Сверхъестественные материалы

      Выходные любят все, это Альфред знал по себе. Артур, хоть и ворчал и прикрывался работой, однако был в чем-то согласен с ним. Как тут не согласишься, когда над ухом всё время только и гундят противным высоким голосом о прогулке по летнему городу, а еще лучше — выехать за город и снять дом на пару дней напрокат. Артур не совсем понимал, зачем Альфред прицепился именно к нему: в конце концов, у местного гения была уйма друзей, более склонных к такому отдыху. Однако, как объяснил Альфред, с Артуром он еще не проводил времени так, а ведь совместные выходные — это всегда весело. При этом юноша делал такой вид, будто бы Артур очень многое упускал, отказываясь от такой замечательной возможности.       Решили остаться в городе — Артуру удалось уболтать настойчивого напарника, однако увильнуть от прогулок по Вашингтону не удалось. Впрочем, не сильно-то и хотелось, благо, погода располагала. Летний Вашингтон был хорош, как никогда: солнце заливало улицы, заставляя людей идти быстрей и живей, подбадривая даже самых унылых меланхоликов, а также собирая толпы туристов как из других стран, так и из разных частей США.        — Серьезно? Чувак думал, что Лох-Несское чудовище живет в Темзе? — Альфред был шокирован столь вопиющей, на его взгляд, безграмотностью. От негодования он даже едва не споткнулся на ровном асфальте, шагая вдоль Конститьюшен Авеню.       Артур кивнул:        — Действительно, какая разница? Ну, подумаешь, промахнулся человек с расстоянием: всего-то спутал юг Англии и север Шотландии. Две противоположные стороны страны — ну с кем не бывает! Да и какая разница между рекой и озером? Водоемы же.        — Удачно ты, конечно, прошел мимо экскурсии! — засмеялся Альфред и внезапно остановился, и его лицо, до этого беззаботное, вытянулось озадаченностью:        — А куда мы идем?        — Я думал, ты знаешь, — Артур не сбавил шагу. — Не суть: идем, куда ноги несут. Всё равно не заплутаем. Или ты устал?        — Не, — отмахнулся Альфред, затем прислушался к себе и исправился: — Да. Немножко. Давай присядем где-нибудь на лавочку… или можем зайти похавать, раз уж останавливаемся.       Артур согласился, и оба направились на поиск ближайшей забегаловки. Однако дойти им не удалось: на полпути к уже видневшемуся ближайшему кафе Альфред издал возглас индейца, взошедшего на тропу войны, при виде белого захватчика:        — Смотри!       Артур вздрогнул всем телом и обернулся туда, туда весьма невежливо тыкал пальцем напарник. А именно — прикрытая узорчатой тканью дверь в что-то типа чайного магазинчика из провинции с занавешенными такой же тканью окнами. Приглядевшись, Артур понял, что именно привлекло внимание Альфреда и вызвало столь бурную реакцию.       «Ясновидение. Предсказания по руке, картам, хрустальному шару».        — Серьезно? — Артур обратился к Альфреду и с изумлением заметил, что напарника и след простыл: тот на всех парах несся к двери, явно притягивавшей его сильней, чем железную крошку — любые самые мощные магниты в мире.       «Ну ведь обязательно натворит чего-нибудь! Или вляпается во что-нибудь! Или же его банально разведут, как ребенка, а он и рад будет!» — мысленно опуская все нелестные эпитеты в адрес умственного развития Альфреда, Артур поспешил за ним, ибо плотная ткань, служившая дверью, только колыхалась после того, как в нее влетел очередной наивный посетитель в лице молодого американского гения.       Внутри помещение оказалось меньше, чем снаружи: всё пространство было заставлено столиками с различной якобы магической чепухой — картами, разложенными веером, чайными и кофейными чашками, костями с вырезанными на них рунами. Отдельно стоял хрустальный шар, наполненный белым дымом. В воздухе стоял плотный дурманящий запах — вряд ли наркотик, скорее, травы, вызывающие рассеянность внимания — а следовательно, упрощающие обдуривание и обман клиентов. Стены были завешены, как и окна, тяжелыми полосами темных блестящих тканей, переливающихся в мерцающем свете искусственных свечей. В общем, пришел к выводу Артур, вся обстановка так и подпадала под типичнейший стереотип, всплывающий в уме почти любого, кто слышит слова «экстрасенс», «гадание» и «ясновидение».       И нужно быть полным идиотом, чтобы поверить в истинность происходящего.       «Такого я и ожидал», — подумал Артур, находя взглядом Альфреда, сидящего за одним из таких столиков. Напротив него располагалась женщина средних лет, абсолютно точно воплощающая устоявшийся образ «цыганки-гадалки»: тяжелые загадочно шуршащие при каждом движении юбки, позвякивающие браслеты и тихий, вкрадчивый голос. К раздражению Артура, Альфред был целиком и полностью увлечен ею, и это показалось чуточку странным. Неужели человек с IQ 160 может так запросто поверить в столь шаблонный образ? Уж казалось бы, Артур тупее, однако он чувствовал, что что-то здесь не то. Уж слишком… картинно. Нереалистично. Слишком идеально.       Одним словом, шарлатанство для недалеких.       Тем временем гадалка протянула ладонь к Альфреду:        — Хочешь, погадаю?        — На ладони? — Альфред разом напрягся и как-то неуверенно глянул на сурово скрестившего руки на груди Артура поодаль, все своим видом выражающего недоверие и скептицизм. — Я, если честно, предпочту не знать, что меня ждет. Не особо верю в судьбу.        — Судьба складывается из мелочей, — мягко пропела гадалка. — Никто не в силах предугадать будущее, ведь оно состоит из столь изменчивых вещей, однако в общих чертах иногда удается заглянуть за завесу грядущего.        — Ну, разве что чуть-чуть, — Альфред улыбнулся, и в этой улыбке Артур увидел недоверие. Стало легче — приятно, что парнишка взрослеет. Только вот не жалко ему денег на эту ерунду?       А гадалка тем временем водила тонкими пальцами по широкой ладони юноши. Под ее серьезным видом Альфред и сам прекратил улыбаться и теперь взволнованно следил за каждым ее изменением в мимике. Видимо, надежды Артура на здравомыслие напарника провалились.        — Темная туча нависла над тобой, — заговорила наконец гадалка. — Неприятности ждут твоих родных и друзей. Прошлое вернется, твой грех придет за ответом, — она посмотрела в глаза Альфреду, словно гипнотизируя, и Артур не выдержал подобного балагана, резко вклиниваясь между ними:        — Мэм, не будете ли Вы столь любезны не морочить ему голову? Сколько он Вам должен за… консультацию? — ядовито протянул он последнее слово, готовый сам заплатить, только чтобы запугивания не повредили нежную и хрупкую психику и воображение напарника.        — Не волнуйся, всё в порядке, — улыбнулся Альфред, вставая и вытаскивая кошелек. — Сколько?        — За правду денег не берут, — серьезно произнесла гадалка всё тем же загадочным и таинственным голосом. — Удачи тебе.       Альфред пожал плечами и с кратким «Окей» убрал кошелек обратно, поблагодарил гадалку, на что та с важным видом склонила голову, и направился к двери-ковру. Артур поспешил за ним, ожидая истинной реакции на слова ясновидящей.        — Только не говори, что ты всерьез в это поверил, — убедившись, что ткань плотно легла на место, Артур обратился к Альфреду. — Это же было шоу, рассчитанное на тебя.        — Я знаю, — пожал плечами Альфред. Выглядел он вполне спокойно. — При всей моей склонности к мистике и фантастике ее слова были довольно размыты, они могут касаться кого угодно. Правда, мне не совсем понятно, зачем запугивать меня, когда можно было бы просто нагадать, что всё будет хорошо.        — Да еще и денег не взяла, что тем более странно. Может, она рассчитывает, что, если с твоим, допустим, братом что-то случиться — например, не сдаст экзамен по биологии какой-нибудь — то ты прибежишь с заявлением, что на него навели порчу. А там и денюжка закапает.        — Тоже вероятно, — хмыкнул Альфред. — Мы покушать хотели вообще-то, — он ткнул пальцем в вывеску кафе и поспешил туда, явно подгоняемый урчанием в животе.       К вечеру оба уже забыли о посещении гадалки.       Через пару дней же Альфред не прибыл на работу вовремя, что вообще было нетипично для него: обычно он предупреждал, если опаздывал. А теперь Артур даже не мог дозвониться — телефон был выключен. Волнение сменилось недовольством и раздражением вкупе с легким налетом тревоги: что-то случилось? При всей своей безалаберности Альфред всегда ответственно относился к работе в Бюро, и в случае серьезных неполадок должен был предупредить. Так что на дело о неуловимом маньяке-душителе, дрейфующем по штатам, Артур выбрался один.       Закончив беседовать с полицией на месте очередного убийства, Артур отошел в сторону и еще раз набрал номер Альфреда. И неожиданно услышал в трубке долгие гудки дозвона.        — Извини, что не смог сказать — не до этого было, — задыхаясь, затараторил Альфред в трубку. — Мэтт сломал ногу, когда выгуливал Кумаджиро. Пока его забрали, пока устроили… вот и забыл сказать. Напрочь вылетело, я думал, что уже тебе сказал, что не смогу прибыть вовремя… Ты сейчас где?        — Недалеко от музея, на Мэдисон-драйв, — ответил Артур. — Жду. — Сбросив вызов, он пошел обратно к полиции.       Альфред вернулся довольно скоро, хотя за это время Артур успел даже перекусить в ближайшей забегаловке и попутно запросить и получить больше сведений об убитом человеке. Юноша влетел в кафе, едва не сшибив лбом дверь, и заозирался, как загнанный зверь, в поисках напарника, успевшего предупредить, где он будет. Заметив Артура, Альфред облегченно выдохнул и, подбежав, со всего размаху опустился на стул напротив. Стул скрипнул под весом парня.        — Еще раз извини, что так вышло.       Артур подвинул предусмотрительно заказанную заранее чашечку кофе:        — Семья — святое. Ты не мог знать, что так выйдет. Кстати, я так понимаю, Мэтью будет в порядке?        — Да, будет, — Альфред дышал часто и глубоко, успокаиваясь от спешки. — Глупо вышло, на самом деле — вышел выгуливать Кумаджиро, а он унюхал что-то и рванул куда-то. И Мэтт споткнулся на сильной неровности — дело в парке было — и всё. Псинка-то выросла, почти с овчарку габаритами.        — Передавай мои пожелания скорейшего выздоровления. Кстати, насчет нашего душителя, — решив не терять время попусту и заодно отвлечь Альфреда от волнения за брата, Артур перешел на рабочую тему, пока напарник дул на не успевший остыть кофе. — Я заметил, что…       Альфред слушал, кивал и, кажется, уже абстрагировался от беды с братом. Придя в себя, он тоже осмотрел место происшествия, а после они поехали в штаб — проверять догадку Альфреда о том, где могло произойти следующее нападение.       Однако на следующий день всех сотрудников отдела ждал сюрприз. Весьма неприятный сюрприз.       Последним новость узнал Альфред, задержавшийся на допросе родственников пойманного маньяка. Разумеется, они знать не знали о ненормальных склонностях отца и мужа, однако любопытные факты из его биографии, которые были ключом к пониманию, казалось бы, отсутствующих мотивов, Альфред не мог держать в себе. И с кем еще не поделиться, как не с Артуром?       Ворвавшись в офис, Альфред уже набрал воздух в легкие, чтобы, как обычно, завопить «Арти, я тут такое узнал!», однако тут же затих. В центре помещения стоял один из агентов, облаченный в бронежилет, и явно только что сообщил нечто ужасное. Сердце замерло: что такого могло произойти, если у всех бывалых агентов такие шокированные и неверящие лица? Стараясь быть незаметным, Альфред осторожно шагнул вглубь офиса. Агент в бронежилете обернулся и тем самым словно сбросил пелену тишины и замороженности с остальных присутствующих. Офис загудел в лучших традициях пчелиного улья, люди казались растерянными: кто-то нервно теребил бумаги, а кто-то поспешил прочь — явно доносить плохие вести коллегам, не присутствующим здесь. Альфред же проскользнул к Артуру, которого приметил в толпе еще раньше:        — Что я пропустил?        — Байльшмидта подстрелили на одном из заданий, на котором он присутствовал лично, — сухо отозвался Артур, открывая окошко с печатаемым рапортом. Эти интонации были печально знакомы: он прячет беспокойство за нарочитым равнодушием.       Альфред почувствовал, как во рту пересохло, сердце сделало кульбит в груди, а перед глазами возник привычный образ вечно сурового, но справедливого главы отдела:        — Его убили?        — Нет, но серьезно ранили — впрочем, как понял агент Макинтош, прогнозы хорошие. Однако сам факт… — Артур покачал головой: — Хотя он и не Терминатор, пусть и хочет казаться таким. А пока что нам на замену ему поставят другого.        — Кого? — Альфред сел напротив; всё то, что он хотел сообщить насчет маньяка, разом вылетело из головы.        — Пока не знаем, скорее всего, зама, — Артур сделал неопределенный жест рукой. — Без разницы, кого, потому что всё равно Байльшмидт вернется.       Альфред лишь тяжело вздохнул: он был рад, что Байльшмидт будет жить, однако всё так навалилось на него… И пострадавший брат, и отсутствующий привычный начальник… Хорошо, хоть он знал в лицо заместителя — весьма успешную и не менее жесткую женщину, поэтому мог приблизительно гадать, как она будет относиться к иногда нестандартным методам ведения расследования местного гения. Видимо, разгуляться не получится… пока что.        — Кстати, что ты там говорил про нашего маньяка? — вернулся к прежней теме Артур. — Понимаю, мне тоже жаль Байльшмидта, я тоже буду ждать его возвращения, однако всё же не забывай о своих прямых обязанностях.        — Угумс, — Альфред откинул хмурые мысли в дальний угол сознания, возвращаясь к тому, что хотел сказать Артуру до прихода.       На следующий день Альфред предполагал отдохнуть после успешного завершения, а заодно и навестить Байльшмидта — разумеется, после брата. Он уже был на полпути домой из больницы, сожалея, что к боссу не пропустили, и радуясь, что Мэтью идет на поправку, когда зазвонил телефон. Отключив музыку, Альфред вытащил айфон из нагрудного кармана и с легким удивлением увидел имя Элизабет в качестве адресат. Сердце ёкнуло нехорошим предчувствием.        — Алло? — осторожно спросил Альфред, внутренне готовясь к худшему. Однако он не ожидал услышать того, что услышал из уст слегка задыхающейся агентессы:        — Мемориальная дорога Джорджа Вашингтона, срочно. Машина Артура взорвалась.        — Что?! — вопль Альфреда зазвенел на весь автобус, в котором он ехал. Люди с неодобрением оборачивались на вскочившего парня с отчаянным выражением лица, однако ему было всё равно: ужас и надежда наполнили собой всё его существо. Едва дождавшись ближайшей остановки, Джонс пулей выскочил из автобуса и на едва гнущихся от страха ногах вызвал такси.       Всю дорогу Альфред чувствовал себя, как кролик в силках: связанный неторопливостью водителя и с трепетным ужасом ожидающий появления правды — места происшествия. Взрыв — это не выстрел: если бы он услышал, что в Артура стреляли, он бы точнее решил, что он выживет, а вот взрыв… Это полный разрыв и гораздо более не совместимые с жизнью травмы. Тем более, как? Непохоже, чтобы он чего-то не заметил — протечки или неисправности. Артур всегда с вниманием относился к личному транспорту, с завидной периодичностью отвозя машину на проверку. Остается только… умышленный поджог или порча? Врагов у агента ФБР может быть много, это Альфред знал из личного опыта, да и приходилось уже сталкиваться с подобным. Но одно дело — когда ты знаешь, что друг жив, а совсем иное — взрыв.        — Эй, а заплатить? — сердито выкрикнул водитель, когда Альфред, едва-едва дождавшийся приезда на место, выскочил из машины и бросился за оградительную ленту. На негодование ему было откровенно плевать: в голове билась только одна мысль — жив ли Арти?        — Элизабет, ну могла бы и сказать ему, что я жив, — укоряющий мягкий баритон был как нельзя кстати. Альфред остановился, упираясь рукой в дверь открытого багажника машины «Скорой», тяжело дыша, не отрывая взгляда от живого и достаточно здорового на вид Артура, сидящего там. На руках у него, открытых при закатанных рукавах рубашки, виднелись бинты и пластыри, мелкие царапины «украшали» лицо, одежда в нескольких местах была порвана и обожжена, но серьезных травм видно не было.       У Альфреда словно гора с плеч свалилась — всё внутреннее напряжение как рукой сняло. Отлепившись от дверцы, он на подгибающихся ногах едва сумел подковылять к Артуру и грохнуться рядом с широкой, едва ли не безумной улыбкой:       — Бро, ты неубиваемый.        — Надеюсь, в этой фразе нет сожаления по данному поводу? — иронично выгнул бровь Артур, словно нарочно доказывая, что с ним и правда всё в порядке.       Альфред фыркнул, продолжая улыбаться, а затем посерьезнел:        — Как же так вышло? Вряд ли неисправность.        — Эксперты посмотрят, — Артур глянул на остатки развороченной машины, слабо дымящиеся и распространяющие запах гари. — Мне просто повезло. Ехал по кое-каким делам, которые поручил мне Байльшмидт еще до ранения. Потом вышел, чтобы перезвонить и уточнить мелочи… и услышал взрыв, меня отбросило волной, но я рефлекторно успел закрыть голову.        — То есть, — Альфред сощурился, — я так понимаю, это было преднамеренное, так? Лишь чудо тебя спасло.        — Можно сказать и так, — пожал плечами Артур, мысленно уже припоминая, кому мог насолить в последнее время и испытывая легкое чувство дежавю при воспоминаниях о рождественском происшествии.       А вот Альфред вспомнил гадалку и ее слова о темной туче над его головой, о бедах у его родных и близких и о неком грехе, который он должен искупить, чтобы прекратить это. И внутренне он содрогнулся от мыслей о том, что, кажется, гадалка была права. Сперва брат, затем начальник, затем друг… может, это и правда как-то взаимосвязано?