69

Это было немного странно — видеть Ника на экране, в то же самое время ощущая тепло его тела совсем рядом. Смешение реальностей и времен. И только герой один и тот же — Гепард, лежащий сейчас на животе рядом со мной. На тумбочке в изголовье постели стояли наши «коктейли» — стаканы с соком, в который Ник от души плеснул водки. Грамм по сто в каждый. В пепельнице дымились сигареты, а сами мы валялись на кровати: голые, полупьяные, устремившие взгляды в экран ноутбука. Впрочем, вглядывался в изображение только я. Гепард больше на моё лицо смотрел. Интересно ему было, какое впечатление на меня его соло произведет. В своей любви к камерам Ник мне уже признавался, а теперь я увидел, что это чувство было взаимным. Камера его тоже любила. Пылко и страстно. Потому как выглядел он, даже на этой любительской съемке, офигенно. А еще я видел, что Гепарду по-настоящему нравилось то, что он делал. Его стоны разительно отличались от наигранности озвучки порнофильмов. Они были такими... реальными. Ник ласкал себя и наслаждался этим. И это впечатляло. Очень. Вскоре мне стало уже неудобно лежать на животе, и я поерзал, пытаясь найти более приемлемую позу. — Тебе не нравится? — спросил Ник, останавливая ролик. На самом, блин, интересном месте! Тот Ник, который был на экране, как раз собирался трахнуть себя фаллоимитатором. — С чего взял? — отрывисто сказал я, напрасно пытаясь улечься поудобнее — стояк капитально мешал. — Показалось... Вертишься ты, — насмешливо бросил он, садясь на постели и протягивая руку к сигарете. — А у меня шило в жопе! — ляпнул я, не придумав ничего умнее. — Да? — деланно изумился Ник. — Сейчас проверим. Добавим немного интерактива. Он вдавил сигарету в пепельницу и запустил ролик дальше, а я впился взглядом в экран. И почувствовал, как на плечи легли его руки, а губы коснулись шеи. Интерактив? Хм, интересно. Язык Гепарда коснулся входа в мое тело одновременно с тем, как тот Ник, что в ролике, медленно ввел в себя имитатор и застонал, выгибаясь навстречу резиновому члену. Я тоже застонал, невольно поднимая задницу вверх. Черт! Я же так не досмотрю до конца! — Смотри, Котик, — раздалось за спиной, а язык сменили пальцы. — Это интересное кино. — Угу, — кивнул я, раздвигая бедра шире и сминая в руке простыню. — Очень... Интерактивное. — Именно. Только сегодня и только для тебя, — губы коснулись ягодицы, а пальцы стали настойчивее. Страсть на экране набирала обороты, стоны становились всё громче. И Ника, и мои. Теперь я уже хотел, чтобы он меня трахнул, да и лежать на животе было совершенно невозможно. Я приподнял зад еще выше и застонал, подаваясь его руке навстречу: — Гепард... — выдохнул я, оборачиваясь к нему. — Что? — приподнял бровь Ник, обхватывая второй рукой мой гудящий от возбуждения член. В ответ я приподнялся еще, скользнул рукой по его телу и сжал в ладони его не менее готовый к бою инструмент: — Иди ко мне, — я прижался к нему вплотную, давая понять, чего хочу. — Секунду. Быстрый поцелуй в шею, шорох выдвигаемого ящика тумбочки, шелест разрываемой фольги и уже знакомое прохладное прикосновение покрытых смазкой пальцев. Я опустился на четвереньки, чувствуя, что перед глазами всё начинает плыть, и уже почти не видя того, что происходит на экране. Гепард вошел в меня медленно и осторожно. Сейчас ему, по всей видимости, грубости не хотелось. А я на экран больше не смотрел. Глаза закрылись сами, а тело выгибалось Нику навстречу. На хрен кино! Реальность всё же круче, жарче и слаще в несколько раз. В какой-то момент Ник уложил меня на бок, не покидая моего тела. Теперь стонал и он, двигаясь резче, сильно сжимая мои бедра. Чувствуя приближение оргазма, я и сам стал подаваться ему навстречу, помогая войти глубже. Мой член, который теперь ласкала его рука, напрягался всё сильнее, пальцы на ногах снова свело судорогой, а крик получился очень громким. Гепард тут же остановился, давая мне возможность отдышаться, покрывая поцелуями мои плечи, слизывая выступивший на коже пот: — Всё хорошо? — спросил он, касаясь уха губами. — Да, — выдохнул я, — почти. — Почему — «почти»? — Ты не кончил, — облизал я пересохшие губы. — Тогда продолжим, — Ник снова поставил меня на четвереньки и через несколько минут хрипло застонал, вбившись в меня до конца. Потом он развернул меня к себе и поцеловал в губы. Я ответил, чувствуя себя просто офигенно и абсолютно не желая куда-либо сегодня идти. Но как сказать об этом Гепарду и не показаться навязчивым? И тут Ник снова меня удивил. Он заглянул мне в глаза и спросил: — Останешься? — А можно? — Нужно, — чуть улыбнулся он. — Я не храплю, если что. — Я знаю, — я провел рукой по светлым, растрепавшимся волосам Гепарда. — Разве я могу уйти куда-то после такого интерактива? — Вот и не уходи, — Ник сел на постели, стащил резинку, завязал ее и поднялся. — Я сейчас. Мусор выброшу. Я проводил его взглядом, испытывая чисто эстетическое наслаждение от созерцания его задницы, взял с тумбочки свой стакан и от души хлебнул «коктейля». Так-с, надо бы тёте Люде позвонить, предупредить, что домой ночевать не приду. — Ник! — крикнул я, надеясь, что он меня услышит. — Чего, Котик? — Телефон мой захвати. Он на кухне... вроде бы. — Есть, мой генерал! — послышался веселый ответ, и я сам невольно улыбнулся. Похоже, мне все же удалось вытащить Ника из надвигающейся депрессии. Он перестал грузиться по поводу прошлого, и это не могло меня не радовать. Не люблю я, когда кому-то хреново, особенно когда этот кто-то мне небезразличен. Небезразличен? Ну, да. А как же иначе? В противном случае меня бы здесь не было уже после первой ночи. Мои дальнейшие раздумья прервало возвращение Гепарда, он бросил мне телефон, а сам плюхнулся на постель, взял свой стакан, глотнул из него и снова поставил. Я глянул на часы — половина пятого. Может, тётя Люда уже дома? Да и какая, в принципе, разница? Ответила она быстро: — Да, Артур. Что ты хотел? — Тёть Люд, я сегодня домой ночевать не приеду. Я у Ники останусь. Брови Гепарда взлетели, а зелёные глаза тут же прищурились. Губы беззвучно произнесли: «Ника»? Я пожал плечами, улыбаясь, как стащивший сметану кот. — Когда тебя ждать? — спросила тётя Люда, не слишком удивленная моим заявлением. — Завтра днём, — сообщил я примерное время своего прибытия на базу. — Хорошо. Не теряй головы, Артур, — она повесила трубку, а я ойкнул — толчок в бок локтем был весьма ощутимым. — Ника?! — почти натурально возмутился Гепард. — Ага. Та самая, с которой я в клубе познакомился, — усмехнулся я, — и у которой уже ночевал. Моя темпераментная столичная подруга. — Она хоть красивая? — Ага. Блондинка, глаза зелёные, — начал перечислять я достоинства своей подружки. — А в постели чудеса вытворяет! — Надо же, какое сокровище! — хмыкнул Ник. — Может, познакомишь? — Нет, — безапелляционно заявил я. — Почему? — Уведёшь, а где я ещё такую найду? — Жадина! Смотри, приревную! — погрозил Гепард мне пальцем. — И выбирать заставишь? — Нет. Затрахаю. Чтобы не только сидеть, но и ходить не мог. И пусть тогда твоя блондинка Ника сосет. Не нагибаясь. Сама у себя... — он хотел добавить что-то ещё, но я не дал. Закрыл ему рот поцелуем, ощущая себя как-то непонятно, странно и... хорошо. — Вот гадство, — пробурчал Ник, отстраняясь. — Что? — Похоже, я начинаю к тебе привязываться, — мрачно сообщил он, закуривая. — Аналогично, — сознался я. — Но почему же сразу гадство? — Потому что это херово заканчивалось. Всегда, — вздохнул Гепард. — В любом случае, пройдет ещё неделя, и ты вернешься домой. — За документами, — дополнил фразу я. — Мне нравится Киев, я хочу здесь учиться и жить. Ты верно сказал, здесь таким, как мы, проще. — Ты серьезно? — Абсолютно. Знаешь, что мне Серж говорил? Зачем просирать свою жизнь в провинции? Я подумал и решил, что он прав, — я снова глотнул из своего стакана. — Буду, как ты, квартиру снимать и в журнале сниматься. — Первое — не обязательно, — сказал Ник, — второе — по желанию. — Почему не обязательно? — спросил я и услышал то, что хотел. — Ты тоже не храпишь и не стаскиваешь на себя одеяло. И у тебя нет кулинарного кретинизма. — А ещё я не теряю зонтики. Так ты не против съемок? — В эротике — нет. Пусть смотрят, — хмыкнул он, — потрогать-то не смогут. В порно... — Ник, об этом я даже не заикаюсь, — брезгливо фыркнул я. — Сам не хочу! Если только с тобой... — Извращенец, — улыбнулся Ник, но было видно, что слышать это ему приятно. — Но ход твоих мыслей мне нравится. — А матери своей я скажу, что мы снимаем эту квартиру вместе, — продолжал развивать свою идею я. — Не думаю, что ей взбредёт в голову с проверкой нагрянуть. — Даже если и так, комнаты здесь две, а наручники я всегда успею спрятать, — улыбнулся Ник. — Но сначала нужно поступить. — Поступлю, не сумею на бюджет, буду учиться платно. Ты был прав, Гепард, теперь я уже не смогу жить, как раньше. Я с катушек слечу без... — я хотел сказать «без тебя», но вовремя прикусил язык. Слишком похоже это было бы на признание в любви, — хорошего секса. — Веская причина для поступления в вуз, — хохотнул Ник. — Ты против? — Однозначно «за». А хороший секс я тебе обеспечу, ещё пощады запросишь! — Спорим, не запрошу? — прищурился я. — На что? — А на что ты хочешь? — Тот, кто первым сдастся, отправится в «69» в женском белье, в чулках, на каблуках, в мини-юбке и, ясен пень, при полном макияже! — выдал Гепард. — Тебе пойдет, — со знанием дела заявил я, окидывая его оценивающе-примеривающим взглядом. — Тебе больше, — ответил мне таким же взглядом Ник, — а если ещё и волосы накрутить, то все парни в клубе точно будут у твоих ног! — У твоих, — парировал я, — у тебя ноги длиннее, к ним падать удобнее! А на каблуках, так вообще. — Пари? — Пари! Мы ударили по рукам, едва сдерживая смех. Вообще-то, парни в женской одежде мне не нравились, и добровольно я бы никогда на себя бабские шмотки не напялил. Но мне и не придется этого делать, если выиграю. Я представил себе, насколько сильно успею соскучиться по своему Гепарду, и решил, что победа у меня в кармане. Своему? Треснуться три раза головой об палубу! С какой это радости и когда он успел стать моим? Мы же без обязательств и клятв, просто секс... Или уже не просто? Парню на ночь о своей жизни рассказывать не будешь и семейные скелеты из шкафа вытряхивать не станешь. А Гепард всё это сделал. «Начинаю привязываться»... Вот только радует это меня или нет? Да и сам я не привязался ли уже? — Эй, ты о чем задумался? — щелкнул пальцами у меня перед лицом Ник. — Выбираешь цвет белья? — Ага, для тебя. Никак решить не могу: черное или белое. Но однозначно не красное. Вульгарно. А моя девушка должна быть самой красивой. Правда, Ника? — сладко пропел я. — Да, милый, — в тон мне ответил Гепард. — Моя блондинка именно такая. Короче, решили. Твоё поступление отметим сексом, кто первый сдастся, тот и будет девочкой. — Угу, — кивнул я, снова взяв бокал в руки, — но только на один вечер. — Конечно. Трансов я сам не жалую, — Ник тоже решил «причаститься». — А Паша? — Паша не транс и к тому же он офигенно делает минет, — повторил Гепард то, что я уже знал. — Пару раз после выступлений он мне отсасывал. Это было еще до его знакомства с Дюшей, а моего — с Владом. — А ты его трахал? — полюбопытствовал я, закуривая. — Да. Он пассив, о таких говорят — «девочка с членом». Наверное, его мама дочку хотела, а родился... Паша. — А ты? Как больше любишь? — По-разному. Я универсал, Артур, — Гепард улыбнулся. — Всё зависит от партнера и от настроения. В этом мы с тобой тоже похожи, согласен? Я кивнул, вспомнив, что мне одинаково нравится и брать, и давать. — Ну вот, потому с Пашей у нас ничего, кроме траха, и не могло быть. А потом он на Дюшу залип. Сейчас я тебе его покажу. Гепард придвинул к себе ноутбук, пощелкал мышкой и вывел на экран фото обнаженного парня. О таких говорят — мачо. И последнее, что о подобном парне можно подумать, это то, что он — гей. Высокий, широкоплечий, накачанный брюнет с пронзительным взглядом карих глаз и геройской щетиной на квадратной челюсти. Объект лютого фапа и шлика для девочек обоих полов. Альфа-самец, блин! Причем во всех отношениях. Потому как член у Дюши тоже был впечатляющих размеров, даже больше, чем у Влада. — А с ним у тебя тоже, — я кашлянул, — было? — Нет, — безо всякого сожаления покачал головой Ник. — Я не в его вкусе. Слишком парень, понимаешь? Ему больше такие, как Паша, нравятся. А с Владом они терпеть друг друга не могли, потому что Владик Дюше проигрывал по всем статьям. Всухую. Помню, он чуть ли не плясал от радости, когда Дюша стал в Питер на съемки мотаться. Конкуренция, блин. — Жалеешь, что не был с этим? — ткнул я сигаретой в сторону монитора. — Нет, — снова, не колеблясь, сказал Гепард. — Дюша — актив, а мне такое счастье на фиг не упало. Не люблю всегда снизу. — Ну и хрен с ним, — я закрыл ноутбук. — Чем займемся, Ник? — Я бы не отказался кино посмотреть. Только я предпочитаю старые ужастики. — Гонишь, — уронил челюсть я. — Что? — не понял он. — Это плохо? — Я тоже их люблю, — ошеломленно ответил я. — А если твой любимый фильм — «Чужой», я охренею окончательно. — Охреневай, — усмехнулся Гепард. — Тогда его и посмотрим, сразу после того, как я Владу позвоню. Надо же все точки над «ё» расставить. — Звони, а я пока в сортир, — Ник поднялся и выскользнул из спальни, и даже дверь за собой закрыл. Я вздохнул и набрал Влада. Ответил тот не сразу, я уже успел подумать, что разговора у нас не состоится. И, честно говоря, собирался облегченно вздохнуть. Терпеть ненавижу выяснения отношать! Но мой лимит везения на сегодня был исчерпан, и в трубке послышалось: — Здравствуй, Артур. — Привет. Как дела? — Нормально. Ты решил? — спросил он, сразу переходя к главному. — Да. Но это не телефонный разговор. Давай встретимся. — Конечно, — согласился Влад. — Когда и где? — Завтра. На «Контрактовой» в том кафе, что рядом с «Декадансом». — Хорошо. Во сколько? — В полдень. — Договорились. До завтра, — он повесил трубку, а я выдохнул. Сомневаюсь, что разговор приятным будет. Послать его лесом можно было и по телефону, если бы не одно но. Теперь дело касалось уже не только меня. Я должен был лично услышать от Влада историю с фотографиями. И узнать — нахера он это сделал. И сказать, что ничего у нас с ним не получится. Не хочу я быть его девочкой. Теперь я знал это совершенно точно. Бросив телефон на тумбочку, я встал с кровати и направился на поиски своего Гепарда. Своего? Да. Именно так.