Полностью сломлены

      Прошло три дня с тех пор, как я перестала выходить из дома.       Дни тянулись медленно, я пыталась рисовать, чтобы хоть чем-то себя занять. Ничего не выходило. Поэтому в основном я неподвижно лежала в кровати и смотрела в потолок, не прерываясь ни на еду, ни на походы в душ.       То, что со мной происходило, трудно описать словами. Огромное количество несвязанных, хаотичных потоков мыслей, с невероятной скоростью сменяющих друг друга, сводили меня с ума. Они жужжат, словно рой разъяренных пчел-убийц, и жалят, жалят меня изнутри.       Прошло три дня с тех пор, как я не сплю.       Когда совершенно обезвоженная, уставшая, измученная и спятившая, я начала думать о смерти, переключатель в моей голове щелкнул, и я провалилась в царство Морфея. Проспав целые сутки и встав только на следующее утро, я поняла, что нужно срочно что-то менять, ведь, к моему глубочайшему сожалению, я не могла лежать и разлагаться незаметно для моих родителей целую вечность.       Приняв душ, я привела себя порядок и позвонила Анабель. Слышать свой собственный голос было для меня непривычно, ведь я долгое время ни с кем не разговаривала.       Пока никого не было дома, я сходила в кондитерскую за углом и купила себе пару булочек с малиновой и яблочной начинками. Румяные, с сахарной пудрой… увидев их на витрине, я уже не могла смотреть ни на что другое. Вернувшись домой, я первым делом надела свой теплый вязаный свитер. Потом я разогрела в микроволновке булочки, чтобы они были теплыми, и заварила себе крепкий кофе. От запаха кружилась голова. Я не ела, кажется, целую вечность.       Внезапно раздался звонок в дверь. Посмотрев в глазок, я узнала Анабель. Стоило мне открыть дверь, как она тут же набросилась на меня с объятьями. Моя подруга — единственная, кому я рассказала об угрозах Стива. Она знала, что я сейчас переживаю не лучший период своей жизни, и пыталась всеми силами меня поддержать. Тогда я еще не замечала, насколько сильно ее пугало все это дерьмо. Но об этом позже.       Я пригласила её внутрь дома. Она сняла куртку, и мы прошли на кухню. Всю комнату уже заполнил восхитительный аромат кофе и выпечки. Дома было так тепло и уютно, что это еще больше отбивало желание выходить на улицу. Анабель, отмахиваясь от еды, пила зеленый чай без сахара.       Подруга молчала, вероятно, не зная, как начать разговор.       — Ты в порядке? — решилась она после нескольких минут молчания.       Нет. Совершенно, абсолютно точно - нет.       — Да, — я натянуто улыбнулась.       — Долго еще ты будешь сидеть в своем панцире? — проворчала она. — В школе без тебя так скучно! Эрик всюду таскается с этой белобрысой стервой, терпеть ее не могу…       Перемывание косточек девушки Эрика — вот, что заставило меня забыть о драках и угрозах, пусть и ненадолго. И подруга это прекрасно понимала. Слушая ее болтовню вполуха, я вовсю уплетала булочки. Господи, как я проголодалась за это время! Но вовремя осознав, что так резко начинать есть нельзя, я с грустью отодвинула тарелку.       Кто-то позвонил на домашний. Как в старые добрые времена, Анабель тут же рванула к телефону, по дороге прокричав «КТО ПОСЛЕДНИЙ, ТОТ ТУХЛАЯ РЫБА!».       Я бежала, заранее смирившись с тем, что она меня обгонит. Она всегда была быстрее меня. Мне оставалась пара шагов, когда она уже снимала трубку, все еще улыбаясь. Однако, когда она услышала чей-то голос, буквально за долю секунды лицо ее стало мертвенно-бледным и исказилось в гримасе неподдельного ужаса. Открыв рот, не в силах вымолвить не слова, она протянула мне трубку.       — Это тебя, — ее голос дрожал.       Я поднесла трубку к уху, наивно полагая, что подруга неудачно пошутила. Вспомнился фильм "Звонок", и я даже улыбнулась.       — Я знаю, где ты живешь. В следующий раз, когда мы встретимся, я буду не один, — клянусь, только услышав этот голос, у меня сердце ушло в пятки. — Я убью тебя, а когда я найду того подонка, я убью и его. Тебе не жить, мерзкая су... — я так резко положила трубку, что послышался какой-то треск. Кажется, я сломала телефон.       Плевать.       Казалось, что мне нечем дышать. Будто вся моя спокойная и тихая жизнь закончилась. Я бы так хотела, чтобы все это оказалось просто страшным сном. Ночным кошмаром.       Аппетит резко пропал. Хотелось побыть одной, но назойливая подруга настойчиво продолжала говорить мне, что не оставит меня и не бросит в такую трудную минуту. К счастью, в этот момент пришли родители, которые еще утром уехали забирать старшую сестру из отделения полиции (как она там оказалась и за что, мне по возрасту знать было не положено).       Я была ужасно им рада. Выпроводив подругу, я пошла в свою комнату, чтобы хорошенько все обдумать. Может, мне все-таки стоило рассказать обо всем Эрику? Теперь эта идея казалась мне очень даже неплохой. Но родителям я уж точно ничего не расскажу. Я просто не смогу им рассказать. И вообще, если кто-нибудь узнает об угрозах того преступника, то эта новость уже через пару дней будет крутиться по телеку, появляться в газетах, мелькать в интернете. Все это только начало утихать, а я не хочу нового всплеска интереса ко мне.       Смирившись с неизбежностью грядущих проблем, от которых, вне всяких сомнений, я могу пострадать как морально, так и физически, я расплакалась. И уснула.