Сборник драбблов

Ссылка на оригинал: http://carvedwhalebones.tumblr.com/post/98665333373 Чем больше крови он проливает, тем темнее становится пелена перед глазами. Как будто плотная алая пленка затягивает его белки. Сложно определить, чума ли это виновата или просто постоянное напряжение глаз, но он ощущает ее присутствие, когда моргает. Она становится толще, когда он использует силу Бездны, чтобы управлять тенями на стыке этого мира и иного или создавать силой мысли агрессивных крыс. Они — это всего лишь коллективный разум и целая куча острых зубов, вгрызающихся в одежду и плоть до тех пор, пока не остаются лишь кости. Иногда Корво приходит в себя, стоя на коленях над обгрызенным скелетом, и не может вспомнить, как он здесь оказался. Во рту у него привкус крови, а дыхание пахнет мертвечиной, но он не строит догадок. Он предпочитает не знать, как одно следует из другого. Чумные крысы его больше не тревожат. Вместо этого они любопытными стаями подбегают к нему, а потом разбегаются прочь, попискивая о чем-то между собой. Он готов поклясться, что иногда может различить слова среди издаваемых ими пронзительных звуков. А иногда он пытается говорить с ними, и тогда они замирают, чтобы послушать его и затем ответить. Лорд-защитник списывает все это на Метку, и только на нее. Но он не может не замечать, что ему становится тяжелее общаться с другими. Лоялисты посматривают на него с опаской, а крысы из канализации сообщают ему, что эти люди плохо отзываются о нем за его спиной. В ответ он шипит на них. Как крысы могут хоть что-то понимать? Единственное, что утешает его во всем этом беспорядке — это Эмили. Он добирается до комнаты маленькой императрицы и наблюдает за тем, как она читает книжки, собранные в "Песьей Яме", пока не заснет. Иногда она пристально следит за ним со своей кровати, плотно укутавшись в одеяла, и слушает, как он рассказывает ей старые истории, которые когда-то рассказывала ему перед сном его мать. Алая пленка, плотная и тяжелая, по-прежнему застилает его глаза, но, кажется, Эмили ее не замечает. Хотя иногда она кричит и просит, чтобы Каллиста проснулась, и тогда его суматошными грозными жестами выгоняют из комнаты. Он выкрикивает имя Эмили, извиняясь перед ней, но маленькая девочка только глубже закапывается в одеяла. Только тогда, когда он видит Эмили после убийства лорда-регента — предложенная выпивка ощущается тошнотворно сладкой на вкус — его начинает терзать тревога. — Корво, скажи, а могут ли крысы говорить? Мне все время кажется, что они произносят мое имя.