Смерть - это только начало

POV Фрэнк Я проснулся от негромкого сопения. Как я и предполагал, это был мой доктор. Он преспокойно устроился на стуле рядом с моей кроватью. На его ногах лежала книга. Названия я прочитать не смог, потому что он закрыл его рукой. Ну и ладно. Потом посмотрю. Я попытался встать и выйти из этого душного помещения. Но делал это не совсем тихо и шумом разбудил парня.  — Что происходит? Ты зачем встаешь? Быстро лёг обратно, тебе нужен покой.  — Прости, но какого хрена ты командуешь мной? Ты, конечно, извини, но не слишком ты на врача смахиваешь. И я даже имени твоего не знаю.  — Джерард Уэй. Я не врач, но его заместитель. Мне сказали присматривать за тобой — я присматриваю. А теперь, когда я ответил на все твои вопросы, будь добр, ляг обратно. Он принялся за чтение, а мне пришлось лечь в кровать. Я бы мог сопротивляться, но он был крепче меня, да и голова ещё трещит сильно. Я решил разглядеть его. Его черные волосы уже были довольно длинные. Сейчас они спадали на его глаза и почти закрыли их. Посмотрев на них, сразу можно было сказать, что они очень мягкие. Глаза были зеленовато-золотистого цвета. Взгляд был строгим. Но, как бы он не пытался показаться таковым, он все равно был добрым. По крайней мере, со мной он был вежлив. Губы были не маленькими, но и не слишком уж большими. Интересно, а как он жил раньше? Была ли у него девушка, жена? А, может, он вообще гей? Есть в нём какие-то женственные черты. Например, сейчас он поправил свою челку, и это движение было уж очень соблазняющее. Слишком часто он поправляет свои волосы. Хм, может, потому что они такие длинные и мешают ему, а не из-за того, что он на бабу смахивает. Да, эта мысль мне в голову не приходила. Я любуюсь им уже минут пять. И только заметил его взгляд на себе. Мне даже стало стыдно, поэтому я сразу опустил глаза вниз.  — Мне вот интересно: значит, как я на него смотрю, так ему это не нравится. А как самому прожигать во мне дыру, так это нормально, да? Ладно, можешь не смущаться. Я не против, смотри сколько влезет. Последняя фраза поразила меня больше всего. Что значит «смотри сколько влезет». Неужели он и правда гей? Мне даже страшно теперь находится с ним в одной комнате.  — Фрэнки, не переживай. Я не гей. И тем более трахать тебя в таком состоянии я не собираюсь. Он читает мысли, что ли? Или по моему испуганному взгляду всё было понятно?  — А когда со мной всё будет в порядке, то собираешься?  — Ну, тогда посмотрим.  — В смысле? Ты сдурел, что ли?  — Расслабься, солнце. Ты не в моем вкусе. Я даже не знаю, что мне чувствовать: радость из-за того, что меня никто не будет трахать или грустить из-за того, что я не в его вкусе. Ну ладно, Джерард, мы ещё посмотрим.  — Фрэнк, не расстраивайся. Найдется и на твою попку любитель, — нет, ну он точно телепат.  — Уже нашёлся.  — Да? И кто же этот счастливчик? — ухмыльнулся Уэй.  — Я и есть этот счастливчик, — гордо произнес я.  — Надо же. Вроде, такой маленький, а самооценка выше крыши, — ага, да, у меня-то она как раз и выше крыши. Она выше дна не поднималась.  — Сам, знаешь, не сильно далеко ушел, — нашел здесь маленького.  — Да я на целую голову тебя выше. Молчи, инфузория, — нет, это просто наглость.  — Слышишь, лямблия, ещё один твой жгутик в мою сторону и я тебя уничтожу.  — Ого, какие мы тут умные. А я не знал, что двустворчатые моллюски так умеют.  — Этот двустворчатый моллюск сейчас размажет тебя.  — Ладно, прекращай, а то еще перенапряжёшься и взорвёшься мне тут.  — Ну, выберусь я отсюда, Уэй — ты ещё пожалеешь об этом, — я готов убить его прямо здесь, прямо сейчас.  — Не забывай, благодаря кому ты вообще жив, а не разлагаешься где-нибудь.  — За это тебе большое спасибо. Но не ты один спасал нас, — тоже мне, герой нашелся.  — Тебя спас именно я, — он сказал это с гордостью, нежели с укором. — И вообще, если бы не твоя смазливая мордашка, то я бы оставил тебя там.  — Значит, милая?  — Да, я ошибся: ты, наверное, в моём вкусе. А теперь пора тебе обедать. Хотя, ты даже не завтракал. Жди меня здесь и не вставай, — он показал мне кулак и одарил своим злобным взглядом. Нет, он гей. Я уверен в этом на 99,9%. Ну, никак я не представляю его, идущего в обнимку, с какой-то женщиной. В принципе, в обнимку ещё могу. Но чтобы он спал с девушкой, тут уж извольте. Надо было всё же поговорить с ним про его прошлую жизнь. Узнать, чем он занимался, какие у него вообще были увлечения, какое у него образование, например. И много чего такого, что там обычно спрашивают при знакомстве. Нормальном знакомстве. Но не то, как мы повторяли с ним школьный курс зоологии. Мне остается только ждать его с едой. Тогда-то мы с ним и поговорим. Если он не постарается как-нибудь отвертеться от меня.

***

Прошел уже, как минимум, час. Я не то, что от голода пухну, так еще и от скуки. Где он там копается? Точно, он же читал. И выходил он без книги. Придется мне нарушить его указание и встать. Я постарался приподняться на локтях, но как только я сделал это, мою голову пронзили тысячи мечей. Я решил не сдаваться, и наконец книга была в моих руках. Она называлась «Грозовой перевал». Я давно читал её. Она очень запала мне на душу. Поэтому я не пренебрег прочитать её еще раз. Как я и предполагал, книга затянула меня всерьез и надолго. Я уже потерял счет времени. Но тут из удивительного мира, созданного Бронте, меня вырвал крик Джерарда.  — Фрэнк Энтони Томас Айеро-младший, — откуда он знает мое полное имя? — Какого хрена ты сейчас читаешь?  — Читать — это вообще-то полезно, если ты не в курсе.  — Это я знаю, но я уверен, что книга не сама прилетела к тебе в руки, с просьбой прочитать её. А теперь объясняй: зачем ты вставал?  — Да ладно тебе, Джерард. Ничего же не случилось.  — А если бы случилось? Что бы ты тогда делал? Лежал и умирал бы мне тут?  — А ты, знаешь, если такой заботливый, то мог бы и не уходить. Или, хотя бы, поторопиться.  — Ага, ну да. Есть суп в сыром виде очень хорошая идея. Если ты так это любишь, то я могу уйти обратно и все переделать.  — Так никто суп и не просил. Мог бы принести что-то из консервов.  — Нет, ну это нормальный человек? Пытаешься ему сделать как лучше, заботишься о нем, а он взамен орёт на тебя.  — Джерард, прости. Я не хотел, — что-то сильно я погорячился.  — Успокойся, на дураков не обижаются, — он подмигнул мне, затем подсел рядом и поднял меня.  — Ты опять будешь кормить меня с ложечки?  — Нет, сегодня ты заслуживаешь наказания.  — Я буду есть сам?  — Да, но только не ложечкой, а вилочкой.  — Что? И как ты себе это представляешь?  — Пока ещё никак. Но сейчас я схожу за вилкой, а потом посмотрю, как это будет выглядеть.  — Джерард, ты, конечно, заботливый, но всё равно такая задница.  — А вот и не надо. Задница у меня вполне шикарна. Вот, смотри. Нет, ну вы представляете: он повернулся ко мне задницей, и тычет мне её прям в лицо.  — Уэй, хотя бы убери от лица. Я и так нормально вижу.  — Что, ослепила, да?  — Нет, просто запах неприятный.  — Так, а вот тут не надо мне. Пока твой суп варился, я успел покупаться. Отговорка не сработала, так что всё же она тебя ослепила. Я не мог ничего сказать, я просто улыбался, как дурак. Он меня скоро доведет. Ещё в свою секту затянет. Стану геем, и прощайте все девушки этого мира. Хотя, их, наверное, не слишком и много осталось. Да и кому понадобится такой экземпляр? Даже во время зомби-апокалипсиса. Блин, и почему мне не досталась хотя бы капля самооценки Уэя?  — Знаешь что, Фрэнк?  — Что?  — Я тут подумал, что не стоишь ты такого ужасного наказания. Наказывать я буду тебя по-другому, — он похотливо ухмыльнулся.  — Извини, но мужчины не в моем вкусе.  — Хм, я уверен, что я точно в твоем вкусе. А теперь время… ужина, Фрэнки.  — Спасибо, Джи. Я так благодарен тебе.  — Зачем ты называешь меня Джи?  — Зачем ты называешь меня Фрэнки?  — Ладно, твоя взяла, Фрэнки. Но знай, что так меня могут называть только избранные.  — И кто же входит в список избранных?  — Ты, только ты.  — Но до этого тебя кто-то же так называл?  — Да, называл. Но его больше не существует.  — Твоего парня?  — Нет. У меня был младший брат. Наши отношения всегда отличались от других. Если многие не любили своих младших братьев, потому что те всегда что-то забирали у них, то я всегда отдавал ему всё, что у меня было. И я никогда не кричал на него. По сути, и не было за что. Он был послушным ребенком. Мы с ним всегда были вместе. Пока не началось это. Я пришел с работы, а его уже жевал один из этих.  — Прости, я не знал.  — Ничего, Фрэнки, ничего. Должен же я это кому-то рассказать. А у тебя кто-то умирал?  — Да, моя жена Джамия. Она обратилась, но я её не смог убить даже в таком виде. Это сделал Энди. За что я ему очень благодарен. Я тогда рыдал, как тряпка. Хотел даже покончить с собой. Она была для меня всем. Мы с ней почти не ссорились, только по пустякам, и то ненадолго. Она была очень доброй и отзывчивой. Но теперь её нет. Со временем ребята заставили меня смириться с этим, мол, сейчас время такое, со всеми случается. И я принял это, не до конца, но принял. Я всегда буду помнить её и любить, — я уже хотел разрыдаться, но мне было стыдно это делать в присутствии Джерарда.  — А если в твоей жизни появится кто-то другой? — сказал он это, как мне показалось, с долей обиды.  — Я даже не надеюсь, что в моей жизни кто-то появится. Не то, что я больше никого не смогу полюбить, а то, что меня никто не сможет полюбить. Я зануда. Джамия была моей единственной девушкой. Поэтому я держался за неё, как за соломинку. Я никогда не обижал её, всегда соглашался с ней. Был, так сказать, подкаблучником. Но она никогда не пользовалась этим.  — Ну и дурак же ты. Никакой ты не зануда. И поверь, найдется тот, кто полюбит тебя. Тот, кто полюбит тебя всем сердцем. А сейчас ешь свой суп один, мне нужно пойти и проверить посты.  — Зачем тебе это?  — Я тут как бы за главного.  — Почему же ты раньше не сказал?  — А зачем? Это ничего не меняет. Ко мне никто не относится, как обычно относятся к начальникам. Мы все на равных. Но чтобы не было развала или ещё чего-то, мы решили выбрать того, кто будет держать группу в целостности и порядке. Я не знаю почему, но все проголосовали за меня.  — Ну, кто бы сомневался. Я, конечно, не знаком с другими, но я уверен, что ты можешь приказывать не хуже, чем другие командиры.  — Спасибо за такую высокую оценку моих способностей, Фрэнки. А теперь быстро доедай свой суп, пока он не остыл. И да: чтобы, как я вернулся, тарелка была пустой, а ты мирно спал. Ты понял меня?  — Так точно, сэр  — Так, не надо называть меня так, не то вмажу. Я решил поверить ему и принялся доедать свой суп. Он был вкусным. Очень даже вкусным. Интересно, Джерард его сам готовил? Если да, то я готов преклониться перед его величием. Может, подождать его? Нет, к черту. А то опять устроит тут истерику. Я взял книгу и решил почитать ещё пару страниц. Прошло совсем немного времени, и от чтения меня стало клонить в сон и, сам того не замечая, я начал окунаться в мир Морфея.