Помоги мне отомстить

      Драко в сотый раз чертыхнулся. Он потратил почти сутки, о которых так молил Поттера, чтобы просто выбраться, Салазар знает, откуда. Хорошо хоть, что ему удалось немного отоспаться, пока отвратительнейший «Ночной рыцарь» вез его домой.       Если, конечно, беспокойную дремоту в постоянно раскачивающемся и дребезжащем автобусе можно назвать отсыпанием. И, хотя внутри было куда чище, чем он предполагал, сероватое и холодное, будто все еще слегка влажное, постельное белье доверия не вызывало. Он так и не решил, что именно пробудило его окончательно: отвратительный запах, разнесшийся по всему салону, или звук, с которым один из его попутчиков опорожнял желудок из-за резкого стиля вождения. Драко поднялся и отсел подальше, надеясь, что одежда не пропахла чужой рвотой и отчаянием, исходящим от пассажиров.       Спускаясь с подножки возле ворот Малфой-мэнора, Драко торопливо протянул кондуктору галеон. Тот многозначительно присвистнул, осматривая мэнор, возвышающийся над оградой, а потом взглянул на золотую монету в руке. Драко молча кивнул, не позволяя начать диалог и напоминая, что «Ночному рыцарю» пора развозить и других пассажиров.       Хотелось думать, что никто из них не вздумает посмотреть в окно, и не разнесет слухи о том, что наследник рода Малфоев пользуется этим унизительным транспортом. И уж тем более он надеялся, что родители не бросят взгляд в окно так не вовремя.       Рассвет только-только начал подниматься над горизонтом, поэтому у него был шанс остаться незамеченным.       Впрочем, должно ли это все еще его волновать после разговора с Люциусом? Кажется, было вполне очевидно, что Драко уже вычеркнут из завещания, а за то время, что он отсутствовал, эльфы вполне успели бы упаковать его вещи.       Может, отца бы даже слегка разжалобил вид Драко, выходящего из вонючего автобуса?       Драко слегка качнул головой, прогоняя упаднические мысли. Он держал себя в руках всю дорогу. И сейчас не следовало позволять себе слабость.       Он не считал бы себя настолько униженным, если бы вернулся на том же самом автобусе, но не с пустыми руками. Если бы у него была хоть малейшая зацепка, намек на местонахождение Гермионы.       Но у него было только его собственное кольцо, выловленное из морской пены и песка. Он даже не решился вновь надеть его. Всю дорогу сжимал в кулаке, словно оно могло испариться, если бы он только разжал пальцы. — Драко? — взволнованный голос матери эхом отразился в холле. — Ты только вернулся?       По мышцам спины прошелся болезненный спазм, заставляющий распрямить плечи. Хотелось остаться незамеченным, тенью пробежать мимо гостиной, спрятаться в своей спальне. Помыться. Очиститься. Лишь бы она не увидела его таким.       Но Драко остановился и пошел на звук ее голоса.       Песок все еще налипший на подошвы ботинок неприятно шуршал, соприкасаясь с мраморным полом. — Да, — хрипло отозвался Драко.       Нарцисса сидела в парадной гостиной, ближайшей к главному входу. На ней было одно из его любимых темных платьев, которые она часто надевала к ужину. Макияж и прическа слегка подустали, и Драко застал именно тот момент, когда она пыталась спешно поправить волосы. На подлокотнике дивана лежала раскрытая книга, отложенная небрежено и как будто только что. Страницы вздрагивали от движения воздуха, грозясь вот-вот потерять заложенное место.       Наконец увидев его на пороге, помятого и отчаявшегося, побитого щенка, Нарцисса приоткрыла рот, чтобы задать вопрос, но тут же остановила себя.       Драко благодарно кивнул. Он стоял в дверном проеме, так и не решаясь ни шагнуть внутрь, ни по-настоящему начать разговор. — Люциус весь день занимался твоими вопросами.       Огонь в камине всколыхнулся в такт ее тихому голосу.       Драко прислонился плечом к дверному косяку, демонстрируя, что готов слушать, но Нарцисса лишь покачала головой. — Я не буду играть с вами в почтовую сову, милый.       Губы Драко сами по себе изогнулись в скептической улыбке.       Нарцисса говорила так добрый десяток раз, и все равно каждый раз выступала посредником между ними. — Он примет меня? — голос все еще хрипел. То ли от долгого молчания, то ли от того обессиленного крика, который забрал остатки его сил на побережье.       Нарцисса склонила голову, и Драко почувствовал на себе оценивающий взгляд.       Он прекрасно понимал, как выглядит. И как больно матери видеть сына таким. Но сомневался, что хоть что-то приведет его в норму. Поможет только одно — найти Гермиону. — Лучше поговорите за завтраком. Я велю накрыть, а ты пока прими душ.       Не дожидаясь его реакции, Нарцисса кивнула сама себе и тут же вызвала домовика, давая распоряжения.       Драко бросил быстрый взгляд на часы, стоящие в холле. Если Люциус не ошарашит его каким-то открытием, то придется явиться к Поттеру ни с чем, признавая собственную беспомощность.       Он взбежал по ступенькам, торопясь добраться до своей спальни.       Сразу же вызвал своего домовика, который должен был провести это время куда полезнее, чем он сам. — Рассказывай, — приказал Драко, принимаясь снимать с себя грязную одежду.       Абсолютно не стесняясь своей наготы перед эльфом, он прошел в ванную и начал приводить себя в порядок под монотонное бурчание.       Струи теплой воды сняли с мышц напряжение, а ароматное мыло наконец позволило избавиться от застрявшего в ноздрях рвотного запаха. Драко закрыл глаза и встал так, чтобы все тело оказалось под душем, выкрутил кран в кипяток, а затем в холод, чтобы контраст температур на коже заставил заработать и мозг.       Эльф рассказывал довольно подробно, явно старался запоминать все мелочи, о которых просил Драко. Вот только сути в них не было.       Распорядок дня Теодора показался Драко весьма праздным. Похоже, их вечерний разговор лишил его сил, также как и самого Драко, поэтому он не покидал поместья почти до полудня. Несколько часов бродил по аптекам и другим лавкам в Косом и Лютном переулках, а затем снова вернулся домой. Там он, судя по всему, и провел всю ночь.       Если и покидал поместье, то делал это через камин или портал. В любом случае, отследить его не позволяла даже магия эльфов.       Драко сжал челюсти, и сквозь них прозвучал приглушенный рев. От злости он даже ударил кулаком каменную плитку, чем немало напугал эльфа. — Отнеси одежду прачке и продолжай следить, — вытирая тело белоснежным полотенцем, скомандовал Драко.       Эльф аккуратно сгреб брошенную на пол одежду. Охапка оказалась больше и тяжелее его самого. Он поклонился, неловко балансируя, а затем исчез.       Драко всмотрелся в свое отражение в зеркале над раковиной.       Серые глаза казались безжизненными, кожа бесцветной, волосы пепельными.       Наверное, так выглядел траур? Но не рановато ли он на себя его надел?       Грейнджер ведь не сдалась бы так быстро. Она бы искала его. И она бы нашла.       Драко глубоко вздохнул, заставляя себя поверить в собственные силы.       Он быстро оделся и спустился в столовую, где уже был накрыт завтрак. Нарцисса тоже успела переодеться и освежить макияж. Видно, ему не зря показалось, что она такая же невыспавшаяся, как и он.       Люциус молча протянул ему газету. На первой полосе было несколько колдографий Гермионы, сделанных в разное время, но явно кем-то из близких. На всех она или довольно улыбалась, или махала в камеру, или смеялась.       У Драко похолодело в груди, а во рту пересохло.       «Героиня войны Гермиона Грейнджер пропала! Гарри Поттер и Министерство Магии отказываются от комментариев»       Он пробежался по тексту короткой заметки. Дополнительной информации в ней не было, ссылок на источники тоже.       Драко сурово посмотрел на отца. — Это не я, — угрюмо произнес Люциус. — Хоть и представляю, сколько можно было бы содрать с репортеров.       Драко сжал кулаки. Газетная бумага захрустела в ладони. — Но… ты должен был понимать, это было вопросом времени, когда все узнают. — Я должен был найти ее до того, как кто-то узнает, — выдохнул он. — А еще лучше вообще не допустить, чтобы ее похитили.       Родители молчали. Драко вновь опустил взгляд на колдографию, на которой четверокурсница Гермиона обнимает Гарри Поттера, победившего дракона и держащего в руках золотое яйцо.       Он сделал два стремительных шага и кинул газету в камин. — Значит, у меня еще меньше времени, — озадаченно выдохнул Драко. — Тебе удалось что-то узнать?       Драко наконец посмотрел на отца и не смог не заметить того, насколько подавленным он выглядел. Вопреки ожиданиям, Люциус не огрызнулся на неуважительно заданный вопрос. Он лишь слегка пожал плечами и вздохнул. — Меньше, чем тебе бы хотелось.       Драко решительно кивнул, призывая отца рассказывать обо всем без утайки. Он сел за стол, но не смог даже взглянуть на еду. От волнения и напряжения в горле стоял ком. — Нотт действительно покупал порт-ключ незадолго до последней битвы, — у Драко пробежали мурашки от этого словосочетания и того, как невзначай отец это произнес. — Отследить было не просто — ты был прав, он сделал это через посредников. Пришлось попотеть, чтобы установить всю цепочку. Но никто из них либо не знает, как настроен портал, либо безгранично предан. В чем я сильно сомневаюсь.       Драко ухмыльнулся. Ну да, Люциус вообще не верил в такие понятия как «преданность» и «верность», предсказуемо, что он так выразился. — Еще мне удалось узнать, что он интересовался недвижимостью с целью открыть магазин зелий или аптеку.       Драко снова кивнул. Это было неудивительно, учитывая и семейное дело Ноттов, и успехи Теодора в зельеварении. Может, поэтому он совершал очередной рейд по аптекам вчера? Присматривался к возможным конкурентам? Или выбирал, чей бизнес выкупить?       Мысль Драко прервал голос отца: — Но в итоге он отказался от всех предложений, выбрав какое-то захолустье, чуть ли не магловскую деревню.       Драко оцепенел. — На мой взгляд, решение сомнительное, ведь оба представителя, с которыми я говорил, отметили, что Нотт был очень ограничен в финансах. А такое место явно не станет хорошим активом. — Т…ты… знаешь, что это за деревня?       Люциус покачал головой. — Сможешь узнать? — Ну… эти расспросы и так выходят в приличную сумму… Ты уверен, что это важно?       Драко нащупал в кармане мантии кольцо. — Я был там… кажется. Я нашел кольцо, которое дал Гермионе, на побережье, как раз недалеко от магловской деревни. Думаю, Теодор выкинул его в море, заметая следы, но не учел, что его может вынести обратно на берег.       Драко опустил голову на локти, пряча от родителей отчаяние во взгляде.       Почему он не догадался допросить местных? Почему не стал стучать в каждую дверь с вопросами о Гермионе? Почему не обыскал каждый подвал и чердак?       Нарцисса взяла его за руку, успокаивая подступающую к горлу истерику. — Ты не мог знать, Драко…       Он покачал головой. — Вам записка, хозяин.       Драко поднял голову, смотря на отца, ожидая, что ему принесли новости от кого-то из информаторов. Но Люциус кивком указал в сторону.       Возле Драко стоял сгорбленный в поклоне эльф, в тоненьких ручках он держал сложенный лист бумаги.       «Ты видел газеты? Встретимся у меня через час. Г.П.»       Драко тяжело вздохнул. — Умоляю, узнай все, что сможешь про деревню и этот дом. Уверен, что мы на правильном пути, — попросил Драко, вставая из-за стола.       Люциус оставался неподвижен и молчалив. По тому как он держался, как сжимал губы, Драко понимал, что отец борется с потоком эмоций.       Прежде чем он успел открыть рот, чтобы повторить мольбы, Нарцисса вмешалась в разговор. — Конечно, милый, — сказала она, накрывая ладонь мужа своей, — Люциус сделает все возможное.

***

      У него был целый час до встречи с Поттером. И Драко не планировал потратить впустую и его.       Последняя зацепка — герб больницы Святого Мунго, который так выделялся среди воспоминаний Теодора. К тому же, он явно не просто так посещал аптеки. Может, все происходящее подкосило его здоровье? А, может, Гермиона оказала серьезное сопротивление, и теперь Нотту нужна помощь колдомедиков?       Драко мог нафантазировать еще сотню объяснений, но какое из них верное, — он сможет узнать только, когда поговорит с кем-то из больницы.       Время было совсем ранним, и он предполагал, что приемные часы еще не начались, однако, надеялся застать кого-то из нужных специалистов. Да и отсутствие очереди тоже было ему на руку.       В регистратуре его встретила взрослая женщина с приятной внешностью и миловидными чертами лица — мягкими скулами и выразительными глазами. Из-под зеленой медицинской шапочки торчали седоватые кудряшки, а не очень удачно подобранный оттенок помады сильнее подчеркивал морщинки в уголках губ. — Что вы хотели, молодой человек? — взгляд женщины на мгновение оторвался от формуляра, который она заполняла, и обратился к Драко. Не найдя на нем никаких видимых повреждений, свидетельствующих о необходимости экстренного вмешательства, она вернулась к бланку. — Мне нужно узнать, каких специалистов в недавнее время посещал Теодор Нотт, — негромко, но твердо произнес Драко.       Женщина вновь подняла на него взгляд. На этот раз еще более внимательный и вместе с тем слегка недовольный. — Мы не разглашаем информацию о пациентах.       Фраза прозвучала так, словно была отрепетирована годами и отточена до автоматизма. — Я понимаю, — Драко вздохнул, — но это очень важно. От этого зависит…       Женщина демонстративно набрала в легкие воздух, а затем громко начала: — Мы не разглашаем… — Сколько? — грубо перебил ее Драко.       Он поставил локоть на стойку регистратуры, а второй рукой принялся доставать бумажник. — Молодой человек, вы явно не понимаете, как работает система магического здравоохранения! — возмузенно воскликнула женщина. — Если я сказала, что мы не… — Зато я понимаю, как работают люди.       Драко положил кошелек прямо перед ней. — Заберите все, мне нужна лишь одна запись. Нужно поговорить с колдомедиками… — Уберите это, — шикнула женщина. — Пока я не позвала охрану.       Драко нервно вздохнул. Он сдерживался изо всех сил, но в голосе отчетливо проступало раздражение, а глаза почти метали молнии. — Послушайте, у меня были очень тяжелые сутки, и каждая минута на счет, если вы… — Я могу посоветовать вам, к какому специалисту обратиться, — спокойно выдерживая его нападение, ответила женщина. — Но, боюсь, что это все, чем я могу помочь. — Мне просто нужно знать, — все-таки закипая и повышая голос, произнес Драко, — зачем к вам обращался Теодор Нотт.       Женщина отложила формуляр и уже подняла палочку, чтобы сообщить охране о буйном посетителе, но ее остановил только вышедший из камина в приемном отделении мужчина. — Нетти, — мягко и успокаивающе проговорил он, — я поговорю с юношей у себя в кабинете.       Он дружелюбно улыбнулся и протянул руку, указывая Драко, в какую сторону идти.       Драко смерил мужчину взглядом, пытаясь понять, виделись ли они раньше, и почему он вдруг решил ему помочь. Так и не сумев найти знакомые черты, но проанализировав внешний вид, он быстро прикинул, что тот явно был специалистом более высокого уровня, чем администратор. К тому же, он сам предлагал помощь, а от такого нельзя было отказываться.       Колдомедики наверняка имели доступ к картам пациентов, а о цене, Драко был уверен, они договорятся. — Благодарю, — демонстративно медленно, чтобы мужчина точно заметил, Драко убрал бумажник, а затем все же пошел к тому кабинету, на который ему указали. — Но, — воскликнула женщина, — мистер Бакли, сегодня по графику вы не работаете.       Она принялась спешно поднимать планшеты и бумаги, ища отметки о присутствующих на смене колдомедиках. — Я оставил кое-какие вещи в кабинете, — отмахнулся он, — хотел забрать и уйти, но, вижу, тут как раз мой профиль.       Драко еще раз взглянул на мужчину, пытаясь оценить его специальность. Но никаких кричащих об этом врачебных аксессуаров не нашел.       Тот явно нервничал, судя по тому, как тряслись руки, пока он поворачивал ключ, открывая дверь.       Дверь наконец поддалась, и они вошли в маленький кабинет, заваленный больничными картами. Драко неторопливо осматривался. — Прошу присаживайтесь, — возвращая самообладание, сказал мистер Бакли. — К сожалению, у меня не так много времени, чтобы провести полноценный осмотр, но…       Он развел руками, обходя свой стол и устраиваясь в кресле. Жестом он указал на приставленный с гостевой стороны стул, призывая Драко сесть.       В комнате было душновато, но Драко в любом случае не собирался задерживаться. Он опустился на край стула, облокачиваясь локтем на стол и ожидая, пока колдомедик назовет цену за помощь. — Меня зовут Сальвиус Бакли, я… — Хотите мне помочь, — перебил Драко. — Меня не нужно диагностировать, мистер Бакли. — Это верно, — улыбаясь краешками губ, согласился мужчина. — Все симптомы довольно красноречивы. У вас явное пост-травматическое расстройство и… — Я пришел не ради себя…       Мистер Бакли слегка склонил голову, и Драко явно ощутил нарастающее напряжение. Хоть мужчина и не хотел показывать этого, но он заволновался. На его лбу залегла морщинка, как будто он мысленно решал какие-то логические дилеммы, и ответы никак не сходились. — И зачем вы пришли?       Драко натянул на лицо свою самую хладнокровную маску, но все равно ощущал, как глаза целителя продолжают вкрадчивый осмотр, выискивая микроскопические реакции. — Мне известно, что Теодор Нотт недавно обращался в Больницу Святого Мунго. Я хочу узнать причины.       Мистер Бакли вопросительно изогнул бровь. Драко заметил, как дернулись его пальцы, и как он тут же поспешил убрать их, запрокинув руки за голову, делая вид, что раздумывает над услышанным. — Вы с Теодором… приятели?       Драко сжал челюсти так сильно, что зубы грозились вот-вот раскрошиться друг об друга. — Сокурсники, — процедил он.       Мистер Бакли коротко кивнул, продолжая выдерживать паузу для раздумий. — Я готов заплатить, — с явным давлением в голосе предложил Драко.       Целитель глубоко вздохнул. — Это конфиденциальная информация. Ее нельзя просто выкупить, мистер… — Малфой.       Мистер Бакли мелко кивнул несколько раз подряд. В его взгляде Драко наконец отчетливо увидел узнавание. — Я так и предполагал. Видел вашу колдографию в Пророке несколько дней назад, — пояснил он. — Но не был уверен.       Драко опустил плечи, чувствуя, как сдержанность стекает с его лица, обнажая отчаяние. — Мистер Бакли. У меня, как и у вас, нет времени, чтобы вести светские беседы.       Голос звучал обреченно и болезненно. — Уверены? Не думаете, что будет лучше, если выговоритесь кому-то, кто специализируется на лечении ментальных ран?       Драко криво ухмыльнулся. Ментальные раны… Как высокопарно это звучало. Но все же, что-то в глазах мужчины вполне вызывало доверие.       Опасаясь, что это чувство может быть обманчивым, Драко решил убедиться и предпринял попытку вторгнуться в его разум. Невербальное заклинание отлетело будто от щита, а мистер Бакли лишь слегка улыбнулся, одним взглядом разоблачая его провал. — Вам сложно довериться людям, — сказал он, и Драко не до конца понял, было ли это вопросом или утверждением. — Подозреваю, как много вам пришлось пережить, учитывая все, что происходило в Хогвартсе в этом году.       Каждую клеточку тела мгновенно пронзило злостью. — Да что вы можете об этом знать? — сквозь челюсти прошипел Драко. — Только то, что вы захотите рассказать мне, мистер Малфой, — спокойно сказал мистер Бакли, наблюдая за ним.       Драко молчал, пока внутри клокотал огонь. Ему казалось, что грудная клетка вот-вот треснет от распирающего давления. — Я уже совершил ошибку, не задав одному из просителей достаточно вопросов. Не хотелось бы, чтобы вы повторили его судьбу.       Мистер Бакли произнес эти слова с ощутимой горечью, и почему-то, Драко сам не знал почему, это заставило его расслабиться и отпустить ту боль, что он в себе накопил.       Он опустил глаза в пол и, перекатил на языке все слова, что так давно просились наружу. — Похоже, — протянул он, — вы действительно придерживаетесь врачебной тайны, и я могу быть откровенен? — Разумеется, — улыбнулся мистер Бакли, а потом добавил. — Если ваши откровения не опасны для окружающих или вас самих.       Драко кивнул.       Он глубоко вздохнул, набирая в легкие побольше воздуха, а потом на одном дыхании вывалил на мистера Бакли все, что произошло с ним за последний год. От ареста отца и принятия метки до смерти Волдеморта и похищения Гермионы.       Конечно, он сознательно опустил многие детали, например, он не собирался признаваться, что убийство директора — его рук дело, но в остальном… слова давались на удивление легко.       По мере того, как Драко освобождал душу, мистер Бакли становился все мрачнее и бледнее, а потом и вовсе стал почти таким же зеленоватым, как и целительская мантия, висящая на спинке его кресла. — И последние сутки, — продолжал Драко, — я провел в омерзительном, грязном и вонючем, автобусе, пытаясь выбраться из магловской дыры, потому что у меня не осталось сил даже на трансгрессию. А сюда я пришел, чтобы узнать хоть что-то о Теодоре Нотте, потому что я знаю, что он обращался в Мунго, но не знаю зачем. И это моя последняя зацепка. Через полчаса дело передадут аврорам, и я официально больше не смогу принимать участия в поисках…       Драко тяжело дышал, но чувствовал приятную легкость. Он довольно прикрыл глаза, позволяя себе потратить мгновение на то, чтобы насладиться порядком в мыслях, которого он был так долго лишен. — Мистер Малфой, простите мне мою догадку, — мистер Бакли смотрел на него настороженно, — ваша возлюбленная — это Гермиона Грейнджер?       Он распахнул глаза, мгновенно вспоминая все свои слова. Неужели он мог где-то проговориться? Выдать себя каким-то намеком? Или… мистер Бакли наверняка уже успел прочитать свежие выпуски газет, а сопоставить одно с другим было делом нехитрым. — Да, — сдержанно признался Драко и поспешил прояснить. — Мы не официально… я не знаю, как она отнесется к публичным отношениям, мы не успели даже пофантазировать об этом.       Мистер Бакли понимающе кивнул и тут же затараторил. — Я… пытался попасть к мистеру Поттеру утром, но… В общем, я вернулся за официальным бланком для обращения, потому что просто так меня пускать отказались…       Драко непонимающе следил за путающимися словами. Волнение вновь захлестнуло мужчину, и он приложил ладонь к подбородку, почесывая его.       Перед ним словно сидел совсем другой человек. Не тот уверенный психолог, что заставил его разоткровенничаться, а совсем растерянный стареющий мужчина, сомневающийся в собственных словах. — К чему вы ведете, мистер Бакли? — Я знаю, где она. Точнее… Не совсем где, но… Вы правы, она у Теодора Нотта. Я виделся с ней вчера.       Малфой резко вскочил со стула, поднимая в небольшом кабинете мини-ураган. Мистеру Бакли пришлось придержать стопки документов на столе, чтобы они не развалились. — С ней все в порядке? — Ей ничего не угрожает, — поднимая руки в успокаивающем жесте, произнес мистер Бакли. — Она находилась под влиянием зелий, но считайте, что их удалось нейтрализовать.       Драко сжал кулаки. Теодор опаивал ее.       По мышцам прошел электрический разряд. Мерлин, лучше бы Нотту больше никогда не попадаться ему на глаза, иначе он точно умрет. И довольно болезненной и мучительной смертью. — Отправимся к ней, сейчас же!       Драко потянулся, чтобы схватить целителя за руку, и почти забрался на стол, все-таки повалив документы. — Я не… не могу. Говорю же, — воскликнул мистер Бакли, отодвигая кресло подальше, — я не знаю, где именно. Домик заколдован. Туда можно попасть только через порт-ключ.       Вся картинка окончательно сложилась: домик в магловской деревне, на самом отшибе, отрезанный от всех средств связи, искусные навыки в зельеварении и отличное умение сочетать их действие особым образом. На Драко сразу же накатила новая волна злобы и отчаяния — Теодор предусмотрел все, чтобы Гермиону было почти невозможно найти и попасть к ней мог только он сам.       Нужно было во что бы то ни стало раздобыть его порт-ключ. — Значит, он обращался к вам?       Мистер Бакли с досадой кивнул. — Мы с его отцом были… я бы хотел назвать это приятелями, но похоже, так было только для меня. Теодор шантажом заставил меня ему помогать. Если бы мисс Грейджер уже не пришла в себя к моменту моего появления, боюсь, я бы совершил непоправимое.       Драко взглянул на него испепеляющим взглядом. Ему не нужно было даже открывать рот, чтобы заставить мистера Бакли продолжить. — Он хотел, чтобы я стер воспоминания о ее бывшем возлюбленном…       Внутри все замерло. — Тогда бы она уже точно не смогла сопротивляться любовным зельям. Она бы… — Замолчите! — рявкнул Драко.       Мистер Бакли послушно умолк, виновато косясь на юношу исподлобья. — Вы сделали все, чтобы помочь ей? — озабоченно спросил Драко. — Сколько она сможет продержаться? — Ей ничего не угрожает. Зелья не будут действовать, магия скоро вернется. — Вернется? — с ужасом переспросил Драко.       Он болезненно выдохнул. Каким же монстром стал Теодор, если… пошел на все это. Нет, он не позволит ему победить, он сделает все, чтобы Нотт получил по заслугам.       Драко выпрямился и замер, позволяя себе еще раз обдумать все, что только что узнал.       План созрел молниеносно, и Драко решительно посмотрел на мистера Бакли. — Вы достанете этот порт-ключ, мистер Бакли. — Но… — Боюсь, что я не оставлю вам выбора, — ультимативно произнес Драко.       Лицо целителя вытянулось, но перечить он больше не стал. Железная решимость во взгляде Драко его напугала не меньше, чем одержимость, которой был ведом Теодор. Про себя мистер Бакли даже поклялся, что больше не будет иметь дел с молодыми Слизеринцами, ведь они становятся все опаснее и опаснее. — Собирайтесь, мы сейчас же направимся к Гарри Поттеру, его помощь тоже потребуется. — Но… К нему так просто не попасть… — Не волнуйтесь, у меня уже назначена встреча.       Драко организовал все удивительно быстро. План был простой и не требовал больших приготовлений, только того, чтобы несколько людей оказались в нужных местах в нужное время.

***

      Теодор ненавидел собираться в спешке. В такие моменты, как назло, все падало из рук, галстук не хотел завязываться, а мантия цеплялась за вешалку и никак не хотела сниматься.       Он шумно выдохнул и еще раз взглянул на часы.       Конечно, Визенгамот имел право назначить слушание на любое время, но можно было бы уведомить его и пораньше.       «Срочное предсудебное заседание с целью выяснения обстоятельств возможных преступлений»       Хоть он и примерно представлял, вопросы какого характера ему могут задавать, но все еще не решил, какую тактику стоит избрать.       Он неоднократно слышал о том, что многим Пожирателям старшего поколения, в том числе и его отцу, удалось избежать наказания в первый раз, потому что они отрицали любую вину и заявляли, что действовали не по собственной воле, а находились под действием Империуса. А потом делали щедрые пожертвования на восстановление магического мира.       Теодор сомневался, что в этот раз Министерство согласится пойти той же дорожкой. Скорее, устроят публичные порки, чтобы удовлетворить общественные настроения. Но все же он прикинул состояние счетов и сопоставимую сумму, которая могла бы стать достаточной для покупки свободы.       Теодор вздохнул, глядя в зеркало и репетируя спокойную и невинную полуулыбку, которую обычно так любили преподаватели Хогвартса.       Он планировал сначала выслушать все обвинения, оценить общую картину и, возможно, частично с ними согласиться. Разумеется, с самыми легкими и безобидными. Чистосердечное признание и раскаяние могло сыграть ему на руку и обеспечить более легкую меру наказания.       Как раз что-то вроде штрафа, добровольного пожертвования или работ над общественными проектами.       Теодор бросил последний взгляд в зеркало и уже собирался шагнуть к камину, как тот извергнул сноп искр и ярко-зеленое пламя.       Оттуда неуклюже вывалился Мистер Бакли, рассыпая остатки пепла и золы по паркету. Мужчина неспеша выпрямился, тряхнул полами зеленой мантии, поднимая еще больший беспорядок, а затем обратился к напряженному и ошарашенному юноше. — Хорошо, что я застал тебя, — голос его дрожал, выдавая сильное волнение.       А сам мужчина выглядел запыхавшимся и взлохмаченным, словно путь до камина он преодолел бегом и буквально впрыгнул в него. — Мистер Бакли! — оторопело воскликнул Теодор, шагая навстречу и протягивая руки к целителю, чтобы поддержать и успокоить его. — В чем дело?       Тот приложил руку к груди, словно это могло помочь замедлить пульс, взволнованно огляделся. — Прошу успокойтесь, присядьте, — Теодор указал на стоящее возле стола кресло, но мистер Бакли тут же покачал головой. — Некогда, — громко и хрипло вздохнул он. — Я только что забрал результаты мисс Грейнджер, и… срочно… мне срочно нужно дать ей подкрепляющий эликсир и провести дополнительные проверки.       Теодор растерянно опустил руки и округлил глаза. Его взгляд застыл на лице мистера Бакли, пытаясь осознать услышанное. — Чт-то? — запинаясь, уточнил он. — Не хочу тебя пугать, но если я не успею…       Мистер Бакли поднял руку и демонстративно взглянул на часы, затем снова на Теодора и зашевелил губами, рассчитывая время. — Что с ней? — Меньше часа, — пробормотал Сальвиус и вновь покачал головой. — Я не…       Мужчина приблизился к Теодору и крепко схватил его за руку. — Перенеси меня к ней. Сейчас же!       Суровый тон и нешуточная хватка на запястье заставили Теодора действительно напрячься.       Мистер Бакли был совсем не похож на того милого стареющего мужчину, которого он застал в кабинете два дня назад. В его глазах горело пламя.       Обжигающее волнение. — Что с ней? — упавшим голосом переспросил Теодор. — Я… это сложные материи, Теодор, я предупреждал! — виновато произнес мистер Бакли. — Я мог не учесть индивидуальные реакции на некоторые компоненты, мог задеть какие-то чувствительные точки. Сложно сказать сразу, анализы путанные и… пугающие. Нужно срочное обследование!       Теодор тяжело вздохнул. Его сердце давно не билось в настолько бешеном ритме, чтобы отдаваться прямо в висках. Он покачал головой, отметая самые жуткие мысли. — Вы ведь один из лучших специалистов, — со смятением произнес он.       Часы в соседней гостиной звучно пробили, и он вздрогнул от резкого напоминания о спешке.       Смятение сменилось злостью.       Как же все это было не вовремя.       Он не мог не явиться на заседание Визенгамота. Такой проступок мог привести его прямиком в Азкабан, минуя все бюрократические издержки.       Он не мог оставить Гермиону без врачебного надзора. Это могло повлечь за собой летальный исход.       Голова гудела и шла кругом. — Теодор, не заставляй меня оправдываться, — нажал голосом мистер Бакли. — Я пытаюсь сделать все возможное. Скорее, мне нужно к мисс Грейнджер.       Теодор сжал челюсти и взглянул в сторону, еще раз мысленно уравнивая эти весы.       Секунды, остающиеся у него для принятия решения, казались палачами, занесшими топор над его шеей.       Он чертыхнулся и полез во внутренний карман мантии. — Я не могу, — на выдохе произнес он. — Должен быть в другом месте. Позаботьтесь о Гермионе, мистер Бакли. Так, чтобы ей ничего не угрожало.       Мистер Бакли быстро закивал. — Конечно, — моментально заверил он. — Как все закончите, ждите меня здесь.       Теодор передал ему порт-ключ, крепко сжав руку на прощание. А сам шагнул в камин, прекрасно понимая, что уже опаздывает на собственное предсудебное слушание.       Сердце все еще стучало о грудную клетку, и ему казалось, что оно вот-вот выскочит наружу, пробив ребра.       Он еле-еле устоял, чуть не выпав из камина в холле Министерства Магии.       Паника не помогала сориентироваться, и он шарил глазами по снующим туда-сюда волшебникам, пытаясь найти кого-то, у кого можно было уточнить правильный путь до зала заседаний Визенгамота.       Теодор никогда не думал, что сможет испытать облегчение при виде Гарри Поттера, но в такой ситуации было приятно увидеть знакомое лицо в толпе.       Он стоял в другом конце зала, возле лифтов, и разговаривал с Малфоем.       Теодор напрягся, силой заставляя себя отбросить все волнение и принять спокойный внешний вид.       Поттер, завидев его, помахал рукой, призывая подойти. А Малфой отвернулся с привычным кислым выражением лица.       Это странным образом приподняло настроение и боевой дух. Теодор предположил, что Малфой был на таком же заседании, на которое позвали и его. И похоже, остался не очень доволен результатом. — Гарри, рад видеть, — Теодор улыбнулся той самой отрепетированной улыбкой и протянул руку.       Поттер пожал ее. — Ты тоже на слушание? — слегка понизив голос, спросил он.       Теодор кивнул и покосился на Малфоя, все еще стоящего рядом.       Тот выглядел напряженным и натянутым как струна, избегал зрительного контакта и даже не высказал никакой гадости вместо приветствия, только сжал кулаки и шумно вздохнул.       Теодор уже хотел сострить на этот счет, но Малфой его опередил: — Удачи, Тедди. Я позаботился, чтобы тебе оказали надлежащий прием.       Он ушел быстро, толкнув Теодора плечом и толком даже не попрощавшись с Поттером, хотя тот, что не скрылось от Теодора, смотрел ему вслед.       Поймав вопросительный взгляд Теодора, он поспешил прояснить. — Кажется, у него прошло не очень, — Поттер странно и натянуто улыбнулся, и тут же поспешил отвести глаза.       Теодор хотел было что-то ответить, но вовремя понял, что времени на пустую болтовню у него совсем нет. — Я чертовски опаздываю и не знаю, куда идти, — отбросив все условности, признался Теодор.       Поттер кивнул. — Я тебя провожу.       Теодор благодарно улыбнулся.       Неудача Малфоя настолько приободрила его, что даже пульс выровнялся сам собой, а предстоящий допрос перестал пугать так сильно.