя-то стрелами.        — Что нам делать? — прошептала Токи. — Я могла бы поговорить с Этераямой, он перестал бы, если бы я его попросила. Но пока мы добежим до него, он совершит своё злодеяние. Шарль, ты можешь выстрелить в сторону Этераямы, так чтобы пуля не попала в него, но дала знать о нашем присутствии? Она долетит до него?        — Долететь то долетит, но от выстрела животные испугаются и разбегутся. Ружьём тут дело не решить.       Токи глубоко задумалась. Найти выход нужно было немедленно, терять нельзя ни секунды.        — Я знаю, что задержит Этераяму! — воскликнула она.       Токи нагнулась к гепарду и взяла его за голову.        — Риго, помоги нам. Останови Этераяму.       Токи указала пальцев в сторону юноши.        — Давай, быстрее! Знаю, ты сможешь! Только останови его, не тронь!       Риго поднялся и сорвался в бег. Шарль посмотрел в бинокль и быстро отбросил его в сторону, только взглянув на бешеную скорость дикой кошки.        — Ты хоть поняла, что ты сделала? — вскрикнул Шарль. — Нужна сила, так лучше бы я выстрелил в ногу Этераяме, чем ты натравила на него гепарда!        — Он не сможет, Риго не такой, он только попугает, — пробормотала Токи, она вздрогнула от грозного голоса Шарля.       Шарль схватил её за руку и побежал к Этераяме.       Тот лежал на земле. Нож, камни — всё его оружия таилось вдалеке. На Этераяме стоял Риго с озверевшим взглядом, гепард мечтал только об одном — забыть про дружбу, выплеснуть наружу давно похороненные инстинкты. С помощью простой палки Этераяма пытался не дать зверю сомкнуть зубы на своей шее. В его глазах застыл ужас, он забыл про племя, про Экене и его брата. Выжить — только об одном мог думать Этераяма.       Шарль подбежал к гепарду и принялся колотить его ружьём. Он не хотел стрелять, боясь напугать антилоп Коу. Риго отбросил Этераяму и издал грозное мяуканье. Его ярость была теперь направлена на Шарля. Гепард приготовился к прыжку.        — Извини, Коу, — проговорил Шарль и протянул ружьё вперёд.        — Риго, остановись! — прокричала Токи.       Она встала между Шарлем и гепардом и расставила руки в сторону.        — Остановись, прошу. Вспомни меня, это я — Токи.       Гепард затряс головой. Беспомощно он расправил ноги и боязно приблизился к девушке. Токи протянула ему свои руки, давая их понюхать.       Риго недоумённо взглянул на Токи и бросился прочь.       Ошеломлённый внезапным нападением Этераяма поднялся с земли.        — Б-благодарю, — прошептал он Токи и Шарлю.       Шарль отвесил ему звонкую затрещину.        — Надо было дать Риго сожрать тебя или выстрелить самому тебе в голову.       Токи ничего не сказала Этераяме, она даже не посмотрела в сторону друга.       В деревне Экене вовсю ждал брата. Беспокойства вновь стали тревожить его. Исчезнувшие Токи и Шарль только доставляли ему страстей. Куда они могли подеваться? — не понимал Экене. Шарль три дня жил у него дома и вдруг пропал. К Бохлейну примчался Риго, которого уже как два месяца не видно и не слышно, и убежал в его хижину. Что, куогши, ответьте, здесь происходит?        — Коу не вернулся? — прозвучал над ухом Экене вдруг голос Токи.        — Где вы были? — закричал подруге и Шарлю ничего не понимающий Экене.        — Мы с гепардом решили погулять, — улыбаясь, ответила Токи и добавила. — Что здесь такого? Странно звучит?       Шарль сердито покосился на неё и отвёл в сторону.        — Мы должны рассказать Экене, что хотел Этераяма сотворить с его братом.        — Шарль, можно я расскажу всё сама, но только не сейчас. Я не хочу расстраивать Экене.       Ожидания Коу с охоты теперь для Экене шли не так мучительно, своим присутствием его подбадривали Токи и Шарль. Вскоре Коу вернулся с крупной антилопой. Он справился. Он заслужил право называться мужчиной.        — Мы гордимся тобой, — от всей семьи поздравил Экене брата. — Ты не гнался за славой — я рад за тебя. А теперь иди, поспи и подкрепись. Токи приготовила для тебя настоящий пир. Ты заслужил это.       Коу рухнул дома на кровать и мгновенно заснул. Соплеменники готовились к торжеству, к посвящению детей во взрослых людей. Уже почернело. Риго так и не вышел из хижины Бохлейна. Никто не понимал, что случилось с ним. Когда Экене спросил об этом Шарля, "гулявшего" с Риго, то его опекун только ответил:        — Это тебе расскажет Токи. Будь осторожен с Этераямой.       Без Этераямы никак — Экене уже это знал. Его не удивили слова Шарля.

***

      Его сестры и брат уже видели десятый сон, Шарль тоже заснул. Один лишь Экене готовился к торжественной церемонии посвящения, ему помогала Мики. Экене, как энергичному и небезразличному к родному племени юному тинуваку, дали задание подготовить всё нужное для ритуального костра.        — Кажется, всё сделано, — расправила свободно руки Мики. — Пора, Экене, нам поспать.        — Ага, — согласился Экене. — Давай только зайдём к Токи, пожелаем ей спокойной ночи.       Мики взяла его за руку и пошла к старшей подруге. Деревня ещё не спала вся, как-никак праздник. Возле дома Азубуика, как и у других хижин, доносились голоса.        — А вот и Токи! — улыбнулась Мики. — С кем-то разговаривает!       Экене пригляделся, звёзды слабо освещали племя. Но он узнал его. Токи говорила с Этераямой.       Она стояла повесив голову, она взволнованно ломала себе руки, а Этераяма что-то ей шептал.        — О чём они говорят? — спросила Мики. — Я не слышу.       Этераяма взял руку Токи и нежно погладил. Он наклонил голову и потянулся к девушке. Токи беспокойно содрогнулась, обескураженно она что-то пролепетала, но тут же её губы соединились с губами Этераямы в коротком и нежном поцелуе.        — Ты это видел? — остолбенела Мики.        — Видел, — пролепетал Экене и схватился за живот.       В животе что-то заныло так сильно, что хотелось кричать от боли. Голова затрещала.        — Мики, я, кажется, съел что-то не то, — протянул, шатаясь Экене.       Мики, немного расстроенная тем, что не увидела подругу, повернула домой. Экене держался за живот, который ныл, в голове что-то кололо. "Что со мной?" — гадал он. Внезапно у него заболело в груди.        — Токи... Этераяма, — проговорил он.       Экене дотронулся до маленького голубого камушка, который светился под светом звёзд. Он сорвал ожерелье и с яростью вышвырнул его в кусты.