XVI
9 ноября 2015 г., 20:33
— Так что за новые улики? — Тумблер спускался за ним в хранилище, и, как ни старался, Праул не мог услышать в его тоне беспокойство. Только усталость.
И все же никогда самый обычный, маловыразительный, чуть скрипучий голос Тумблера так не резал ему аудиодатчики.
— Я, кажется, отыскал мстителя, — Праул сжал пальцы за спиной, до хруста.
«Сбитая краска», — сказал ему Тумблер. Теперь ясно, в какой драке — или каких драках — он так пообтесал кулаки. Праул уже выводил напарника на чистое масло, проблема в том, что доказательств не осталось. Или, может быть, уже не раз не оставалось.
Ему нужны такие камеры, записи с которых точно останутся в системе. Где Тумблер не сможет их стереть. Но Праулу не хотелось выбивать из напарника признание в холле полицейского участка, особенно без доказательств.
И потом, он должен услышать все лично. Увидеть своей оптикой, как преображается Тумблер, потому что в это так непросто поверить.
Дежурный записал их в лист и с тоской предупредил, что у него вот прямо сейчас обед. Нашли, мол, время припереться.
— Мы надолго, Питстор. Как раз к твоему возвращению уложимся, — пообещал Праул.
Чтобы Тумблер чувствовал себя раскованней, ему нужно создать подходящие условия. Пусть покажет себя, думая, что рядом никого нет. Так легче забыться… а у Праула так больше шансов услышать правду.
— Слухи слишком инфернализируют детектива Праула, — Питстор сверкнул визором. — Не напутайте тут ничего. Я быстро. Со вчерашнего дня ни капли в баке, — поделился он, уходя.
— Ты больно милостив к нарушениям дисциплины сегодня, — вскользь пошутил Тумблер.
Праул не понимал, почему не слышит в его голосе подозрений. Почему Тумблер так невозмутим? Почему так уверен…
Потому что они уже проделывали это? Праул резко остановился, искра от волнения будто разогрелась сильнее обычного. В этом и есть подвох — промелькнуло в голове, — ведь он едва ли мыслит сейчас иначе, чем раньше. Как бороться с тем, кто вламывается к тебе в голову и делает, что захочет? Узнает все, что ему нужно?
— Ты чего? — короткая вспышка тревоги, как всегда — негромкая, но очень живая.
Праул перенастроил вентиляцию ровнее. Нет, сегодня он прижмет Тумблера, а не наоборот. Шлак, он не мог успокоиться, принять как данность, что напарник…
Предал его? Можно ли так сказать? Предал.
И взломал.
— Ничего, — отрезал Праул. — Нам в седьмой сектор.
— Ага, — Тумблер отвернулся, запрокидывая голову, чтобы сориентироваться по указателям. — Не могу поверить, что это кто-то из участка.
Они прошли между рядами запертых сейфов, помеченных глифами в порядке возрастания, и оказались на небольшом островке свободного пространства, затерявшемся между стеллажами. Седьмой сектор начинался здесь.
— Надеюсь, что мы мало знакомы с этим парнем, — сказал Тумблер, вероятно, чувствуя неловкость из-за молчания. Он привык к разговорам, и Праул обычно их поддерживал, только сейчас — в буквальном смысле — вокалайзер отказывал. — А то вот так окажется, что тот, с кем ты вместе днем подзаправляешься, — убийца…
Праул отстал немного, делая вид, что сверяет глифы, и отстегнул шокер от пояса.
— Я точно его не знаю, — сказал он, — хотя раньше думал иначе.
Тумблер замер. Вполоборота взглянул на напарника и нервно, быстро дернул пальцами. Жест от Праула не укрылся — и вызвал новую вспышку горячей боли в груди.
— Деактивированные камеры. Пропавшие улики. Стертые звонки, — Праул целился в честплейт, выкрутив мощность на максимум. — Я думал, что веду это дело уже месяц, и не нашел ни одной зацепки! Я решил, что с ума схожу, — голос сорвался. — А на самом деле… я даже не знаю, что я думал на самом деле!
Тумблер развернулся полностью, держа руки приподнятыми. Никакого притворного недоумения. Только тоскливое:
— Ты совершаешь ошибку.
Праул отрицательно мотнул головой. Слова, копившиеся все то время, которое он сводил одни оборванные ниточки с другими, вырывались, едва ли не путаясь. Праул проглатывал слоги, что никогда не было ему свойственно, но даже не замечал этого. Его голос дрожал от напряжения.
— Я решил было, что мститель эмоционален. Что это последствие личной травмы. Но — нет! Это расчет, верно, Тумблер? Ты — мнемохирург. И ты работаешь на «институт».
— Праул…
— Хватит! Я следил за тобой!
Он был на рынке под южным Аяконом — пришел туда следом за Тумблером, но тот умело растворился в толпе. Праул почти отчаялся найти его, когда заметил еще одного меха, идущего в том же направлении. Знакомого меха — в прошлый раз о нем толком не удалось навести справки, но, кажется, его звали Трепан. Мнемохирург, сбежавший из разоблаченной Праулом и Тумблером «клиники отказа», под которой скрывался «институт».
Остальная картина сложилась сама.
Как будто в дурной симуляции. Как будто в плену дежавю, от которого становилось дурно. Они уже открывали «институт» однажды, и тогда их было двое, и они оба были ошеломлены развенчанием мифа. Каждый — по-своему.
Праул не забыл, что Тумблер, помимо прочего, испытал тогда восторг.
На этот раз, конечно, Праул никуда не проникал — без прикрытия это было бы опрометчиво, особенно когда подозреваешь, что твой неокортекс и так истыкан иглами. Но он не сомневался, что будь он достаточно упорен и осторожен, он отыскал бы в центре Аякона еще одну цереброхирургическую лабораторию — или что-то подобное.
— Так что ты прикрываешь этими убийствами?
Ему действительно хотелось услышать, что Тумблер действует по указанию кого-то еще, заметая следы. Будет проще смириться с этим, чем увидеть напарника маньяком.
— Послушай, все не так… — Тумблер сделал маленький шаг вперед.
— Стой! И держи руки на виду… Покажи. Шлак, покажи! — голос со спокойного сам собой сорвался на крик.
Тумблер вздрогнул.
— Ты опять…
— Я хочу увидеть иглы! — он тряхнул рукой с оружием. Он должен был сказать что-то вроде «ты арестован» и «бесполезно сопротивляться, сигнал с камер идет на главный сервер безопасности», но вместо этого вырывались совсем другие слова.
Напарник отрицательно мотнул головой, выводя Праула из себя.
— Сколько раз я уже догадывался? — вокалайзер, подхватывая сигналы из эмоциональных блоков, моделировал раскатистое, яростное звучание. — Сколько?! Как давно ты подчищаешь мне память? После каждого убийства?..
— Праул, я никого не убивал.
— Ерунда!.. — он шагнул навстречу, ткнул дулом под маску и схватил Тумблера за правую руку. Выкрутил ее, стискивая пальцы так сильно, что что-то хрустнуло в суставах. — Покажи, или я заставлю тебя!
— Праймус, — Тумблер отчаянно, с усилием надавил подбородком на дуло. — Ты с ума…
Они боролись недолго. Праул не без удовольствия подсек Тумблера, впечатывая маской в пол — до хруста оптики. Тот выгнулся под ним, шипяще выругался и замер, склонив голову так, будто предлагал Праулу самому попробовать вскрыть его память, чтобы получить ответы.
Нет, у него другие методы.
— Лить, — прошипел Праул, заламывая Тумблеру обе руки за спину. — Я вырву из тебя иглы так, если понадобится!
Тумблер затрясся под ним, мелко стучась лбом об пол. Праул вцепился в его затылок:
— Что ты?..
Мощный электрический разряд из правого наруча вырубил цепи Праула на долю секунды. Достаточно, чтобы Тумблер сбросил его и перекатился, прижимая к полу.
— А этого ты не помнишь?! — воскликнул Тумблер отчаянно.
Электромагнитная волна из запястья левой руки вырубила камеры. Хорошо, что Питстора нет. Что сделать с теми записями, которые уже ушли на сервер, Тумблер подумает потом, а пока…
Он ударил Праула в лицо наотмашь — голова мотнулась в сторону — и торопливо вонзил иглы в шею. Было неудобно, было страшно, и было очень, очень мало времени.
Они не смогут валяться тут долго. Надо… надо выбираться. Надо успеть до того, как вернется Питстор и…
— Зачем ты это делаешь? — на выдохе спросил Тумблер, прислушиваясь к боли в корпусе, в смятых пальцах, вывернутом коленном суставе.
Он прижался к Праулу, на этот раз, врываясь в его память без осторожности. Торопливо стирая все, что попадалось под руку, хоть отдаленно связанное с расследованием смерти Клиффхэнгера, просто чтобы оттянуть время, чтобы вывести Праула отсюда как ни в чем не бывало… и — надеялся Тумблер — выправить ситуацию позже.
. . . . .
— Я рад, что ты пришел к тем же выводам, что и я. Хотя они и неутешительны.. . . . .
— Убийство в Дэд Энде. Почти безнадежное дело. Мне нужен…. . . . .
— Я вырву из тебя иглы так, если понадобится!. . . . .
Тумблер едва справлялся с дрожью, с паническим желанием уволочь Праула куда-нибудь прямо сейчас, вот так, в оффлайне. Но свидетелей слишком много. Да и Питстор появится в любой момент, увидит неработающие камеры и… Тумблер подумать не мог, что Праул решится действовать прямо в стенах управления. Да, он уже заметил, что подозрения напарника вновь развиваются в том же направлении, что и раньше, но… здесь? — Оставь все как есть, оставь, пожалуйста… — он устало опустил голову. Сейчас он видел пустой взгляд побелевшей от напряжения оптики. Губы Праула чуть изогнулись, но боль, которую он чувствовал, пройдет… она пройдет… на самом деле, ее и нет вовсе. Тумблер лихорадочно зашептал, продираясь сквозь мысли Праула, полные горечи, злости и паранойи, которой позавидовал бы Ред Алерт. — Не мешай мне! Просто не мешай мне…
