Глава 5
24 ноября 2015 г., 11:37
Сайрус отсутствовал больше двух недель. Обычно он так надолго не пропадал, но, видимо, в этот раз что-то шло не так и он задерживался. Тэйнор и сам не задумывался, что стал прислушиваться к окружающим звукам и замирал в ожидании, когда раздавались громкие голоса в полутёмных коридорах замка. Как он сейчас жалел об утраченных безвозвратно гаджетах из его мира. Было бы чем себя занять на досуге, а так приходилось коротать время с Джеффри, у которого на языке было только имя возлюбленной и кругом шла голова от любви, или на кухне, слушая местные сплетни. Скучно и однообразно текли дни за днями. Пришлось нехотя признать, что этот мрачный старый замок оживал лишь тогда, когда возвращался его владелец.
Помогая Бабасу с заготовкой дров для растопки камина, эльф не заметил, как пасмурное утро сменилось ярким солнечным днём. Домовой отпустил его ближе к обеду, сказав, что Тэйнор свободен до вечера. От нечего делать и от непонятной, необъяснимой тоски в сердце эльф не спеша поднялся на стену замка и невольно залюбовался красотой природы. Раскинувшаяся перед его взором местность поражала своей сочной зеленью; то здесь, то там виднелись крупные холмы, увенчанные группами деревьев, яркие островки разнообразных полевых цветов вспыхивали среди шелковистой травы, донося свой сладкий аромат до чувствительного носа Тэйнора. Среди холмов змеилась дорога, ведущая в деревню. Она была неровной и ответвлялась в сторону леса, исчезая с глаз в таинственной глубине смешанных, густо растущих деревьев. На самом дне зелёной долины серебрилось на солнце небольшое круглое озеро. Со стены хорошо было видно, что берега его пологие, а кое-где по воде плавают розоватые лотосы. Да, дивная, спокойная, умиротворяющая душу красота. Тэйнор решил приходить сюда чаще, как только будут выпадать свободные минуты. Но тут ход его вялотекущих мыслей был нарушен суматохой во дворе замка. Эльф отчётливо услышал, как Бабас кричит Аматаи, что нужно приготовить комнату для гостей.
Быстро спустившись со стены вниз по лестнице, Тэйнор поинтересовался у женщины:
— Что за шум, а драки нет?
— Тэй, мальчик мой, пойди в голубую гостиную и открой окна. Пусть комната проветрится, ведь сегодня вечером у нас ожидаются гости. Миссери Сайрус прислал огненное письмо с точными распоряжениями.
— О, так гостей будет много? Тогда почему комната одна?
— Нет, эльфёнок, прибудет только одна гостья — Миркалла. Старайся держаться в тени. Хоть она и очень красивая женщина, но она относится к могущественным ведьмам. У миссери много знакомых и друзей среди нежити. А эта женщина-кошка однажды спасла ему жизнь. Теперь миссери у неё в долгу. Она иногда останавливается у нас, когда прибывает в Алголь по своим делам либо делам гильдии.
— Не понимаю: почему я должен прятаться в тени, если она ничего плохого этому дому не желает?
— Не знаю, Тэй, только Бабас не особо жалует Миркаллу. Он служит в этом доме более трёхсот лет и многое повидал, а я всецело доверяю его суждениям.
Тэйнор так и не понял, для чего ему нужна осторожность, но промолчал, пожал плечами и направился к парадным дверям замка.
***
Примерно за два часа до того, как в замке получили письмо, Сайрус находился в крепости у Синих гор, в почитаемом тёмными магами месте, где время замедляло ход и где глубоко в лабиринтах подземелья от простых смертных спрятано зеркало мира, предсказывающее грядущие события. Мужчина толкнул массивные двери в огромную залу, и обе створки медленно распахнулись, впуская гостя. Зала имела необычную шестиугольную форму. Её стены из серого камня слегка поблёскивали в свете горящих ламп. Большой старинный, великолепной работы старых мастеров, ярко горящий камин был единственным украшением этого странного помещения без окон. За круглым столом с вырезанными на его поверхности древними письменами сидели пять человек — мужчины и женщины в чёрных одеждах. При приближении Сайруса все встали и поклонились магу. Он тоже склонил голову в знак приветствия и занял своё место за столом. Все присутствующие присели следом. — Так сложилось, что мне пришлось потревожить вас, сильнейшие представители тёмного совета гильдии Великого Абадона, — громко сказал маг. — Законный правитель Алголя просил нас о великом одолжении, и, разумеется, труды наши будут щедро оплачены из казны по получении результатов. Удалось ли кому-нибудь из вас узнать хоть что-то новое за эти дни? — Да, Верховный маг, — отозвалась женщина с болотным цветом волос. — Говори. Мы слушаем тебя, Гризельда. Невысокая, стройная, но совершенно некрасивая женщина тихо заговорила, обращаясь ко всем и одновременно ни к кому лично: — Похоже, что асанбосамы подбираются к Алголю с Ледяного острова, что скрыт от всех завесой сизого тумана. Как мы знаем, именно там в изгнании и без права возвращения находится опальный маг Морахан. Заклинанием, ограничивающим его свободу, он более трёхсот лет назад был привязан к земле острова. Но полностью лишить мага силы мы всё-таки не смогли. Похоже, что это была наша ошибка, уважаемые носители магии Абадона, ибо в окрестностях острова пропадают бесследно рыбаки и охотники. Никто не видел их мёртвыми, люди просто исчезают, и всё. — Хм, пусть даже обвинение беспочвенно, но следует проверить эту догадку, — проговорил Сайрус, сверкая кошачьими глазами. — Я оставил ему лишь отголосок былой силы, отобрав всю мощь. И если это он творит, то это означает только одно: Морахан не одинок в своём желании вернуть утраченное величие и звание Верховного мага Эритреи, ему кто-то помогает. И этот кто-то где-то поблизости, но маскируется и потому невидим и недосягаем. — Нужно отправить одного представителя тёмной гильдии к королю, чтобы предупредить Его Величество об опасности. В прошлый раз Морахан попытался убить короля и, вполне возможно, попытается это сделать снова, — сказала красивая рыжеволосая женщина с лёгким снисхождением в голосе, что сопровождало её царственный и слегка надменный тон. Сайрусу не нужно было смотреть на Миркаллу, чтобы предположить, что эта соблазнительная женщина сейчас сидит, откинувшись на спинку стула, подобрав ноги под себя, в позе уютно устроившейся кошки. В этом была она вся: красота, грация, сила. — Всё скверно, — проговорил, хмуря тонкие брови, худой как жердь маг, почёсывая выдающийся вперёд острый подбородок. — Остаётся надеяться, что если это Морахан, то у него недостаточно силы для призыва себе в помощь адских бесов и низших демонов. Иначе трудно придётся всем живым, с нас и так с лихвой хватит армии асанбосамов и просто мертвяков. — С преисподней я сам поговорю и объяснюсь, — спокойно сказал Сайрус, который всей своей позой и сверкающими во тьме глазами сейчас походил не на человека, а, скорее, на могущественного демона нижнего мира. — Меня больше интересует, кто из вас отправится к королю, в помощь придворному магу, пока мы будем прощупывать Ледяной остров и вести переговоры с нижним миром? — Чего тут решать да гадать... К королю пойду я, — заявила Миркалла. — Его Величество — известный любитель красивых женщин. Я сумею влиться в его окружение, особенно после официальной отставки прекрасной Ромуальды. Мне можно воспользоваться на эту ночь гостеприимством вашего дома, Верховный маг Эритреи? — Конечно, Миркалла. Я пошлю огненное письмо в замок, — ответил ведьме Сайрус. — Так, это понятно. А что там с картой? Каков круг нападений? — Я и Ярлок при помощи зеркала мира составили подробную карту пострадавших поселений, — ответил худой маг. — Нападения не хаотичны, а довольно хорошо продуманы, — авторитетно заявил молчавший до этого Сангор. — Смотрите сюда. Все находящиеся в зале маги склонились над столом, на поверхности которого тут же, лишь по взмаху руки Сангора, появилась карта.***
В замке всё было готово к прибытию хозяина. Его появления ждали со стороны моря, но он появился совершенно неожиданно поздно вечером в самом замке. Просто вышел из возникшего в центре главного зала, ярко светящегося зеленоватым светом портала вместе со своей прекрасной спутницей, сразу же распорядившись подать ужин. «Да, есть же на свете сказочные красавицы», — подумал эльф, разглядывая девушку из темноты бокового коридора. Среднего роста, стройная фигура, маленькая головка с пышными рыжими кудрями, струящимися до талии. Но самыми притягательными были глаза незнакомки: большие жёлто-зелёные, полные огня и желания, когда её взор обращался к магу. Черты лица девушки были правильными: продолговатое лицо, прямой носик, яркие губы и острые зубки, показывавшиеся, если красотка улыбалась. В чёрном, облегающем фигуру платье с большим вырезом, она шла к столу по каменным плитам пола с видом владелицы замка. Даже не обратив внимания на выстроившихся для приветствия слуг, она прошествовала прямо к столу. Складывалось стойкое впечатление, что эта особа видела перед собой только Сайруса и была очарована им... или стремилась зачаровать. Девушка села по левую руку от мага, который сидел во главе стола. Тэйнор знал, что по местным правилам этикета справа от миссери должна сидеть супруга или супруг, а слева — близкий или дорогой человек или же любовница. За ужином девушка то и дело прикасалась к магу по поводу и без, что почему-то коробило наблюдавшего за этой красивой парой эльфа. «Какого лешего она прилипла к нему, словно банный лист к заднице? Того и гляди из платья выпрыгнет», — думал Тэйнор, сверля глазами улыбающуюся красавицу и внимательно прислушиваясь к тихому разговору за столом. — Ты так зачахнешь в одиночестве в этой мрачной обители, Сай. Неужели тебе совершенно не хочется общения, тепла, ласки? — Всё это я могу получить в элитных борделях Алголя, дражайшая Миркалла. Постоянство не для меня. Я привык быть один, и меня всё устраивает. — Но ты даже не пытался что-то изменить. Может, тебе понравится жить с кем-то, ведь впереди вечность. Послушай, дорогой, Лионель погиб тысячу лет назад, а мы живы и бессмертны. Может, всё же я смогу исцелить твоё замёрзшее сердце? Дай нам шанс, — проворковала красавица, нагнувшись к магу так, что соблазнительная грудь коснулась его запястья. Первым делом Тэйнор хотел было выкрикнуть, чтобы деваха отвалила от Сайруса и перестала так настойчиво навязываться. Однако здравый смысл взял верх над взбунтовавшимися эмоциями и заставил прикусить язык, прежде чем эльф решился высказаться. Но думать-то и смотреть ему никто не запрещал. «Как же, хрен тебе, а не шанс, шлюха. Держись, Сай, встречал я в своё время прилипчивых красоток, — мысленно взывал эльф к магу. — Всё пойдёт по заранее известному сценарию: поцелуи при луне, прогулки, постель, а потом разговоры про свадьбу. Не поддавайся соблазну!». По лицу мага скользнула загадочная полуулыбка. Он откинулся на спинку деревянного стула с высокой резной спинкой и, глядя прямо в жёлто-зелёные глаза девушки, заметил: — Тебе не кажется, дражайшая Миркалла, что мы уже это проходили? Она хрипловато рассмеялась переливчатым горячим смехом. Затем протянула руку и томно провела ею от запястья мага до шеи. Тэйнор поймал себя на всё более растущем, невесть откуда взявшемся раздражении, прослеживая глазами весь путь маленькой ручки с острыми коготками. Заметив Аматаи, которая несла на блюде зажаренного цыплёнка с рассыпчатым рисом, он выскочил из своего укрытия и, выхватив блюдо из рук не ожидавшей такого бесцеремонного отношения женщины, сам направился к столу. Сайрус если и заметил манёвр эльфа, то никак не отреагировал; казалось, он целиком поглощён разговором со своей гостьей. А вот красавица, напротив, внимательно рассматривала Тэйнора, пока тот ставил блюдо на стол. — У тебя новый слуга, Сай? — Сама видишь. — Красивый эльфёнок, но мелковат, не в твоём вкусе. В деревне нет эльфов, а значит, ты купил его. Дорого отдал? Ведь эти милашки — редкость на рынке рабов. Да и характер у них не сахар, скорее норовистый, чем покладистый. Печально. Ничего интересного и примечательного, совсем дитя. От холодных пренебрежительных слов гостьи мороз пробежал по коже Тэя. Страшно бесило такое безразличное отношение к тем, кто волей неблагоприятно сложившихся обстоятельств стал рабом. Девушка говорила так, словно он пустое место, словно он бесчувственная, бессловесная вещь, которую можно использовать, а затем выбросить. Тэйнор стрельнул злым взглядом на мага, но тот едва заметно шевельнул указательным пальцем, как бы предупреждая, чтобы эльф молчал. Впившись до крови зубами в нижнюю губу, Тэй опустил голову и отошёл немного в сторону от стола, ожидая распоряжений и втайне жалея, что ослушался Аматаи и попался гостье на глаза. Тут появилась служанка Игран и направилась к стоявшему без дела Тэю. — Раз уж взялся помогать, то на, вот, поднеси миссери и его гостье шелковичного вина, — женщина всунула эльфу кувшин в руки. — Нальёшь в те высокие кубки из тёмного муарского стекла. — Ладно, иду. Он приблизился к Сайрусу и собирался налить вино в бокал, как маг обратил на него свой взор. — Подбрось в камин дров, в замке холодно. — Конечно, миссери, — процедил Тэй сквозь зубы. — Вах, Миркалла, какие ледяные руки, — сказал маг, положив на ладошку красавицы свою руку. — Ничего, скоро согреетесь. — Ты, как всегда, внимателен, — улыбнулась девушка. Обойдя стол и наливая вино в кубок Миркаллы, эльф, подняв глаза на мага, специально, чтобы он видел, пролил вино на стол. Оно тут же растеклось по гладкой поверхности и случайно попало на платье гостьи. Та резко вскочила на ноги. Взгляд красавицы, полный убийственной злобы и ненависти, был обращён на эльфа. Тэйнор невольно попятился. Да, он хотел позлить мага, но не думал, что вино так растечётся и зальёт платье гостьи. — Как ты неловок, эльф, — прошипела она не хуже змеи, и тут же звонкая пощёчина обожгла щёку Тэя. Голова эльфа дёрнулась от силы удара, которого вряд ли можно было ожидать от такой миниатюрной девушки. Из носа потекла тонкая струйка крови. На минуту Тэйнору даже показалось, что глаза этой злобной фурии засверкали, из пальцев на руках выдвинулись чёрные звериные когти и она вся подобралась, готовая прыгнуть и вцепиться в него. В глазах девушки не было ничего человеческого, только дикая жажда, когда она следила взглядом, как капает кровь эльфа с подбородка на плиты пола. Но, совладав со своей злобой, Миркалла пробормотала извинения Сайрусу и выскочила из зала, словно за ней гнались все черти ада. Тэйнор вытер нос рукавом белой льняной рубахи и тоже направился к выходу, но в другую сторону — туда, где находился боковой выход в крыло для слуг. — Стоять, — раздался громкий голос мага. — Куда это ты собрался? — К себе, разве не понятно? — вскинулся обиженный на весь свет эльф. — Я тебя не отпускал. Тэйнор замер на месте, а потом развернулся и встретился взглядом с магом. — Вот скажи мне, мальчик, — тихо прошептал Сайрус, — разве была хоть какая-то необходимость так вести себя? — Такая необходимость была, миссери. Да эта дамочка, как рыба-прилипала, открыто вешалась на тебя, а ты распустил слюни и не замечал все её женские уловки. Услышав такое объяснение, Сайрус был поражён. Эльфёнок ревновал, но совершенно не осознавал этого. — Хорошо, я понял тебя. Только, поверь мне, ты ошибаешься в том, что я ничего не видел. Я не наивный слепец, которого легко обвести вокруг пальца. Ладно, иди в свою комнату, Тэй, я не буду тебя наказывать. Тебе хватило переживаний за этот вечер. И вот что... Пожалуйста, подумай на досуге, что за чувство сейчас двигало тобой. Тэйнор открыл было рот, чтобы сказать очередную колкость, однако, глядя на слегка насмешливое, но понимающее лицо мага, смог лишь беззвучно прошептать пронзившую мозг догадку: «Ревность». Парень потрясённо и невероятно широко раскрыл золотистые глаза и облизал вмиг пересохшие губы. Маг сложил пальцы в замок, поставил локти на стол и опустил на руки голову, всё так же не отводя взгляда от растерявшего всю браваду эльфа. — Маленькая неприступная крепость, — волнующе прошелестел голос мага в тишине. — Придёт время, и она падёт. Я подожду. Тэйнор что-то несогласно пискнул и с быстротой длинноногого оленя умчался прочь. Никто из них не заметил Аматаи, которая стояла в тени приоткрытой двери кухни. Она крепко прижимала к себе поднос с десертом. Женщина видела и слышала всё, что только что произошло, и ей было страшно за эльфёнка. Нет, она не боялась, что маг сделает плохо Тэю, наоборот, была рада, что Сайрус заинтересовался непоседливым, но милым мальчиком. Боялась она Миркаллу: того взгляда, который она бросила на эльфа перед тем, как покинуть главный зал. — Аматаи, Игран, уберите со стола. Я, пожалуй, сыт на сегодня. Сайрус поднялся из-за стола и, наполнив кубок вином, подошёл к горящему и потрескивающему весёлыми искрами камину. Он любил смотреть и на огонь, и на воду — это всегда успокаивало и умиротворяло душу и тело. А ещё маг думал о том, что неплохо бы сегодня присмотреть за комнатой эльфёнка. Миркалла не прощает обиды никому, а мальчик серьёзно разозлил её, разбудив дремавшую животную сущность. Тэйнор по совету Бабаса закрыл комнату изнутри. Затем раскрыл окно и поставил свечу на подоконник, решив впустить немного свежей вечерней прохлады в нагревшееся за день помещение. Сбросив с себя всю одежду, эльф прилёг на постель и закрыл глаза, но долго лежать спокойно не смог. Мысли роем ворочались в голове, постоянно прокручивая последние события, что не давало даже мечтать о спокойном сне и отдыхе. К тому же было жарко, не спасало даже открытое окно. Плюс за окном светила полная луна, а штор в комнате Тэя не было. Серебристый свет наполнял комнату, делая всю обстановку какой-то особенной. Сам свет казался загадочным, полным обещания и трепета. Странным во всём этом было то, что эльф и раньше наблюдал полнолуние, но никогда не обращал внимания на странную притягательную силу и красоту этого явления. Хорошенько взбив подушку, Тэйнор снова лёг на бок, лицом к окну, и едва не заорал в голос: на подоконнике сидела большая кошка и таращилась на него своими светящимися в свете луны глазищами. Она томно потянулась всем телом, мягко, грациозно спрыгнула на пол... и вот это уже не кошка, а стоящая во всей красе Миркалла. Она плавно скользнула к постели, на которой, затаив дыхание, лежал эльф, усиленно моргающий удивлёнными глазами. Тэйнор открыл рот, чтобы заорать во все лёгкие, но понял, что не может издать ни звука. Миркалла неприятно улыбнулась и приложила палец к своим рубиново-красным губам, призывая эльфа молчать. Взгляд её завораживающих кошачьих глаз гипнотизировал Тэя, лишая воли и желания дать отпор нарушительнице покоя. Он не мог отвести взор от приближающегося прекрасного, но одновременно страшного лица. Эльф видел, как выдвинулись вперёд небольшие острые клыки, которые Миркалла тут же облизнула языком, видел, как она присела рядом и наклонилась над его незащищённой шеей... Тэйнор закричал изо всех сил, но... он кричал и звал на помощь молча. В душе ему было противно и страшно. Он бы с огромной радостью оттолкнул эту пиявку, но тело будто налилось свинцовой тяжестью и не слушалось приказов мозга. Вот руки Миркаллы крепко держат безвольную, несопротивляющуюся добычу, а ужасные клыки-иглы вот-вот пробьют кожу. «Это конец», — мелькнуло в голове Тэя. Но тут массивная деревянная дверь с силой распахнулась, с грохотом ударившись о стену, и дерево, не выдержав такой силы воздействия, раскололось. — Не смей, Миркалла, — раздался приказ со стороны двери, и в комнату вошёл злой Сайрус. Глаза мага с вытянутыми зрачками напоминали глаза змеи, и в них танцевало адское пламя. Лицо заострилось, оскалились острые зубы. От кожи исходило непонятное свечение, а кончики пальцев горели синим огнём. — Не вмешивайся, Сай. Он сам призвал смерть. Я хочу выпить этого эльфа до дна. Он раб, никто и не заметит его исчезновения, — заявила девушка, отвернувшись от мага и снова склонившись над пребывающем в полуобморочном состоянии эльфом. Один лёгкий взмах руки — и Миркалла слетела с кровати, словно подхваченная шквальным ветром, чувствительно приложившись о противоположную стену. Разбился кувшин с водой, с характерным звуком упало зеркало, разлетевшись на сотни осколков, с шипением погасла свеча на подоконнике. Вампирша издала крик отчаяния, а затем злобно расхохоталась и превратилась в кошку, шмыгнувшую в полутьме за дверь. Это было последнее, что увидел эльф, перед тем как его психика не выдержала всего происходящего и он потерял сознание, погрузившись в небытие. Сайрус быстро подскочил к эльфу и осмотрел его. Тэй был неподвижен, но дышал ровно, правда, находился в глубоком обмороке с примесью гипноза. Удостоверившись, что мальчик жив, маг осторожно уложил его голову на подушку и, щелчком призвав лёгкое одеяло, укрыл обнажённое бледное тело. Затем резко развернулся и направился на поиски той, кто нагло посмела ослушаться его приказа, сделав по-своему. Тэй приходил в себя медленно. Сначала он плыл на волнах эйфории, потом стал слышать неясный шум, а вскоре стало понятно, что это не шум вовсе, а просто рядом кто-то разговаривает. Внезапно страшный порыв ветра пронёсся над замком. Резко захлопнулись ставни окон, раздался треск ломаемых деревьев в саду. Минуту спустя пророкотал гром, да такой силы, что, казалось, стены замка содрогнулись, а вслед за ним раздался треск молнии. — Что происходит? — подал голос Тэйнор, силясь сесть на постели, правда безуспешно. — Ничего такого, чего бы мы раньше не видели, — ответила сидящая рядом с его постелью Аматаи. — Кажется, хозяин открыл портал и проводил гостью. — Ничего себе проводы, — тихо хихикнул эльф. — Громкие. — Миркалла нарушила закон гостеприимства, чем очень разозлила миссери Сайруса. Так, ладно, всё потом, малыш. Ты ещё очень слаб. Эта ведьма серьёзно потянула твою жизненную энергию. Нужно поспать. Здоровый сон лечит и исцеляет. — Хорошо, — легко согласился Тэйнор. — Но можно последний вопрос? — Спрашивай. — Мне кажется, что, перед тем как отключиться, я видел в моей комнате Сайруса, Аматаи. Ведь это был он, а не игра воображения? — Да, миссери спас твою жизнь, эльфёнок, — ответил вместо женщины вошедший в комнату Бабас. — А теперь закрой рот и спи. Мы с Аматаи навели порядок. Завтра предстоит новый день. Да и нам пора отдохнуть, несколько часов уже здесь торчим, — проворчал домовой. Тэйнор послушно закрыл глаза и спустя несколько минут спал сном младенца.
