Ассасин

- Меня зовут Го, - голос незнакомца был мягким и спокойным, несмотря на нестандартность ситуации. – Не бойся меня, я – младший брат Рина и я не причиню тебе вреда. - Зачем ты здесь? – спросил Харука, убирая кинжал и отступая на шаг, чтобы видеть лицо юноши. - Я просто захотел тебя увидеть. Впервые брат сам привёз кого-то во дворец и поселил рядом с собой. Давно я не видел на его лице такой искренней улыбки. Со смерти родителей, - Го тут же помрачнел. - Я не намерен здесь оставаться. - Я знаю, я вижу, - кивнул омега, отходя на полшага назад. – Твои глаза говорят всё лучше слов. Кроме того, я уверен, что у Рина была причина, чтобы оставить тебя здесь. Ты совсем не похож на других омег, что были здесь. Ты не один из цветков его гарема. - Гарема? – спросил Харука, внутри похолодело и что-то неприятно сжалось. - Да, мой брат султан и у него есть гарем, как того требует положение. Но ты не такой, как они. Ты отличаешься, - увидев вопрос в глазах Харуки, он продолжил. – Твоё поведение ни на йоту не изменилось, после того, как ты узнал, что я – брат Рина, другие тут же стали бы лебезить передо мной, пытались бы завоевать мою благосклонность, чтобы приблизиться к султану. Тебе же плевать на моё положение и, что-то подсказывает мне, на титул Рина. - Ты прав, для меня не имеет значение его титул и положение. Между нами в любом случае ничего не может быть. - Почему? - Я скажу, но только потому, что мне нужен кто-то, кто сможет помочь мне, замести следы и отвлечь Рина. - Ты думаешь, я буду помогать тебе? - Да, если это будет на благо твоего брата и для его же счастья, - Харука не ошибался в людях, и сейчас тоже. Он знал, что ради брата Го сделает всё, что от него потребуется. – Посмотри на это, - Харука сдвинул браслет, надетый выше локтя, и юноша ахнул, увидев вязь символов, указывающих на то, что он – ассасин. – Да, ты уже всё понял. Твой брат был моим заданием, и я не выполнил его. - Тебя убьют. - За мной придут, - покачал головой Харука. – Но до того времени мне нужно будет покинуть дворец, иначе твоему брату будет грозить смертельная опасность. В Лиге не знают, кто был моим заданием, но они узнают, кто скрывал меня от них, а я не могу так подставить султана. - Ты – его пара, - Го понял всё. Теперь всё вставало на свои места, и было объяснимо. - Это не имеет значения, - мотнул головой Харука. Го понял слишком многое: им не быть вместе и неважно, чего они хотят. Султан не сможет выбрать парой ассасина, а учитывая, что ассасинов учат ничего не чувствовать, подавляют саму их природу и сущность... - Я останусь, но буду пытаться сбежать и если у меня получится, то я не вернусь. Так будет лучше для всех. Го молчал. С одной стороны, он был безумно рад за брата, которому улыбнулась удача, даровав встречу с истинным, что было сродни благословению Богов, но в то же время жестоко поиздевалась, выбрав ассасина. Это была насмешка Судьбы. Кроме того, Го видел, что этот омега не признал в Рине пару, своего альфу. Его разум отрицает сам факт этого, игнорируя чувства. Го снова напомнил себе, что перед ним не просто омега, перед ним – ассасин, беспощадный убийца. - Тогда почему ты пришёл сюда? - Я дал слово. - Я понял и сделаю всё, что в моих силах, когда придёт время. А пока, почему бы нам не попытаться хотя бы подружиться? Тебе так будет лучше, да и мне тоже, - Харука понял, что Го предпочтёт его компанию гаремным цветкам и придворной знати. - Для начала, как тебя зовут? - Харука. Го кивнул. Ему ещё многое предстояло осознать и переосмыслить, но сейчас было не время. Несколько дней Харука был предоставлен самому себе. Сначала к нему приставили слугу, раба-омегу, но он прогнал его, сообщив пришедшему вечером Го, что слуги ему не нужны и он сам может о себе позаботиться. Го передал ему слова султана, что слуга будет приносить ему еду и одежду, а с остальным Харука может справляться сам. Ассасин согласился, понимая, что Рин и так пошёл на уступки. Благодаря своим способностям Харука мог с легкостью проникать в любые помещения и свободно обследовать дворец, где ему предстояло провести некоторое время. Охранники хоть и были неплохи, но не могли тягаться с ассасином и ему удавалось бродить незамеченным. Харука узнал, где находится, кухня, бани, каморы и склады, комнаты стражи, гарем, покои султана, Го, советников, знати. Он не проникал в комнаты, всё же так была слишком высокая возможность быть замеченным и попасться на глазу тому, кому не надо. Ассасин теперь знал распорядок дня султана, знал, что тот, вернувшись, ещё ни разу не навещал свой гарем, что вызвало перешептывание слуг и рабов. Он знал, что султан всегда проводит ночи в своей спальне. Один. Также Харука знал, что каждый день на рассвете султан приходит в его комнату. Тот всегда молчал, ни разу не прикасался к нему и ничего не делал, просто стоял и смотрел. Ассасин кожей чувствовал его присутствие и взгляд, а запах заполнял лёгкие. Это тревожило омегу. Освоившись во дворце, Харука вдруг понял, что не знает, чем себя занять. В Лиге постоянно находились дела, если это были не задание, то тренировки или обучение. Люди ошибались, считая, что ассасинов учат только убивать, на самом деле это было вторичным, первое место занимало выживание. Их обучали выживать в самых ужасных и жутких условиях, будь то безжалостная пустыня или ледяные бури на далёком севере. Они знали несколько языков, все растения, которые можно принимать в пищу, которыми можно лечить и убивать, умели готовить, создавать оружие из ничего, читать, писать, лечить, разбирались в документах и счетах, они знали многие вещи. Кто-то назвал бы эти знания излишними, но Лига хорошо всё продумала. Гораздо выгоднее создать идеального ассасина, воина, которого можно использовать долгие годы, десятки лет, потратив больше времени на его обучение, а не постоянно учить новых. Благодаря такому подходу смертность среди наёмников была достаточно низка, крайне редко кто-то умирал, чаще всего из-за смертельных ранений, в других случаях ассасины всегда возвращались в Лигу сами. А сейчас, заточенный в золотой клетке, Харука не знал, что делать. Проводить дни напролёт ничего не делая, он просто физически не мог, а чем себя занять не знал. Тогда ассасин решил заняться тем, что умеет лучше всего: учиться. Он тайно проник в библиотеку и, выбрав пару книг, забрался на высокое дерево в саду с густой листвой, надёжно скрывающей его от чужих взглядов. Вряд ли кто-то найдёт его здесь. - Тебе интереснее общество книг? – послышался негромкий голос снизу спустя несколько часов. Харука сразу узнал Рина. – Я знаю, что ты здесь. Можешь прятаться от дворцовой стражи, но не от меня. Я чувствую тебя. - И что ты хочешь? – Харука и не подумал слезть. - Отдохнуть. Разве султан не имеет права на отдых? – ассасин промолчал. – Я знаю, что ты скучаешь во дворце. Знаю и то, что не могу дать тебе делать то, что ты привык. Может, есть то, чем ты хочешь заниматься или что любишь? - Я люблю воду, - после недолгого молчания ответил Харука. - Воду? Ты умеешь плавать? – удивился султан. Мало кто в их стране умел плавать, только те, кто жил у моря или в достаточно больших городах и оазисах. - Да. - Что ж, тогда пойдём со мной, - Рин встал на ноги и, отойдя несколько шагов, протянул руку в сторону Харуки. Ассасин возник рядом абсолютно бесшумно и незаметно, он словно из ниоткуда оказался рядом и вложил ладонь в руку султана. Рука падишаха оказалась прохладной, но сильной и Харука позволил увести себя. Спустя несколько минут они оказались в спальне Рина. Омега насторожился и сразу словно заледенел, подозрительно смотря на султана. Тот хищно улыбнулся, но направился к дверям в другом конце спальни. Перед самой дверью, оглянувшись на Харуку, он, на этот раз мягко улыбнулся и отворил дверь. Ассасин замер, почувствовав аромат воды в воздухе. Он, словно под гипнозом, шагнул вперёд и застыл на месте, увидев перед собой довольно большой бассейн. Харука удивлённо оглянулся на Рина. - Я тоже люблю воду. Можешь купаться здесь, когда пожелаешь, - мягко улыбнулся султан. Харука несколько мгновений настороженно смотрел на султана, потом слегка улыбнулся, отчего сердце Рина на мгновение остановилось, потом снова забилось, но уже в ускоренном темпе. Омега без всякого стеснения и игры разделся и обнажённым прыгнул в воду, не издав почти ни единого звука, только круги разошлись по воде. Альфа сел на подушку, стоящую рядом и посмотрел на плавающего Харуку, который, кажется, совершенно забыл кто он, где и что рядом есть ещё кто-то. Рин в который раз подумал о том, какой необычный этот омега: он не пытался соблазнить его, не заигрывал, не пытался наиграно стесняться или завлечь его, не лебезил. Его интриговала эта постоянная меланхолия Харуки, его спокойствие, что бы ни случилось. Рин замер, поняв, что это ему напомнило: вода. Она тоже всегда спокойна, пока кто-то не нарушит её покой. Но в то же время внутри, глубоко под поверхностью, он знал наверняка, есть подводные течения, водовороты. Под поверхностью скрыто много тайного. Вот и под маской покоя и безмятежности Харуки скрыт он сам, омега, его пара. Рин не знал, сколько времени прошло, пока он наблюдал за плавающим ассасином, не в силах заставить себя уйти и не смотреть. Харука же наплававшись вдоволь, просто лежал на воде, равнодушно глядя в потолок. - Твоя охрана ни на что не годна, - неожиданно первым заговорил ассасин. - Почему? – султан заинтересованно посмотрел на омегу. - Кто-то вроде меня легко может забраться в любую комнату во дворце, а они даже не заметят этого. Убийца легко может проникнуть в спальню султана или любого другого во дворце. И я мог уйти ещё в первый день, и никто не поймал бы меня. - Да? Не думаю, уверен, тебе бы помешали, - Рин не выглядел настороженным. Наоборот вполне расслабленным и довольным жизнью. Он разделся и тоже залез в бассейн. - Кто? – Харука встал на ноги и удивлённо посмотрел на султана. - Рей, Нагиса, - негромко позвал падишах и за спиной Рина у кромки воды тут же материализовались двое молодых мужчин, немногим старше самого Харуки. Миниатюрный блондин, омега, сразу понял он, второй внешне напоминал Харуку, только волосы были немного светлее, скорее всего бета или альфа. – Их с детства специально тренировали для охраны султана, они мои невидимые тени и всегда следуют за мной. Правда, с недавних пор у Нагисы другая цель, - Харука понял, что цель этого Нагисы он сам. Как он не заметил, не почувствовал? – Когда-то давно мой предок выбрал любовь, а не власть, отказавшись от титула главы Лиги. Он позаботился о том, чтобы падишах всегда был под самой лучшей защитой. Харука кивнул, словам Рина. Он даже не заметил, что за ним следят, а ещё ассасин. Наверное, слишком расслабился и ослабил хватку. По кивку Рина мужчины снова скрылись, став незаметными. Но теперь, зная о них, Харука чувствовал их присутствие. Наплававшись вдоволь, Харука вылез из воды, тут же кутаясь в мягкую ткань, впитывающую влагу. Он сел на край бассейна, опустив ноги в воду. Рин подплыл к нему и стал между слегка разведённых бёдер омеги. Тот молчал, никак не реагируя. Рин сделал ещё шаг и положил руки на колени Харуки, медленно провёл вверх, до края ткани. Омега напрягся, но не препятствовал ему. Султан поднял одну руку и положил её сзади на шею Харуки, слегка склоняя его голову. Ассасин закрыл глаза, позволив себе отдаться чувствам. Рин нежно накрыл губы омеги своими, мягко коснулся языком сжатых губ, заставляя их раскрыться. Харука поддался, позволил языку альфы проникнуть внутрь рта, сплетая его со своим языком. Рин неторопливо исследовал рот омеги, пробовал его вкус, изучал и терял себя, растворяясь в этом человеке: в его аромате, в его тепле, в мягкости его кожи, нежности голоса, безжалостности, в голубых и чистых, как вода, глазах. В его жизни было много омег, но ни один не затрагивал внутри него что-то настолько глубокое и личное. Не разрывая поцелуя, султан стянул с ещё влажного тела мешающую ткань и погладил ассасина, ощутив мягкость кожи. Под его руками чувствовались мышцы, но Харука был расслаблен, хотя бы немного доверяя падишаху. Рин погладил шею, прошёлся кончиками пальцев по ключицам, коснулся сосков и спустился ниже. Харука в его руках дёрнулся, когда ладони коснулись живота и бёдер. Султан выпустил губы омеги и поцеловал шею, слегка прикусывая кожу. Он замер, почувствовал, как небольшая ладонь ассасина зарылась в его волосы, не мешая, просто лаская, перебирая пряди волос. Султан не знал, сколько времени прошло, настолько был увлечён поцелуями и нехитрыми ласками, когда послышался негромкий деликатный кашель Рея. Нехотя оторвавшись от Харуки, он посмотрел на него, и решимости уйти поубавилось: припухшие губы, покрасневшая кожа, сиплое дыхание, возбуждение и горящие желанием глаза. Его Харука. - Прости. Приходи сюда, когда пожелаешь, даже если меня нет, - склонив голову ассасина, он ещё раз его поцеловал, а потом быстро вылез из воды, замотался в ткань и покинул комнату. Харука одним слитым движением просто сполз в воду, тут же окунаясь с головой. Вода тут же охладила его тело. Почему он так легко поддался Рину? Почему позволил себе проявить эмоции, желание? Он не имеет права на это. Но внутренний голос упрямо нашептывал, что ему всё равно не уйти живым от Лиги, он всё равно умрёт, так почему лишать себя последней возможности хоть недолго побыть счастливым? Нет, если это грозит Рину. Ассасин вылез из воды и, вытершись, оделся в свою одежду. Он отправился гулять по дворцу. Зная о Нагисе, он понял, как теперь можно уйти от него, незаметно покинуть дворец. Он пробрался в библиотеку. Один из слуг там как раз протирал пыль, окно было открыто. Харука быстро выскользнул наружу, по стене спустился вниз и быстрыми перебежками направился к концу сада. Стража здесь проходила каждые полчаса и сейчас тут никого не было, место было отдалённым от дворца и не просматривалось из окон. Харука подошёл к дереву и поставил руки на ствол, собираясь забраться на него, но внезапно резко развернулся, выхватывая клинок из-за пояса, и скрещивая оружие. Напротив него стоял охранник султана, тот самый, похожий на него. Тот что-то свистнул и рядом тут же появился второй. - Я же говорил, Нагиса, - сказал первый, Рей, как понял Харука. - Не ожидал, что он попытается именно сегодня. Харука не стал слушать охранников. Он достал кинжал и, сильнее сжав оружие, атаковал Рея. Тот отбил его атаку, но ему на помощь сразу же пришёл Нагиса. Харуке было нелегко сражаться сразу с двумя противниками, но даже так, он был наравне с ними. Скорее всего, за неимением достойных врагов, когда можно постоянно сражаться на грани, становиться сильнее, охранники стали слабее или кое-чему их не учили, ведь знания, что давала Лига, всегда совершенствовались, а здесь, кажется, нет. Сделав подсечку, Харука повалил Нагису на землю и, нажав особым образом на место на шее, вырубил его. Справиться с одним Реем было проще, его он просто обезвредил ударом по голове. Тот мгновенно потерял сознание. Эти двое были сильны в слежке и охране, но в прямом бою они заметно ему уступали. Тяжело дыша, Харука оглянулся на дворец, подумав, что ему даже немного жаль, что он больше не увидит Рина. Ассасин быстро перелез через стену. За ней предсказуемо оказалась улица города. Двигаясь быстро и незаметно, прыгая по крышам, Харука добрался до окраины города. Впереди, сколько было видно, простиралась пустыня. У него нет достаточно ни еды, ни воды с собой. Что делать? Послышался негромкий кашель и омега посмотрел в ту сторону. Внизу, рядом с домом, на крыше которого он затаился, рядом с воротами, стоял тот самый слуга приставленный султаном. Он смотрел прямо на ассасина. Харука понял, что Рин опередил его и предсказал его поступки. Хмыкнув, он спрыгнул вниз, слуга тут же протянул ему свиток. Раскатав и прочитав его, Харука улыбнулся. «Слуга ждёт здесь до самого заката уже неделю. Ты что-то долго», - Харука понял, что Рин узнал и понял его лучше, чем он сам. Ассасин надел длинный плащ с капюшоном, который протянул слуга, и они молча отправились обратно во дворец. Слуга незаметно провёл его во дворец и проводил прямо в спальню султана. Там он забрал плащ и, поклонившись, исчез. Харука только растерянно моргнул. Слуг тоже обучал бывший ассасин? - Я же обещал, что буду пытаться тебя удержать, - голос султана был мягким и немного хриплым – ни капли злости или недовольства. Рин сидел на кровати и смотрел на Харуку своими невозможными алыми глазами. Ассасин промолчал. Рин подошёл к нему и застыл прямо напротив. Затем, склонившись, обнял и поцеловал. Со стоном Харука ответил ему, обнимая султана за шею, заставляя голос разума умолкнуть. Не сейчас.