Одинокая душа

- Дор Рикардо, к вам господин Ларак. Он, а с ним еще трое. Они пришли с черного хода. Ричард бросился, отложив трактаты по военному искусству. У стены стояло трое в серых плащах, скрывая лица капюшонами. Хуан впустил гостей. - Мы просим убежища, - сказал один из них, откинув капюшон. Дик охнул – это был тот самый эсператистский священник, который проповедовал вчера и так понравился Дику. Святой Оноре. - В городе беспорядки, - толстенький Наль запыхался, и казался бледным и растерянным. - Ничего не понимаю, - ответил Дик, и вдруг его словно обожгло: «Письмо от Килеана. Предупреждение. Цивильный комендант знал о готовящихся беспорядках и счел нужным предупредить его, Дика. Но что в городе? И что с самим эром Людвигом?» Мысли пронеслись вспугнутыми птицами. - Герцог Окделл, мы взываем к вашему милосердию. Дети умерли. - К-какие дети? - Те, которых вчера я причащал. - Дикон, - вступил в разговор Наль, - на улицах орудуют черноленточники. - А это кто такие? - Те, кто вступил в Лигу святого Франциска. Они носят на плече черные ленты. Их возглавляет епископ Авнир. Оноре кивнул на слова кузена. - Они жгут, убивают, режут. Если ты не поможешь святым братьям из Агариса, они погибнут. - Я? Хорошо, я сделаю все, что могу. В доме Ворона вряд ли их будут искать. Дом хорошо укреплен, да и кэналлийцы не станут церемониться с лигистами. У них оно на уме – не дать погубить дом соберано и тех, кто дорог тому самому соберано. Остальное их волнует постольку-поскольку. Наль собрался уходить. Ричард всерьез волновался за кузена но тот его уверил, что лигисты не опасны для него. - Ваши комнаты готовы, - неслышно подошел Хуан. - Благодарю вас, - ответил мягко Оноре, - будьте благословенны. Хуан ничего не ответил.       Во сне Дик видел Килеана, тот шевелил губами, словно хотел что-то сказать, но не было слышно ни звука. Затем его лицо покрылось рябью и начало исчезать, как в толще воды. И тут Ричарда потрясли за плечо. Как-то лигисты узнали, где укрывается агарисский священник. Дом окружили. Ричард узнал от Хуана, что их более сотни. Слуг же в особняке не более двух десятков, и пусть всех обитателей особняка защищают толстые стены, но два десятка людей, хоть и вооруженных – мало против сотни сумасшедших фанатиков. Стало жутко. Помощи ждать не у кого, а лигисты окружили дом и бродили вокруг него, как волки вокруг овчарни. Она наверняка знали, что в доме укрывается священник. Кто-то донес. Но кто знал? Или Наля поймали? По спине побежали мурашки пир мысли, что кузена, возможно, нет в живых. - Дор Рикрдо! Они начинают ломать ворота. Дик поднялся с кресла. Будь что будет. Он не должен допустить смерти святого. Мелькнула мысль, что цивильный комендант где-то в городе, и скоро все это закончится. Лигистов арестуют. А значит, он должен лишь продержаться до того, как прибудут войска из столичного гарнизона. - Хуан, я спущусь к ним. - Дор Рикардо, будьте осторожны. Ричард усмехнулся. Можно ли быть осторожным перед разъяренной толпой? - Я пойду с тобой, – сказал Оноре. - Вы – нет, - отрезал Дик, - я попробую остановить их. Помолитесь за меня, отче. В тот же миг за воротами прозвучал выстрел. А через несколько секунд ворота распахнулись, и во двор особняка въехал сам герцог Алва. - С добрым утром, юноша. Ричард вздохнул – все-таки молитва святого Оноре была услышана. Теперь город спасен, и, кто знает, может эсператисту и его святым братьям удастся даже добраться до Агариса невредимыми.       Но отчего-то Алва не торопился освобождать город от лигистов. Напротив, он пригласил священника и остальных позавтракать, а после объявил, что будет отдыхать. - Там гибнут люди, - пытался вразумить его Оноре. - Мне нет до них дела, а в Создателя я не верю, - отрезал Алва. И ушел в спальню, закрыв двери. До вечера Дик не находил себе места. Вопросы крутились ызаргами в голове: где Килеан? Почему гарнизон бездействует? Что в городе? Он хотел было рвануть в казармы, но Хуан цепко схватил его за рукав. - Приказ соберано – никого не выпускать, - сурово сказал он.       По столице плыл колокольный звон. Пахло дымом пожаров. Святой Оноре молился, его спутники жались в углу. А Рокэ сказал небрежно: - Ричард, собирайтесь. Наденьте кирасу и проверьте пистолеты. Кажется, тут кто-то хотел, чтобы я остановил погромы. Дик не верил своим ушам. Неужели Алва решил пойти против Дорака? Но, что бы там ни было, его, Окделла, долг – быть рядом с монсеньором. На улицах пахло гарью, ветер доносил звуки набата, алые отсветы пожаров виднелись на фоне черного неба. Мимо мелькали заборы, булыжники мостовой ложились под копыта коней. Дорога была хорошо знакома - они направлялись к казармам столичного гарнизона. - Зажечь факелы, - бросил Алва и тронул рукоять пистолета. Кажется, епископ Бонифаций сказал, что если Ворон взял оружие, кто – нибудь отправится в Закат.       Ворота казарм были закрыты, но Рокэ постучал в ворота. За дверью послышался шум, и ворота распахнулись. - Что происходит в городе? Дежурный теньент вытянулся во весь рост. - Волнения. Днем они охватили Нижний Город. - Тогда почему вы в казармах? - Господин комендант не счет нужным… - Где он? - У себя. - Проводите. Рокэ быстро шел по коридору, стараясь не отстать от теньента. Ричарду приходилось почти бежать. Он хорошо знал этот путь – сколько раз он ходил этим коридором, когда заезжал к эру Людвигу. - Монсеньор, - Дик задыхался от волнения и быстрой ходьбы, вы ведь не будете… - Помолчите, юноша, вам вредно разговаривать. Успокойтесь и не пыхтите. Ричард умолк. В другое время он бы обиделся, но сейчас было не до такой ерунды. Вот и дверь. Заперта. Рокэ постучал. - Господин Килеан, будьте добры, откройте. За дверью послышался шорох. Но к двери никто не подошел. - Он там один? – спросил Алва у теньента. Тот кивнул. - Господин комендант, я приказываю вам открыть дверь. - Эр Людвиг, - собственный голос казался Дику чужим. Тонким и писклявым, как у испуганной девчонки, - откройте. За дверью сначала не было ни звука, а затем… Затем грохнул выстрел. - Разрубленный Змей, - вырвалось у полковника Ансела, который подошел к Ворону. - Ломайте дверь, - приказал Алва.       Когда под ударами замок слетел, Ричард сунулся было в кабинет, заранее зная, что он там увидит. И тут чьи-то сильные руки оттащили его. - Не пускайте мальчишку,- бросил Рокэ, первым входя в кабинет цивильного коменданта. Где только что застрелился сам Людвиг Килеан-ур-Ломбах, цивильный комендант Олларии. Пустил себе пулю в висок, чтобы спастись от Багерлее или даже Занхи. Ворон казался невозмутимым, словно тут и не произошло самоубийство. Он вышел из кабинета, плотно закрыв за собой двери. - Итак, обязанности коменданта я возлагаю на вас, полковник Ансел. И Алва, присев к первому попавшемуся столу, двумя росчерками пера изобразил приказ о назначении полковника Ансела комендантом Олларии. - Через полчаса гарнизон должен быть готов. Одежда – праздничная, шлемы и кирасы – боевые.