Волк и Тигр

      Я тяжело дышал. Силы у меня ещё были, но я бы не успел встать. Это ещё не самое страшное, главное, они меня окружили, бежать теперь было некуда! Буквально пара секунд, и мне бы врезали ногой в рожу. Сказать, что я тогда был напуган - ничего не сказать!       Затишье перед бурей. Именно так это выглядело. Они вдруг все замерли, даже притихли, настороженно оборачиваясь куда-то в бок. Наконец, один из них, что был с ножом, что–то говорит остальным, но я не слышу, они медленно... отступают? Ещё мгновение и я вижу, как знакомая фигура, быстро подбежав к не успевшим вовремя ретироваться идиотам, начала колошматить их, причём невероятно результативно. Спустя пару мгновений, я с удивлением узнал в этом неожиданном спасителе Макса, который несколькими, без грамма лишних движений, ударами, уложил всех троих! Это было сделано так быстро и профессионально, что мне оставалось лишь шокировано хлопать глазами, не в силах произнести ни звука. Это было невообразимо круто...       Троица лежала, глотая вкусную земельку, медленно расползаясь восвояси, а я сидел на пятой точке, причудливо распластавшись по земле, и все молчали, будто даже вздох вызывал болевые ощущения. Что удивительно, я-то думал, что они начнут материться и выяснять отношения, но гопота, поджав хвост, ушла не проронив ни слова. Всё это время Тигр оглядывал их непроницаемым взглядом, то сжимая, то разжимая кулаки. Он не поворачивался в мою сторону, будто боялся меня увидеть. Он тяжело дышал, приходя в себя, будто хищник после удачной охоты. В конце концов, он медленно опустил голову и повернулся в мою сторону, застыв в нерешительности с каменным лицом. Он не знал, видимо, что со мной делать или не понимал, как я тут оказался, да и ещё в такой ситуации. А я ещё... не отошёл от всего случившегося, мозг думать отказывался. Адреналин ещё хлестал в крови, а сама ситуация походила на сюжет детектива или триллера. В башке крутилось только: «Вот это поворот...»       Всё же отойдя от какого-то наваждения, он быстрым шагом подошёл, я бы даже сказал, подскочил ко мне, обхватывая меня за плечи и поднимая осторожно с земли. На его лице я успел уловить нотки гнева, ещё не ушедшего из сознания, но уже прячущегося за удивлением. Всё таки в таком состоянии он даже меня немного пугает.       - Ал? - его голос прозвучал как-то беззвучно, будто он не был уверен в том, что и кому говорит, - какого чёрта? Что...как тебя угораздило оказаться у меня во дворе и ввязаться в драку с этими придурками? Такого я, пожалуй, точно не ожидал под конец дня...       Я таки встал на ноги, пошатываясь как алкоголик со стажем, ещё слабо соображая о том, что у меня спросили. Но про себя я отметил, что Тигр всё ещё держит меня одной рукой за плечо, а второй за талию. Видимо боится, что я свалюсь обратно на асфальт, и нести ему меня до дому на руках. Хе-хе-хи... Ооо, как бы это было мило с его стороны! Я б посмотрел, ой, то есть, поучаствовал. А, судя по моему состоянию, мне и обморок не придётся разыгрывать. Ах... Какую ахинею я несу? Что творится с моей больной головой?       - Саш?! Ты в порядке? Тебя сильно...досталось?! Чёрт, только бы всё было нормально! Нет сотрясения? Ничего не вывихнул? Ох...Суки! - при этом он совершенно серьёзно, даже с заботой (ах-хи-хихи... заботой, как это... как это круто! Аха, он обо мне беспокоится, да, ы-хи-хи) проводит рукой по моей голове, проверяя её на предмет травм.       Эх, меня сильно задели твои странные чувства ко мне, ты там на что намекаешь, а? Так, ладно собраться, придти в себя, а то я ещё наговорю всего, чего не надо. Ахам. Потом краснеть буду, ой мама родная...       Я делаю несколько шагов, понимая, что с координацией, правда, проблемы. Видимо, меня не слабо огрели чем-то по голове. Макс всё ещё придерживает меня одной рукой за плечо, и, видимо, только благодаря этому я всё ещё стою.       - Эй! Ты меня слышишь? Ал, ты меня пугаешь, не молчи! Я тебя до травмпункта доведу, нет, лучше довезу на такси... – беспокойно сообщает мне брюнет, с недоверием оглядывая меня.       - Нет, не нужно. Уже всё... более или менее в порядке. Хотя... - я оборачиваюсь за спину, смотря на скамейку, - мне бы лучше сесть.       Он помогает мне дойти до неё, и я с облегчением присаживаюсь на то же место, где сидел до этого не один час. Только сейчас понимаю, что меня-таки не слабо потрепали. Всё тело кажется тяжёлым и каменным, удивительно, что я лишь отделался парой царапин и синяками. Ну и, да, головной болью. Всё могло закончится не так радужно. Блядь...       - Ты в этом уверен? Ну, что тебе не надо в больницу. Выглядишь ты... не важно, паршивенько, я бы сказал, - озабоченно спрашивает Макс, всё не унимаясь в оказании помощи. Он обеспокоенно осматривает меня снова, и впервые в его взгляде я вижу неуверенность и замешательство. Хоспади, как это мило!       - Нет. Думаю, не нужно. Даже сотрясения мозга нет, просто ушибы, - отвечаю я, морщась от боли, когда пытаюсь потянуться.       - Это только врач может сказать точно. Но в любом случае - это побои, их надо зафиксировать!       Я нервно усмехаюсь и мотаю головой. Не хочу я никаких разборок. Особенно сейчас.       - Тогда, я помогу тебе дойти до дому. Сейчас вызовем такси и...       - Нет! Не надо никаких такси, - тут я резко осекаю его, понимая, как это будет выглядеть со стороны. Как же не удобно...       - Ну, да, конечно. Ты ещё скажи, что пешком до дому пойдёшь! В таком состоянии... - тут он замолкает, всматриваясь в мои глаза. Чуть прищурившись, он задумчиво хмыкает, после чего продолжает: - или ты не хочешь идти домой вовсе?       - Да ну? Как ты догадался? – огрызаюсь я, вновь начиная раздражаться. Вот только не сейчас. Только этого мне не хватало – поссориться ещё и с ним в довершении всего дня!       Однако Макс не замечает моего тона, лишь продолжает на меня смотреть с очень задумчивым видом. Его глаза буквально чернеют, кажутся обсидиановыми, матовыми, непрозрачными, но при этом тёплыми. Его взгляд, погружённого в заботы человека, делает его старше лет на десять. Я не видел раньше его таким озадаченным...       - Прости, - тихо говорю я, отворачиваясь в сторону двора. - День просто сегодня очень хороший и весёлый. Да, я не хочу идти домой, тем более после этого. Показаться сестре и родителям в таком виде... Я ещё с ними сегодня пересрался с утра. Не знаю, это совсем уж не красочная перспектива. Опять начнётся ор и выяснение отношений. А мне просто хочется, чтобы меня никто сейчас не трогал.       Я понимаю, что если я сейчас приду домой, будут кипеть страсти - где я был, что я делал, с кем опять подрался, а рассказывать это всё я не хотел. Особенно про школьный инцидент. Меня опять захотят перевести. И что? Опять вернуться в старую школу? Нет. Ни за что! Я тогда потеряю Макса. Не знаю, почему я так в этом уверен, но сейчас мне это кажется очень реальным и самым важным...       - Ты... Ты можешь остаться у меня дома, на ночь. Если, конечно, ты хочешь, и если тебя не будут искать родители, - в конце концов, говорит Макс, осторожно поднимая на меня глаза.       Он поднимается с места, сначала смотря куда-то вдаль, щурясь на неяркий красный отблеск солнца, а затем предлагает мне встать, протягивая руку.       Я моргаю несколько раз, а потом вдруг понимаю, что он явно живёт в этом доме! Ничего себе совпаденьеце. Но главное – он пригласил меня к себе?! Он. Пригласи. Меня. К себе на ночь?! Ох, ах-ха-ха, апупеть...       - Я... Я согласен! - вырывается из меня вдруг возглас так, что я не ожидал сам, - только надо позвонить и предупредить, - задумчиво продолжаю я.       Родителям не стоит. Да и не отпустят они меня, наверно. А вот Наташка...       - Может... Мне нужно попробовать уговорить сестру, чтобы та не волновалась и сообщила родителям. Она отпустит, а вот они могут не позволить остаться. А так... она их уговорит, - воодушевлённо тарабаню я. Набирая её телефон, я молил про себя всех богов и все силы, чтобы она согласилась помочь!       - Да? Ало, Сашка?! Ты где?! Между прочим, через минут десять ты должен быть дома, помнишь? - слышу я на другом конце провода.       Набрав воздух в грудь и приготовившись применить всё своё мастерство по уговариванию, я скрестил пальцы на руке. Макс молча наблюдал за всем этим, наконец, улыбнувшись, от чего и мне стало как-то легче на душе. Кажется, день под конец стал налаживаться.       - Слушай... Тут такое дело. Я, наверное, не приду домой сегодня, а останусь на ночь у друга. Да, ага. Нет, я не шучу. Да, сори, что так поздно... Не, ты его не знаешь. Да, из школы. Конечно! Да всё в порядке, просто, просто я у него сидел дома, позабыл про время, а сейчас уходить так не хочется по темну. И такси вызывать не хочу, напрягать человека...а у меня ещё и денег нет с собой. Ну, и вооот... Решил остаться. Да, я понимаю, конечно. Нет, скажи ты им лучше. Ну, пожалуйста! Я потом верну долг. Деньгами, хочешь?! Аха, ну тогда ты знаешь, как. Да, конечно, я обязательно приду потом. И школу мы не проспим. Ну, что скажешь? О, Наташкааа, как я тебя люблю!! Ха, конечно, обязательно... Окей, бай!       Фуух. Пронесло. Значит, я могу... Остаться на ночь у Макса!! Вуху! Это уже совсем не плохо! Хорошее завершение ужасного дня...       - Так что, тебя отпустили? - с интересом спрашивает Макс, быстро осматривая меня и телефон.       - Да! Ух, этот долг потом придется оплатить, но... Это того стоит.       Я довольно киваю, встаю и с нетерпением всматриваюсь в его лицо.       - Значит, ты у меня останешься, да? - с хитринкой говорит Максим, как будто сам себе, - ну, и отлично - ты отдохнешь, а я буду за тебя спокоен.       Я киваю снова в ответ, подмечая про себя, что его настроение заметно улучшилось. Да и моё тоже.       - Я живу прямо тут, в этом подъезде, на восьмом этаже, - сообщает мне по дороге брюнет, как бы между делом, приобнимая меня, помогая идти, ведь я ещё шатаюсь, аки пьяная лодка.       Ахаахахах, зловеще смеюсь я своим мыслям, понимая, что меня это вполне устраивает. Продолжай, Тигр, не останавливайся, хихихи.       - Так что... Придётся проехаться на лифте. Ты их не боишься, случайно? - он оглядывается на меня, когда нажимает на кнопку.       - Немного... Но этот вроде новый, свалиться не должен. Да не, я знаю, что падать они не должны, да. Но страх есть страх. Самолёты тоже редко падают... Лифт не самолёт, но летает. Ну, как летает, ну, он же двигается вверх? Да что ты ржёшь? - недоумеваю я, когда мы заходим внутрь.       Он нажимает кнопку с цифрой «восемь», тихо смеясь. Видимо, я опять кажусь ему милым или несу ахинею, что вероятнее всего.       - Можно спросить? - вдруг прерываю я молчание, когда мы трогаемся с места.       - М? - переводит Макс на меня взгляд, прислоняясь к стене спиной.       - Как ты оказался там? То есть, ну, так вовремя, будто следил, а потом в нужный момент показался.       - В нужный, не то слово! - вздыхая и мотая головой, отвечает он.       Я немного сконфузился, ведь, я действительно был в тяжелом положении и, если бы не он, то...       - Да и вообще, этот вопрос стоит задавать мне, а не тебе. И как ты только нашёл мой двор и этих отморозков... - как-то даже сердито продолжает он. Мне так не ловко. Что мне ему сказать?       - Я... Я просто плутал по городу. Это помогает думать. Чёрт. Я забыл, что это слово теперь нельзя употреблять в лексиконе... Млять. Ну, не важно, - заметив его лёгкое удивление и не понимание, я всё же пояснил: - Просто именно из-за таких вот раздумий и гуляний, и прочей философской фигни я и оказался во дворе, помог одной барышне, а в результате мне бы никто не помог. Ну, кроме тебя, конечно.       - Ха, хорошо тебя, однако, занесло! Знаешь, отсюда до школы более шести остановок!       - Что, правда? Хах, ну да, не хило... - задумчиво тяну я, выходя вслед за ним из лифта, - и всё же – как ты меня увидел? Я не знал, что ты тут живёшь. А ты не мог знать, что я буду у тебя под окнами... – продолжаю я.       - Случай. Видать, судьба тебя любит... - говорит Максим, ища ключи в кармане.       Конечно, да, щас! Любит она меня. Да я в её чёрном списке номер два. Сразу после неудачника Джейна...       - Сижу я, значит, у себя в квартире, чай пью, уроки делаю. Скучаю, телек сморю. В общем, Цезаря за всеми делами изображаю. И тут просто, ну, знаешь, случайно, голову поворачиваю к окну и вижу, местная шпана под окнами дерётся. Я сначала подумал – наверное, опять не поделили пойло. Они редко руки распускают, но этих я лично знаю. Главная головная боль местного района. Была. Потом мой дядя их на место поставил, те аж за сто метров теперь его обходят. Ну, и меня тоже знают. А потом всматриваюсь – а там ты! Я ахринел, так, немножечко, знаешь ли. И даже растерялся по началу. Я хорошо помню, что один из них уже сидел за разбой. Так что я не на шутку перепугался, скажу тебе! Ну, и я, в чём был, только куртку успел накинуть, вылетел из квартиры и сбежал по лестнице. Ну а дальше – ты и сам знаешь.       - Ты меня правда спас. Не знаю, что бы они там со мной сделали. Я к такому явно был не готов. Однако, как быстро ТЫ их раскидал! И говоришь, ещё с восьмого этажа по лестнице бежал? И не устал?! Пипец... Мне бы так!       - Да уж. Я испугался, то есть... за тебя переволновался, пока бежал. Боялся, что могу не успеть. Я даже не помню, как сбежал по лестнице – будто сделал это в одно мгновение! Так что больше так не пугай меня, Ал! Понял?! – вдруг повысив голос и развернувшись в мою сторону, выпалил Макс, ещё даже не открыв дверь.       Его глаза сверлили меня словно нефтедобывающая установка, а на лице застыла какая-то немая угроза, ультиматум, последнее предупреждение... уж не знаю точно – что, отчего я невольно вздрогнул и сглотнул. Я не испугался, да и Макс не ставил сейчас такой цели, но в тот момент я вдруг заглох и без слов, медленно закивав головой и пряча от него глаза, опустил голову, словно виноватый щенок. В тот момент я просто понял, что за меня не на шутку испугались. Ну, и поставили мою нахальную и самоуверенную личность на место. Или вернее сказать – указали, что оно там, где безопасно, а это... с ним? И почему-то я не сострил, а безмолвно подчинился его словам, обещая быть... осторожным? Я сам толком не понял, что обещал – не попадать в такие ситуации, а это слово я не смогу сдержать, или попадать только вместе с ним?       Да уж, на его лице я впервые видел столько... ярких, беспокойных эмоций, казалось даже, что он вдруг выплеснул их все, что вскипели у него за это время, может даже, за весь день. И сейчас вид у него был угрожающий и при этом нервный. И мне, что самое странное, было всё равно комфортно с ним, даже сейчас! Я заметил, что при всём том, что рядом с Тигром меня никогда не охватывал страх, неудобство или неприятное смятение, его сильная натура действовала на меня как кирпич, положенный на панцирь черепахи, порой подавляя.       Но мне это нравится, это даёт странную уверенность в безопасности и надёжности. Я могу позволить себе расслабиться и подчиниться, уступая ему лидирующую позицию... во всём. Что удивительно, раньше я такого никому не позволял... Наверно, всё дело в том, что Максим, помимо явного вида альфа-самца, имел ещё и свойства одиночки – он был достаточно силён, чтобы не подчинять силой или убеждением, а, просто находясь рядом с тобой, он создавал такую атмосферу, что это выходило само собой. Или, может, мне нравилось ему подчинятся, и это будоражило потаённые уголки моего сознания? А может я просто инстинктивно уступал место более сильной натуре во избежание конфликтов? Я не знаю, но уверен, так не выйдет ни у одного лидера «стаи», вроде Алекса, которому нужно было напоминать своим подчинённым, где они находятся по рангу.       Повисшая уже на минуту тишина была нарушена звуком открывающегося замка. Макс не смотрел на меня, когда продолжил:       - А что до приёмов... ну, не зря же я хожу в разные секции, правда? Вот, теперь это хоть пригодилось, - усмехается он своим словам.       Он заходит первым, открывая дверь и протягивая мне руку, мягко продолжает: – Проходи, чувствуй себя, как дома!       Его голос звучит уже спокойнее, руки расслаблены, а во взгляде я вновь вижу добродушную ухмылку. Удивительная метаморфоза. А раньше я думал, что он сдерживает свои эмоции, но как оказалось, я не всегда прав.       Зайдя в квартиру, я устало опёрся спиной о стенку, медленно разуваясь. Медленно и как-то лениво. Не знаю, почему сейчас, но меня вдруг охватила дикая усталость, какой я не испытывал очень давно. Не только физически, но психологически, ментально. Я был измотан, мне ничего не хотелось больше, чем лечь сейчас на диван и просто закрыть глаза. Не двигаться, не говорить, не думать... даже не дышать. Исчезнуть в прострации, раствориться в вечном бытие. Но вместо этого мой мозг, и так перегруженный и травмированный, продолжал меня мучить, продолжал рассуждать и думать.       - Ты в порядке? – настороженно отозвался брюнет, так же раздеваясь, - только честно. Ты же понимаешь, что я тут же увижу по тебе, правда это или нет, - участливо, и в тоже время строго, спросил Макс и внимательно посмотрел на меня.       Я поднял глаза, встречаясь с ним взглядом. Я не хотел врать, но...       - Да, - протянул я, в тоже время, качая головой, - Нет, - тут же, на выдохе, перебил я сам себя. Я запутался в своих мыслях, отчего просто устало развёл руками. - Я... не знаю.       И я, правда, не знал. Тяжело вздохнув, понимая, что не ответил конкретно, запрокидываю голову вверх, закрывая на мгновение уставшие глаза. Не хочу отвечать, но даже сквозь разделяющее нас пространство я начинаю чувствовать, как вновь нарастает напряжение.       - Я не знаю, в порядки ли я, правда. Но сейчас мне лучше, чем десять минут назад, это точно. Всё... всё так запутанно, я ещё сам не разобрался во всём, что сегодня случилось. Мне... мне нужно время, чтобы придти в себя. Потом, возможно, я всё расскажу, - я открываю глаза и неотрывно смотрю в пустоту впереди себя, когда говорю это.       - Хорошо... я понимаю. А пока, просто отдыхай, - кивая головой, говорит Максим, вешая мою куртку, - ты что будешь есть? А то если ты не был дома, то не обедал и не ужинал ещё. А я бы мог приготовить поесть и не на скорую руку, - идя в сторону кухни, продолжает он, не отводя от меня глаз.       - Да. Я голодный, как уличная псина! Если я тебя не нагружаю, то...       - Ха, нет, напротив, ты меня совсем не напрягаешь, мне тут скучно одному. Дядя уехал по работе, завтра только днём будет, а твоя компания мне очень приятна. Да и чтобы готовка меня не радовала? Это моя основная обязанность по дому уже лет десять, наверно! - и Максим тихо хмыкает, проходит дальше.       Я не удивлён этому, всё-таки жить с холостяком – многому научиться приходится, например, – готовке. А ещё приятно знать, что я ему совсем не в тягость буду. Но я хотел спросить не это.       - Слушай, я не хочу показаться навязчивым или наглым, но... Я могу воспользоваться твоим душем? Просто я ужасно замёрз там, и меня всего извозякали по асфальту, было бы не плохо...       Но я не успел закончить, как Макс, странно, но приятно, улыбнувшись, указал пальцем на дверь и сказал:       – Тебе вон туда. И не спрашивай такие глупости. Я же говорил – чувствуй себя как дома. Расслабься, я за тобой немного поухаживаю и присмотрю. Иди, я принесу тебе халат.       Он ушёл куда-то в другую комнату, а я стоял, немного не догоняя его слов. Какая... странная забота. Словно мы уже давно знакомы и знакомы не только как друзья. Ай, ладно тебе, Сань. Просто он вошёл в твоё положение. Вот и всё. Не ищи никаких намёков, где их нет! Он же твой друг, в конце концов, причём настоящий...       Стараясь больше ни о чём не думать, я зашёл в ванную с грузной, наполненной мыслями, головой. Взяв из рук Макса полотенце и халат, я уложил их на тумбочку и закрылся. Не стоит думать о его поступке сейчас. У меня впереди ещё целая вечность и эта ночь, о которой пока тоже лучше не думать. Почему? Потому что мой мозг сделает всё, чтобы извратить это действо до неузнаваемости. Он мне помогает. Это главное. Мотивы пусть будут ведомы только ему; я верю Тигру, верю как никому другому. Он никогда не предаст и не обидит. Не подымит руку на меня и не пошлёт куда подальше. Откуда я это знаю и почему так в этом уверен? Может, я очень доверчив? Пускай, но мне кажется, он из тех людей, что строго следует кодексу чести и морали. Почти как я... Иначе я бы и не влюбился в него. Добрый Тигр. Верный Тигр...       Я устало зеваю, потягиваюсь, морщась от боли по телу, и начинаю раздеваться. Наткнувшись на зеркало, я ужасаюсь своему измотанному, потрёпанному виду. Жалок, как же ты сейчас жалок...       Разглядывая себя, вижу пару синяков и ссадин, но в остальном, я в порядке. Физически. А вот внутри чувствую себя как изношенные до дыр носки или как использованная проститутка. Фу, плохое сравнение.       Включаю воду и, долго привыкая, залажу в ванну. Мышцы всё ещё напряжены и немного болят, но всё терпимо. Горячие струи обтекают тело, согревая. Хорошо. Тепло расходится по всему организму, а вода смывает грязь. Причём, не только ту, что снаружи. Я устало опираюсь руками о стену, подставляя спину мягкому потоку, и закрываю глаза. Я не хочу сейчас ни о чём думать. Не хочу. Мне нужно просто расслабиться и уйти от всего, что случилось. Не вспоминать. Выбросить из головы и забыть как страшный сон, как всё утро. Завтра, я всё обдумаю завтра, а сейчас... Нужно просто забыться.       Я вздыхаю и, осторожно сняв резинку с волос, запрокидываю голову вверх, подставляя её воде. Я не знаю, сколько я так стоял. Время стало для меня чем-то эфемерным, не существующим в тот момент. Потом, всё-таки придя в себя, я начал изучать ванную, осматривая тюбики и бутылочки со всем, что там стояло. Наткнувшись на шампунь с запахом кофе и какао, я, не задумываясь, намылил им голову, просто потому что решил – именно так пахнут Его волосы. Запах действительно приятный, не терпкий, лёгкий и пряно-сладковатый. Хочу прикоснуться к ним, чёрным, как жидкая ночь, шелковистым, щекотящим подушечки пальцев, волосам. Зарыться в них пальцами, вдохнуть аромат, поцеловать в макушку. Да, я просто долбанный извращенец...       Непроизвольно, не знаю, с чего всё началось, но я поймал себя на мысли, что уже не одну минуту стою возбуждённый под горячим душем и... ласкаю себя. Вожу рукой по телу, второй опираясь о стену. Ха. Что же я делаю?...       Остановиться я уже не могу, попав под власть сладкого приятного плена, который туманит мой разум и живо рисует образ Тигра. Ну, и что я могу сделать? Чёрт! Как же это слабовольно! Я жмурюсь, задрожав и тихо застонав, ловя себя на мысли – я делаю это в его доме, квартире, душе! И это возбуждает сильнее, я чувствую запах, которым пахнут его волосы и кожа. Я представляю, как он моется, растирает своё тело, а пена медленно расползается неравномерными комочками по нему. Голый, мокрый, сексуальный. Ам, это не выносимо! Божественно... Смотрел бы и смотрел на это. Нервный стон подтверждает мои мысли, а тело вторит ему, заставляя прогнуться в спине от волны возбуждения. Я лишь надеюсь, что меня не слышно и звук падающей воды заглушает всё то, что я делаю. Чёрт, как же стыдно! Как приятно... Ммм, боги!       Я разворачиваюсь лицом вперёд, подпирая спиной стенку, чтобы не упасть, и осторожно опускаю руку на бедро, ещё не уверенный в том, что я действительно собираюсь сделать. Но стоит мне прикрыть глаза и позволить мозгу немного воли в фантазии, как моя рука сама оглаживает кожу, ведя пальцами вверх, до груди. А потом обратно, ниже. По торсу, ниже, к поясу и ещё ниже и ниже. Вздрагиваю, когда ладонь касается уже затвердевшей плоти, и невольно сжимаю челюсть, впрочем, вовсе не от боли. Пальцы сами собой привычно сжимаются вокруг головки, а тело вздрагивает, предвкушая долгий и приятный процесс. Я поджимаю губы, чтобы сдержать рвущийся из горла полу-стон полу-вздох, когда провожу пальцами по горячей влажной коже, по всей длине, специально задевая уздечку кончиками пальцев. Снова тихий стон...       Я представляю, как он стоит передо мной на коленях, тоже обнажённый, а струйки горячей воды стекают с его плеч, по спине, вниз по бёдрам... Он как всегда невозмутимо расслаблен, ни грамма стеснения или нерешительности, в отличие от меня. Его взгляд привычно мягок и прищурен, но есть что-то новое, дикое, властное в нём. Сейчас он похотливо озирает меня, каждый сантиметр, каждую клеточку тела, а когда поднимает глаза – они нахально впиваются в душу, заставляя стонать уже от этого пристального взгляда. Он успокаивающе оглаживает талию и ягодицы, не стирая с лица ухмылки. Я тащусь просто...       Впрочем, долго бездействовать он не может. Чуть облизнув губы, он начинает изучать меня... несколько тщательнее, уличая чувствительные места. Проведя по торсу рукой, он уверено спускается вниз, внимательно наблюдая за моей реакцией. Одной рукой лаская ствол, а второй медленно массируя мои яйца, он не отводит от меня глаз, отчего я уже готов кончить. Я смущен до бесконечности, но ничего не могу поделать – он действительно взял всю инициативу на себя, и, стоит мне отвернуться, как он сильнее сжимает свою руку, не больно, но ощутимо, заставляя смотреть в глаза. Зелёные, хитрые, полные желания и вожделения. Я уже сдался, не в силах сопротивляться этому прекрасному садисту, я тону в ощущениях, в зелёной пелене, позволяя делать с собой всё, что ему захочется. Макс улыбается краешком губ, прислушиваясь к моим стонам, прерывистым вздохам и довольный чуть приоткрывает рот... Я сглатываю, смотря на эту картину, я знаю, что он собрался сделать. Боже, как я этого хочу! Да, Тигр, ну же! Я почти предчувствую на его губах солоноватый привкус. Он шепчет на это лишь ехидное:       - Какой ты нетерпеливый, Ал, - и утробно, еле слышно смеётся.       Я лишь могу недовольно фыркнуть и сильнее сжать пальцы в кулак. Я не властен над ситуацией, я уже это понял, и почему-то мне это нравится. Подчиняться ему вот так. Смотреть, как он меня мучает, изводит, заставляет просить. Я мазохист?       Наконец, Тигр снисходит до реальных действий, заставляя простить всё! Он ведёт языком вдоль всей длины члена, аж до основания мошонки, продолжая играть пальцами с яичками. Громкий стон сам срывается с моих губ. Боги! Я больше не в состоянии смотреть на это. Я задираю голову вверх, зажмуриваюсь, чуть двигая бедром вперёд. Этот, пока что немой, сигнал он тут же увидел и понял, ускоряя темп своих движений, заглатывая плоть, водя языком, чуть прикусывая кожу. Откуда я знаю, что он мастер на все руки и... прочие части тела? Но, чёрт побери! Его язык, ну просто бесподобен. Ах-ха, будто может быть иначе. Мне не важно, откуда он знает что делать, главное сейчас, он делает всё как... надо. Просто прекрасно...! Ммм. Боже, я улетаю...       Темп нарастал, как и давление его губ, я больше не мог сопротивляться своему телу, начиная двигаться вместе с ним, заставляя его принять меня глубже. Заглотить полностью... Да! Мммм... Я прикусываю тыльную часть ладони у большого пальца, чтобы не застонать в голос. Ему нравится, похоже, не меньше, чем мне, ибо, услышав меня, Тигр сбавил обороты, сосредоточившись на головке, приближая время разрядки. Его язык, мягкий, чуть шершавый, скользит по уже влажному от первых капель органу. Я чувствую, как он едва ли не мурлычет от удовольствия. Я готов уже излиться, больше не в силах сдерживаться, но он вовремя зажимает большим пальцем маленькое отверстие, продолжая ласкать «корону» члена, ускоряя темп, нетерпеливо и небрежно целуя, поглаживая, подключая руки. Ммм!! Пожалуйста, прекрати же меня мучить! Но он, конечно, всё сделает по-своему, заставляя вцепиться в его чёрные, как смоль, волосы, притянуть ближе наглый рот. Ему так нужно, чтобы я просил? Садист! Обматерить, говоря «Ну же!», а после, шипя сквозь зубы его имя, нетерпеливо облизать сухие губы и задрожать в его объятиях, когда он всё же разожмёт руку. Он хочет видеть и слышать именно это. Громкий стон, тело, содрогающееся от оргазма, и потухший, но всё ещё полный тумана сладких желаний взгляд.       - Макс... Тигр, - шепчу я, кончая себе в руку.       Тяжёлое тело, оседающее под собственным весом, сбитое дыхание и муть, стоящая в глазах. Вот он – оргазм и страсть в одном флаконе. Так сладко, так хорошо! Боль внешняя, в теле, затухает. Внутренняя же растворяется в прерывистом дыхании и в звуке воды.       Любимый мой, что бы я без тебя делал? М? Всё же, как же ты меня порой выручаешь! Даже просто являясь средством избавления от всех невзгод. Да, звучит как-то по собственнически. Какой же я эгоист! Использую тебя и твой светлый образ в столь пошлой, грязной работе! Ахахаха, ай, негодник, какой же я извращенец! Спасибо тебе, сладкий, что всегда рядом, что всегда настаиваешь на своём, что всегда берёшь инициативу на себя, а то я никогда не смогу сделать это сам. Ты всегда рядом. Мой тигр. Жаль, что только в моих потаённых мечтах...       Я сидел под потоком воды, освежая голову, и тихо смеялся. Не могу сказать – почему. Просто в тот момент мне всё казалось уж очень не реальным, похожим на что-то среднее между фантастическим порно фильмом и слезливой мелодрамой. Фантазии, разговор с самим собой... Даже подрочить успел! Какая забавная у меня жизнь! Ещё бы последнего в ней было побольше...       Я провёл рукой по лбу, убирая мокрые волосы, и медленно вылез из ванной. Уж что-то я слишком засиделся здесь. Мне стало лучше, действительно лучше, но теперь немного клонило в сон. Я быстро вытерся, оделся, правда, только в трусы и майку, штаны надо бы постирать. Попрошу Макса включить машинку, засуну их туда, всё равно я остаюсь у него на ночь. О, боги! Я только сейчас осознал это на сто процентов! Я! Остаюсь! Тут! НА НОЧЬ! Это уже звучит столь же страшно и прекрасно, как имя кого-нибудь из тёмных демонов или богов.       Аааааааа...! Паника, паника, паникааа! Боги, как... что? Так, нет, стоп! Приди в себя, слышишь? Приди в себя! Уф. Что делать, что делать, что делать?! С этими мыслями я выхожу из душа, кутаясь в тёплый, махровый, тёмно-зелёный халат и суша волосы полотенцем. И тут меня осенило - а может, ну её, панику, просто расслабиться и получать удовольствие? Я всё-таки в гостях у своего Макса, а я так хотел сюда попасть! Такая халява, ей-богу, за все мои страдания назначена свыше! И я, уже успокоившийся и довольный, иду в сторону кухни, на звук под название «Еда!». Ммм... Пахнет вкусно, нельзя сказать определённо, но похоже на что-то мясное.       Заворачивая по коридору на кухню, я увидел довольно большой круглый стол, уже накрытый на двух человек. У меня вдруг мелькнули мысли о свидании, но я тут же их выбросил, мотая головой.       Макс стоял у плиты, над чем-то увлечённо колдуя, похоже, ему действительно нравится готовить. Он меня не заметил, и я был этому рад. Тихо сев за стол, я начал наблюдать за его телодвижениями, дивясь его грации в таких мелочах. Я сам готовил неплохо, но крайне редко и только когда не было иного выхода. Ибо лень. Потому - любой человек готовящий вкусно, а еда Макса пахла ну прямо слюновыделительно, вызывал у меня не предвзятое уважение.       - Что готовишь, Макс? Пахнет просто волшебно! – в конце концов, говорю я, не выдержав тишины.       Он на секунду остановился в той позе, в которой был, после чего, не поворачиваясь, хихикнул:       - Курицу. Курицу с грибами под острым соусом, гарнир из жареной картошки и салат из свежих овощей. Можешь пока налить себе чего-нибудь, ещё несколько минут и будет готово.       - Ты... Ты реально это всё готовишь сейчас? Как... Когда успел? – тихо дивясь, я едва не подскочил со стула, озираясь почему-то по сторонам, - жареная картошка, курица, салат... На это надо часа два не меньше! И, ну, для ужина как-то многовато. Не стоило себя так напрягать, я пока не пухну с голоду. Можно было банально сварить сосиски и макароны, мне бы хватило...       И ведь действительно, куда проще было бы сварить что-то, нежели готовить всё вручную. Тут я почувствовал себя каким-то нахлебником, как дальний родственник, приехавший без предупреждения. Я не хотел становиться для Макса обузой.       - Ал, не неси чушь, - ухмыльнувшись, перебил меня Тигр, и его тихий баритон звучал спокойно, даже нежно, - я сам захотел это приготовить, а не ты меня заставил. Для себя я могу варить, жарить и так далее, что хочу и как хочу, даже вообще не готовить, а есть что попало. Но сейчас ты мой гость, я хочу тебе угодить. Я же говорил – расслабься и дай мне немного за тобой поухаживать.       Я не видел его лица, но чувствовал, что он привычно хитро улыбался, вкладывая в эти слова какой-то свой особый смысл. Что я мог возразить на такое? Конечно, просто смиренно принять столь приятную манящую перспективу, улыбаясь своим потаённым мыслям. И ждать, пока я смогу вкусить плоды его... деятельности.       - Ладно, ладно! Я же ничего против не сказал. Ну, это просто очень приятно и... неожиданно. Я чувствую себя как-то странно, то-то и всего. Немного... смущённо.       Я перевёл взгляд со стола обратно на Макса, пробегаясь взглядом по его спине.       - О, ну что ж. Я люблю тебя смущать, это забавно и мило, смотреть, как ты краснеешь по таким пустякам, - хихикнув, ответил мне брюнет.       Он дорубил салат и снял свой фартук, повесив на крючок возле раковины.       - И никакой язвы?! Что, даже ничего мне не возразишь, а? Ты любишь уходить с это темы, - продолжая улыбаться, он подходит к холодильнику, доставая пару алюминиевых банок с газировкой.       Когда он захлопнул дверь, я устроился поудобнее на стуле, оперевшись щекой на руку, согнутую в локте, внимательно смотря на Тигра. Он сделал пару шагов в мою сторону, прежде чем застыть как статуя со странным, не читаемым выражением лица, протягивая в руке банку, медленно опуская её на стол рядом со мной.       - А с чем тут спорить? Это факт, как ни крути. Тебе просто нравится меня всячески изводить, но сейчас я не поддался на твою коварную уловку, - хитро улыбаюсь я, лениво переводя взгляд с банки, что я подтягиваю к себе, на его красивые глаза, в которых я вижу отражённые лучики тёплого света.       Он молча сглатывает, быстро смиряя меня взглядом, после чего резко отстраняется, отходя за блюдами обратно к кухонному столу, косясь оттуда на меня со странным прищуром. Немного отпив из банки холодной сладкой воды и поморщившись от ударивших в нос пузырьков, я несколько раз моргаю и поворачиваю голову немного вбок, чуть подымая бровь и улыбаясь. Какая забавная реакция...       - Что? Что не так? – мягко и наигранно удивлённо спрашиваю я, всматриваясь в его лицо.       - Да так, ничего. Просто... Я не видел тебя ещё в таком состоянии, - хрипло и тихо произносит Тигр, отчего его голос кажется сбившимся.       - В таком состоянии? – повторяю я за ним. - Это в каком же?       - Ну... Хотя бы в халате и с распущенными мокрыми волосами.       Тут он вдруг выругался про себя, будто сожалея о своих только что сказанных словах. Его тон мне показался столь странным и не похожим на обычный, а ситуация комичной, что я не сдержался и засмеялся в голос. И я смеялся и смеялся, даже когда Макс с неписанным недоумением на лице сел напротив меня, смутившись словно девушка от комплимента, что вызывало у меня лишь ещё один приступ гомерического хохота. Он ничего не говорил, пока я не успокоился, но и на его лице зияла улыбка до ушей. Да, смех он заразителен!       - Что ты смеёшься? – наконец говорит он, слушая, как я тихо отсмеиваюсь, уже даже закашлявшись.       - Прости, аха-ха... Просто это было так... мило! Да, теперь я тебя за смущал?! Да? Уже в который, в третий раз...? Да? Есс! – весело заметил я и радостно подмигнул ему, когда, сжав кисть в кулак, подтянул руку к себе в жесте удовольствия.       Макс снова улыбнулся, молча кивая мне на это головой, мол, – да, всё верно, чувак!       - Ладно, я приму это как комплимент, - продолжил я уже спокойно. - На самом деле я так всегда хожу дома. Только может не в халате. Так что я привык, а для тебя это ново. Хотя сильно же я не изменился?       - Да, точно. Но, знаешь, я был бы не против, даже за, если бы ты так всегда ходил, - с привычной хитринкой в голосе говорит брюнет, накладывая мне в тарелку еду. Он внимательно осмотрел меня, ненадолго останавливая взгляд на моём лице, его глаза теперь излучали только нежность и интерес. - Тебе очень... идёт эта причёска. Я не видел в живую парней с длинными распущенными волосами, и мне это как-то не особо нравилось, но, знаешь, тебе идёт ! И я не хочу, чтобы ты их обрезал когда-нибудь. И, нет, это не делает тебя женственным больше, чем есть, даже не думай. Почему ты не носишь просто распущенные волосы?       - Я ношу, да и мне самому нравится так ходить. Но в общественных местах предпочитаю выглядеть всё-таки более естественно для парня. Если их распустить, то они будут смягчать мои черты лица. Да и ты сам сейчас видишь же! Если ты считаешь меня милым, то без хвоста все все начнут. Ну, мне так кажется. Хотя, ради прикола, я могу как-нибудь придти в школу с нордскими косичками по бокам в распущенных волосах.       - А ты приди! Это было бы шикарно. И, кстати, я считаю тебя милым не порой, а всегда. Это просто констатация факта, по крайней мере, для меня. Ты очень симпатичный парень, может, не все это видят, но поверь мне, это так.       После этого Макс осматривает меня снова, будто видит в первый раз, а его глаза сверкают какими-то странными, зелёными искорками. Я на мгновение вспоминаю свою похотливую фантазию в ванной, отчего по телу пробегает холодная, электрическая дрожь, как от разряда. Но наваждение столь же быстро уходит, как и появляется, оставляя после себя пряное послевкусие.       Я, не в силах совладать с собой, вновь краснею, на что вскоре получаю в ответ короткий и довольный смешок. Значит, я симпатичный да? И почему я тебе не верю? Впрочем, зачем тебе мне врать? Может, я в твоём вкусе? Ну что ж, это приятно слышать, Тигр. Ты не представляешь насколько...       - Подхалим... – фыркая, отнекиваюсь я, но на губах играет усталая улыбка. Я уверен - у нас обоих. - Но это приятно слышать - хоть кто-то так думает, кроме мамы, - смеясь, продолжаю я, - ещё приятнее слышать это от... красавчика вроде тебя. Вы у нас с Алексом в классе эталоны красоты. Удивительно, что на тебя ещё никто не запал... – при этих словах я жмурюсь, понимая, что несу чушь, при этом сам себе отчитываясь, что это не так. Ведь есть, как минимум, я.       Максим замер, смиряя меня взглядом, а в его глазах читалось едва ли ни недоверие и пренебрежение к моим словам. Он хмыкнул:       - Красавчик, да? – после чего он лишь издал короткий, сдавленный смешок и отвернулся, смотря перед собой куда-то в стену.       - Что? Ты ж сам меня тут только что комплиментами заваливал, мне уже нельзя ответить благодарностью на благодарность? – притворяясь возмущённым, отвечаю я, пытаясь обратить на себя его внимание, - ты вообще-то красивый парень! Это так... не очевидно что ли? Но это правда...       - Ха, так ты серьёзно сейчас? – перебивает он меня.       - Да, блин, ну, конечно!       Он переводит, наконец, взгляд на меня, сощурившись, от чего его глаза кажутся мне неестественно зелёными, будто в линзах. Как листва джунглей, как изумруды, как яркая окраска зелёных попугаев, как... у меня уже нет подходящих эпитетов, описывающих их цвет и тот взгляд, что я вижу. Я просто теряюсь и не нахожу ничего, что бы шло с ним в сравнение. Да, я знаю. Я просто влюблённый дурак, который завёл разговор в опасное русло. Я ведь могу себя выдать...       - Хм, с чего ты это взял? – всё ещё не веря моим словам, спрашивает он.       Я демонстративно закатываю глаза и тяжело вздыхаю, качая головой, показывая, что это уже тяжёлый случай. После я нервно засмеялся, не веря его словам, думая, что он шутит, или разводит меня на дружеское подхалимство. Ну, типа – ну давай, скажи мне, я же симпатяга, да? По крайней мере, Вовка любил это делать. Он тоже меня называл милахой, правда, скорее в шутку, или чтобы подразнить, нежели как комплимент. Но это же не я, это Макс! Тигр! Ну ладно я, весь такой скромняга гном, но он-то почему не верит в то, что притягателен, симпатичен? Да что там, чертовски красив, ну просто секс (рок-н-ролл и наркотики)! И всё в одном флаконе, да! Он как лакомый кусочек аппетитной вкусняшки, заманчиво лежащий в полупустом холодильнике вместе с брокколи - ну не может не быть желанным глазу! Разве это не очевидно? Макс, ау! Ты... ты действительно не догадываешься, насколько привлекателен? Ещё скажи, что ты «так себе»! Да как так-то? Или это я такой ненормальный и единственный, кто это видит? Я ушам бы своим не поверил, если это так! Это же уже низкая самооценка, которой у альфы-одиночки быть не может!       - Макс, ты... ты прикалываешься что ли? Ну скажи, ты же меня разводишь на комплименты! Ты ведь понимаешь, что это простая истина, а? Как ты говоришь - констатация факта? Ты чертовски приятный, привлекательный молодой человек, ибо назвать тебя пацан у меня даже язык не поворачивается, ты выглядишь старше своего возраста лет на пять! Просто... секси-шмекси, мля! А, погоди, а-ха-ха, я понял! Это всё специально, чтоб я тебя убеждал в том, что действительно видно не вооружённым глазом?! Ну, потому что это же очевидно, не знаю, de facto!       Всё это время молчавший брюнет не поднимал на меня глаз, смотря в свою тарелку со странной улыбкой на лице, и просто слушал мои вдохновенные любовные восклицания, думая о чем-то своём. Потом он вдруг меня остановил:       - Честно говоря, меня никто раньше не... называл ни красавчиком, ни симпатягой или тому подобное. Да и я себя таким не считаю. Во мне нет... ничего милого, как в тебе, или смазливого. Знаю, я, конечно, не урод - да? – он тихо засмеялся, подымая на меня тигриные глаза, - но и назвать меня красивым как-то... неправильно.       - Чё?! Не... Неправильно? Да они, кто там тебя не называл, обзывал, - а, не важно, - были слепыми! Ты – очень красив! И здесь не только дело вкуса, кому-то вон, Алекс нравится, он по нему сохнет... – тут я прервал свой поток негодования, на секунду вспомнив Андрея, отчего невольно поморщился. - Но есть же определённые эталоны красоты. Эстетики. Ты обладаешь аристократичной внешностью, при этом ещё и не утрачиваешь чисто мужской брутальности! Сам посмотри – ты высокий, это уже плюс, ибо такие ути пусичные карлики, как я, нравятся не многим. У тебя шикарное тело, ты не дрыщ и не жирдяй, не качок, но при этом у тебя есть мышцы, причём не только для красоты, ты ещё и чертовски сильный, это и так видно, и здоровый, как бык. Ты обладаешь интересными, приятными чертами лица, такие не у всех актёров или моделей-то бывают. У тебя апупенный голос, ты хорошо одеваешься, есть свой стиль. Да этот список можно долго продолжать!..       - Так, ладно, ладно. Стоп! Всё, я понял, я всё понял! Спасибо... – вдруг засмеявшись в голос, остановил меня Тигр, махая в воздухе руками.       Он не смотрел на меня, а потом и вовсе спрятал лицо, потирая его руками, при этом он не переставал смеяться. Чёрт, а я давно не слышал у него такой простой, непринужденный смех. Как это приятно... Его голос, он действительно апупенный: бархатистый, без визгливых ноток, как бывает при смехе. Боги, да мне всё в нём нравится! Но почему он...       - Ух, всё... Саш, не надо так больше. Или предупреждай заранее, окей? – приветливо улыбаясь, говорит он.       - А... в чём дело-то?       - Да всё уже в порядке. Просто ты меня в краску вогнал. Удивительно, но факт – ты первый, кому это удалось, ха-ха-ха!       Тут я присмотрелся к его лицу и, не смотря на довольно тусклый жёлтый отсвет от ламп и уже сгустившиеся за окном поздний вечер, заметил лёгкий румянец на его щеках. Да быть такого не может... Максим умеет не только смущаться, но и краснеть? И это я его... так? О-хо-хо, разрыв шаблона! Но приятно, приятно...       - Кстати, о вкусе – ты ешь давай, а то уже остынет всё скоро! Потом продолжим как-нибудь эту беседу. Обязательно! – указывая на меня ложкой, коварно-обещающим тоном говорит Макс, принимаясь за еду.       И действительно, пора бы и поесть, а то в наших с ним хвалебных речах как между Петухом и Кукушкой, я успел проголодаться. Хорошо, что Макс вовремя меня перебил, а то, кто знает, так и до великих откровений не далеко! Или даже признаний...       Наконец, я отрываюсь от своих мыслей, пробуя курицу и картошку. Ну, как пробуя, я чуть-чуть откусил сначала, а потом во мне проснулся огромный голодный кабан и начал жрать, словно у себя дома. Я набил полный рот... всего, прежде чем понял, что брюнет застыл с вилкой у рта, косясь на меня с довольной и немного удивлённой ухмылкой. Я всё проглотил и, чуть усмирив свой пыл, продолжил есть, накладывая себе всего и побольше! Ом-ном-ном!       В своё оправдание я смог лишь сказать ему, что это чертовски вкусно! Я удивился, насколько он хорошо готовит, и не смог воздержаться от похвалы за столом, пускай он и просил меня прекратить это делать. Но то ли я говорил это с набитым ртом довольно забавно, то ли я был не первым, но он лишь довольно покачал головой. Еда была действительно просто изумительна, при этом без каких-либо излишеств – вкусно и аппетитно. Так что мы с ним вдоволь наелись, прежде чем пошли в его комнату; он – продолжить подготовку уроков на завтра, а я просто за компанию. Комната оказалась очень уютной, тёплой и полной интересностей. Макс даже не стал возражать, когда я начал не просто рассматривать всё, но ещё и копаться в вещах, добровольно и без возражений предоставленных мне и деловито раскиданных по комнате, будто специально перед моим приходом. Я даже успел поиграть за его приставкой, что было просто волшебно! Так что я чувствовал себя как король, в гостях у бога!       - Макс!... Я остаюсь у тебя дома! Жить, - рассмеялся я, когда он, закончив писать, посмотрел в мою сторону. Я сидел на диване, вальяжно распластавшись по всей поверхности, и смотрел на стены. - Мне тут нравится. Почти как у меня, только порядка и пространства побольше... Да, действительно – своя пещерка.       Максим мне ничего не ответил, лишь отодвинулся от стола на своём стуле, рассматривая меня, будто я только что появился из неоткуда.       Здесь был приглушённый свет, комната была необычно оформлена, действительно – под пещеру. Фото-обои были чуть смещены к двери, остальная часть была однотонной тёмно-серой, но с каменным рельефом. На полу лежал пушистый ковёр под шкуру белого медведя, а шторы и диван, последний довольно внушительных размеров, были спокойного бежево-деревянного цвета. Приятной деталью был большой роскошный чёрный кожаный кресло-стул, и ярко красная лава-лампа на столе. Она сразу привлекла мой взгляд, я видел, как в ней поднимались красивые кровяные шарики воска и так же мерно опускались потом вниз. Это успокаивало и манило глаза.       Так же здесь была и другая мебель, например: компьютерный стол и шкаф под потолок, уставленный множеством интересных книг, дисков, фигурок... А ещё лежало немало одежды, не сказать что разбросанной, скорее не убранной. Ха, по сравнению со мной, он не такая неряха. Хотя всё-таки мужчины не любят убираться. Точно, одежда!       - Макс, я могу тебя попросить кое о чём? – спрашиваю я, вдруг вспомнив про свои штаны и стирку.       - Да, конечно.       - Я могу у тебя постирать? Ну, мне, короче, нужно бы... – но не успел я закончить, как он понял всё без слов и вышел из комнаты.       Когда он вернулся, я уже занял его место в кресле, крутясь то в одну, то в другую сторону – развлекался, короче. Он сказал вроде, что уже всё, что надо, сделал, и отправил стираться мои вещи. По ходу – все, что я не надел. Он поднял одну бровь вверх, а в его глазах я увидел знакомый силуэт зелёных огоньков задора, которые уже не надеялся увидеть.       - Ты в чём сейчас сидишь? – с интересом спрашивает он.       - В халате, наверное... – осматривая себя, я делаю вид, что впервые его вижу, на что он по-доброму закатывает глаза. - А, ну ещё в нижнем белье и майке. А чтоооо? Я скрестил руки на груди оставаясь сидеть на месте и прищурился, высматривая его реакцию из далека.       - Ясно... А в чём ты собираешься спать, друг мой? Тоже в халате? Его голос звучит одновременно очень спокойно и очень заинтересованно.       А ведь действительно, об этом я как-то не подумал, отчего я робко тру нос пальцем.       - Знаешь, я ещё не спал в халате, но могу это провернуть, - улыбаясь, я развожу руки чуть в стороны.       - А не проще ли просто его снять и ходить так?       Его вопрос весьма логичен, только...       - Неа, я не могу. Я же печенька, помнишь? И не важно, что ты тоже парень и как говорится, ой, и чего я там только не видел, но... Я буду тогда ходить аки помидор. Ну ты это и так знаешь.       - И?.. Что ты предлагаешь? – заинтересованно спрашивает Макс, деловито хмыкнув и переводя ухмылку в откровенно коварный оскал, отчего по мне бегут мои славные, уже позабытые, мурашки. Как пару дней назад, стоило ему просто оказался рядом. Боже, я думал, это прошло, тело, ты чего? Опять возврат к супер чувствительности?       - У тебя есть длинная футболка? – мой вопрос вырвался сам, я даже толком подумать не успел.       Но идея мне понравилась, так что я в ожидании сел по удобнее, смотря как Макс отпрянул от стены, на которую опирался спиной. Он так же скрестил руки на груди, не смотря на меня, думая, что ответить. Затем он без лишних слов залез в свой шкаф и достал оттуда чёрную футболку, кидая её в меня.       - Вай, какая красотень! Откуда такая вещица? – взволнованно воскликнул я, когда развернул.       На ней был изображён Дарт Вейдер, причём, с обеих сторон. Похоже, нам нравится много больше общего, чем я думал! Никак иначе, он тоже от тёмной стороны в восторге?!       - Оу, «У нас есть печенки»?! – читаю я надпись ниже. - Боги, какая прелесть! Я тоже себе такую хочу! Где ж ты её взял?       - Я заказал её у дяди, когда он по работе уезжал в столицу. Так что – уж не знаю, как, но он нарыл. Она длинная и удобная, а главное – она с само́й тёмной стороны! – он тихо захихикал, смотря на мою реакцию.       - Класс. Но... это не всё. Ты не мог бы... эм, - я запнулся, не зная, стоит ли просить у него шорты, но потом всё-таки подумал, что щеголять в трусах перед ним мне совсем не хотелось.       - Дай угадаю, ты хочешь её забрать себе? – довольно кивая перебивает брюнет.       - Не, оставь себе такую прелесть, она к тому же мне великовата, как минимум в плечах. Я хотел попросить у тебя... шорты, желательно короткие.       - Ал, ты серьёзно? Будешь спать в одежде?! Да эта футболка тебе почти до середины бедра! Натянул и...       - Я бы всё-таки хотел спать... не... Короче, чтобы не смущать ни тебя, ни себя, а то я ночью от жары раскрываюсь.       - Если тебе жарко, можешь вообще голышом спать, - тихо прерывает он меня, не веря моим словам.       - Голым я дома могу ходить. Но не тут, и не при тебе. Я умру от... стыда, понимаешь? Я не могу так...       - Дома, значит, - каким-то мечтательным тоном отвечает он, - я же говорил, чувствую себя как дома... К тому же, совершенно не вижу причин для стыда. Смущения - ещё может быть, но стыда... Все тут свои... – однако, дальше Макс не продолжает, роясь у себя в шкафу и, наконец, извлекая из него бежевые шорты. Он неодобрительно мотает головой, но ничего не говорит, и с заинтересованной улыбкой просто подаёт их мне.       - Благодарю. А теперь - я пошел переодеваться! – важным тоном сообщаю я, после чего вижу, как он и вовсе всплеснул руками, выпуская меня из комнаты.       - А я так надеялся на стриптиз, - слышу я, вскоре отойдя от двери.       Ишь какой, наделся он! Приколист. Ха! Ну, не, он же не серьёзно?       Вскоре я вернулся, сконфужено отводя взгляд, заметив, что он сам раздевается. Никаких приличий! Хотя, с другой стороны, зачем они хозяину дома? Это ж Макс, ему нечего стеснятся. А мне вот есть чего, я не хочу лежать ша с хоботом в постели, так что всё, что я могу – отвернутся и не смотреть. Я не вижу его лицо, но знаю, что он увидел меня.       - А меня ты стесняться тоже будешь? Может, мне того, одеться обратно? - предлагает он мне, при этом совершенно серьёзным тоном, хотя я знаю - это сарказм.       - Да нет, думаю, не надо. Я просто могу ретироваться под одеяло и не смотреть. Я тихо смеюсь, понимая, что это уже перебор и полная нелепица, но что мне делать?       Тигр коварно цокает, а потом ведёт меня в другую комнату, в зал, в котором уже застелено две кровати. И это хорошо, иначе мне пришлось бы на полу спать, ибо лежать с ним на одном диване – это же моя мечта! Только осуществлять её не стоит...       Он выключает свет, и мы ложимся на места, друг напротив друга. Я устало закрываю глаза, мне хочется спать, но кажется, я не усну. Поворачиваясь на бок, я смотрю на его спину, прикрытую тонким белым одеялом. Я вижу сильные, красивые мышцы плеч и шеи и невольно задумываюсь о том, насколько силён этот человек не только внешне, но и внутренне. Я завидую ему, по-хорошему, конечно. Если бы я был таким же, как он, всего этого не случилось. Или всё-таки я ничего бы не исправил? Может, и так, но зато я смог бы вынести это один, стойко, по-мужски, а не искать помощи, не ожидать и желать её. Именно от него. Да, желать прижаться к этой спине, ощутить её силу, провести пальцами под майкой по смуглой коже, а потом вдруг оказаться подмятым под него, прижатым его телом, тёплым, даже горячим, к дивану. Почувствовать тяжесть живого организма, услышать тихое и мерное сердцебиение. Я хочу, чтобы его руки заботливо прижимали меня к себе, хочу, чтобы он был так близко, насколько это позволит кожа. Я хочу его. Узнать, насколько он может быть страстным и насколько нежным. И увидеть – что нужен ему. Неужели я так слаб, что не могу всё это почувствовать без него? Или я уже настолько слился с его образом, что стал желать этого сильнее, чем делать что-то самому? Ожидать от него помощи и поддержки, хоть чего-то большего, хоть крупицы внимания. Удивительно! Я не знаю его и недели, но уверен, что люблю его всем сердце и хочу лишь познать его заботу, его любовь...       Я тихо вздыхаю, мысленно прогоняя все думы. Я не усну, почти в этом уверен. Мой мозг будет всё обдумывать, лишая сна и отдыха. Но я счастлив. Наверно. Я тут, рядом с ним, так близко, что могу видеть, как он дышит, медленно опуская и поднимая грудную клетку. Я могу слышать его. И это не сон. Это действительно хорошее заключение дня. Но для меня он только начинается...