Наречённые

Следующие две недели в замке и его окрестностях царили тишина и спокойствие, а всё потому, что принц Киллиан и принцесса Эмма сдержали данное друг другу обещание и всё это время старались не высовываться, никуда не лезть, ничего не придумывать и не предпринимать. Словом, ушли в подполье. Это давалось им нелегко, ведь и ранее, когда речь заходила об их бракосочетании, молодые люди еле держали себя в руках, чтобы не взбунтоваться и не сказать ничего лишнего, а уж теперь, когда их родители уже вовсю планировали предстоящую свадьбу, сохранять спокойствие становилось практически невозможно. И тем не менее, наречённые молчали. Молчали, когда родители говорили, какая они чудесная пара, и как они будут счастливы вместе, молчали, когда королева Белоснежка с королевой Ребеккой выбирали цветы для украшения праздничного зала, молчали, когда король Дэвид и король Эдуард начали составлять примерный список гостей, который, к слову, занимал не менее двух свитков пергамента. Принц и принцесса всё это время молчали, а сами думали, как бы поскорее разработать такой план, чтобы покончить со всем этим предсвадебным бредом раз и навсегда, чувствуя, что терпение их скоро закончится, и тогда уже ничто не сможет заставить их молчать… Впрочем, были в этом затишье и свои плюсы. То, что они с Киллианом не придумывали новых способов разрушить свой брак, избавляло Эмму от необходимости общаться со своим женихом, а это не могло не радовать принцессу. Наконец-то она могла вздохнуть спокойно: не нужно было фальшиво улыбаться, дабы угодить родителям, уезжать куда-то с Киллианом под видом конных прогулок и самое главное — не нужно было терпеть его. Ведь, как выражалась Эмма, «не важно, сколько ему лет, Киллиан всё равно остаётся задиристым мальчишкой, не дающим ей житья». Что же касается самого Киллиана, он был о своей невесте точно такого же мнения. «За всю свою жизнь я не встречал более вредной девчонки», — часто говорил принц. Хотя это не мешало ему бросать в её сторону короткие взгляды и изредка наблюдать за ней, когда принцесса была занята своими обычными повседневными делами. Вот и сейчас Киллиан притаился в королевской библиотеке за одним из стеллаже, наблюдая за тем, как Эмма ходит между рядами книжных шкафов в поисках нужной книги. Королевская библиотека была самым большим помещением во всём замке. В детстве принцесса Эмма пыталась выяснить, какова её величина, и сделала вывод, что по размеру библиотека была примерно как два Больших зала и ещё половинка. Именно поэтому Эмма считала её самым подходящим местом для игры в прятки, ведь в лабиринте книжных шкафов, стеллажей и читальных уголков можно было не только спрятаться, но и заблудиться. Конечно, содержимое библиотеки, — то есть, книги, — мало интересовало маленькую принцессу. Гораздо больше её привлекали красивые витражные окна и коридоры, образованные многочисленными стеллажами, ведь среди них было так весело бегать и прятаться от папы, который всегда смеялся и говорил: «Где же ты спряталась, моя принцесса? А ну-ка выходи, проказница!». Со временем книги тоже стали привлекать Эмму, однако библиотека всё равно оставалась для неё самым волшебным и самым таинственным местом в замке, очаровывающим её. Часто принцесса приходила сюда просто для того, чтобы побыть в тишине наедине со своими мыслями, уютно устроившись в одном из мягких кресел. Но сегодня Эмма пришла сюда не за этим. Она ходила среди книжных шкафов, между стеллажами и изредка проводила кончиками пальцев по корешкам приглянувшихся ей книг, прикидывая, могли ли они дать ответ на её вопрос. Каких только книг не было в королевской библиотеке: зарубежная литература и труды известнейших авторов Зачарованного леса, старинные свитки и рукописи, книги о любви, о доблести и чести, приключенческие романы. Здесь можно было найти всё, что угодно, если знаешь, что ищешь. К сожалению, Эмма не знала, а потому не имела ни малейшего понятия о том, с чего начать свои поиски. Всё дело в том, что последние несколько недель принцессу мучил один вопрос, ответ на который она не могла узнать, просто спросив об этом родителей или кого-то ещё. Подслушав разговор Белоснежки и королевы Ребекки, Эмма услышала обрывок фразы, который отчего-то не давал ей покоя. Речь шла о ком-то или о чём-то под названием Ностос. Это слово Эмма слышала впервые. «Что же это за Ностос?» — не раз задавалась она вопросом и не смогла придумать ничего лучше, кроме как попытаться поискать информацию об этом самом Ностосе в библиотеке. «Знать бы ещё, где искать», — думала Эмма. Принцесса и понятия не имела о том, имя это, название или, может быть, какое-то место, а потому ей оставалось только брать книги наугад и надеяться на счастливый случай. Набрав приличную стопку книг, Эмма уселась за стол, стоявший посреди зала, и принялась листать их одну за другой в поисках любых упоминаний о Ностосе. Безрезультатно. Ничего и близко похожего она не нашла даже после нескольких часов упорных поисков. Киллиану, стоявшему всё это время за стеллажами, порядком надоело наблюдать за неподвижной фигурой Эммы. К тому же, принцу стало ужасно интересно, что же такое она пытается найти, поэтому он подошёл к принцессе сзади, делая вид, что очень удивлён, что встретил её здесь. — А что это ты здесь делаешь? — спросил он. Эмма вздрогнула от неожиданности и, не поворачиваясь, ответила: — Не твоё дело, Киллиан. Шёл бы ты отсюда. — Да ладно тебе, Эмма, поделись тайной, — сказал он, вырывая у неё из рук книгу и поднимая над головой так, чтобы Эмма не могла достать. — Отдай, Киллиан! Это не смешно, — воскликнула принцесса. — А по мне, так очень даже! — ответил он, нагло ухмыляясь. — Ну я тебе сейчас! — Эмма накинулась на него, больно щипая, и случайно смахнула со стола небольшую книжонку, самую тонкую из всех. Она наклонилась, поднимая книгу, и Киллиан увидел надпись, вытесненную на синей обложке большими золотыми буквами. «Приключения Синдбада-морехода: тысяча и одна ночь». — Та самая? — спросил Киллиан, заглядывая в глаза Эмме. — Да, та самая, — ответила она. Мало кто знал, откуда эта книга взялась в королевской библиотеке. А они знали.

***

— Не трогай, это моё! — воскликнул Киллиан, застав принцессу Эмму в комнате, где лежали подарки, за рассматриванием его новой книги с красивыми картинками. Сегодня принцу Киллиану исполнялось семь лет. По такому случаю король с королевой устроили бал, куда были приглашены все их друзья и знакомые из соседних королевств. Прибыли бароны, герцоги, другие короли и королевы. Не остался без компании и принц, на балу было много юных наследников престола, таких же, как он, была там и принцесса Эмма. Пока Киллиан и его друзья играли в прятки, Эмма бродила по коридорам замка в поисках чего-нибудь интересного — ведь девчонок они с собой не брали — и нашла. Дверь была немного приоткрыта, и маленькая принцесса не смогла устоять перед соблазном заглянуть внутрь. Она тихонько прошмыгнула в комнату и раскрыла рот от изумления. Её взору предстала целая гора различных свёртков и коробочек — подарки принца ко дню рождения. Не долго думая, Эмма схватила первый попавшийся свёрток и развернула его. В руках у неё оказалась небольшая книжка с синей обложкой, на которой большими золотыми буквами было написано «Приключения Синдбада-морехода: тысяча и одна ночь». Девочка открыла книгу на первой попавшейся странице и увидела красивую картинку, изображавшую молодого человека, стоящего за штурвалом корабля. — Вот это да! — протянула она, очарованная находкой, как вдруг за спиной послышался чей-то голос. Эмма обернулась и увидела стоящего в дверях принца Киллиана. — Что, не знаешь, где спрятаться? — спросила она, невозмутимо продолжая рассматривать книгу. — Отдай, это моё! — повторил принц. — Я просто взяла посмотреть, — сказала Эмма, — не жадничай. Не берёшь играть, так хотя бы дай книгу почитать. О чём она, кстати? — Она о приключениях, о героях и подвигах, — ответил Киллиан, — о том, что вам, девчонкам, точно не понять. Иди, играй в куклы, — сказал он, вырывая книгу у неё из рук. — Ах так! — воскликнула Эмма. — Думаешь, если я девчонка, так мне и приключения не положены? — Не положены, — отрезал Киллиан. — Вы, девчонки, только и умеете, что играть в куклы и заплетать косички. — Это мы ещё посмотрим, — ухмыльнулась Эмма, выходя из комнаты. — Счастливо оставаться, принц. Вскоре все собрались в парадном зале, где были накрыты столы со множеством кушаний и напитков. В самом центре стоял большой праздничный торт с белой глазурью, который сразу привлёк внимание принцессы. — Что ж, Киллиан, говоришь, приключения только для мальчиков? Тогда держись, следующее твоё приключение будет просто невероятным, — сказала Эмма, залезая под стол. Когда в торт наконец были вставлены свечи и именинник подошёл, чтобы их задуть, настал момент триумфа принцессы. После того, как все вокруг начали аплодировать и кричать «Ура!», Эмма потянула за край скатерти, и торт свалился прямо на принца, заставив его краснеть от стыда, а её ликовать. Никто, кроме Киллиана, не заметил подола жёлтого платья принцессы, виднеющегося из-под стола. — Неплохо, Эмма, — сказал принц, когда пришло время провожать гостей. — То, что ты сделала, было довольно рискованной затеей, ведь я мог всё рассказать. — А кто бы тебе поверил? — усмехнулась Эмма. — Поэтому и не стал рассказывать, — признался Киллиан. — Вот, возьми. Может быть, она научит тебя чему-нибудь полезному, кроме опрокидывания праздничных тортов на именинников, — с этими словами он протянул Эмме ту самую злосчастную книгу, из-за которой и произошла вся эта история. — Спасибо, — поблагодарила Эмма, принимая подарок. — Увидимся на следующем балу, Киллиан. Не думай, что это твоё последнее приключение, — подмигнула она ему и села в отъезжающую карету. — Увидимся, Эмма, — прошептал принц, глядя ей вслед.

***

— А знаешь, что я сказал своей матери, после того, как ты уехала? — усмехнулся Киллиан. — Что же? — спросила Эмма. — «Я хочу, чтобы эта девчонка приехала и на следующий мой день рождения». Они рассмеялись. — А она мне ответила, — продолжил он, — «Киллиан, некрасиво называть принцессу девчонкой. Её имя — Эмма, запомни». — И как, запомнил? — усмехнулась она. — Тебя забудешь, — ответил Киллиан. — Знаешь, тогда ты была, как утёнок. Маленькая, вредная, в жёлтом платье. — А сейчас? — улыбнулась Эмма. — А сейчас, как лебедь, — сказал он. — Такая же красивая? — Так же больно щипаешься! — Киллиан щёлкнул её по носу. — Ах, вот как! Тогда ты, словно крючок, вечно ко всем цепляешься! — не осталась в долгу принцесса. — Отлично, — сказал Киллиан то ли в шутку, то ли всерьёз, — это и будут наши позывные. — Какие ещё позывные? — вскинула брови Эмма. — Для пущей секретности, — пояснил он. — Когда я буду писать тебе записки, я буду обращаться к тебе не Эмма, а Свон, и никто не догадается, что я пишу тебе. Эмма на секунду задумалась, а потом сказала: — Идёт, тогда я буду обращаться к тебе не Киллиан, а Крюк. Чтоб уж точно никто ничего не понял. — А нашу миссию назовём «Венец», — разошёлся Киллиан, — и будем, как настоящие герои, которые смотрят в лицо опасности и несутся навстречу приключениям! — Ты неисправим, — засмеялась Эмма. — Но миссия «Венец» — плохое название. Так сразу все поймут, что речь идёт о свадьбе. Назовём нашу миссию как-нибудь нейтрально. Например, миссия «Весёлый Роджер». — «Весёлый Роджер»? Что это вообще за название такое для миссии? — возмутился Киллиан. — Зато всё абсолютно секретно, — сказала Эмма. — Ладно, «Весёлый Роджер» так «Весёлый Роджер», — нехотя согласился принц. — Тогда с этой минуты наша миссия продолжается. Встречаемся завтра. Место и время пришлю с запиской. До скорого, Свон, — Киллиан подмигнул ей и скрылся за стеллажами, всё ещё смеясь. — Увидимся, Крюк, — фыркнула Эмма, подумав: «А он всё тот же мальчишка», и стала собирать книги.