Небо под твоими ногами

День икс начинается с телефонного звонка. Всё семейство Джареда собралось на том конце провода и орёт в рубку «We are the champions». Джаред подумывает о том, чтобы рассказать им наконец за что он полюбил Queen, и музыка тут где-то на втором плане. Только им, потому что на флоте «Не спрашивай, не говори» работает почти так же, как и в армии. Но пока это всё мысли, и Джей подпевает, грустно улыбаясь самому себе. Он уже дико соскучился. За формой Джаред заедет по пути, поэтому единственный значимый выбор, который ему приходится сделать — это какое надеть нижнее бельё. Ничего сложного. Перемерив все свои боксеры, Джей понимает, что идеально подошли бы те, которые была на нём вчера. Осознание этого факта тяжелым грузом опускается на его плечи. Что делать, как быть, кто виноват? Вот вам и квинтэссенция самых важных вех в истории литературы. Решив свою проблему с помощью великого метода слепого выбора, Джаред в тишине собирается. Он не думает, что ему нужно особо много вещей, только сменный комплект одежды и ноутбук с зарядным устройством. Сварив кофе и вылив его в раковину после первого же глотка, Джаред действительно подумывает о том, чтобы не обойти стороной ванкуверский дьюти-фри. Уже стоя на пороге, Джаред поворачивается к смежной с соседней квартирой стене и кричит: «конечно, босс, я не забыл вторую обойму». Потом слышен только тихий звук поворачивающегося в замке ключа. <><><> Дженсен встаёт, лениво потягиваясь. Сегодня будильнику не перепадёт любовной грубой ласки, поэтому он грустно и мучительно медленно отсчитывает время, на которое Дженсену откровенно наплевать. Кофе, мюсли, душ и снова кофе. Идеальное утро идеального дня. Вылет только вечером, а в прихожей уже стоит собранные пара сумок, так что все заботы были вчера и будут завтра. А сегодня только третья чашка кофе и весь Лос-Анджелес в распоряжении. Разминаясь у лифта, Дженсен понимает, что его шатающиеся отношения со временем сыграли с ним злую шутку. И ему не важно, что у времени на самом деле та самая единственная любовь и оно всего лишь хочет, чтобы впервые за три года Дженсен смог наконец насладиться Лос-анджелесским рассветом. Тихо пройдя мимо спящего консьержа, Дженсен выходит на улицу и не спеша переходит с шага на бег. Его окутывает Session от Linkin park и свежий, ещё не успевший пропитаться выхлопными газами воздух. Вокруг ни души, если не считать скрывающуюся за углом фигуру. Но и она кажется Дженсену фальшью, потому что такая идеальная фигура бывает у скульптур, изображающих греческих богов, а не у живущих на одних диетах и стероидах мужчин. Проследив за скрывающейся тенью, Дженсен натыкается взглядом на небо и останавливается. Он не замечает сбившегося дыхания, не обращает внимания на спазмы в правой ноге, его не хватает на это, потому что восходящее солнце, которое всё это время было за его спиной, сейчас бьёт в глаза, полностью выбивая все другие ощущения из тела. Спустя минуту, Дженсен снова бежит, на этот раз не от кого-то, и это чертовски приятно. <><><> Перекинув лёгкую дорожную сумку через плечо, Джаред входит в аэропорт через главный вход. Он пока не знает здесь ничего, и ЛА Энтернейшнл напоминает ему непроходимые джунгли с множеством враждебно настроенных хищников. Сейчас представители других авиалиний смотрят на него, как на своего: кто знает, каким рейсом полетит этот парень с потерянным взглядом. Но как только Джаред наденет униформу Американ Эйрлайнс, вся аура расположенности развеется. Взгляды из рассматривающих превратятся в лениво-ожидающие. В надежде, что именно этот пилот лажанёт так, что люди в спешке начнут искать возможность улететь рейсом другой авиакомпании. Это Америка, детка. Когда кто-то подыхает, мы жрём Биг Кахуну и, лениво стряхивая крошки, подползаем поближе к первому ряду. Поэтому Джаред рад что теперь он будет летать в Канаду, его иллюзий о дружелюбности этой нации никто не разбивал. Знакомство с командой проходит в непонятной и совсем неуместной спешке. Чем больше рук пожмёшь за минуту — тем лучше. Джареду страшно, неловко, и вообще, но он не учитывает того факта, что едва он улыбнулся, все уже влюбились в него и заранее простили все встряски. Когда непонятная девушка, которую приставили к Джареду в качестве его личного гида по тёмным закоулкам аэропорта, уходит, все выдыхают и разбредаются по углам. По комнате разносится аромат кофе и жидкости для снятия лака. Второго пилота зовут Миша. Джаред тут же начинает у него спрашивать про русское желе с мясом, и вопрос дружбы с одним членом экипажа уже решён. Ни одного стюарта. Это не грустно, наоборот. Чем больше девушек, тем меньше проблем, Джаред практически уверен в этой простой истине, которой его научил Джеффри, его великий сенсей. <><><> Адмиральский клуб* — лучшее, что могло случиться с бонусными системами всего мира. Дженсен растягивается на диване и заказывает себе виски. Два часа до рейса наедине с последней игрой Чикаго Буллс на гигантском телевизоре — ради этого стоило хранить верность своей авиакомпании. <><><> Во взлётах ничего сложного: тысячи часов полётов, сотни — в качестве второго пилота, и десятки раз Джаред поднимал Боинги в воздух сам, ориентируясь лишь на всегда сонные, но при этом поразительно сосредоточенные приказы диспетчера. Миша делает вид что не видит как нервничает Джаред, а может он и вправду не замечает, Джаред не уверен, потому что этот обаятельный человек кажется находится совсем не в этом мире. В каком-то своём пространстве, с которым реальность имеет только одну точку соприкосновения — самолёты. Самое первое приветствие, разгон, взлёт — здравствуй механическая память, потому что в эмоциональном плане Джаред совершенно пуст, или переполнен, сложно сказать, но он делает всё идеально. Он приходит в себя только тогда, когда блондинка, Алона, кажется, предлагает им с Мишей воды и кофе. <><><> Дженсен слишком соскучился по самолётам, по дому, которыми они для него являлись. Поэтому едва болезненно бодрый для такого позднего полёта голос закончил их приветствовать, Дженсен пристегнул ремни и отрубился. Алона только накрыла его пледом, тихо шепча «с возвращением». <><><> Командир корабля и экипаж прощаются с вами. Американ Эйрлайнс всегда рада видеть вас на борту наших самолётов.