Тёмная сторона души

Королевские покои располагались в северной части цитадели, в высокой башне, что сообщалась с остальным замком лишь двумя каменными проходами. Сводчатый проём коридора закрывала массивная деревянная, кованная железом, дверь. Но охранники быстро и легко отворили её, едва увидели приближающуюся госпожу. Она молча прошла мимо них во внутренний зал, прислушиваясь как за ней закрылась дверь. Внутри было тихо. Стены украшали гобелены, на полу были выстланы ковры, слегка шуршащие при каждом шаге. Женщина остановилась в конце зала, возле другой двери. Она положила ладонь на деревянную поверхность, затихла и закрыла глаза, концентрируя своё внимание на звуках вокруг неё. Тишину нарушали поскрипывание балок и шёпот ветра снаружи. Она открыла дверь и вошла внутрь. Некоторое время Зена стояла у входа, изучая комнату. И только когда она удовольствием отметила, что все вещи лежат на своих местах, женщина двинулась к мягкому креслу возле стола, ступая по роскошному ковру. Она села, протянула руку к пузатой бутыли и одним движением откупорила сосуд. Затем наполнила бокал и, откинувшись на спинку кресла, пригубила вина. Комната была обставлена изысканно и богато. Она служила для Зены рабочим кабинетом, где та принимала советников и решала повседневные дела. Сиденья, украшенные искусной резьбой, тянулись вдоль стен. Железные подсвечники, закреплённые прямо в каменных стенах, ожидали сумерек, чтобы разогнать вечернюю темноту. Ещё одна дверь в комнате вела в её личные покои. Позади неё, из распахнутых балконных ставней, лился солнечный свет, падая на плечи женщины и поблёскивая в вышивке её платья. Солнечный луч плескался в бокале вина, окрашивая в кроваво-красное её одеяние. Женщина подняла руку, наблюдая, как кровавые отблески метнулись на её руку. Она негромко рассмеялась своим мыслям, допила остатки вина, поставила бокал, и в тот момент как она сложила руки на коленях, в дверь тихонько постучались. Прежде чем ответить, Зена задержала дыхание на пару секунд и, придав голосу суровый тон, провозгласила: - Входи. Дверь медленно отворилась, и на пороге появился один из её помощников. Он согнулся в поклоне, низко опустив седую голову, затем пересёк комнату и замер по другую сторону стола. - Госпожа, - голос его был мягкий, с лёгким акцентом, взгляд был удивительно наивным и невинным. - Да? - Зена пристально изучала его лицо, - Что у тебя? - Отчёт по итогам сезона, Ваше величество, - он протянул свиток, - Мы только что закончили их. Зена протянула руку и подалась вперёд. Она взяла свёрнутый пергамент и откинулась в кресле. Глаза быстро пробежались по написанному, затем, словно не поверив увиденному, она вернулась к началу и внимательнее изучила бумагу. Зена оторвалась от чтения, её взгляд упёрся в помощника. Тот судорожно сглотнул и быстро-быстро заморгал. - Тридцать процентов потеряно из-за грабежей, а? - нарочито мягко произнесла Зена. - Это то, что нам сообщили из городских управ, - оправдывался счетовод. - И ты в это поверил, Йоханс? Мужчина заметно нервничал. Зена встала и обошла стол. Йоханс вздрогнул, когда она прошла за его спиной, но не сдвинулся с места. Женщина прошла вокруг него медленно, мягкой кошачьей походкой, слегка шурша шёлковыми одеждами. - И ты веришь, что тридцать процентов того, что они должны были мне отдать, были украдены? Веришь, Йоханс? Мужчина шумно выдохнул. - Нет, Ваше величество, совсем нет, - прошептал он, - Но это именно то, что нам сообщили. Зена слегка наклонила голову и встретилась взглядом со счетоводом: - И как ты думаешь, что же произошло на самом деле? Счетовод опустил взгляд в пол. Она подошла к нему и одним концом свитка подняла подбородок мужчины, заставив посмотреть в её глаза. Он задрожал, его руки тряслись и он был так испуган, что не мог выговорить ни слова. - Я думаю, эти города нам соврали. Его кадык двигался вверх-вниз, но вымолвить хоть слово так и не получалось. - И я думаю, ты знал, что они нам лгут. Он вытаращился на неё, зубы его громко стучали. Зена невозмутимо смотрела на него, затем протянула ему свиток. - Иди к ним, Йоханс. И скажи им, что либо они возвращают нам эти тридцать процентов, либо к ним приду уже я и спущу с них шкуры, - прорычала она, - Понятно?! Мужчина схватил свиток и быстро кивнул: - Да, ваше Величество. Он вышел из комнаты так быстро, насколько ему позволяло достоинство. Дверь закрылась, Зена вздохнула и вернулась в кресло. В задумчивости она одной рукой налила себе ещё вина, второй рукой подпирая голову. Конечно же она сейчас должна была отправить легион, чтобы вытрясти дань из городов, пожелавших одурачить её. Давать им шанс, а значит и небольшое послабление, было большой ошибкой. И Зена знала это. Но ещё она знала, что пока Брегос с его верными псами будет в городе, отправлять своих людей куда угодно, будет ещё большей ошибкой. Она глотнула вина. Опьянённый своими победами, этот ублюдок может попробовать захватить трон. Её светлые глаза сузились. Об их соперничестве кому только не было известно. Брегос ходил по краю ножа, заигрывая с ней и восхваляя её, в тоже время наращивая мощь своих войск. Она должна была его убить. Зена сделала ещё один глоток вина. Стоило признать, что именно победы Брегоса приносили доход в её казну и новые земли в её королевство. А значит уже она играла с огнём, получая от него желаемое и подпитывая его амбиции. Она залпом допила вино и поставила бокал, наблюдая как остатки малиновой жидкости поблёскивают через прозрачное стекло. Резким движением она швырнула бокал через всю комнату прямо в камин. Огонь яростно вспыхнул, едва прикоснувшись к осколкам стекла. Зена встала, схватила какие-то бумаги, лежавшие на её столе. Но не потратив на изучение первой больше нескольких секунд, она бросила бумаги обратно и отправилась в личные покои. *** Оглушающий грохот заставил Габриэль подпрыгнуть, несмотря на то, что она едва могла шевелиться. Она подняла глаза от рукояти, за которую держалась, и увидела как Алрас - такой же новоиспечённый раб как и она - поднимается с пола. "Идиот." Суета на кухне к вечеру не стихала, даже наоборот - достигла своего пика. Постепенно появлялась прислуга, разодетая в ливреи. Серебряные подносы снимались с крючков на стене и водружались на столы. Габриэль вздохнула и вернулась к работе. От напряжения её плечи почти онемели. И потому, едва она потянула вертел, как рука её дернулась и повисла безвольно вдоль тела. Габриэль отпрянула и испуганно прижалась спиной к стене. - Так, - перед ней возник высокий мужчина, помогавший повару, - Достаточно. Иди-ка вон в ту дальнюю комнату, да подкрепись. Габриэль провели к комнате, примыкающей к задней части кухни. Помещение заполняли скамьи, на которых сидели выбившиеся из сил рабы. Алрас тронул Габриэль за плечо и они обменялись усталыми полуулыбками. Они почти не общались, но пережитое сблизило их, и Габриэль была рада видеть знакомое лицо. Двух других девушек, что были с Алрасом и Торисом, она не видела с тех пор как их увели мясники. Они подошли к столам. Габриэль обнаружила у себя в руках нечто вроде подноса и кружку и прошла дальше. Мужчина в фартуке повара положил на поднос несколько аккуратно нарезанных кусков мяса, зажаренные овощи, небольшой ломоть хлеба и жестом указал на бочонок у него за спиной. Девушка наполнила кружку из бочонка и, дождавшись Алраса, устроилась на скамье, поставив поднос себе на колени, а кружку на пол. Какое-то время Габриэль просто сидела, прислонившись спиной к стене, ощущая как расслабляется уставшее тело. Рабов в комнате становилось всё больше. Кому-то не хватало места на скамьях, и они садились есть прямо на пол. - Отлично, - пробормотал Алрас с набитым ртом. Габриэль взглянула на тарелку. Она была удивлена количеством еды, обнаруженной на ней. Мясо ей досталось из тех, что она сама жарила весь день на вертеле. И овощей было достаточно. И хлеб был свежим и мягким. Габриэль чувствовала себя уставшей и запутавшейся. С тех пор как их схватили, ей доставались только чёрствые корки хлеба и, если очень повезёт, вода. Так что несмотря на весь пережитый ужас, она чувствовала разницу. Она пила, утоляя жажду, накопленную за эти дни. Девушка отщипнула немного хлеба и принялась медленно жевать. Еда казалась такой приятной и... роскошной. Ничего такого отродясь не видела её матушка. Габриэль моргнула и с трудом проглотила ком в горле. Она прислонилась головой к стене и обвела комнату взглядом, осознавая насколько она была здесь одинока. По крайней мере, когда их везли сюда, с ней была Лила. А сейчас... Её глаза закрылись, она до боли стиснула зубы, сдерживая рыдание. Всё произошло настолько быстро, что она даже не успела попрощаться с сестрой. Перед её мысленным взором снова возникла картина сегодняшнего дня, она снова увидела взгляд Лилы, полный ужаса, когда стрела... Нет! Габриэль заставила себя остановиться. Как бы ни было тяжело, она не должна сейчас тонуть в этом океане ужаса. Она открыла глаза и всхлипнула, вытирая рукавом туники лицо. Затем выпрямилась и огляделась вокруг. Встречаясь взглядами других, она с удивлением обнаружила любопытство по отношению к ней, смешанное с безразличием и опаской. Возможно, Торис был прав. Она подняла с подноса кусок мяса и водрузила его на хлеб. Возможно, это не самое плохое место, где она могла оказаться. Скрепя сердце, она запретила себе думать о семье. Сейчас важно выжить, а для этого ей нужно насытиться. Для размышлений у неё будет ещё много времени потом.