Африка

Занятия доконали Тони, он был зол и измучен. Добравшись до дома, глянул на время — сорок минут до встречи. Старк быстро принял душ, надел спортивные синие брюки и обтягивающую зелёную футболку, нацепил лёгкие кроссовки и выскочил из дома. Походив по парковке, он посчитал, что чёрный внедорожник выглядит скромнее, чем любая другая его машина. Тони сел за руль, вбил адрес и включил автопилот. Пригубил томатного сока, который захватил с собой, и уставился в окно, иногда нарушая тишину разговорами с Пятницей. Добравшись до места, он вылез из машины и огляделся. К нему подошёл высокий коренастый мужчина в очках и с гарнитурой, на его форме крупными буквами было написано SECURITY. — Мистер Старк? Мистер Бартон предупредил о вашем появлении, прошу за мной. Старк приспустил очки с носа и присвистнул: — А ты, случаем, не оказываешь услуги за деньги? Мужчина промолчал и пошёл вперёд. Старку ничего не оставалась, как следовать за ним. Они пересекли ворота и оказались посередине странного леса, по крайней мере, это было похоже на лес. Дальше шла небольшая тропинка, и, пройдя по ней, они вышли ко входу на ярко освещённый стадион. Сопровождающий Тони человек указал ему на место на трибуне. — Ваше место 24G, мистер Старк. — Я имел в виду, не подрабатываешь ли ты частным охранником, это чтобы прояснить. — Старк отсалютовал ему и, присев на своё место, принялся ждать. Чего ждать, он так и не понял, но, решив не усугублять своё состояние, откинул дотошные мысли прочь. Стадион постепенно заполнялся большим количеством людей. Зажглись яркие огни осветительных приборов, и на трек с оглушительным рёвом выехала группа мотоциклистов. У каждого из них был свой уникальный байк с разными эмблемами и номерами. — Добро пожаловать на ежегодный международный турнир по спидвею среди чемпионов, дамы и господа, — раздался голос из динамиков. — Сегодня вас ожидает яркое и насыщенное шоу, состоящее из двух частей. В первой части чемпионы будут бороться за лидерство и кубок Мастера, а во второй части вы увидите мотофристайл и сможете оценить невероятные и смертельно опасные трюки. Итак, приготовьтесь, мы скоро начнём! — Вот так агент Бартон! — удивлённо воскликнул Тони, внимательно следя за происходящим на стадионе. Участники проехали по кругу стадиона, приветствуя зрителей, и остановились у стартовой линии. — Перед вами десять участников, но только один из них дойдёт до финала, только один из них возьмёт кубок чемпионата и станет Мастером. Итак, участник под номером один на красном Ducati — Файербой. Поприветствуем его! Мужчина на красном байке вжал по газам, вызывая оглушительный рёв турбины. Сбоку на крыле мотобайка красовался белый сокол. — Твою мать. Мужик без башни. Внутри закопошился страх, возбуждение и настоящий шок. Тони подозвал какого-то паренька и купил бутылку пива. Ладони его запотели, а глаза ни в какую не хотели отрываться от того, что происходило и будет происходить. — Ну что ж, мы представили всех участников гонки, так давайте начинать! Раздался выстрел, и чемпионы сорвались с мест, наращивая скорость, обгоняя друг друга. В первом туре было заявлено пять кругов, после чего пять последних приехавших мотоциклистов выбывали из игры. Во втором туре их должно было остаться трое, ну, а третий, последний тур, подразумевал собой финальный акт чемпионата, борьбу двоих за первенство и кубок. Файербой уверенно держался в седле своего «верного коня», резко и с эффектным звучанием мотора входя в повороты. Первый тур оказался лёгким, он финишировал третьим. Две минуты перерыва прошли в отчаянной попытке найти в толпе Старка, и когда он заметил друга, сердце пропустило удар. Нужно выиграть. — Дамы и господа, осталось пять участников, не теряйте бдительности, делайте ставки и поддерживайте своих любимых гонщиков! Этот тур был сложнее, противники были сильными, и Бартон один раз чуть было не слетел с трассы, подрезанный Синим Рыцарем. Ничего, сам виноват, нехрен смотреть на трибуны и так подставляться. Он финишировал вторым и сейчас стоял у линии старта, пытаясь размять затёкшие мышцы. — Ну что ж, друзья, вот и наша тройка финалистов. Первый — быстрый и выносливый Рэдскулл, второй — резкий и смелый Файербой, и третий — отчаянный и дерзкий Блюнайт. Пожелаем нашим чемпионам удачи, и пусть победит сильнейший! Старк орал с трибуны, как сумасшедший, он отобрал у какого-то мужика кепку для пива и плескался из трубки в других. Таких эмоций он не испытывал никогда. Ему хотелось поддержать Бартона, но он тупо не знал как, подозвав того самого паренька с пивом, сунул ему сотню и попросил вывести на табло какую-нибудь напутственную надпись для Файербоя. Парень тут же умчался, а Старк и уже знакомый мужик начали орать вместе с остальными. В горле зудело от возбуждения, всё тело было словно в огне, и, как ни странно, хотелось трахаться. Вот что-что, а трахаться Старку хотелось всегда, но теперь? Когда он имеет реальную фантазию Клинта в таком вот виде, трахаться хотелось в разы сильнее. Клинт увидел надпись на табло и махнул Старку. Внутри всё горело от невероятной жажды победы, от того, что друг смотрит на него и поддерживает. Определённо, пригласить Тони Старка на самый важный чемпионат в его жизни было лучшей идеей. Перерыв окончился, и гонщики встали на старте. Бартон закрыл глаза, сделал глубокий вдох и посмотрел вперёд. Пять кругов. Он должен это сделать. Рэдскулл не представлял особой угрозы, но этот чёртов Рыцарь, который не гнушался нечестных приёмов, встал костью в горле. Прозвучал выстрел. Гонка началась. Клинт нёсся по трассе, не видя вокруг никого, кроме противников. Один круг. Второй. На третьем, входя в поворот, он заметил стремительно приближающегося Рыцаря, который, похоже, не собирался притормаживать, грозясь въехать в него, выбивая с трассы. Бартон ловко положил мотоцикл на бок, уходя от столкновения. Четвёртый круг прошёл без происшествий. В начале пятого Рыцарь подрезал Черепа, тем самым выкидывая его с трека. Оглушительный скрежет от врезавшегося в ограждение байка прокатился по всему треку. Но Клинт не имел права отвлекаться, с силой выжимая сцепление. Они пришли к финишу колесо к колесу. Объявили двухминутный тайм-аут, и Бартон стиснул зубы. У Черепа было переломано бедро и несколько рёбер. Но это не смертельно. Чёртов Рыцарь, идиотам законы не писаны. Хотелось посмотреть на трибуны, но Клинт сдержался, не позволяя эмоциям охватить его. Он должен быть полностью сконцентрирован. Он должен выиграть. Возле Старка образовался огромный круг, все скандировали «Файербой», а Тони, как предводитель, махал руками, свистел и придумывал кричалки. Иногда он прикладывался к трубке, идущей из кепки, а в особо опасные моменты обнимался с другом-мужиком и жмурил глаза. Определённо, надо найти этого мужика потом и поблагодарить за поддержку. Оставался решающий этап, и Старк нервничал так, будто он сам на треке. Он жаждал, желал и пророчил Бартону победу, попутно содрогаясь от мысли, что всё может кончиться печально. Черепу уже не повезло, но он знал, что Хоук сможет, да ещё с такой поддержкой. Люди вокруг визжали и свистели, выглядели все словно с попойки, но они были такие весёлые и добродушные, что Тони почувствовал себя живым и счастливым. — Дамы и господа! Вот и наступил решающий момент нашего турнира! Блюнайт и Файербой — достойнейшие из достойных. Красный и синий, огонь и лёд, инь и ян. Что ждёт нас в финале? Кто победит в этой захватывающей схватке? Мы узнаем это прямо сейчас! Чемпионы, к линии! На старт. Внимание. ВПЕРЁД! — Снова прозвучал выстрел, и гонщики сорвались с мест. Рыцарь вырвался вперёд, обдавая Файера выхлопом из трубы. — Ну держись, хрен ты у меня победишь, сука, — выдохнул Бартон, изо всех сил давя на газ. — Чемпионы уже прошли два круга колесо к колесу, и если сначала лидировал Блюнайт, то сейчас Файербой вырывается вперёд! — прокричал из динамиков комментатор. Третий круг. Клинт вышел вперёд, руки его вцепились в байк мёртвой хваткой, уровень адреналина зашкаливал, а приступы острой тахикардии становились всё сильнее. Он должен победить, он должен. Но этот хренов Рыцарь набрал скорость, входя в поворот, и зацепил Бартона так, что тот слишком сильно положил байк на бок и коснулся плечом земли. Руку пробила адская боль. Старк застыл. В глазах помутнело, рёв трибун стал слышен словно через вату, плотный, глухой, а в голове был словно вакуум. Страх сковал мышцы, сердце замедлило свой бег, а холодный пот проступил над губой, и тут он получил удар в челюсть от своего друга-мужика. Тони попятился и чуть не упал, он огляделся по сторонам и потёр ушибленное место, а мужик подошёл и проорал ему на ухо: — СМОТРИ, БЛЯТЬ, ТЫ ВСЁ ПРОПУСТИШЬ! И Старк прогнал морок, отобрал у кого-то бутылку с виски, выхлебал убойную дозу, всматриваясь в трек. На самом деле, он чуть не наложил в штаны от ужаса, что с Хоукаем может что-то случиться. Какого страха Тони только не натерпелся за всю жизнь, но это выбило из него дух. Он будто ополоумел и потерял часть себя. Бартон сумел выровнять мотоцикл и, несмотря на остро саднящую боль в плече, ещё сильнее сдавил руль. Четвёртый круг. Нужно было что-то делать, потому что Рыцарь, специально немного снизив скорость, явно собирался вывести Клинта из игры. И, судя по всему, он уже знал как. Зрачки Бартона расширились, а тело прошибла дрожь. — Блять! Он понял, что если грёбаный Рыцарь сделает то, что задумал, то одними переломами он не отделается. Он либо свернёт себе шею, либо… это будет мгновенная смерть. Умирать Бартон пока не планировал, тем более на глазах у Старка. — Твою ма-а-ать, если я выживу, это будет лучший день в моей жизни! — заорал Клинт, зная, что его всё равно никто не услышит. Рыцарь был уже в опасной близости от него, когда он решился пойти на этот рискованный шаг. Игра со смертью, не иначе. Шансов, что всё получится, было семьдесят на тридцать в пользу синего психа. Пятый круг. Начало. Середина. Клинт мысленно воззвал к великому Тору, резко нажал на тормоза, положил байк на землю и закрыл глаза. Вторую руку, бок и ногу пронзила боль, и стало жарко. — Боже, что это происходит на треке? Вы видите то же, что и я? Похоже, Файербой потерял сознание прямо при входе в узкий поворот! Но Рыцарю не удастся объехать его, это невозможно! Он стремительно несётся навстречу Файеру! О НЕ-Е-ЕТ! Зрители потрясённо замолчали, трек окутала волна поднявшейся пыли, и тишину разорвал оглушительный звук удара металла о металл. Люди на трибунах заорали, стадион взорвался диким, оглушительным рёвом. Старк в своей кепке с пивом, с трубкой в зубах, дёрнулся к треку, перепрыгивая через ряды, расталкивая всех, кто попадался ему на пути. Добравшись до бортика, он перекинул ногу через него, но кто-то со всей силы дёрнул его за футболку, она затрещала, кепка съехала набок, а он повалился на землю. Из-за громких хлопков, визга, кричалок и невообразимо сильно вибрирующего пола Старк потерял координацию, его резко подняли на ноги, снова двинули по морде. Всё тот же хренов мужик, и что он прицепился-то? Господи, Бартон, вот зачем он бежал сюда. Он двинулся вбок, тут же его остановил охранник и ударил в солнышко, прямо в дугу. Старк разозлился, вырубил одним чётким движением в кадык этого здорового хрена и стал протискиваться ближе к месту аварии. Второй охранник остановил его ударом в живот, завёл левую руку за спину и проорал в самое ухо: — СТОЙ! ВСЕ ЖИВЫ! СТОЙ ТУТ! Старк совсем потерялся. Повеселился, блять. Он вырвался из хватки и повалился на охранника. Прибежал друг-мужик, сунул бутылку в руку и усадил на пластиковое кресло. — ТЫ ГРЁБАНЫЙ ПСИХ, КАК ТЕБЯ НЕ ЗАТОПТАЛИ! ТЫ ПЕРВЫЙ РАЗ? Тони кивнул и уставился на трек, стараясь взять в себя в руки. Определённо, странная хрень. Может быть, командный дух и все дела? Молчаливое оцепенение трибун дало Бартону тот самый шанс. Благодаря относительной тишине он подгадал точный момент, и когда до столкновения оставались считанные полметра, он быстро и до упора нажал на газ, оттолкнулся ногой от горячего асфальта, поднял байк и вошёл в поворот, делая столкновение невозможным. Невозможным для него. Рыцарь же со всей силы врезался в ограждение, разбивая свой мотоцикл к чёртовой матери. Насколько Клинт понял, он был жив, но прибежавшие к месту аварии парамедики наводили на мысль, что не совсем цел. Ну и хрен с ним, сам виноват. Бартон неспешно покатился заканчивать свой круг. Можно было выдохнуть, всё обошлось. — ВЫ ЭТО ВИДЕЛИ? — истерично прокричал комментатор. — То, что сейчас сделал Файербой, это… ЭТО НЕМЫСЛИМО! Этот трюк по праву считается самым страшным и опасным и называется «Свидание со смертью». За всю историю спидвея его проделывали лишь четыре раза, причём два из них окончились летальным исходом. И это было пятнадцать лет назад! Ну, ты везунчик, Файер! Мы за тебя так испугались! К этому моменту Клинт доехал до финишной черты и эффектно разорвал натянутую две минуты назад ленту. — Дамы и господа, сегодняшний чемпионат можно по праву считать самым ярким и уникальным за последнее время! Десять участников, три финалиста, два из которых направляются в реанимацию! И один абсолютный победитель, мастер и призёр золотого кубка этого года, невероятный и восхитительный ФАЙЕРБО-О-ОЙ! Ваши бурные аплодисменты! Бартон слез с байка и снял шлем. Эйфория и чувство долгожданной победы кружили голову. К нему подошёл учредитель турнира, повёл его к пьедесталу, надел медаль и вручил кубок. Клинт улыбнулся и начал выискивать взглядом Старка. На том месте, где он сидел, его не было. Странно. Неужели не выдержал напряжения и ушёл? Его опять отвлекли, заставляя сфотографироваться с кубком. — Итак, дорогие друзья! Первая часть нашего шоу окончена, мы прервёмся на час, а потом вы увидите поистине потрясающие чудеса и трюки мотофристайла! Не расходитесь далеко! — сказал комментатор. Бартон в обнимку с кубком подошёл к тому сектору, где должен был быть его друг и остановился. Старк сорвался с места, оставляя и друга-мужика, и охранников, и всех-всех-всех позади себя. Он был пьян, избит, весь в пиве и невообразимо счастлив, а этот день по праву должен был занять почётное место в памяти. Он прыгнул на Бартона, чуть не снося его с ног. — ЧЁРТОВ УБЛЮДОК, АХ ТЫ Ж СУКИН СЫН! — крикнул он, обнимая его, трогая, щупая и гладя, пытаясь осознать, что этот придурок жив. — Эй, полегче, полегче, Старк, ты чего? Неужели грозный и бесстрашный Железный Человек волновался за меня? — засмеялся Клинт, чуть поморщившись от болезненных прикосновений. Руку и всю правую часть тела всё ещё сильно жгло. — Пошёл ты на хрен, идиот, — опомнился Тони, притягивая его к себе. Он потрепал Клинта по пыльным волосам на голове, отодвинулся, и его немного повело в сторону. — Я думал, что прям тут коньки откину, — разглядывая с непередаваемым щенячьим восторгом Бартона, пробормотал он и хлебнул из трубки пива. — Господи, ты чокнутый, парень, я чуть не кончил от такого вида, ну ты вообще!.. Старк хлопнул его по плечу, и, наконец, до него дошло. — Твою мать, Бартон, ты псих, но это было нереально круто, — он замахал руками и, не найдя слов, сказал: — Я тебя поздравляю, ты гений. Поток его пьяного бреда прекратился, и он глянул на Клинта с тоской в глазах. — Ты мог умереть, кретин, — Старк опять отхлебнул из трубки. — Всё, всё, я молчу, у меня просто очко от ужаса сжимается до сих пор. Клинт был немного в шоке от реакции Старка. Он ещё никогда не видел его таким… живым? Чувственным? Горячим? — Эм-м… спасибо, Тони. Я приятно удивлён, что ты оказался самым преданным моим фанатом. Надеюсь, твои нервы ещё не окончательно сдали и ты не убьёшь меня после мотофристайла, — Бартон приобнял его и направил к импровизированному бару под открытым небом. — Можно поинтересоваться, почему ты такой помятый? Падал то я, а ссадины на тебе, — произнёс гонщик, разглядывая друга. А Старк всё разглядывал Бартона. У него в груди лопнуло и выросло что-то горячее, тягучее, ему неожиданно сильно захотелось прижать этого идиота к себе и поцеловать. — Да меня тут побили немного, я полетал через трибуны, вырубил охранника и познакомился с обалденным мужиком, кстати, от него я и получил в морду пару раз. Тони притормозил и прокрутил речь Бартона в голове ещё раз. Мотофристайл, блять? Он схватил Хоука за воротник и дёрнул к себе: — Это. Ещё. Не. Всё? — Не всё. Ты только не нервничай, не волнуйся, на вот, выпей пару шотиков виски, — Клинт аккуратно отцепил Старка от себя, махнул официанту рукой, и перед Тони оказались два шота, до краёв наполненные крепким горячительным напитком. — Если бы я знал, что ты такой впечатлительный, то подготовил бы тебя заранее. Ты не переживай, видишь, я живой, даже почти целый, всё же хорошо, — уговаривал Бартон слегка обалдевшего друга, как ребёнка. — Ага, живой, — повторил Старк, сжимая плечо друга. Он отвернулся, не зная, что сказать. Не мог же он признаться, что его и в самом деле это всё до чёртиков напугало. Он опрокинул шоты с виски, поморщился, хлебнул уже тёплого пива из трубки и сказал: — Дайте две банки пива и бутылку виски, всё равно какого, — он вытащил из кепки старые банки, выкинул их, достал сотню из кармана, кинул на стойку и повернулся к Бартону. Он неуверенно оглядел его и улыбнулся. Тони был счастлив до мушек в глазах, но не знал, что сказать. — Дай ему просто два пива, Джейк, — сказал Клинт бармену, поглаживая Тони по предплечью. — Ему и так хватит. — Хорошо, мистер Бартон, — улыбнулся бармен. — Я, правда, рад, что ты сегодня здесь со мной, Тони. Мне помогла твоя поддержка, да и вкус победы совсем другой, когда её есть с кем разделить. Ты первый, кто узнал об этом месте, и надеюсь, что ты будешь осмотрителен в своих высказываниях, особенно при Наташе. Ага, она не знает. Если бы знала, то «Свидание со смертью» показалось бы мне небом в алмазах, по сравнению с той карой, что она бы мне устроила, — Клинт рассмеялся. — Я обещал и был трезвым, Клинт, так что не бойся. — Старк расстроился, что виски ему не досталось. Он поставил банки на места в кепке и продел трубки. Нацепив её, он хлебнул живительного напитка и сощурился от удовольствия. Прекрасный день и вечер. Хотелось, чтобы ещё и ночь была такой же. — Вроде как спасибо за честь? — мусоля во рту трубку, пробубнил Тони. Он чувствовал себя потерянным: адреналин, возбуждение, алкоголь — всё смешалось в крови, создавая невообразимый коктейль. — Ты в порядке? — Бартон провёл рукой от запястья к плечу друга и погладил по щеке. — Почему ты загрустил? — Хочется виски, тебя и твоих выкрутасов на байке, — сказал Тони, отхлебнул пива, и до него дошло, что он только что сказал. Хочется виски. Тебя. Хочется тебя. Прикосновение тёплой руки в пьяном угаре Старк интерпретировал неверно и положил в свои слова не ту основу, которую вкладывал в этот жест Клинт. Это было поддержкой, а не нежностью. — Ты больше не будешь пытаться умереть? А то мой друг-мужик меня точно убьёт, — Старк хохотнул и приложился к трубке снова, надеясь на то, что Бартон не услышал его или понял неправильно. Ну, или понял правильно, но не будет допрашивать или пытаться выяснить. Старк и сам толком не понял, что это за порыв. Увидеть Хоука таким было поистине чудесно, и он вдруг осознал, что этот парень такой же чокнутый, как и он сам. — М-м-м, может только совсем чуть-чуть. Ты, главное, не волнуйся так, а то я почувствую себя ответственным за твою расшатанную психику, Тони, — мягко сказал Клинт, жестом указывая бармену на бутылку холодной воды. Он отвернулся, пытаясь не показать, как смутили и выбили из колеи слова Старка. Хочу тебя. Хочу. Тебя. Чёрт, он, наверное, не то имел в виду, оговорился или просто пьян. Последний вариант был более реалистичным. — Ну что, хватай своё пиво, и пойдём, я провожу тебя на твоё место, ковбой. Да, и заткни там уши и не слушай идиота-комментатора, вечно он нагнетает обстановку, — сказал Клинт, вставая из-за стойки. Старк поднялся со стула и спросил: — Проводишь до места, как провожают девушек? — он икнул и взялся за руку друга, ища поддержки в своём шатком состоянии. — Слушай, пожалуйста, не умирай, ладно? — Нет, Старк, я провожу тебя до места, как провожают мужчины своих любовников, — Бартон хотел сказать это с явной иронией, а получилось слишком… правильно? По-настоящему? Мысленно впустив себе две стрелы в голову, он постарался сделать вид, что ничего не произошло, взял его за руку и произнёс: — Не переживай, у меня за плечами годы тренировок, и я знаю, что делаю. Лучше смотри внимательнее, парни вытворяют такие очешуенные вещи, что тебе даже не снилось. — Клинт повёл друга к трибунам. — Стой, стой, Клинт, — Тони развернул Клинта к себе и поцеловал в щёку. — Раз уж я девушка, даю тебе напутствие: задай им там жару, а если вернёшься, подарю тебе настоящий поцелуй, а остальное… до свадьбы ни-ни, — Старк смахнул невидимую слезинку и крепче вцепился в чужую ладонь. Он был пьян, но не настолько, чтобы совсем уж не соображать, что несёт. Надо было раззадорить Бартона, и ему на самом деле хотелось поцеловать его. Щетинистая щека была приятной, а под горой одежды скрывался живой, живой Хоук. — Эй, что ещё за «если»? Умирать пока в мои планы не входит, — усмехнулся Бартон, решительно не понимая, что творится со Старком. Он совсем опьянел, что ли? Или это эмоции накатили? — Да и к тому же, какая из тебя девушка? С фингалом на скуле и щетиной. — В динамиках прозвенел предупреждающий звонок. — Давай уже, иди садись, а то всё пропустишь. А мне подготовиться надо, — сказал Клинт, доводя Тони до нужного ряда. — Найди меня потом? — Конечно, Тони, — ответил Бартон и скрылся в толпе. Старк уселся на пластиковое кресло, засунул трубку в рот и стал ждать. Друг-мужик хлопнул его по плечу и уселся рядом. — Ты это, извини за синяк. Старк ухмыльнулся: — Всё супер, тебя звать-то как? — Джон. Тони мысленно засмеялся, ну, а чего он ожидал? — А меня Тони. — Файербой твой друг? Старк кивнул. — Молодец мужик, он давно тут трётся, такие, блять, трюки вытворяет, просто нечто. — Сгоняй за виски? — Тони уже в какой раз за сегодня вытянул сотню из кармана джинсов и протянул её Джону. Друг-мужик кивнул, взял деньги и скрылся из виду. А Старк моргнул два раза и погрузился в ожидание. — Все отдохнули? Готовы к новым захватывающим приключениям? — раздался голос комментатора. — Тогда мы начинаем! И первым выступит непревзойдённый Арон Джордан, двукратный чемпион мира по мотофристайлу. Встречайте бурными аплодисментами! — Зал взорвался шумными хлопками. Мотоциклист выехал на трассу, которую быстро подготовили для исполнения сложнейших трюков. Он разогнался и взлетел в воздух. — Вы только посмотрите, как красиво Джордан выполняет сложный трюк под названием «Захват крыла». Перегибаясь через руль, он хватается за крыло обеими руками. Ему начисляют максимальное количество баллов на турнире, если шлем касается крыла, а мотоцикл займёт вертикальное и горизонтальное положение. О! Он просто молодец, высший пилотаж! — диктор всё не унимался. В это время Бартон подошёл к своему байку и окинул взглядом повреждения. Царапины и пара вмятин. Это поправимо. Он безумно любил свой Ducati, чистил, полировал и сдувал с него пылинки. Ну что, пора готовиться. Клинт выпил воды и надел перчатки. К нему подошёл организатор. — Слушай, может не надо кольцо и машины, а? Ты и так, наверное, на нервах после этого синего психа. — Всё в норме, Дэни, правда. Я сегодня в ударе. Надеюсь, мой друг не умрёт от сердечного приступа на трибуне. — Ты привёл с собой друга? А как же твой заскок насчёт полной секретности? — А-а-а, этому можно доверить любой секрет. Я бы ему и жизнь доверил. Всё, давай уже, иди и займись делом, а мне нужно настроиться. Бартон развернулся, вскочил на байк и отъехал в сторону, проверяя тормоза и сцепление. — Ну что? Как настроение, наро-о-од? — кажется, комментатор был уже слегка пьян. — Сейчас мы посмотрим на ещё одного чемпиона, а в конце нас ждёт нечто, совершенно охуи… кхм… Обалденное, простите! Итак, на арене Тейлор Миллер с трюком «Оборот Саран». Вы видите, какой у него красивый байк? И я вижу! Миллер взлетает и-и-и… ЧТО-ТО ПОШЛО НЕ ТАК? Тейлор, Тейлор, ты жив? Похоже, что да. Что сегодня за день такой, столько неудачных падений! Но не переживайте, впереди самое интересное! Вы, главное, не бойтесь, надеемся, что следующий наш чемпион обойдётся без травм! Старк смотрел во все глаза и, мягко говоря, был в шоке. Друг-мужик что-то объяснял ему, а он выпил ещё две банки пива и залил в уже пустые виски. В конце концов, он столько лет пил, ему не поплохеет, тем более адреналин в крови разгонял алкоголь. Он пил и нервничал, трезвел, снова пил, опять нервничал, пил и трезвел, и так круговорот алкоголя в крови Тони Старка замыкался всякий раз, как он вздрагивал, когда сумасшедшие байкеры вытворяли свои сумасшедшие трюки. Но больше всего он ждал Клинта и сейчас точно знал, что не просто так трепался насчёт поцелуя. Он сделает, обязательно сделает, если доживёт. — Дамы и господа! Вот и наступил финал нашего великолепного шоу! А на десерт мы припасли для вас самое сладенькое. Перед вами гвоздь программы, трёхкратный чемпион по мотокроссу, мастер мотофристайла, призёр и обладатель кубка по спидвею — ФАЙЕРБО-О-ОЙ! Бартон выехал на стадион и разогнался, ставя байк «в свечку», проезжая мимо трибун на заднем колесе. — Да, да, мы знаем, что ты крут, приятель! — воскликнул диктор. — Пока готовят твой персональный трамплин, покажи нам что-нибудь интересное! Клинт отсалютовал комментатору, вскочил на трамплин и взлетел. — Боже, да это же «Оборот Саран» с элементом Стэлфиш, друзья мои! Вы видите, как Файер зажимает ногу между руками и вытягивает другую ногу перед собой так, что она не касается рук? Это потрясающе! Но ведь это не всё, да? Бартон, раззадоренный реакцией публики, взлетает ещё раз. — О, а это конечно же «Бэкфлип» или «Сальто назад»! Чудо-парень, не правда ли? Клинт в воздухе перевернул свой байк на триста шестьдесят градусов назад и изящно опустился на землю. Теперь Тони совсем свихнулся. Этот дикий парень творит непостижимые вещи. Как он там, в воздухе, не умер от страха? Хотя, если он колотит бошки Читаури из лука, то, наверное, это для него ерунда. Зал галдел, как сумасшедший, Старк почти не слышал диктора, но знал, что тот восхищается другом. И его охватила такая гордость, что он дружит с этим живым и таким настоящим Клинтом, у которого, конечно, нет башки, но, господи, как же это всё потрясающе. Джон пихнул его в бок и проорал: — ОН НЕВОЗМОЖНО КРУТ, ТЕБЕ ФАРТИТ, ДРУЖИЩЕ! Старк рассмеялся и крикнул в ответ: — Я ДОСТАНУ ТЕБЕ АВТОГРАФ! Видавший виды байкер с нестриженной бородой улыбнулся во все зубы и снова хлопнул Старка по плечу. А Тони вернулся взглядом к удивительному гонщику Файербою. Его сердце готово было разорваться от переполнявших эмоций: и страсть, и ужас, и возбуждение, а главное, что-то большое и горячее, оно странно покалывало и вздрагивало, когда Хоук отрывал свой байк от земли. Это не страх, нет. Это что-то объёмное, непонятное, пока ещё непостижимое для Тони, но он чувствовал, что всё будет хорошо и он найдёт определение для этого горячего клубка, который пульсировал, ударяясь о рёбра. — Ну что, вот и готов твой трамплин, Файербой! Зрители посмотрели направо. Метрах в пятидесяти от трибуны стояли в шеренге пятнадцать автомобилей. Посередине возвышался странный шест, на конце которого находилось большое кольцо. Бартон подъехал к машинам, достал непонятно откуда взявшийся лук, натянул тетиву, щёлкнул какой-то кнопкой на стреле и выстрелил. Через секунду кольцо вспыхнуло огнём. — Вот это да-а-а! Вот это номер! Уважаемые зрители, это самый настоящий смертельный номер! Сейчас Файербой будет прыгать вот через это горящее кольцо! Да, да! Внизу находятся пятнадцать машин, которые составляют трамплин в целых тридцать пять метров! Высота кольца — пятнадцать метров! Это сложнейший трюк, друзья мои, но для нашего призёра нет ничего невозможного, правда, малыш? Паника вновь вернулась к Старку, она накрыла его с головой, и бешено бьющийся пульс молотком застучал в ушах. То, что произойдёт сейчас, на самом деле опасно. Неужели он способен на такое? Больной, больной на всю голову Бартон. Старк сглотнул горячий комок и с силой сжал зубами трубочку. Он должен был зажмуриться, но он хотел видеть это. Он просто должен был. Джон крикнул: — НЕ ССЫ, НА ТЕБЕ ЛИЦА НЕТ! Тони ухмыльнулся. Уже нет, а что будет после трюка? Он махнул бутылкой в сторону байкера и сделал глоток из горла, попутно вытягивая жидкий янтарь из трубочки. Отдал бутылку мужику и принялся считать секунды. В это время Клинт сделал ещё один круг вокруг стадиона, настраиваясь, выравнивая дыхание и чётко повторяя в мыслях каждое движение и жест, что он должен был выполнить. Это было действительно опасно, и Бартон это понимал. Он уже совершал подобные прыжки, правда, под ним не было машин, а кольцо не горело. И длина была двадцать восемь метров, а не тридцать пять. — Мне по секрету сказали, что это будет ПЕРВЫЙ подобный прыжок в практике Файербоя! На ваших глазах творится история, дамы и господа! И да, на парне нет защиты от огня, так что всё зависит он его ловкости и быстрой реакции! — Твою ж ма-а-ать, вот я сейчас прыгну, а потом убью тебя, чёртов идиот! — прошипел Клинт. — Нахрена было это говорить? Старк там сейчас с ума сойдёт, а мне потом объяснять Фьюри, почему у Железного Человека крыша поехала! Красные желтки и горячие курочки нервно покурят в сторонке! — сокрушался Бартон, подъезжая к трамплину и делая глубокий вдох. Да, именно в этот момент Старк слышал всё. Желудок оказался где-то в ногах, а руки предательски задрожали. Он уже ничего не соображал: кто он, что он, а видел только эти чёртовы машины, кольцо и красный байк, на котором сидел человек, которого он не поцеловал и, возможно, не поцелует. Мысленно послав себя нахрен за такие тяжёлые думы, Тони собрался, изо всех сил стараясь унять дрожь в руках, ногах, да, вообще, во всём теле, пропуская удары сердца снова и снова, слушая, как оно ускоряется. Если бы здесь была Пятница, она бы напророчила Энтони Старку смерть от нервного потрясения или сердечный приступ. Снова собрался, мысленно пнул себя, сглотнул и начал ждать. Какая-то странная мания на ожидание. Чёртов Бартон. Клинт выдохнул, сжал руки на руле, разогнался… и прыгнул. Секунда, вторая, третья… На четвёртой он плавно сжал тормоза, действуя по точной инструкции. Байк качнуло в сторону, и трибуны ахнули. «Давай, же, Бартон, ты сможешь, ты должен», — пронеслось в голове Клинта. Даже комментатор молчал. Ещё через три секунды он вскочил ногами на мотоцикл, схватил руль и, подпрыгивая вверх, с силой швырнул байк в горящее кольцо. Старк рвано выдохнул и закусил щёку до крови. Придурок. Бартон сделал сальто и осторожно обхватил ногами байк, притягивая его к себе. Всё это случилось в доли секунды, но для него время словно остановилось. Чёрт, чёрт, чёрт. Для того, чтобы плавно опуститься, не хватало буквально пары метров. Одна машина была лишняя. Он лихорадочно соображал, как не умереть. Тони понял, что что-то пошло не так. Он вскочил со стула, мужик подскочил следом, и стадион взорвался. Старк подумал, что за эти чёртовы секунды потеряет рассудок. До автомобиля оставалось метра четыре, когда Клинт решил рискнуть и попробовать. В конце концов, а вдруг получится? Он быстро вскочил на байк, нажал на газ и ещё раз сделал сальто, выкручивая мотоцикл таким образом, чтобы можно было пролететь хоть один несчастный метр дальше и не разбиться о машину. Мотоцикл повело, Бартон подтянулся, зажал тормоза и понял, что даже если машину он пролетит, то вот мягко посадить байк точно не удастся. — ТЫ КАКОГО ХЕРА ТВОРИШЬ! — в исступлении заорал Тони. Ужас охватил каждую клеточку тела, огненная кровь потекла по венам, а он молился Одину и всем богам во вселенной, чтобы всё обошлось. Промахнётся, свернёт себе шею, акробат недоделанный. А если Бартон выживет, человек из железа сделает ему дополнительную дырку в заднице. На память. От Тони Старка. Клинт почти лёг на байк, выжал газ до упора и приземлился в нескольких сантиметрах от машины, вызывая вокруг себя огромное облако пыли и песка. Удар оказался ощутимым, он отпустил мотоцикл, пролетел несколько метров по земле и ударился о небольшую кучу песка. В голове зазвенело, перед глазами заплясали зелёные Халки, а и так травмированное плечо обожгло диким огнём. Но он был жив и даже ничего себе не сломал. Чистое везение и чёртова спасительная куча песка. — Он упал? Разбился? ПАРАМЕДИКОВ БЫСТРО! — заорал комментатор. — Ещё чего не хватало, — пробормотал Бартон, поднимаясь на колени. — Молись, чтобы они тебе не понадобились, болван. Микрофон тебе в задницу засуну, вот только в себя приду. Клинт махнул рукой парамедикам, что всё в порядке и помощь ему не нужна. Он встал, держась рукой за раненое плечо. Определённо ожог, плюс ещё вывих, скорее всего. — ОН ЖИВ! ФАЙЕРБОЙ ЖИВ И ВРОДЕ ЦЕЛ И НЕВРЕДИМ! Друзья мои, сейчас перед вами произошло настоящее чудо! Мастерство, ловкость и опыт — вот настоящие качества истинного чемпиона! — Да, да… наслаждайся последними моментами счастья, комментатор хренов, — прошипел Бартон. Нужно найти Тони. С байком он потом разберётся. Старк осел на пластмассовый стул и прикрыл глаза. Люди вокруг орали, будто их убивают, топали, словно в психушке, а Тони шептал только одно, как бывалый психопат загнанный в угол: «Слава богу, слава богу». Он не чувствовал ни рук, ни ног, будто всё отнялось. Мужик потряс его за плечо и крикнул: — ТЫ ЖИВОЙ? Тони разлепил веки и кивнул, присосавшись к трубочке. Определённо, он завяжет с работой, с жизнью инженера, с миссиями и походит на приёмы к психотерапевту.