Выбор пирата

С человечеством всё в порядке. Просто 99% людей скучные идиоты!

Англия заскучал. Россия никогда бы не подумал, что такое простое словосочетание может вывести его из душевного равновесия. Впрочем, не его одного. До приблизительного приезда европейцев оставалось около двух часов, а наглый британец уже успел изучить весь первый этаж, влезая даже туда, куда русский не осмеливался совать свой нос с момента распада Союза. Да ладно бы только это, Ивану не впервые хватать за шкирку наглых стран запада с целью оттащить их от своих богатств, с Америкой уже натренировался. Апогеем было совсем не это, а вопросы. Артур интересовался тем, как устроена техника. Первое время на весь этот словесный понос честно пытался отвечать Америка, он даже порывался что-то нарисовать, но это не увенчалось особым успехом. Затем к делу приступил Россия, чьё объяснение имело примерно такую форму: «Ну, эта хрень к этой хрени, потом эта хрень идёт сюда и, кхм, хрень какая-то, короче, магия». Кёркленд, видимо, поняв, что ловить ему в этих мозгах нечего, окинул всех презрительным взглядом «Какие же вы все глупые», и отправился доставать экс-Пруссию. Гилберт к тому времени немного остыл и даже примостился в углу дивана, смотря какую-то тупую рекламу, в которой одна тётка распиналась по поводу каких-то сраных джинс за две тысячи. Вторжения на свою территорию со стороны Британской Империи, Великий явно не ожидал. Поэтому когда Артур с важным видом поинтересовался, как работает телевизор, Байльшмидт лишь ошалело вытаращился на него и, кажется, предпринял попытку к бегству. Честно, России было жалко прусса. Совсем чуть-чуть, зато теперь они с Америкой (великое единодушие) смогли нормально упасть в кресла и наблюдать за тем, как Артур, похоже, с явным намерением разозлить Гилберта, допрашивает того. Надо отдать экс-Пруссии должное, держался он стойко, аж целых две минуты, а затем на очередное «как», раздражённо подскочил на месте и с важным видом произнёс: «Как-как, жопой об косяк», и довольный собой удалился из гостиной, оставляя недоумевающего британца сидеть на месте. Поняв, что раскрывать ему тайны этого века явно никто не собирается, Артур поудобней сел на диван, сверля взглядом телевизор. Иван решил учтиво переключить ему на новости, однако в скором времени понял, что это была огромная ошибка. По каналу шли неутешительные вести: санкции, рубль где-то на уровне Марианской впадины, недавно была задержана банда, торгующая иностранным сыром и прочая фигня. Мысленно Россия даже всплакнул, сам-то он перестал смотреть новости месяца два назад. — И как же ты до сих пор жив с такими-то показателями? — поинтересовался Кёркленд, поворачивая голову в сторону Брагинского. На другом конце гостиной Америка, явно услышав о своих заслугах, весь как-то приосанился. — Доедаю оставшиеся тридцать килограмм гречки, — фыркнув, отозвался Иван, и, видя, как недоумённо поднялась бровь британца, пояснил. — В стране кризис, мы выживали как могли. — Если бы ты согласился на наши условия, Рашка, то всего этого бы не было, — мудро возводя указательный палец вверх, отозвался Америка. — Нет, спасибо, мне и с гречкой неплохо живётся, мы только нашли друг с другом общий язык, — отмахнувшись от блондина, словно от надоедливой мухи, произнёс русский. Американец возмущённо выдохнул, кажется, даже сказал что-то оскорбительное на английском, впрочем, его уже никто не слушал. Брагинский задумчиво сверлил взглядом ковёр под ногами, а Артур, видимо, задался целью просверлить дырку непосредственно в нём. Иван устало вздохнул, поднимая взгляд, встречаясь с изумительно-зелёными глазами, которые смотрели на него с непонятной смесью интереса и доброжелательности. Эй, кто-нибудь, им подсунули бракованную Британскую Империю, обменять где-нибудь можно? — Россия, — Артур манерно растягивает слово, поддаваясь чуть вперёд, невольно заставляя Брагинского также не спеша отклониться назад. — Мы ведь с тобой так и не поговорили, верно? — И о чём же ты хочешь со мной поговорить? — интересуется русский, сглатывая. Такой Англия немного напрягал, сейчас он выглядел более властолюбивым и опасным, если честно, Брагинский уже успел забыть, каким именно британец был когда-то в прошлом. — О, не сейчас, много, м-м-м, — Артур демонстративно повернулся к Альфреду, который, похоже, старательно пытался слиться с креслом, — лишних ушей, верно, моя дорогая колония? — Арти, я больше не твоя колония! — возмущённо отозвался Джонс, подскакивая на месте. — Смирись уже со своим проигрышем. — Фу, что за глупое сокращение моего имени? — откинувшись на спинку дивана и закинув ногу на ногу, вальяжно поинтересовался Кёркленд. — Я ещё больше мямля в этом времени, раз позволяю тебе себя так называть. Мысленно Россия встал и поаплодировал англичанину, замечая, как лицо Альфреда недоумённо вытягивается. Ладно, возможно, в таком Артуре есть и свои плюсы, по крайне мере ему тоже не нравится Америка, может быть, они и найдут на этой почве общий язык. Как говорится: «Ничто так не сближает двух людей, как обосрать третьего». Джонс привык, что Англия из этого времени мог злиться и оскорблять, но всё это было не всерьёз, а здесь перед тобой уже не тот старина-Арти, здесь Британская Империя, с которой шутки плохи. Только Иван захотел поделиться своими мыслями с Альфредом, как был прерван. Вначале громким звонком в дверь, а затем топотом экс-Пруссии, от которого сервиз в шкафу несколько раз опасно подпрыгнул, жалобно звеня. — ЗА-А-А-АПАД! Артур вопросительно поднял бровь, непонимающе смотря на Россию, тот лишь как-то обречённо махнул рукой, поднимаясь на ноги и выходя в коридор. Как он и думал, вся честная компания в сборе. Во главе с Германией, на котором с одной стороны висел довольный Гилберт, что-то заливая о своей тяжёлой судьбиношке, а с другой Италия, явно недовольный тем, что его Дойцу так нагло оккупировали. Позади мялись остальные европейцы, впрочем, Иван так же заметил и двух азиатов, которые о чём-то непонимающе шептались. — Здравствуй, Россия, извини за то, что заранее не позвонили, — пытаясь разуться, при этом удерживая равновесие, спокойно отозвался Людвиг. — Да ничего страшного, я ведь сам вас пригласил, — махнув рукой, отозвался Иван. Он уже успел забыть, какой балаган устраивает эта милая компания. — О, mignon, — проворковал Франциск, выныривая откуда-то из самых глубин, добродушно улыбаясь. — А где наша problème? — Заткнись, наглый француз, ты думаешь, я позабыл твой язык? — возмущённо поинтересовался Англия, появляясь за спиной России, облокотившись боком о косяк и сложив руки на груди. — Ну, что ты, чаефил, как можно, — приторно вздохнул Бонфуа, хотя было сразу заметно, блондин старательно играет на нервах. — Выглядишь намного лучше, чем прежде, похоже, разговор с Эвеном пошёл тебе на пользу. Артур презрительно хмыкнул, но пререкаться дальше с французом не стал, посчитав это ниже своего достоинства. Когда, наконец, весь честной народ разделся и прошёл в гостиную, Россия на секунду смог выдохнуть спокойно. Он любил гостей, но когда эти гости собирались здесь по собственному желанию, а не по вынужденной мере. В конечном итоге, русский насчитал в своё доме около десяти человек, не считая его самого. Н-да, такой толпы у него не было со времён Союза, удивительно. Иван, скрепя сердце, всё же раскошелился им всем на чай и даже поставил пару вазочек с различными печеньками, которые были куплены на чёрный день, который, похоже, настал. В доме стало раза в два шумнее, чем было до этого. Англия с Францией снова пререкались, Америка изредка пытался вставить в их спор какие-то свои аргументы, но терпел поражение, эти двое уже были на своей волне. Германия разрывался между Италией и экс-Пруссией, оба теребили его в разные стороны, требуя внимания. Китай тискал непонятного белого медведя, а Япония общался с призраком. А, нет, это Канада, отбой тревоги. Ему, как хозяину дома, оставили скудный уголок между Англией и Гилбертом, отлично. Проворчав себе под нос что-то о невоспитанных европейцах, опустился между ними, пододвигая себе горячую кружку. Людвиг попытался было отодвинуться чуть в сторону, кажется, в нелепой попытке освободить для него чуть-чуть места, но был тут же атакован двойной волной болтовни, и, потерпев полнейшее поражение, виновато пожал плечами. Россия попытался было протолкнуться локтями, что в конечном итоге всё закончилось тем, что он теперь сидел вплотную к Англии, касаясь его своим бедром и чуть ли не полулёжа на его плече. — Кхм, предлагаю всем заткнуться и вспомнить зачем мы здесь собрались, — достаточно вежливо произнёс Иван, однако видя, что его старательно игнорируют, нахмурился. — Если вы сейчас не замолчите, то станете едины с Россией, — и улыбнулся. — Ве-е~, не надо. Ти-ши-на. Довольный произведённым эффектом, Брагинский чуть выпрямился, наклоняясь немного вперёд, чтобы всем было видно. — Без предисловий, вы все знаете, зачем мы здесь собрались, — кратко кивнул головой, начал Иван. — Ваши предложения, как вернуть Британскую Империю в своё время? — Найти кого-то ещё, кто может магичить? — учтиво поинтересовался Япония. — И кто же? — явно скептически поинтересовался Германия, а затем, видимо, что-то вспомнив, добавил. — Румыния? — Он маг? — удивлённо поинтересовался Америка, смешно округляя глаза. — Ты живёшь с ним на одной планете, Бог знает сколько времени, и не знаешь, что он маг? — скептически осмотрев родственника, явно язвительно переспросил Артур. — Наши силы противоположны, неизвестно, как переплетение наших заклинаний может повлиять друг на друга. — Значит, вы всё же считаете, что в этом инциденте виноват Артур из этого времени? — поинтересовался Мэттью. — Я Канада, если кто-то забыл. — Кто же кроме меня мог провернуть столь опасную авантюру, — махнув рукой, как само собой разумеющее произнёс англичанин. — Только вот с какой целью, остаётся загадкой. — Ты всегда ужасно колдовал, Арти, — усмехнувшись, пояснил Альфред. — Или же это проделки Империи Зла. — Если бы это был я, то вряд ли моё заклинание распространялось на Англию, Америка. — Он мне угрожал, все слышали? — возмущённо поинтересовался Джонс. — Жди новых санкций, Рашка! — Отлично, а то как раз бумага заканчивается. — Перестаньте ребячиться, — пресёк их болтавню Людвиг, вымученно потирая висок. — Артур, ты сам можешь перенести себя? — Если бы мог, то не сидел здесь, хотя нет, сидел бы, — кинув многозначительный взгляд на Брагинского, задумчиво протянул Кёркленд. — Неизвестно, как моя магия повлияет на этот мир, поэтому лучше не рисковать. — И что же тогда делать? — несмело поинтересовался Италия, до этого молча наблюдавший за дискуссией. Похоже, он уже успел поделить с экс-Пруссией Германию, и теперь просто наслаждался жизнью, жуя печенье. — Запрём его до лучших времён? — обворожительно улыбнувшись, поинтересовался Франциск. — Ха-ха, — язвительно протянул Артур. — Каждое заклинание имеет определённый промежуток времени. Поэтому мы либо ускорим его своими действиями, либо оно истечёт само. — Просто отлично, зачем только собирались, — хмыкнул Гилберт, пуская в сторону англичанину недовольный взгляд, Кёркленд не остался в долгу, посылая в ответ парочку завуалированных оскорблений. Россия, сидевший между ними, страдальчески закатил глаза, а затем без зазрений совести пихнул обоих локтями. — Поаккуратней, Брагинский, рёбра ещё сломаешь. — По заслугам, Гил. — И всё же, ару, — Китай отвлёкся от медведя, заинтересованно склоняя голову к плечу. — Если ты здесь, значит ли это, что наш Англия в… — Да, в прошлом, — пожимая плечами, спокойно отозвался британец, а затем на его губах расцвела довольная улыбка. — Пусть встряхнётся, а то всё, что я слышу про него, вызывает во мне сплошное разочарование.